Hell of a mix

Ему говорят жить дальше, ему говорят забыть, ему говорят, что боль пройдёт. Но сегодня уже год как прошёл, а сердце рвётся так, словно и дня не прошло. Словно он всё ещё в том горящем здании, а вокруг эти крики и дым, пробирающийся в лёгкие и выедающий глаза. А ведь тогда они были ещё совсем молоды, строили планы на жизнь, смеялись. Им было по двадцать пять, когда их в числе первых про-героев направили на место террористического акта, новой злодейской группировки. Кацуки тогда отговаривал Урараку, а она же упрямая до пальцев на ногах, попёрлась с ними. И её чуть не вырвало, когда она увидела, что сталось с телами людей, которые находились в торговом центре. Здание всё ещё горело, дым валил изо всех окон, пожарные старались работать на пределе, а их задачей было проверить здание на наличие живых и попавших в ловушку людей. Уравити поднимала плиты и камни, время от времени кашляла, потому что першило в горле и опять принималась за работу. Деку, как обычно ринулся в самую гущу. А Кацуки достался нижний этаж на осмотр. Они почти всех вывели, когда Бакуго услышал надрывный кашель. Это была Очако, она сидела на коленях и выхаркивала сгустки крови, при этом с помощью причуды держала кусок потолочной плиты, под которой была собака с раздавленной к чертям ногой. -Ты сдурела?! Это просто собака! Вали отсюда, пока не выхаркнула на пол лёгкие! -Кацуки, забе…ри…её… - голос её звучал глухо и хрипло, а глаза помутнели. Её, всё ещё по-детски пухлые ручки, покрытые рваными ранками, дрожали, по щекам бежали слёзы, а подбородок был в крови. Бакуго, скрепя зубами, вытащил эту собаку, а когда побежал обратно услышал грохот на среднем ярусе. Там был этот кретин, Деку. Кацуки не помнит, как добрался до него, но он отчётливо помнит, как оцепенел, когда увидел Урараку, держащую спиной огромную плиту, а под Очако, Деку с лицом разбитым в кровь и обгоревшим костюмом. Бакуго моментально бросился к ним и поднял плиту. Огонь тем временем подбирался всё ближе, всё заволокло едким дымом, у Кацуки в глазах всё поплыло и ноги стали ватными. Потом его что-то ударило по голове, и последнее что он помнит, это прикосновение к своему лицу двух рук, всю в шрамах, мужскую и мягкую, покрытую такими же шрамами, женскую. Дальше темнота. А когда он очнулся в больнице, весь мир скорбел по герою номер один и отважной героине Уравити. А он стал чудом спавшимся, благодаря причуде Урараки, героем. Кацуки как будто видел себя со стороны. Вот он схватил медсестру и кричит на неё, требуя объяснить что это значит. Вот он понимает, что их действительно больше нет, ни его девушки, ни его парня. Вот он крушит палату, и кричит царапая лицо, разбивая кулаки в кровь о стены, вот он упал на колени и завыл, вот и солёные капли стекают по его подбородку, вот ему вкалывают успокоительное. И он засыпает. Каждый день Кацуки просыпался с мыслью, что это он, вот этими руками, погубил двух, дорогих ему людей. Он был у психолога, потом у психиатра, а потом просто начал глотать таблетки горстями, не запивая, потому что они помогали ему забыться и уснуть. Он уже давно не герой, да даже не человек, ест через раз, их общая квартира заполнилась бутылками, палетками от таблеток и листами, вдоль и поперёк исписанными «Простите меня, за то что не спас вас». Он любил их обоих, любил так, как никого до них. Они любили его в ответ, улыбались ему, просыпались и засыпали вместе с ним. Дарили ему свои сверкающие улыбки. А теперь этого всего нет, это всё рухнуло в одночасье, как то здание, что похоронило их заживо. Урарака хотела съездить в Венецию, Деку хотел завести кошку, а Бакуго хотел видеть их счастливыми. Он приходит к ним на могилы по ночам. - Прости, круглолицая, сегодня я опять ничего не ел. Прости, Деку, сегодня я опять опустил руки. На этот раз перед нашей фоткой, где мы впервые вместе пошли в кино, ты помнишь свой глупый пиджак, так вот, он совсем не глупый. А ты Урарака, помнишь свой блеск, он не такой отвратный, как я говорил. Я вообще вам много чего говорил. Но чёрт возьми! Почему именно вы? Почему именно тогда?- слёзы опять бегут по посеревшему и впалому лицу. Кацуки стискивает зубы и зажмуривает глаза. -КТО БЛЯТЬ В ЭТОМ ГРЁБАННОМ МИРЕ РЕШИЛ, ЧТО ЭТИ ДВОЕ ДОЛЖНЫ УМЕРЕТЬ?! Я ТЕБЯ СПРАШИВАЮ, ЭЙ ТЫ ТАМ, НАВЕРХУ! КАКОГО ХРЕНА, ТЫ ПОДАРИЛ И СРАЗУ ОТНЯЛ У МЕНЯ ИХ?! ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УБИЛ И МЕНЯ В ПРИДАЧУ А?! Он кричит так, смотря в небо, высоко задрав голову, глотая слёзы и рыдания, пока не охрипнет, а потом он оседает на землю и прижимаясь лбом к одной из плит тихо повторяет: -Почему они? Почему? Лучше бы это был я…- пока не теряет сознание. Однажды спустя четыре года кладбищенский сторож найдёт мёртвого светловолосого, тощего, парня, засунувшего руки в карманы толстовки и прижавшегося к общей могильной плите героя номер один и Уравити. Он так и не узнает в нём героя номер два Кацуки Бакуго, который не смог жить без тех, что дарили ему свет и смысл жизни.