Двое

      Стоял обычный июльский день. Ветер мягко обдувал зелёные кроны деревьев. Сквер на окраине большого и шумного города дышит свежестью и прохладой. Солнце, находящееся чуть ниже высшей точки, греет асфальтированные дорожки аллей. В стороне, за пушистыми тополями, блестит пруд с квакающими в его недрах лягушками. Его гладь изредка подёргивается от тёплого южного ветерка.       Здесь очень любят гулять двое братьев, Вадим и Глеб, фронтмены уже достаточно известной рок-группы. Вот и сейчас они направляются сюда, отыграв серию больших концертов в честь 15-летия. Порывы воздуха развевают их волосы. Красный и чёрный цвета ярко контрастируют на фоне зелени обросших кустов и травы, заполонившей узенькие тропинки, протоптанные когда-то. Один из братьев, чьё одеяние и внешний вид полыхали огнём, поднял голову вверх и посмотрел на небо. Там расположилось единственное облако, одиноко плывущее по нежной голубизне. Небольшая стая птиц с криками кружила вокруг.       Братья, держась за руки, потихоньку приближались к скамейке, поставленной ими прошлым летом на спуске к воде. Они очень любили приходить сюда, болтать ни о чём и обо всём сразу, либо просто молчать, вслушиваясь в шуршание листвы и плёск волн. Им не один раз доводилось встречать здесь рассвет и, сидя на скамейке в обнимку, наслаждаться пробуждением природы. Изредка Вадим приходил сюда в одиночестве, дабы проверить сохранность лавочки. Заглядывал и Глеб – за вдохновением. Но с совместным времяпрепровождением не сравнится ничто. Только так достигалась полная идиллия - молодые люди могли часами сидеть здесь, глядя на небо, на уже заросший кое-где пруд и друг на друга, изучая миллиметр за миллиметром и так до боли знакомые черты. Это были моменты, полные счастья, и оба утопали в них.       – Вадим,- младший брат первым нарушил молчание.       – Да?- его собеседник повернул голову, освобождая взгляд от бликов солнца.       – А когда ты понял, что отношения между нами переросли в нечто большее, чем просто братская опора и поддержка? Ну, с твоей стороны,- поинтересовался Глеб.       – Знаешь, так точно и не скажу,- Вадим несколько замялся,- Я, честно говоря, в детстве вообще тебя недолюбливал. А потом мы стали проводить много времени вместе, плюс ты присоединился к моей группе. Я просто посмотрел на всё другими глазами и стал тебя оберегать. Пойми, это не случилось так по щелчку, раз – и всё, нет. Как-то постепенно я осознавал, что ты – то, что мне необходимо как воздух,- с этими словами Вадим поцеловал брата в лоб, придержав рукой затылок.       – А у меня – раз – и всё…,- с ноткой грусти произнёс Глеб.       – Вот как?- улыбнулся старший.       – Ага, это был наш 2-й концерт в новом 90-м году. Я просто резко понял. И с особой радостью принимал твою заботу.       – А красивая ведь история…,- подытожил Вадим, переведя взгляд на стайку уток, собирающихся переплыть небольшой водоём,- получилась у нас.       – Погоди, ты же не хочешь сказать, что она закончена?- в голосе младшего мелькнул страх.       – Нет, конечно, ты что,- успокоил его темноволосый и прижал к себе. Тот уткнулся ему в плечо и закрыл глаза.       Темнело в этом году рано. Солнце начало медленно опускаться за горизонт. Оранжевые языки лизали листву деревьев, окрашивая летний день в глубокую осень. Они отражались в воде, создавая ощущение горящих волн. А двое влюблённых наблюдали за огненной феерией заката, не в силах оторвать взгляд. Их горячие сердца бились в унисон, и этот стук отдавался эхом в самых глубинах сказочного леса.