Вояка в этом прекрасном мире

Мэгумин с Аквой убежали куда-то по своим делам, подозрительно перешёптываясь, а остальная часть группы (куда без вопросов приняли и Мэрт, всё же баффы от барда прекрасно сочетаются с таковыми от жреца) села квасить. Да-да, именно так — квасить. Дело в том, что сержанту наконец удалось наладить работу самогонного аппарата и получить что-то дельное. Мутноватая жидкость где-то под пятьдесят градусов, впрочем, не была пресловутым «первачом на курином помёте», хотя для непривычного горла хватало и её… — Каз, ну ты мне объясни, ну что это за история с женским бельём, о которой все говорят? — спросил Несвидов, разливая по стаканам. — Мне тоже интересно, а то кого ни спросишь — у каждого своя версия, — присоединилась к нему Мэрт, сидящая рядом. — Блин, как все меня уже с этим достали! — воскликнул Казума, машинально опрокидывая в себя жидкость. Казума открыл рот. Казума закрыл рот. Казума выпучил глаза. Снова открыл рот. — На, закуси, — сержант протянул ему вилку с наколотым на неё солёным огурцом. Казума закашлялся, но закусь принял. — Фух, ну нихрена ж себе… — произнёс он, немного оклемавшись. — Это что, весь крепкий алкоголь такой? — Не, просто в этот раз самогонка больно ядрёной получилась. Но я уже понял, как её помягче сделать, а если ещё на травах настоять, то вообще, ух! — и сержант залпом осушил свои сто грамм, довольно крякнув и занюхнув рукавом.  — А как же… — растерялся Казума, указывая взглядом на миску с соленьями. — После первой, эхх, не закусываю! — сказал он, оглаживая уже успевшие отрасти усы. — Отморозок, — буркнул парень. — Дикий русский отморозок… — Сань, ну сколько тебя просить — побрейся ты уже наконец! Мне же щекотно когда мы, ну… — смутилась от сказанного Мэрт. — Ну, ладно, ладно, хрен с тобой, золотая рыбка. Всё больше убеждаюсь, что в предках у тебя точно кто-то из семейства дятловых был, — и сержант тут же получил девичьим локотком в бок, причём с недевичьей силой. — Молчу, молчу… Блин, меньше месяца встречаемся, а из меня уже верёвки вьют и пилят… Ладно, так что там с той историей? Тут Даркнесс, подозрительно рассматривая стоящий перед ней стакан с сотней грамм самогона, всё же решилась, и, по примеру товарищей, залпом выпила. — Ммм… — опять выпученные глаза, но стон подозрительно довольный. — Не обращай внимания, — бросил сержант. — Ладно, слушайте. Я когда только-только в этот мир попал, мне Крис один навык показала — Кража. Ну, типа, чуть-чуть маны — и рандомный предмет цели у тебя в руках. И чем выше удача, тем больше шанс стащить что-то ценное… — А женское бельё здесь причём? — спросила Мэрт, пригубив вино из бокала. В отличие от остальных она предпочла традиционный напиток. — Ну, я когда его изучил — попробовал свой кошелёк у неё обратно стащить. А вместо него стащил трусики… Посреди улицы… — Ага, а потом с диким выражением лица стал размахивать ими на виду у всех, — ехидно заметила Даркнесс. С тех пор, как к ним примкнул Несвидов, она стала намного циничнее и уверенней в себе, а градус её мазохизма всё же снизился, и заметно. Сержант-таки сдержал своё обещание про «копать отсюда и до обеда»… А потом заставил закапывать обратно. — Заткнись, это был психологический трюк, чтобы выбить из неё