Книга 2. Красные крылья «Голубки»

      Женщины громко хихикали, но как только вошли в особняк, тут же умолкли, недоуменно посмотрев на аса. Он же раздражённо уставился на Кэт, что встала в дверях. — Как это понимать? — скрестила руки на груди, не давая им пройти. — Я — мужчина, что хочу, то и делаю, птенчик. Вторая дверь слева, — хлопнул брюнеток по заду, отчего женщины победоносно улыбнулись и бесцеремонно пошли наверх. — Это за гранью… привести в дом шлюх?! Где совесть? В голову не стукнуло, что… — Совесть? — он подошёл, отчего она попятилась, уткнувшись в стенку, а он, попутно расстёгивая рубашку, наклонился, соблазнительно прошептав на ухо: — Ты должна удовлетворять мои потребности только как кухарка и прачка, ничего более. — Конечно, куда лучше взять низкопробных портовых шлюх и оскорблять приличных дев. — Если хочешь… — приоткрыл рот и выпустил изо рта разгорячённый воздух. — присоединяйся. — Боюсь, на нас троих тебя не хватит, — её бровь дёрнулась с вызовом. Мидгардка взяла бутылку и выбежала из дому. Решив прилечь, она разглядывала небо, изредка видя падающие звёзды, желая, чтобы они попали в Бога, пока он окружён любовью и вниманием девиц, что подцепил в баре. Насладившись плотскими утехами, он, выйдя в сад, стал осматриваться. Обыскал весь дом, зашёл в гараж, но гречанке и там не было. Заметив её, сидящую на шезлонге, моментально подскочил к ней. — Почему ты не в доме? Неразумное создание… Ты пьяна? Глотнув греческого вина из бутылки, встала впритык. Она самозабвенно наблюдала, как он смотрит на неё. Усмехнувшись, он выхватил бутыль из ослабевших рук. — Я не со зла это сказала. Мне просто смотреть на тебя больно, — заправила выбившуюся прядь ему за ухо. — Я понимаю, как тебе тяжело было услышать мой отказ… — Ты слишком самоуверенна, если так думаешь, — констатировал он, отвернувшись. — Хочешь, чтоб я приласкала тебя орально? — погладила его по голове. — А ты… для смертной… — буркнул тот и взглянул ей в глаза. — Ты готов. Я это чувствую. Давай! Ты ведь этого хотел? — И сейчас хочу, — сказал он с издёвкой, впиваясь пальцами в её бока. Сбросив его руки, она отошла. Немного глотнув вина, он чуть не подавился. Принцесса толкнула его на шезлонг и начала расстёгивать купальник. Как только верхняя часть была снята, вещица оказалась у него в руках. Пока он старался понять, что будет дальше, она уже сидела у него на коленях и расстёгивала рубашку. Её грудь, слегка прикрытая мокрыми волосами, бросилась в глаза. Тряхнув головой, он взял полотенце и прикрыл им её. Привстав, он повернул её к себе спиной и, скрепив руки в замок, помог дойти до спальни. Когда они подошли к дверям, затолкал её в комнату. Она пыталась выйти, толкнув его в грудь, но он толкнул её. Упав на постель, Холливелл начала говорить всякую чушь, надеясь перевернуться на бок. Он усмехнулся. Уж о чём эта девица и думает, будучи пьяна, то только о сексе. Предсказуемо! — Теперь мне можно жёстче. Давай по-собачьи, — молвила та, улыбаясь. — В следующий раз я учту твои пожелания, — буркнул он, взяв её слова на заметку. — Обещаешь? — уставившись на него невинным взглядом, спросила она. — Обещаю. Спи! Проснувшись под утро, она потянулась. Оглядевшись, уронила голову на подушку, заткнув рот ладонями, подавляя рвотный рефлекс, стараясь особо не двигаться. — Голова болит? Тошнит? Не очень приятно чувствуешь себя с похмелья? Нет? Тогда иди и приготовь что-нибудь съедобное. Вечером у нас будут гости, — увернувшись от подушки, он вышел за дверь. Отобедав, мужчина провёл рукой по взъерошенным волосам и направился в ванную. Открыв дверь, впал в ступор. Девка стояла, выпрямившись во весь рост, полотенце, соскользнувшее