Царский союз

Как не готовились драконы к неожиданностям, всё равно странное существо оказалось быстрее. Меч выпал из разжавшихся пальцев Инанны, когда Онмёжи обернулась вкруг неё и Зората, сковывая драконов в кольца собственного тела и запуская многочисленные когти своих лап к их животам, чтобы дать прочувствовать всю остроту положения, в котором очутились сары. Зорат сдавленно захрипел, когда змеедракона описала четвёртую петлю, надёжно сковав собою лапы и крылья Тёмных. Только у них ещё оставались хвосты - Инанна подобрала своим свой обронённый меч, действуя не так ловко, как лапой, но всё же ей удалось отрубить один хвост хаосистке, прежде чем оружие оказалось выбито другим хвостом, а тела пережаты сильнее, чтобы у обоих и мысли сопротивляться не осталось... Или, хотя бы, сопротивляться осознанно и умело. Вот только поступок Инанны умелым считать не стоило, потому что из обрубка хвоста деструкторши внезапно появились сразу два. - Ах вы, жалькие сущестльва, - прошипела Онмёжи стонущим и дрыгающимся драконам, чьё сопротивление уже сходило на нет. Инанна и вовсе обвисла в живой петле, лишь кончик её хвоста часто-часто дрожал, да и слышалось с трудом пробивавшееся не только сквозь удушливое сжатие, но и через плотно сжатые зубы тяжёлое дыхание. - Я позволю вам умирать медленно, но сладко, чтобы вы познали всю мою силу! Её "раздвоившийся" хвост чуть изогнулся и под стоны Тёмных двинулся к их животам, чтобы потереться своей твёрдостью, а затем взвиться вверх - одна его часть скользнула по щёлке Инанны, прижимаясь к ней и при этом запуская самый кончик в пупок дракошки, в то время как другая трением вызывала стержень Зората, от такой стимуляции выдвигавшийся против воли владельца. Она сейчас была направлена на другое. Сар-волх собирался перехватить контроль над действиями слабовольной деструкторши, но встретил неожиданный отпор... Так как её поведение уже контролировалось кем-то чуждым, но недоступным и недосягаемым. И этому существу было по нраву мучить своих жертв с извращённым вкусом. Шею перетянуло полностью, остальное тело - не настолько туго, чтобы оставалось совсем немного свободы на рыпание под вездесущими коготками, часто и щекотно тыкавшимися в животик, и для потирания многими витками длинного чешуйчатого тела. Хвосты уделяли отдельное внимание лапам, копытам и мордахам, обводя их по самым трепетным и уязвимым местам. Самым уязвимым из которых были промежности, которые ласкали лишь нежно и поверхностно, доставляя больше нетерпеливой и душной муки, чем удовольствия. Инанна едва сдерживала слёзы, что настойчиво пытались вырваться из её глаз - щекотливый кончик хвостика Онмёжи изводил дракошку, лаская её чуть повыше щёлочки, но только легонько надавливая на её саму, даря драконнице больше щекотки, чем возбуждения. Зорат тоже не оставался без внимания, потому что окольцевав стержень и яички, прижимая их друг к дружке, "его" хвост пополз вверх и, обернувшись вдоль пояса дракона, смог дотянуться до его подмышек, то щекоча одну, то вороша шерсть на груди, чтобы проникнуть под другую. А тут ещё третий хвост, находившийся достаточно близко к задним лапкам рыжегривой, сунулся под правую, продвинулся между пальцев и скользнул по всей ступне,вырывая у Инанны придушенный визг. Прежде величественные драконы потеряли всякий разум и достоинство, лишь извиваясь, как добыча змеи, в казавшихся бесконечными переплетениями, кусая воздух в удушье и теребя бёдрами насколько могли в ответ на беспокоящую больше, чем вводящая в агонию духота, страсть, медленно нагнетаемую в их жарких и лишённых кислорода телах. Светло-рыжий и чёрный животики совсем вжались под поглаживаниями широких острых когтей, что будоражуще водили по всем изгибам, то против шерсти, вздыбив шерсть, то по, успокаивая. Чувствуя, как