побольше денег! — огрызнулся Казума. — Да… А потом в гильдии я попытался доказать, что предмет выбирается случайно, и использовал Кражу на Мэгумин… — И это снова были труселя, — утвердительно произнёс снайпер. — Ага. С тех пор как не использую этот навык на девушке — всегда трусы выпадают. Проклятье какое-то. — Хах, а с мужиками? — развеселилась Мэрт. — Э, попридержи своё больное воображение! — замахал руками Казума. — Был тут один хмырь, такой же попаданец, как мы с тобой, Сань. Как же его звали? Кацураги?.. — Мицуруги, — бросила Даркнесс. — Да, точно! Ну так вот, увидел он Акву, которая его сюда и забросила, и такой, мол, чего ты с этими неудачниками, давай ко мне в пати. А у самого рожа, как будто он её прям здесь пользовать собрался, да ещё две девицы полуголые с ним. Ну, мы его послали… — И что? — Не пошёл. Говорит, давай сразимся, кто победит, того и Аква. Ну и пристал как банный лист. — А ты чего? — А чего я? Крикнул: «Ладно, начали», тут же выхватил кинжал и на него кинулся. А он только-только меч достать успел. А я возьми, да и используй Кражу — и на тебе, меч его в руке. Но меч был уж больно здоровый — хрен его знает как он им дрался — и, в общем, я его случайно по голове им огрел, да так, что тот вырубился. — Да ладно! А чё у него за бонус был? — Да вот этот самый меч. Я его потом за великие деньги загнал… — Ну ты даёшь… Тут раздался стук в дверь. — Хм, кто бы это мог быть? — задумчиво произнёс сержант, поднимаясь из-за стола и направляясь в прихожую. На пороге оказался какой-то дорого одетый бородатый мужик в сопровождении двух мордоворотов в лёгкой броне. — Слышь, уважаемый, ты кто такой? — не очень вежливо спросил сержант, хотя на языке у него вертелось незабвенное: «Вы кто такие? Я вас не звал! Идите нахуй!». — Меня зовут Дастинесс Форд Игнис, — недовольно посмотрел на него человек. — И я приехал, чтобы поговорить с дочерью. В мозгу сержанта щёлкнуло: «А ведь точно, Даркнесс ведь у нас аристократка». — Ну, заходи, раз такое дело. Только этих ушли куда-нибудь от греха подальше, — сказал он, пропуская мужчину в дом. Пройдя в гостиную, где Мэрт травила очередную байку, сержант громко обратился к блондинке: — Эй, Дарк, тут твой папаня поболтать приехал! Та резко обернулась. — Отец, — с напряжением в голосе протянула она. — Я же писала, что все эти твои кандидаты могут идти лесом. Мне и здесь хорошо. — О чём это она? — удивилась Мэрт. — Он её всё замуж выдать пытается, — прошептал ей на ухо Казума. — Я понимаю, — склонил голову Игнис. — Но хотя бы пообщайся с ним, может, твоё мнение изменится. Я не могу смотреть, как ты постоянно подвергаешь себя опасности… — Нет и точка! — Так, стоп, — Несвидов поднял руки в примирительном жесте. — Давайте присядем и спокойно поговорим, выпьем. — Ну, хорошо, — тяжёлым голосом произнёс аристократ, после чего его усадили за стол и немедленно налили. — Хм. А что это? — спросил он. — Моё фирменное, — с гордостью произнёс сержант, наливая и себе. — Ну, за встречу! Зазвенели стаканы, и мужчина, с неким сомнением глядя на стакан, всё же выпил и выпал в осадок. Ему тут же выдали закусь и запивку. — Ых… Как вы это пьёте? — с недоумением спросил он. — С превеликим удовольствием! — последовал ответ. — Нда-а.

