цветочный

— тот самый? эта фраза. друзья, видимо, уже бывшие, лежали на кровати и всю ночь целовались. просто отдались чувствам, демонам внутри них. они просто целовались. как-то выговорились без слов. у каждого в личной жизни какой-то пиздец. вино, кстати, быстро испарилось. так вот. руслан ненавидит эту фразу. терпеть не может. её не должно существовать. он просто встал с кровати, проигнорировав вопрос юлика и подошел к окну, доставая пачку. — нет, нет, и еще раз нет. так не пойдет. юлик быстро спохватился, подбежав к тушенцову, вытащил все сигареты и заменил их на маленькие неизвестные росточки. откуда они оказались у онешко в тот момент, никто не задумался. но, черт. это было настолько мило. — а знаешь. — что? юлик обожает перебивать. — ты мне дороже, чем сигареты. пачка улетела куда-то на пол, а руки переместились на талию онешко. — это типа признание в любви? он немного смущался и даже покраснел, от чего рус искренно улыбнулся. — любовь. мимолетный поцелуй, запомнившийся на долгие годы.

***

прошло все лето. уже к двадцатым числам августа юлик не мог заснуть без русланадополнительного пледа. окна теперь нельзя открывать нараспашку, а то придется пить противный терафлю с химозным лимоном. юлик вообще не любил болеть. но когда о тебе заботятся — о боже мой. ощущение, что ты кому-то нужен, позволяет тебе жить без слез горя и боли. правда, боль в висках от температуры никто не отменял. онешко очень невовремя заболел, потому что у руслана последний курс, он уже в августе думал о дипломе. и о юлике. но о дипломе тоже. весь август прошел настолько тесно, настолько вдвоем. нужен только закат, финский залив и переплетенные пальцы рук. общие мечты, привычки. разные вкусы и позиции. но всё такое подходящее. руслан погряз полностью. юлик был неимоверно красивым. он громко смеялся, широко улыбаясь. он обожает зеленый чай и болтать с людьми. юлик радовался мелочам. он радовался тому, что жив. мог наблюдать прекрасное своими глазами. хотя самым прекрасным был он сам. но считал таковым тушенцова. только онешко знал, каким он может быть. какой он есть на самом деле. сколько в нем разных бушующих цветов и оттенков. все это скрывается под черной одеждой и черно-белым инстаграмом. только юлик знает, какой он сумасшедший, чокнутый пофигист. но может любить. и отдает себя всего. только юлик знал, как глаза парня могли ярко блистать от счастья, а потом от слез, от того, что на душе паршиво. дети? семья? нужно. важно. но юлий не хочет этого всего без руслана. а русе и юлика хватает. любовь — это не выбор. если выбирать самому, то зачем нужна судьба? эта сука вытворяет разное. и совершенно неожиданно. если бы не она, руслан бы не поговорил тогда с цветочным. он бы продолжил травить легкие, а позже и вовсе откинулся от сыра в пицце, что на него повлиял слишком сильно. но судьба решила обойтись любовью. она душила больше, чем табак. душила, обнимала, заботилась, страдала, прощала и ненавидела. и все в двух людях. и все за три месяца. какие-то три месяца лета. — я ненавижу лето. юлик отвлекается от очередной статьи в интернете и поднимает глаза на руслана, что по привычке сидел на подоконнике, стуча пальцами от ломки. — только скандал не устраивай. рус поднимает руки, ”сдаваясь”. он кусает губу и смотрит на почти горящего юлия, который прикрывает глаза и откладывает телефон, внимательно слушая любимого. — оно заканчивается. руслан невинно улыбается, а юлик выдыхает. он начинает усмехаться. встав со стула, он подошел к русе, обвив шею руками и наклоняясь к уху. — у нас еще будет много июней, июлей и августов. он сладко шепчет, от чего руслан растворяется, словно сахар. он тает. и это надолго.