затихает их сопротивление, Онмёжи решила поменять игру. Её тело быстро задвигалось и закрутилось, отпуская почти придушенных драконов, но лишь для того, чтобы снова заключить их в плен - на этот раз все хвосты деструкторши обхватили Инанну за лапы и крылья, а один лёг на её живот и пододвинулся к пасти, продвинувшись промеж раскрытых зубов сар-волода, не успевшей сообразить сжать зубы. А вот тело Онмёжи теперь охватило одного Зората, вбирая его в шесть или семь витков, от кончиков лап до самой морды, причём так, что голова самой Онмёжи оказалась на уровне головы Зората, а его член оказался зажат между витками тела. Когти же она прижала к бокам дракона и защекотала их, одновременно слегка двигаясь взад и вперёд, чтобы раздражать пережатый стержень дракона. Раздвоенный язык мутантки, быстро мотавшийся то по носу, то за ушами дракона, вызывал лишь вымученную улыбку, ведь смеяться самец с перетянутой шеей не мог. Лапки деструкторши играли с его ладошками, чертя на них щекотные руны, а сдавливающее перетирание стержня между твёрдых чешуек вынуждало доводиться быстро и страстно... и лишь остатки инстинктов вынудили Зората попробовать задушить Онмёжи собственным хвостом, однако эта неуклюжая атака была просто отбита оставшимися лапами. Инанне же, заткнутой чешуей, становилось совсем невмоготу от хвостиков на её теле - её собственный лишь хаотично трепетал, как и её хлопавшие беспомощно крылшки. Именно к их основанию рвались бьющиеся в нетерпении хвосты, в то время как другие подбирались по бёдрам к самой попке дракоши, но пока не тронули её дырочку, а защекотали её вокруг, так, что теперь Инанна давилась от внутреннего смеха, грозящего взорвать её! Сквозь появившуюся в ушах словно ватную пробку она услышала смех своего врага, но глаза драконницы уже закрыла плёнка и она жмурилась, только бы не видеть расплывавшийся в неясных очертаниях мир. Сложно сказать ,чувствовала ли Инанна себя настолько беспомощной за последнее время - даже во власти сумасшедшей Радины ей было куда спокойнее, по крайней мере потом, что рядом с ней был Зорат, в каком-то смысле зависящий и от неё. А сейчас это наглое существо не только вздумало издеваться над пленёнными сарами, но и лезло к сар-волху. Нет уж, Инанна никогда не упускала своего! Едва Онмёжи чуть отвлеклась на то, чтобы сунуть свой язык прямо в ухо дракону, самочка дёрнулась, широко раскрыла пасть и вцепилась ей в хвост, рванув вбок и выдрав здоровенный кусок плоти. В отличии от удара мечом, рана не только не зажила, но и вызывала у Онмёжи ужасающий вопль, после чего Инанна отлетела к стене и, пребольно ударившись об неё спиной, упала на пол, засыпанная книгами. Потому Онмёжи решила покончить с Зоратом скорее, не давая Инанне шанса вернуться в себя и контратаковать. Трепыхающуюся тушку бедного зверька сжало ещё теснее, выдавив весь воздух из лёгких и слёзы из глаз, надавив на мошонку так сильно, что это давление вызвало у закатившего бессознательно глаза умиравшего дракона целый гейзер семени, вырвавшийся между толстых колец. И такое Инанна уже не смогла простить, рванувшись из-под завала и бесцеремонно вонзив свою лапу в длинную изогнутую шею Онмёжи, выдирая позвоночник, слишком гибкий для того, чтобы противостоять грубой силе. Кровь брызнула на рыжую шерсть новым гейзером, зато хаосистка обмякла. Инанна вытащила Зората, обляпанного во вражеской крови из мёртвых колец Онмёжи и поставила его на подрагивающие лапы, хотя и сама от усталости почти падала. - Кьлеменет явно знал, что мы тут встретим… Так ли он хотел нас благодарить? - Зорат пытался отдышаться. - Надеюсь только, мы получим больше, чем отдали… - Несмотря на то, что всю работу по «исцелению» нава проделал за саров Мирдал, Инанна ещё не до конца была уверена, что то щупальце ей самой бы не пригодилось.