на пол, свернулось у ног. Гладкая кожа предстала пред ним: влажная и румяная после купания. Вскрикнув, принцесса наскоро прикрылась полотенцем. — И почему мы не запираем двери? — Может, потому что приличные люди стучатся, прежде чем войти? — А может, это выглядело, как приглашение войти? Ничего не придумав в ответ, она замахнулась. Его голова мотнулась в сторону. Возмутившись, он медленно вернул голову в прежнее положение, тяжело дыша. Никто не мог так поступать с ним. В своей излюбленной манере он схватил её за горло, дабы показать, что с ним шутки плохи. — Ты соображаешь, что творишь? Мозги не в том месте стали работать? — Последнее к делу не относится. Это совершенно другое. — Займись лучше делом. Приберись, пока я готовить буду. — Ещё чего! Это твой дом, я здесь не хозяин. А если бы и был — всё равно не стал потакать твоим капризам. Для этого существуют слуги. Лучше скажи, во что будешь одета вечером. — Я отказываюсь что-либо говорить без присутствия своего адвоката. Он не понял значения последнего слова, вновь уставившись на неё. Когда она вышла в холл и намеревалась пройти в спальню, остановилась, услышав голос за спиной. — Ты чего-то боишься? — он подошёл, наклонившись к её уху. — Тебя я не боюсь, — широко улыбнулась, глядя в бездонные зелёные глаза. — Какая храбрая девочка, — игриво улыбнувшись, медленно отстраняясь, сказал он. Лицо приобрело возмущённое выражение. Она набрала полную грудь воздуха, дерзко вскинула подбородок и… промолчала. Горло сдавил спазм, язык онемел. Сын Одина вальяжно расселся на диване. В основном он смотрел криминальные хроники, изредка заходя на кухню, дабы проверить готовность к вечеру. — Помочь? — иронично улыбнулся. — 3 салата, горячее… Может, и десерт сама испечёшь? Взглянув на него, блондинка усмехнулась и стала рыться в книге, а он медленно отпрянул. — В чём дело? Книги испугался? Понимаю, это ведь тебе недетские сказочки. — Хе-хе, я запомню твою шутку, если не отравлюсь твоей стряпнёй! — Дай-то Бог, чтобы ты не траванулся. Дай-то Бог.

*****

— Принеси мою одежду и живей! — опять командный тон заставляет вздрогнуть. — А сам не можешь? И я тебе не прислуга! — Успеешь с себя смыть грязь. Завернись в полотенце и сюда! Ты мне нужна! Живо! Вздохнув, она оделась. Пройдя несколько спален, вошла в комнату, где он ночевал. Тот с яростью пытался вставить ремень в ремешки. Улыбнувшись, стала наблюдать, громко смеясь. Откинув ремень, обернулся, отчего она испуганно подскочила. Стоит ему взглянуть на неё, она тут же подпрыгивала от неожиданности. Так быстро выработался рефлекс. — Помоги мне одеться! — схватив её за руку, он потянул на себя, указав на ремень. — А сам ты что-нибудь умеешь? — она вставила ремень в ремешки и застегнула. — Ты не закончила, застегни и брюки, — улыбнулся. — Ширинку сам застегнёшь. Это не в моей юрисдикции. — Боишься? — сладострастно прошептал он. — Чтобы я осквернила такую неземную красоту? Да никогда в жизни. — Если не поможешь, твоя честь будет испорчена. Ты же не хочешь, чтоб я рассказывал, как ты меня соблазняешь? Я бы и сам оделся, но зачем, если в доме есть женщина… — Я тебе это припомню, — пришлось встать на носочки, чтобы надеть рубашку на него. Пока она возилась с первой пуговицей, почувствовала руки на спине, которые притягивали к их обладателю, нарочито медленно проводя ладонью по взмокшей ткани. Застегнув все пуговицы, гречанка принялась за галстук. Синяя и бархатная ткань приятная на ощупь, но очень скользкая, показалось деве. Пока она пыталась понять, как стоит делать, трикстер недовольно нахмурил брови и вздохнул, встав прямее, тем самым возвышившись над смертной ещё больше. Сердце