Да здравствует король

Прикурив от чужой сигареты, Брок присел около часового и похлопал по его карманам в поисках чего полезного. Подсумок с гранатами сунул в руки Роллинзу, ему же отдал нож и пистолет — чего добру пропадать? — себе же забрал початую пачку сигарет и зажигалку. Роллинз закатил глаза и жестом указал на палатку. Откинув полог, Брок просочился внутрь, быстро огляделся, подмечая, что если бы пленные не были контужены, то давно и сами бы сделали ноги, но сейчас это было даже на руку. Взвалив себе на плечи одного, с перевязанной головой, Брок пнул второго в сторону Роллинза. — Ходу отсюда, — шикнул Брок и выбрался на улицу. Лагерь спокойно спал, будто бы в нескольких метрах не проходила граница фронта, не сидела армия противника, вглядываясь в темноту. Брок покрутил пальцем у виска и махнул рукой. От палаток отделились неподвижные до этого тени, обретая форму хорошо вооружённых людей. Брок жестами раздал указания и вместе с Роллинзом и двумя пленными, припадая к земле, двинулся к границе между двумя лагерями. Остальные рассеялись по лагерю и пропали из виду. Стоило Броку отойти достаточно далеко, за спиной грохнуло, озарив ночь яркой вспышкой, обрисовывая фигуры, мчащиеся по изрытому снарядами полю в сторону Гильбоа. Джек стиснул зубы, когда за спиной начались взрывы. Он ничего не видел, у него до тошноты болела голова, он только чувствовал, что его куда-то волокут, и старался побыстрее сам переставлять ноги. Он слышал короткие реплики, но не мог понять даже, на каком они языке. В какой-то момент, когда за спиной снова рвануло, из-под ног у Джека ушла земля, и он рухнул в какую-то яму. Голову мотнуло так, что хрустнул позвоночник, и наступила темнота. — Свои, — заорал Брок на ломанном гелвуйском, когда в лицо ударил свет фонаря, ослепляя. — Свои. Вокруг забегали, загомонили, кто-то подхватил одного из пленных, поволок куда-то к грузовикам, кто-то хлопнул Брока по плечу и чуть было не схлопотал прикладом винтовки в зубы. Где-то за спиной орал лейтенант Райот, понося двоих новобранцев, сунувшихся непойми куда, грозился трибуналом, несмотря на три подорванных танка и возвращение пленных бойцов. — Вот урод, — хмыкнул по-английски Роллинз и растянул губы в жутковатой улыбке, заставив Райота вздрогнуть и отступить. — К машинам! — заорал лейтенант. Джек совершенно не помнил, что было дальше. Он очнулся только от тряски в машине, от треска лопастей приближающегося вертолета и оттого, что отец обнимал его, встряхивал, держал за плечи. — Я в порядке, пап, — пробормотал Джек. — Охуеть, — одними губами сказал Брок, на что Роллинз лишь дёрнул губами и постарался сделать лицо подебильнее, как и у остальных бойцов, с благоговением взирающих на Его Величество и, как выяснилось, на его раненного сына. — Во мы вляпались? — прошипел Брок на английском. Король оглядел сидевших в грузовике бойцов, повернулся к Райоту. — Кто? Брок подивился лаконичности монарха и подскочил на месте, когда на него указали. — За мной! — велел король, спрыгнул на землю, брезгливо отряхнулся. Брок пожал плечами, выбрался из кузова грузовика, пропустив Роллинза вперёд, и подхватил едва пришедшего в себя принца на руки, подивился, до чего же он лёгкий, и двинулся в сторону вертолёта. — Нам хоть отмыться дадут? — по-английски спросил Роллинз и почесал начавшую отрастать щетину. — Или пиздюлей, — на английском же ответил Джек, знающий, что отец на этом языке не говорил. — Равновероятно. В королевском вертолете они долетели до Шайло. Брок присвистнул, разглядывая выделенные им с Роллинзом комнаты. — Богато. — А принц молодец, — заметил Роллинз, перебирая пистолет по винтику. — Самодовольный кретин он, — отмахнулся Брок, глянул на свою рожу в зеркало, оскалился. — Раз полез в атаку без прикрытия с воздуха. — Откуда? — изумился Роллинз. Брок постучал пальцем по уху и принялся раздеваться. Он уже заглядывал в ванную комнату и успел оценить размер джакузи. И раз выдалась свободная минутка, то только рад был бы окунуться в роскошь. Джек зашел к Рамлоу и Роллинзу, когда им принесли ужин. Его уже осмотрел врач, заклеил рассеченный лоб пластырями, велел