***

В общем, разговор прошёл нормально. Сначала, конечно, атмосфера была напряжённой, но после пары стопок аристократ подобрел, и признал, что его дочь имеет право жить как ей хочется, тем более, что живёт она во вполне неплохих условиях. В итоге он согласился остаться на ночь в качестве гостя, а наши приключенцы на следующий день ради такого случая даже внепланово протопили баню и приобщили его к русской культуре. — Эх, хорошо, — протянул Игнис. — Надо будет и у нас дома что-то такое сделать. Кто придумал такую замечательную вещь? — Саня. Они с Мэрт у нас тут главные скоморохи всея Аксиса, — похвасталась Даркнесс, лёжа на скамье. — Вот как? Они барды? — спросил изрядно повеселевший отец девушки. — Нет, бард только Мэрт, а Саня авантюрист… Правда, я так и не пойму, кто лучше играет. Слушай, а ведь уже вечер! Пойдём к нам в гильдию! Они там концерты дают. — Ну что же, можно и посмотреть, — покладисто согласился тот. По прибытии в гильдию компания расположилась за большим столом и заказала напитки. — Давай, Мэрт, ты первая, — сказал сержант, привычно потягивая пиво. — Ну, ладно, — ответила та, доставая скрипку из футляра. Оригинальничать она не стала, спев шуточную балладу об очень трусливом воине, чудом победившим кучу монстров. Тем временем, сержант решил пройтись по знакомым и узнать свежие новости. — Чего ты такой хмурый, Даст? — спросил он, подсаживаясь к светловолосому парню. — Да вот, захотели мы пройтись по тому данжу, что вы тогда чистили. Ты ж сам говорил, что вы там далеко не всё обыскали. Даже жреца уговорили с нами пойти… — И что? — Ну, прошли мы вход в ту зону, завалили пару мертвяков и тут бац! — парень стукнул кулаком по столу. — Взрыв где-то впереди. А потом совсем уж дикий грохот… — Ну, не томи. — В общем, пошли мы посмотреть что там такое творится, а там завал здоровенный, да так что никуда дальше не пройти — коридор там прямой и без ответвлений. Так что данж теперь недоступен… — А разгребать не пробовали? — Куда там! Даже если бригаду строителей пригнать, ничего не выйдет. Ты же знаешь, начнёшь его растаскивать — новое обрушение будет, причём, скорее всего, тебе же на голову.  — Дела… — Сыграешь сегодня? — с надеждой спросил Даст. — Так для того и пришёл. Вот как раз сейчас и сбацаю, — ответил сержант, вставая из-за стола. Дабы не шокировать лишний раз отца Даркнесс, от матерных песен он решил всё же воздержаться… — Так, ребята, сегодня опять иностранная песня! И, зная вас, обормотов, я уже заранее её перевёл — кому интересно, потом можете подойти и посмотреть. Правда, стихоплёт из меня хуёвый, так что не обессудьте, что перевод без рифмы. — Обязательно! — крикнул Крайз. — Но перед этим — немного предыстории! В тех краях, откуда я родом, есть легенда о корабле-призраке под названием «Летучий Голландец». Изредка, в шторм или туман, моряки могли увидеть потрёпанный фрегат со рваными парусами. Он не может пристать к берегу и обречён вечно бороздить моря, принося несчастья всем встречным. Встретив другой корабль, он пытается передать через него письма и послания, но все они адресованы давно умершим людям. Вот о нём я и спою.

The sky was grey and cloudy, And the wind was from the west, When we spied a battered frigate With her tattered sail full dressed. They signalled they had letters home They asked if we could take, They dropped them in a barrel They left bobbing in their wake. We reefed the sails and slowed the ship To fish they barrel out, The old ship sailed to the distance And we saw her come about. The captain watched through a spy-glass, And we heard him catch his breath, And we saw the storm a-brewing Had become a wall o' death. Turn this ship around, me boys, Turn around and run! That storm it wants a battle, And it’s sure that were outgunned! What of the ship that’s out there, Do we leave her to the gale? She’s called the Flying Dutchman, And it’s rage that fills her sails! The thunder growled like demons, And the lightning stabbed the waves, And the Dutchman she leapt t’wards us Riding fury from the graves. Our captain, he stayed at the wheel, The crew, they manned the lines, And still that ship and storm Were quickly closing in behind. Our ship we crest a giant wave, And crashed to the trough below, And the crew held on to what they could — They were damned if they let go. The rain and sea and storm winds Crashed against our ship with wrath, And from the deck of that cursed ship We could hear them laugh. Turn this ship around, me boys! Turn around and run! That storm it wants a battle, And it’s sure that we’re outgunned! That ghostly ship is hunting us, It’s bringing on the gale! She’s called the Flying Dutchman, And it’s rage that fills her sails! That was when we sighted land It became a race with time, We believed it Santa Marta, The Dutchman closing in behind. Risk it all! , the captain howled, It’s the only chance we've got. Salvation if we make it, And our souls if we get caught! The storm was all around us, And the Dutchman cut our wind. The beast nearly capsized up, And we watched our strong mast bend. We were almost to the harbour, We could see the natural break, And each man willed her forward, For they knew it was at stake. Turn this ship around, me boys! Turn around and run! That storm it wants a battle, And it’s sure that we’re outgunned! That ghostly ship is hunting us, It’s bringing on the gale! She’s called the Flying Dutchman, And it’s rage that fills her sails! Once we charged into that harbour The Flying Dutchman heaved away, And we heard their bitter screams, For the devil lost his prey. Once we made it safely To the leeward of the bay, We cracked that barrel open To see what those letters say. There must have been a hundred, And that’s when we realised — These mouldy parchments were addressed To those who’d long since died. If you see a battered frigate ‘neath a grey and stormy sky, Give way and watch behind you, Or you’ll hear your captain cry: Turn this ship around, me boys! Turn around and run! That storm it wants a battle, And it’s sure that we’re outgunned! That ghostly ship is hunting us, It’s bringing on the gale! She’s called the Flying Dutchman, And it’s rage that fills her sails! *

