Смерть

" Тук... Тук... Тук... Тук... " Вниз по трубочке скатываются капли лекарства в вену юноши, что лежит в абсолютно белой комнате. Он не сумасшедший, нет. Но все здесь ослепительное, по-холодному белое, даже слепнут глаза от этого леденящего белого света. "Тук... Тук... Тук..." Здесь холодно так, что пробирает до мозга костей. Жутко. Вокруг них души. Врачи уже отчаялись спасти юношу, так что оставили его лежать под капельницей. Эрен не приходило в сознание уже пару недель. "Тук... Тук... Тук... Тук... " Он находится в состоянии, больше описываемый как кома. Пульс слабый, за него дышит машина, но он жив. Аппараты пока поддерживают его и без того жалкое существование. "Тук... Тук... Тук... Тук... Тук... " Вы видите кого-то в этом помещении? А вот смерть видит. Смерть видит несчастного мальчика, который забился в угол и выть готов от одиночества. Он сходит с ума от каждой капающей капли, но... Выйти не может. Его держат аппараты, что дают ему жизнь. Но он живет в неволе. Уже несколько недель. " Тук... Тук... Тук... Тук... " Лекарство капает равномерно, будто давая удары кувалдой по затылку духа, если так можно описать нынешний облик Йегера. Он есть. Но его нет. Его не видят и не слышат... Предметы он двигать не может, как не пытался. Он сходит с ума. "Тук... Тук... Тук..." Смерть наблюдает за ним давно. Из окна врача, что отражается светом, за чей счет его не видно. Он - Смерть. Он наблюдает, поправляя угольно-черные волосы и потирая уставшие серые глаза. Он пусть и Смерть, но имя его - Леви. А Эрен - цель, которую он должен забрать с собой, но те автоматы... Его не пускают. "Тук... " —ДА ХВАТИТ УЖЕ! УБЕЙТЕ! УБЕЙТЕ МЕНЯ КТО-НИБУДЬ! - закричал Эрен, срывая голос и пытаясь разбить машины, что его держат, но тщетно. Он неосязаем. Он - никто. По щекам парня не перестают бежать слезы, хотя, если подумать, откуда им взяться? Но они есть. Такие же невидимые, такие же неприкасаемые, невесомые..Пустые. Они созданы из эмоций, не более... "Тук..." —Эрен. Обернись. - Леви наконец пересекает черты комнаты и появляется от дверного проема. Его голос спокойный. Тихий. Томный. В руках ничего нет, коса и нож остались за стеклом. Сам он - в черном плаще. Смерть есть смерть, в каком подобает виде. —К-кто вы? - Эрен вздрагивает, но явно проявляет интерес к персоне. К !первой! персоне, что посетила его за три недели, хотя врачи не в счет. —Я - твоя смерть, если говорить честно. - мужчина выдыхает. —Господи, спасибо. - Эрен оседает на пол и смотрит в потолок. Белый. Холодный. Слепит. Надоел. "Тук... Тук... Тук..." Леви стоит и смотрит, а Эрен ждет. А что он ждет? Смерти? —Ты же понимаешь, что я не могу тебя убить из-за этих капельниц и аппаратов. - Леви ухмыляется сам себе. —Так сломай их, жалко что ли? - Йегер направляет неожиданно-холодный взгляд на Смерть. —Я не могу. Как и ты, я лишь образ, что забирает души... - черноволосый садится рядом. - И как ты живёшь? Тебя тут держат что ли так? —Да, держат. Родные. Не позволяют умирать. Ко мне однажды пришла маленькая сестренка Микаса... Все кричала... "Братик, проснись, братик, ты слышишь? Братик, почему ты не отвечаешь, пойдем играть?! Братишка, пойдем домой, мне тут не нравится... Мама, пусти, я пойду только когда дядя врач разбудит братика..." - выдыхает шатен. В глазах появляется боль. "Тук... Тук... Тук..." ‌ —Сочувствую. Хотя я не умею чувствовать. Я не помню свою жизнь. Не помню, как это - эмоции. Иногда, смотря на людей, учусь. Но ни любви, ни ненависти не испытываю. Раньше было проще. Никакой техники... Сдохли и всё... Простудился - сдох. А сейчас скучно. С суицидниками скучно, их души уже высосаны обществом, они - пустышки, которых обделили. Невыносимо. Но таких большинство. —А что было раньше? - Эрен повернулся лицом к собеседнику, явно ожидая услышать историю от самой Смерти. —Ох, раньше... - Леви чуть ухмыльнулся, сел рядом и начал свой рассказ. Теперь звуки капельницы уходят на задний план, и Эрен всецело поглощен разговорами о прошлом. О других временах, других людях, других лицах. При этом Смерть рассказывал все так, что Йегер будто видел все собственными глазами. И ту даму в шляпе, которую по велению Леви ударило молнией.... И того мистера с дочкой, которые нарушили данное обещание для договора со смертью... Про жизнь девочки. И тут старушку, что хотела уйти сама, поэтому стала звать Смерть в гости. Все это плыло перед глазами, и Эрен, пусть как дух, но смог наконец заснуть. —Добрых снов, Эрен. - Смерть оборачивается и смотрит с минуту на Йегера, а затем уходит. У него тоже есть дела. Просыпается Эрен нескоро. Эмоциональная усталость накопилась и он спал, если можно так пошутить, как убитый. Сначала он потерял глаза, точнее, свою неосязаемую для людей и всех, кроме него, оболочку. Неприятно чувствовать себя живым, но мертвым. Противно до тошноты, только блевать нечем. —А, так ты наконец встал. - из стены выходит фигура в черном. —Ты! - Йегер радуется, будто ребенок. он узнал этот голос. Дни летят за днями, и все теперь идет так же. Леви уходит, пока Эрен спит, а пока они бодры - Смерть рассказывает "клиенту" страшилки и свое обширное прошлое. Пропадать не хочется, ни за что. Пока не приходят отключать машину. Леви стоит в сторонке и наблюдает за паникой шатена, что лежал бездвижно. Для врачей он был мертв. Аппарат пульса пока не отключили, и он бил, бил даже быстрее. У Йегера-призрака была паника. Дикая и жуткая паника. Он даже хотел лечь как сам, чтобы очнуться, лишь бы очнуться. Что угодно, лишь бы... —Мама, а что делают с братиком, мама? Куда его несут? Он сейчас подойдет к нам...? - не законченная речь обрывается, и Эрен смотрит родным в след. Они предали его. Леви цокает языком и подходит сзади. —Теперь ты понял? Услышал все? Иногда тишину понять легче. - Смерть ждет. —Но... - реальная слезинка бежит по щеке парня. только не духа, а у тела. Шатен оборачивается. —Никаких... Увы, Эрен. Прощай. Я должен.... —Ты не должен! Ты не можешь! Пустите меня к сестре! - Эрен кричит, наступая на Леви. В зелёных глазах явно ярость и безумство. Поэтому ему и нельзя в мир людей. —Прости. - Черноволосый тянет его за шею к себе, целуя легким, прохладным касанием. Впервые он убивает ТАК. Душа Йегера попадает в специальный флакон, а пульс на автомате все медленнее... Медленнее... Медленнее... Леви научился ненавидеть. Теперь он ненавидит врачей. И любит. Любит заветный флакончик с душой, который не отдаст никому. Он не должен был испытывать эмоции. Он - хладнокровный убийца. Он - Смерть.