избегать алкоголя в ближайший месяц и не напрягаться. Джек вымылся, переоделся и пришел поблагодарить. — Привет, — сказал он. — И спасибо. Король собирается присвоить вам офицерские звания и предложить должности в столице, при штабе. Брок с Роллинзом переглянулись. Ни один, ни второй не думали, что военная карьера в новой для них стране так резко пойдет вверх. Брок рассчитывал только на звание, закрепиться в местной армии и, не привлекая особого внимания, протащить туда же весь отряд, а тут столица, да ещё и штаб. Он ещё пока не решил, хорошо ли это. — Спасибо, что ли, — ухмыльнулся Брок, окинув принца насмешливым взглядом. Тот казался слишком молодым и смазливым, вот так и доверяй командование взводом королевскому сыночку. — Вы предупредили огромное количество дипломатических осложнений, — объяснил Джек, садясь на стул и протянул Рамлоу руку. — Джек Бенджамин, капитан разведки. Брок удивленно вскинул брови. — Целый капитан, — присвистнул он, но уважение ни в его тоне, ни во взгляде не прослеживалось. — Рядовые Брок Рамлоу и Джек Роллинз. Предложенную руку Брок всё-таки пожал. Джек пожал руку и Роллинзу. — На меня возложена обязанность показать вам завтра город и дворец, — сказал он. — Вечером будет прием и бал в вашу честь, — Джек на мгновение скривился. — Дворцовый портной подгонит для вас костюмы. — Смотри-ка, — усмехнулся Брок. — Принц, капитан, так ещё и экскурсовод, — добавил он на английском, прекрасно зная, что принц понимает его. — А можно праздный вопрос, капитан Джек Бенджамин? Брок прищурился. Не любил он выскочек, бесталанных идиотов, так любящих играться в солдатики, не понимая, что чужие жизни тоже имеют цену. — Да, конечно, — криво усмехнулся Джек. — Ты, Высочество, за каким чертом, если не сказать хуем, попёрся без прикрытия с воздуха? Там, где капитанов раздают, вас не учат простой тактике ведения операций? Брок даже подался вперёд. Окажись на месте принца кто из его людей, то давно бы он лежал с дырой во лбу в какой-нибудь канаве за такие выкрутасы. — А с чего ты взял, что я не запросил поддержку с воздуха? — Джек снова усмехнулся. — Запросил, и мне ее обещали, а когда я понял, что штаб меня наколол, мы слишком углубились на территорию противника, чтобы отступать. Нас взяли в клещи. И… — Джек сжал губы. — Мне шепнули, что поддержать сто двадцать седьмой с воздуха запретили на самом верху. Это чтобы ты знал, как воюют в Гильбоа, — с горечью сказал он. — Зоопарк какой-то, — хмыкнул Брок. — Серпентарий, — поправил его Роллинз. Чесанувши затылок, Брок перевёл взгляд на принца. Хорошо бы извиниться, но облезет, сам дебил, раз всё не перепроверил и взять себя позволил. Брок понимал, что отчаянно кривит душой, но нельзя было проявлять сочувствие к пока неизвестной величине. Отменить сверху поддержку для роты аж целого принца мог только один человек в королевстве, и Броку такая постановка вопроса ой как не нравилась. Стоит ли заводить приятельские отношения с тем, кто явно не в фаворе у местного королька? Джек только плечами пожал. — Отец говорит, что тебя к нему привел господь, — сообщил он Рамлоу. — Так что готовься к роли королевского талисмана. А чем вы «голиафы» подрывали? — и на вопросительный взгляд объяснил: — Я надеюсь вернуться в действующие войска. — Хитростью, — Брок сделал большие глаза. — И тремя килограммами пластида, — сдал его Роллинз. — А почему только меня? Мой брат Роллинз больше на талисман тянет, смотри какой симпатичный. Роллинз оскалился, демонстрируя кривую улыбку и чуть косящий правый глаз. А вот крутиться на публике Броку совершенно не хотелось, он в забытое богом и картографами мелкое королевство сбежал не для того, чтобы светить мордой со всех экранов телевизоров. — А отказаться от этой… сомнительной чести, как я понимаю, не получится? — на всякий случай закинул удочку он. — У короля очень переменчивое настроение, — намекнул Джек. — Так что все в твоих руках. Король… впечатлился тем, как ты таскал меня на руках до вертолета. Зачем, кстати? Брок и сам не знал, зачем. Ему почему-то на мгновение показалось, что принца так и оставят лежать на жёсткой деревянной