заколотилось с неимоверной скоростью, заставляя тело биться в конвульсиях. Видимо, зря не надела бельё, раз чувствует себя неловко. Издевательство над колдуном за произошедшее в библиотеке вылилось в последствия для неё, и он наверняка понял, что добился нужного эффекта. Ему интересно издеваться над ней. Это доставляло огромное удовольствие: смущение девчушки, которая привлекает внимание своим вспыльчивым характером, но в то же время умиляет своей детскостью. На его фоне или любого другого асгардца гречанка казалась маленькой и беззащитной. Ощущать мощь и силу пред молодым и хрупким, как хрусталь, созданием, что иногда давала больные пощёчины, возвышало самолюбие и эго трикстера. Размышляя, он непроизвольно прикрыл глаза и почувствовал, что она смогла отцепить от себя его руки. Холливелл встала на носочки вместе с тем, как он вздумал выпрямиться. Только теперь Кэтрин поняла, что маг специально наклонился вперёд, дав ей возможность закинуть другой конец ткани ему за спину и вернуть в прежнее положение. Краем глаза брюнет заметил,что девчонка нисколько не знает, что надо делать и действует сейчас наугад. Вместо того, чтобы две части галстука перехлестнуть крест-накрест, блондинка вначале потянула ткань за два конца, будто это поводья и посмотрела в его очаровательные зелёные глаза, решив заранее вообразить в голове, что делать дальше. — Ты нарочно? — буркнул он без тени злости. — Естественно, господин! — съехидничала собеседница, поджав губы, не намеренная сдаваться. — Мои способности прислуги находятся на высшем уровне, поэтому и делаю всё долго, чтобы качество было на высшем уровне, как и подобает! — Это заметно... Ведьма пулей выскочила из комнаты, вновь скрываясь в ванной. Она не понимала, какую игру он затеял, но догадывалась, что он хочет. Так что лучшим способом в данный момент — сбежать, чтоб не провоцировать.

*****

      За столом Локи сидел рядом с Тором, напротив — Кэт и Сиф, а напротив двери в большую гостиную — улыбающуюся Фригг. Как только сын смотрит на мидгардскую девушку, та отводит взгляд, краснея. Очень похоже, эти двое нашли общий язык, правда, пока что скрывали это. Валькирия же кидала на мага гневные взгляды, в отличие от мужа, что улыбался во весь рот. — Прекрасный ужин, кто, если не секрет, готовил? — царица начала разговор. — Я! Спасибо! Если бы мне сказали, что Вы прибудете, я приготовила больше. — Это редкость, чтобы наследник царской семьи столь прекрасно выглядел и умел что-то. Однозначный плюс. А ты как здесь поживаешь, сын мой? — Вполне неплохо, — нехотя ответил тот, переведя взгляд на тарелку. — Если не считать открытого разврата, в котором эти смертные живут, то вполне даже сносно. Холливелл усмехнулась, вспомнив, какой разврат этот цивилизованный Бог устроил вчера. Брюнет, поняв, что её рассмешило, решил действовать. — Вот типичный представитель это разврата, — указал на неё. Все присутствующие сразу же повернули голову в сторону смертной. — Человек стал чересчур раскрепощён, самоуверен, лжив… Уже молчу про вчерашнюю ночь. — А что было вчера? Не припомню, — она сделала вид, будто ничего не помнит. — Эта несносная напившаяся особа вчера меня домогалась, да ещё и неумелым способом. Я еле от неё отвязался. Мне пришлось её на руках нести, ведь сама она не дошла и сейчас лежала бы в канаве. — Никогда в жизни не поверю, что она его соблазняла. Врёт, дабы потешить уязвлённое самолюбие, — вмешалась брюнетка. — Ты сама такая же, — буркнул тот, с отвращением взглянув на невестку. — И как женщина она меня не интересует! Забудьте о своих планах! Я больше не женюсь, тем более на такой! — Да, я не такая, как те шлюхи, которых ты привёл, пока я