Стандарт не наш формат

      Парни очень долго собирались. Нет, не так. Акинфеев собрался за пять минут и стоял в полной экипировке у порога, ожидая пока Дзюба найдет всё. И одежду, и обувь, и тот голубенький шарф, который: "Игорь, ну ту же знаешь, я не могу без него и помог бы уже, а не бурчал что-то на латыни". Общими усилиями они нашли все вещи и Головин уже собирался их выпроводить, но ... - Сашенька, ты главное ничего не испорть. Ты же знаешь, как папа за тебя волнуется. И не забудь, контрацептив в тумбочке. Батя плохого не посоветует, - наставительно говорил Дзюба, хотя его лицо не соответствовало тону. - Я не волнуюсь, - пихнул его в бок Акинфеев. - Мы вернемся в одиннадцать. Идём уже.       Головин выпроводил Дзюбу и Акинфеева в полвосьмого, чтобы наверняка. И не прогадал, в его дверь позвонили через десять минут. На пороге стоял Ерохин, с милым дипломатиком в руках. - Привет? - очаровательно улыбнулся он. - Привет, - растаял от чужой улыбки Головин, пропуская гостя внутрь.       На улице было довольно прохладно. Игорь поёжился, сильнее кутаясь в свой шарф. Артём вообще шёл в расстегнутой толстовке, выглядя как человек, который и в Арктике не замерзнет. Игорь огляделся вокруг и не заметив никого, ухватил Артёма за руку. - Замерз? - улыбнулся Артём, засовывая сцепленные ладони в свой карман. - Не хочу, чтобы у тебя руки замерзли. - Не совсем, - нахохлился Игорь, начиная подстраиваться под чужой шаг. - Просто отвык от холода. - Это и странно, - задумался Артём. - На Небесах вроде прохладно. - Да, - кивнул Игорь. - Но я познал жар падения. - Ты про секс? - наклонился к нему Артём. - Нет, про выгорание крыльев, - вдруг погрустнел Игорь. - Ну, чего ты? - остановился Артём, мягко беря лицо ангела в руки. - Ничего же не случилось. - Ты прав, - тихо ответил Игорь, поднимая взгляд на демона, и его глаза под светом фонарей почудились такими медовыми. - Просто вспомнил, как больно это было. - Можно я тебя укушу? - вдруг спросил Артём, смотря как-то странно и немного собственнически. - Что? - опешил Игорь, шарахаясь назад. - Игорёчек, я чуть-чуть. Не больно будет, - начал просить демон, протягивая руки к ангелу. - Ты в своём уме? - покрутил пальцем у виска тот. - Но я кушать хочу, - пожаловался демон. - Ты сказал, что не голоден, - нахмурился ангел. - Я соврал. А сейчас хочу, - Артём ловко схватился за шарф уходящего Игоря. - Ты купишь? - Что с тобой делать-то? - вздохнул тот, затормаживая. - Куплю. - Люблю, - обрадовался Артём, сгребая ангела в свои объятия и целуя в висок. - А что купишь? - Яблоки, - изрек через пару секунд Игорь, чувствуя как демон вздрогнул. - И не смей мне тут жаловаться. Сам виноват. - И это всё? - удивился Артём, даже объятия разрывая. - Я тоже тебя люблю, - со вздохом ответил Игорь, целуя демона в кончик носа, как ребёнка. - Тебя это тяготит? - Нет. Просто бросаться словами слишком ... - Но я же искренен! - дернул ангела на себя Дзюба, глядя немного обиженно. - Я знаю, - выдохнул Акинфеев, мягко улыбаясь демону. - Тём, я тебя ни в чём не обвиняю. Просто для меня слова пустой звук. Можно многое сказать, пообещать, но так ничего и не сделать. - Я не человек. Мы не люди. Мы другие, - Дзюба затряс ангела за плечи. - Мы не такие? - Да? Да ... Прости, но я так привык ко лжи, что мне сложновато перестроиться, - покачал головой Акинфеев, горько усмехаясь.       Дзюба притянул Акинфеева к себе, обнимая так крепко и нежно, как только мог. Он пытался передать этими объятиями, что защитит и будет рядом. - Спасибо, - слабо сказал Акинфеев, прижимаясь щекой к груди демона, слушая как бьется его сердце. - Мне легче. - Ну и хорошо, - обрадовался Дзюба, проводя ладонями по чужому лицу. - У тебя лоб горячий ... - Крылья зудят, - просто ответил Акинфеев, прикрывая глаза. - Ты как? - похолодел внутренне Дзюба. - Игорёк, ты как? - Холодно, - вдруг ответил Акинфеев, дрожащим голосом. - Что же со мной такое? Мне так холодно. - Сейчас. Я сейчас отнесу тебя домой. Ты же хочешь домой? - с волнением шептал Дзюба, гладя стремительно бледнеющее лицо.       Ангел не ответил, он даже глаза не открыл. Внутри демона что-то резко оборвалось и ухнуло вниз. Он же не ..?