лавке внутри кузова, если хоть кто-то не позаботится о нём. — Так вышло, — туманно отозвался Брок. Спрашивать, что делать, чтобы король резко потерял к нему интерес, Брок не стал, вот только аппетит пропал окончательно. Проковырявшись вилкой в каком-то овощном салате, он скривился и отставил тарелку в сторону. Разве так надо кормить настоящих мужиков, солдат, только вернувшихся с войны? — Поехали ко мне, — неожиданно предложил Джек. — Во дворце повара слушаются королеву, а мои — только меня. Прикажу нажарить мяса. Брок удивлённо вскинул брови и оглянулся на Роллинза, которого, впрочем, тоже не сильно радовал салат. — А поехали, — махнул рукой Брок. Ему за последние три часа ужасно осточертело сидеть в комнате, похожей одновременно на какой-то провинциальный музей и пирожное со взбитыми сливками по бокам из-за всевозможной лепнины на стенах и потолке. Джек вызывал машину. Он думал завалиться в какой-нибудь клуб до приема, чтобы не таскать Рамлоу и Роллинза по городу, но потом передумал. Парни они были хорошие, надежные и, похоже, непростые. Точно умные. Если они не придутся отцу по вкусу, можно устроить им перевод в сто двадцать седьмой. — Его Высочество ещё не нагулялся? Брок вздрогнул и, обернувшись, столкнулся с совершенно безразличным взглядом незнакомой ему мулатки с красивыми сочными губами и бархатной даже на вид кожей. Эта женщина создавала странное ощущение отталкивающей притягательности, которую хотелось присвоить себе, разобрать по винтикам, заглянуть за добрый десяток масок, скрывающей то немногое настоящее, оставшееся в ней с былых времён. — Его Величество будет расстроен, если вы попытаетесь испортить или настроить против него наших гостей. Да и вам побольше бы умеренности. — Это не твоя забота, Томасина, — отмахнулся с деланной беспечностью Джек. Он отвез Рамлоу и Роллинза в свой пентхаус. Их уже ждала груда горячих стейков. — Вино, виски? — спросил Джек, усаживая гостей за стол. — Виски, — ответил молчавший всю дорогу до пентхауса Брок, решив сам для себя разузнать побольше об этой самой Томасине. Кто она такая, черт возьми, раз позволяет себе разговаривать в подобном тоне не с кем-нибудь, а с принцем? Брок отрезал кусок стейка, забросил в рот, прожевал и зажмурился от удовольствия. — Мой поклон твоему повару, Высочество. — Я передам, — кивнул Джек. — Ну что, есть у меня шанс вас испортить? — улыбнулся он. — Или просто посидим и поболтаем о войне? — Ты, конечно, прости, Высочество, но погудеть мы ещё успеем, это ты отдыхал в отключке почти всю дорогу из лагеря до столицы, а нам бы поспать было бы самое то, — сказал Брок, внимательно следя за реакцией принца. Он сам ещё не решил, что будет дальше, но сближаться с кем-то, пока не знаешь всей диспозиции противника, опасно. Как Джек сам сказал — у короля изменчивое настроение. То он практически бросает собственного ребёнка и четыре десятка людей на милость врагу, то чуть ли не рыдает от облегчения, узнавая, что этот самый ребёнок жив. И вот меньше всего Броку хотелось бы оказаться в немилости, пока он не найдёт, за что зацепиться в этом королевстве. — Так что я за поговорить. — А ещё лучше поспать, — добавил Роллинз. Джек показал Рамлоу и Роллинзу гостевые комнаты и напомнил: — Завтра с утра у нас поездка по городу, королевский портной и дворец, а вечером прием. По разным комнатам Рамлоу и Роллинз расходиться не стали, забились в одну, быстро по очереди помылись, наслаждаясь такой возможностью, раз уж позволяют. — Что думаешь? — Брок вытянулся на одной стороне кровати. — Попали мы. — Точнее не скажешь. — Брок почесал подбородок. — Но надо играть с теми картами, что есть. Раз меня хочет король талисманом, будет ему талисман, единственное, не нравится мне эта Томасина. Борзая очень так принца в дерьмо тыкать. — Ей можно, — пожал плечами Роллинз, устроился рядом, заложив руки за голову. — Вот мне и интересно, за какие такие заслуги. Ладно, со всем этим будем разбираться по ходу. Сначала король. Надо выслужиться, закрепиться, чтобы остальных наших легализовать без шума и пыли. — Надо спать, — внёс свою лепту Роллинз и отвернулся на другой бок.