была на улице и мёрзла, ожидая, когда ты вдоволь натрахаешься. Я в сотни раз лучше шлюх вместе взятых, что были у тебя. — Локи, — сдержанно сказала женщина, встав из-за стола. Пройдя на кухню, тот пропустил мать вперёд и закрыл дверь. Он понял, почему она хочет поговорить. И мысленно закатил глаза, надеясь, что она не станет предписывать ему роман. — Как тебе не стыдно? — возмущённо пропела женщина. — Мне? — удивился он, улыбаясь во весь рот. — Не стыдно, — гордо заявил он. — Она тебе нравится? — помолчав, русоволосая взглянула сыну в глаза. — Почему ты так думаешь? — он скрестил руки за спиной. — Говоришь девушкам гадости, а сам не можешь и глаз отвести… К тому же вы танцевали уж очень тесно прижавшись друг к другу, — расплылась в улыбке. — Думай, что хочешь, — буркнул он, злясь, что она так низко о нём думает. — Но твоя выходка всё испортила. Извинись перед ней! — Иногда ты меня раздражаешь. Я — взрослый мужчина и сам разберусь со своими женщинами. А насчёт того, что она сказала — это правда. Но не беспокойся, внуков в скором времени не жди. Громовержец бесцеремонно раскрывает дверь. — Мы не будем стеснять, это всего на сутки. Но… — В комнате скелета спите, я постелю. — А где же буду спать я? — поинтересовался он, поняв, о чьей спальне она говорит. — Спасибо. Мы пройдёмся. После полуночи придём. Асгардийка вернулась домой. Холливелл же принялась за уборку. Со стороны гостиной послышался шум. Нарушитель тишины, обопрясь о стену, похотливо улыбался. — А тебе идёт это платье! Оно идеально подчёркивает твои округлости! Отскочив, она ударила его по лицу. На щеке выступил красноватый отпечаток. — Как ты смеешь поднимать на меня руку? — на выдохе прошипел он, схватив её за руку. — Хватит лапать меня, — рассердившись, вновь попыталась ударить его. — Я буду прикасаться к тебе, сколько захочу. — С каких пор? Я же тебе противна, — пытается оттолкнуть его, качаясь, как маятник. — Я изменил своё мнение. Кстати, сегодня будем спать вместе, на одной кровати, под одним одеялом… Ты понимаешь, что мы будем под ним делать? — оттолкнул от себя, отчего та уткнулась в стену. — Снимай платье! Теперь оно не понадобится, — он уже во всех красках фантазировал, как будет лишать её девственности. — Сначала будет больно, но недолго. Тебе понравится! Расстегнув платье и сбросив туфли, принцесса вошла в ванную. Он пошёл следом, и перед самым его носом захлопнулась дверь. Полуйотун стоял под дверью, будто пытаясь рассмотреть, что происходит за ней. Пролежав несколько минут, она закрыла глаза и погрузилась под воду, закинув ноги на край. Над водой виднелись пышные полукружия её грудей. Почувствовав проницательный взгляд, мигом отрыла глаза и увидела принца, что разглядывал её, склонившись над ванной. Холливелл мигом вынырнула и подскочила на месте. Бог Лжи рассмеялся. Он дождался удобного случая и застиг, когда она наиболее уязвима пред ним. Если бы он прислушался к зову собственного тела, то немедленно вытащил бы её из ванны. — Ты что творишь? — плеснула водой и попала ему на брюки. — Не видно? — нахмурив лоб, поинтересовался он, убирая остатки пены рукавом. — Выйди! А то от моей красоты ослепнешь, — оголив зубы в улыбке, приказала та. — Не стоит, — сказал он и широко улыбнулся, откинув галстук. — Подвинься. Я замёрз! — Не подходи! — крикнула она, брызнув ему воды в лицо. — Не стоит прикрываться, я всё видел. Вид неплох, как я изначально думал. Смущаешься? — Стесняться — это нормально. Но у тебя это понятие отсутствует. — Тебе же наверняка интересно, как выглядят обнажённые мужчины. — Уже видела. — Слабо верится. — Уж поверь, ни за какие деньги я не пожелаю увидеть тебя голым. Выйди за дверь!

