Writober2018

      …А дальше вглубь леса стояла хижина. Этот лес мы уже знаем, и скоро станем в нем полноправными гостями, а не случайными путниками. Итак, хижина: за ней начиналась непроходимая чаща, но здесь, на рубеже, еще можно было постараться остаться в живых.       Бессменный хозяин этой хижины же заботился о том, чтобы число попытавшихся и близко не стояло с числом выживших. В свободное время навещал королевскую библиотеку и пек пироги — если было подходящее настроение. Иногда писал натюрморты и портреты, чтобы было, что дарить венценосному в качестве благодарности за увлекательнейшее чтение. (Почему-то другие самодельные подарки Его Величество не принимал, видимо, не знал, из чего делаются краски…). Его звали Фер, и о себе он предпочитал не говорить.       Сюда доносились восторженные и уже немного пьяные голоса с вечеринки. Фер сидел, закинул ноги на каминную решетку (потому как хижина его была не в полной мере настоящей хижиной), потягивал глинтвейн из серебряного кубка, изредка кусал от тыквенного пирога и задумчиво смотрел в окно, отвернувшись от огня. Его потревожили несколько часов назад: квартет заглянул на огонек, прежде чем пуститься во все тяжкие — это у них и вовсе получается уже профессионально.       Фер — бог времени. Ему открыта власть над ним, над всем прошлым и будущим, но настоящее обычно, будто бы в насмешку, складывается причудливо и абсолютно непредсказуемо. — Ты расскажешь нам про Древних? — спрашивал файтер, усаживаясь в кресло напротив. — Для нас это важно.       Где-то далеко в лесу снова расхохотались. В голове мага промелькнула мысль, мол, когда вам слышится, что в лесу кто-то хохочет — вам не слышится, теперь он будет знать…       А бог изогнул бровь, спрашивая: — Это все, за чем вы пришли? — И что, если да? — Из всех сказителей, менестрелей и бардов Обитаемых Земель вы вчетвером, непризнанные гении, выбрали именно бога времени? Серьезно?       Они переглянулись, кто-то позволил себе пустить сдержанный смешок. — И снова да. С тобой вовсе не сложно соглашаться, — Мигель клыкасто улыбнулся.       Фер уставился на них новыми глазами: словно на чудо света, на новую открытую звезду или даже как институтка — на дракона. Что за четверка и их отважное безумие?! Это уму непостижимо, какая невероятная наглость! Однако… Он кашлянул. — Ну, еще задолго до вашего появления — людей, я имею ввиду — они успели прийти в этот мир и даже частично умереть. Их история тянется долгие сотни лет и поистине увлекательна…       И они говорили много часов, возвращаясь к прошлым победам и поражениям, к дыханию ушедшего мира прошлого, славного и отчаянного. Полного блистательной силы — и жизни. Древние ушли теперь в никуда — однако даже оставшиеся воспоминания о них полны той первозданной мощи, которую они несли в себе. И даже в историях сохранилась их жизнь, такая, что можно выпить вместо крепкого вина, только никогда не добраться до дна.       Искать встречи с богом времени было полным безумием. Однако это, кажется, работает.