Песня была довольно зловещая, но народу понравилось. — Могу я вас спросить, что это был за язык? — спросил сержанта Игнис, когда тот вернулся к столу. — Английский. Но вряд ли вы его ещё когда услышите — эта страна очень, очень далеко, — ответил тот, отхлёбывая из кружки, дабы промочить горло. — Интересно… — задумался он. Тем временем, за листок с переводом уже начинала разгораться если не драка, то потасовка точно. — Слышь, ты! Я первый сюда пришёл! — А мне поебать, подвинешься! Игнис странным взглядом смотрел на это зрелище. — И часто у вас так? — спросил он. — Да это они ещё спокойные… — беззаботно ответила Даркнесс. — А ну, кто на меня, а? — заорал Крайз, сжимая листок, после чего получил в голову полной бутылкой и завалился на соседний стол. — Слышь, ты! Совсем охренел?! — вскинулся сидевший за ним авантюрист, чей ужин теперь украшал пол гильдии. — Да я тебя… Драка очень быстро разрасталась. — Спокойные, говоришь? — скептически окинув взглядом зал, протянул аристократ. — Ну-у-у… — Э, не трогай меня, я вообще не при делах, ай, у… Лайми, спасай! — Казуме не повезло оказаться чуть ли не в самом эпицентре. — Э, блин, я так не играю! — отставил сержант кружку. — Ребята, это не дело, наших бьют! Вперёд, поможем товарищу! — и бросился раскидывать атакующих незадачливого парня авантюристов. За ним с широкими улыбками устремились и его сопартийцы — кулаки чесались у всех, да и команде «наших бьют» сержант научил их едва ли не в первую очередь. Вечер переставал быть томным… Игнис, конечно, подумывал залезть под стол и переждать бурю, но аристократическая гордость не позволила. Однако когда в него прилетело блюдо с чьим-то салатом, он вскипел. «Тварь я дрожащая, что ли?!» — подумалось ему. Всё-таки, в средневековом мире аристократы были не только управляющими, но и воинами, которые защищали свой надел. — Эх, была не была, вспомню молодость! — воскликнул он. — А ну иди сюда, утырок, я тебя научу, как зубы с пола сломанными руками собирать!

***

— Эх, хорошо погуляли, — довольно протянул Несвидов, ощупывая языком зубы. — Надо как-нибудь повторить. — Это точно, — согласился с ним Игнис, щеголяющий со свежим фингалом и разбитыми костяшками на руках. — Эм, в смысле, такое поведение негоже для аристократа… Хотя, кого я обманываю, — махнул он рукой. — Вот! — сержант поднял вверх палец. — Будьте проще, и люди к вам потянутся! — Саня, на Остапа Бендера ты ну ни разу не похож, — сказал ему Казума. — Эээ… А ты что, читал «12 стульев»? — удивился сержант. — Представь себе! В переводе, конечно, но даже так было довольно интересно. — Да уж…

***

Провожали бравого отца блондинки долго и весело, всучили с собой здоровую бутыль самогона и приглашали захаживать почаще. Попутно Несвидов втолковывал ему подробности устройства бани. — Эх, классный всё-таки мужик, когда не хорохорится, — сказал сержант, вновь оглаживая усы. — Сколько раз тебе уже говорить, побрейся! — Эхх…