*****

      На кухне слышен хохот и шипение масла на сковородке. Смертная жарила оладьи, Тор, открыв банку с клубничным джемом, принялся за ремонт шатающегося стула, Сиф же сервировала стол. В помещение зашёл другой ас, встав в ступор при виде всея картины. Громовержец никогда не помогал по дому, самому надеть штаны было непосильной задачей, а тут вызволился отремонтировать стул, что желательно выбросить на помойку. Блондин, правда, изменился: стал думать, прежде чем говорить, перестал быть заносчивым и грубым, будто неизвестная сила постаралась. Удивительно! — Доброе утро, мои дорогие, — приветливо сказал он, скрестив руки на груди. Ас приветливо улыбнулся и кивнул. Валькирия аж передёрнулась. С тех пор как он был любезен, прошло много времени. Сожитель осмотрел помещение, ища взглядом земное протеже. Бегло оглядев женскую фигуру подле плиты, он скинул руки с груди. Мельком взглянув на брата и невестку, он решил продолжить компрометировать блондинку. Набравшись наглости, он подошёл сзади и коснулся талии мидгардки, прижавшись теснее, доставая из шкафа кружку. Брови асиньи приподнялись, а Одинсон широко раскрыл глаза. Мозг старательно пытался найти объяснение поведению брата. Девушка вздрогнула и захотела дать ему подзатыльник, но тут же услышанное повергло в шок. — Надеюсь, ты выспалась. Как прошла прогулка? — Хорошо, если не считать… — дева хотела выразить своё возмущение. — Сиф, не надо, — муж сильно сжал ладонь жены. — Тор хотел сказать, что отпираться бесполезно, — пояснил без смущения. — Ты не сердись. Мы никому не расскажем о вас, — почёсывая затылок, молвил тот. — Во-первых, ничего между нами не было, во-вторых, даже не рассчитывайте, что… — Хватит препираться, — прикрикнул он, намереваясь предотвратить очередную ложь. Сев на тумбочку, Кэт тяжело вздохнула, прикрыв лицо руками. Кроме Сиф теперь и Тор думает, что она без ума от Локи, чего, конечно же, не было и в помине. Переведя взгляд с девчонки на асгардийку, трикстер подметил, что обычное красное летнее платье в белый горошек со слегка оголённым декольте и плечами вполне недурно смотрелось на ней. На кухне становится жарко, лучи проникают в помещение сквозь листья плодовых деревьев, но и они не спасают от духоты. — После завтрака вынесешь неподъёмные вещи на помойку. Тебе это не трудно, а я вентилятор включу. — Гляди, как раскомандовалась! С роду не видел, чтоб Тор был послушен, — вставил лепту полуйотун, смеясь. Раз не хотел помогать ей по дому, это сделает его брат, что привёл его сюда. Думали на халяву поживут, покушают вкусных блюд и вернуться домой счастливые и отдохнувшие? Она не прислуга и не домработница. Асгардцы были в гостях, но не удосуживались даже прибраться за собой. Ту же тарелку поставить в раковину и то из ряда фантастики для них. Пусть отдувается старший брат. В следующий раз подумают, прежде чем свалятся, как снег на голову, не предупредив заранее. Холливелл же стояла на носочках, пытаясь дотянуться до нужного предмета. Любовника это позабавило. Взяв вентилятор, протянул его ей. Просверлив его спину вымученным взглядом, она вставила вентилятор в розетку. Прохладный свежий ветерок распространился по кухне, отчего и дышать стало легче. Одинсон же уселся за стол рядом с братом. Принцесса закончила печь оладьи и поставила тарелку, сев поодаль, отчего тот ухмыльнулся и протянул руку к банке, к которой прикоснулась она. Резко одёрнув руку, блондинка опустила голову. Взглянув на него, она заметила его садистскую улыбку.       Отобедав, Тор пригласил всех прогуляться, но ведьма отказалась. Прибравшись, гречанка прошла в гостиную, где благополучно в кресле расположился колдун. Она прошла к полке, взяла диск и включила мультик «Мадагаскар 3». Как только началось интересное, она легла на живот, прикрывая рот руками, когда смеялась. На экране инспекторша таранила стены, гонясь за воздушным шаром с животными. Ас со злостью одаривал её гневным взглядом. Та размахивала ногами, отчего у него кружилась голова. — Прекрати махать ногами! Раздражает! — не сдержался от колкости мужчина. — А не прекращу, что ты сделаешь? — выдала колкость та и отвернулась. Усмехнувшись, он встал и, схватив её за ногу, потянул, отчего она упала на пол, громко крича ругательства в сторону гостя. — Что за крики? Что ты сделал? — спросил появившийся громовержец. — Я? — переспросил брюнет, продолжив читать книгу. — Ничего такого, из-за чего можно переживать. Вечером Тор и Сиф вернулись в Асгард. Поев и буквально выскочив из-за стола, Бог Лжи вышел во двор. Кэтрин сидела в гостиной и тут вваливается он. Осмотрев её, сел рядом. Проигнорировав его неожиданный приход, она уставилась в экран телевизора, скрывая тревогу, дабы он не понял, что она боится дальнейших действий с его стороны. Через некоторое время она решила, что лучше уйти и, встав, сделала шаг. Он резко потянул её на себя. Обвив за шею, притянул её голову к себе, дыша в ухо. Схватившись за руки, она пыталась убрать их, но он сильнее прижал её к себе, чуть не ломая шею. — Дёрнешься… — угрожающе прошептал он. — сверну тебе шею, птенчик.