Шпион в здании

      Она просто лежала, наслаждаясь моментом. Вчера был просто потрясающий вечер. Таких эмоций Эва не испытывала давно. И главное, они были самыми желанными. Она, конечно, заметила, что с ней что-то творилось уже давно, но даже не пыталась разобраться. Хотя в душе знала…       Последний раз такое было с ее первым и последним парнем. Она любила его, а он предал ее. Подонок. Кошка, правда, его потом убила, но это был переломный момент. Сейчас она боялась полностью осознать свои чувства, не хотела привязываться, чтобы потом не было больно терять, но вчерашний вечер решил в ее сердце все. Теперь оставалось узнать, что же об этом думал Зимний Солдат.       Она сама открыла ему своё сердце, хотя очень не желала этого делать после последнего случая. Психолог, у которого она обследовалась после падения ЩИТа, сказал, что у нее психологическая травма. Кошка тогда лишь усмехнулась, но сейчас пришлось тяжело вздохнуть. Можно ли ему верить?       Эва боялась, что он скажет, будто это был минутный порыв и между ними ничего не может быть. Хотя этот исход стоило ожидать. Как она, Кошка, может кому-то нравиться? Кто может в нее влюбиться? Единственный парень, которому она открылась полностью, был предателем. Так кто же ее полюбит?       Поэтому Эва просто лежала на горячей груди Зимнего, невесомо обводя кубики потрясающего пресса, лучшего в ее жизни. Его металлическая рука лежала на ее талии и обдавала холодом. Она слушала его размеренное сопение. Баки еще спал. Что он думает о произошедшем между ними?       Главное — не показать ему, что она ожидала любви от него, прежде чем он хоть фразой обмолвится, намекающей на это — кошачье достоинство ей просто не позволит.       За окном на улице ворковали и курлыкали голуби. До острого кошачьего слуха долетали разговоры проходящих людей, милости влюбленных пар. Было около десяти часов дня.       Металлическая рука на ее талии немного сжалась, а затем нежно погладила. Размеренное сопение сменилось обычными вздохами. А обычный ритм сердцебиения ускорился. Баки проснулся.       Ей вдруг стало страшно. Она прекратила обводить его пресс, отдернув в испуге руку, и застыла, ожидая. Барнс тоже застыл, осознавая все произошедшее. Странно. Он Зимний Солдат, убийца, а она Кошка, Мститель, спасатель мира, в общем, хороший и добрый человек (хотя это не точно). Баки не понимал, как так они сошлись. А потом в голове всплыло осознание, что они, вообще-то, не сошлись.       Баки тяжело вздохнул и резко сел. Кошка успела отпрянуть и тоже села, прижимая к себе простыню. Глаза в испуге обводили фигуру Зимнего, а дыхание то и дело замирало. Барнс повернулся к ней всем корпусом и застал нерешительность и страх в ее глазах. А Эва могла в этот момент лишь думать о всей своей безысходности. (И его охрененности. Он был невыносимо горяч.)       Сейчас она — трусливый котёнок, которого уже однажды бросали. Баки немного поддался вперед и, собравшись с мыслями, хотел спросить что-то очень важное. Но Кошка вдруг повернула голову к окну и стала необычайно серьезной.       Подъехала машина, судя по звуку, это был спорткар. Он остановился прямо под ее окном. Открылась дверь. На асфальт ступили мягко, значит, кроссовки. А затем раздался недовольный голос Старка: «Как они живут в таких районах?»       Кошка с «О Господи!» резко подорвалась, забыв о простыне. Она застыла посередине комнаты и потерла бровь, шипя. Баки непонимающе смотрел на нее, точнее, на прекрасное натренированное и изящное тело. Кошка уловила, что Старк зашёл в подъезд. Лифта нет, этаж четвертый. У них не больше минуты.       — Старк. В шкаф! — быстро приказала она, снимая с лампы на тумбочке свой кружевной лифчик.       Пока она его застёгивала, Баки экстренно надевал боксеры. Когда она натянула шорты, Баки сел в шкаф, и она прикрыла дверцу. Видя, какой беспорядок в ее комнате, Эва быстро собрала все вещи и пихнула их в шкаф к Барнсу. И затем выбежала в гостиную. На диване лежала его майка и плед, под которым он спал. Вспомнив, что сверху на ней только лифчик, и услышав, что Старк, чертыхаясь, проходит последние ступеньки, Эва быстро натянула на себя майку парня и взяла плед в руки.       Тони только хотел позвонить в дверь, как она открылась, и перед ним возникла Эва с растрепанными волосами и пледом в руках.       — Ну, привет, — протянул он, проходя в квартиру.       — Привет, — сердце колотилось, но она прекрасный игрок в покер.       — Зачем тебе плед? — спросил Старк, заходя в гостиную. Эва неосознанно повела взглядом по вешалкам, а потом застыла, увидев кожанку Зимнего. «Ладно».       — Я хотела его постирать, — ответила она, проходя за ним, напоследок бросая недовольный взгляд на куртку.       — Так, кто наш Паучок? — перешёл он сразу к делу, разворачиваясь на пятках к ней.       — Питер Бенджамин Паркер, пятнадцать лет, — отчеканила она.       — Ладно. Пятница, найди его досье, — приказал он в воздух.       — Я открыла его на вашем телефоне, сэр, — ответила искусственная из динамиков.       — Хорошо, потом посмотрю, — ответил он ей, все еще смотря на невозмутимое лицо Кошки. — Кстати, Котэ, я тебе новую игрушку привёз, — загадочно улыбнулся Старк и достал из костюма бархатную коробочку.       — А надеюсь, что это не обручальное кольцо, — усмехнулась Кошка, убирая на диван плед.       — Еще чего, — усмехнулся Старк, открывая коробочку. На подушечке лежала тонкая серебряная цепочка с кулоном в виде кошачьей мордочки.       — Уууу, — умилилась Эва, беря ее в руки. Рассмотрев ее, она надела цепочку на шею, прокручивая в пальцах кулон. — Ты сказал, что это игрушка.       — Ну да, нажми на нос кошки, — сказал Старк, елейно улыбаясь в предвкушении.       Кошка так и сделала. Вдруг от цепочки пошли какие-то частицы. Охватили все ее тело. Эва видела, как они стали черными. И мало того, что черными, это теперь был ее костюм. На голове разве что ушей не появилось. Но все оставалось точно таким же.       — Прикольно, да? — усмехнулся Тони, наблюдая за ее реакцией.       — Очень! — восхитилась Эва, оглядывая себя.       — Что у тебя за задание? — вдруг спросил он.       — Помнишь, я рассказывала тебе про династии? — издалека начала Кошка, отвлекаясь от костюма. Старк медленно кивнул. — Так вот, династия Чёрных Кошек не прервалась на Коте. Сейчас еще одна особа бегает с когтями по Квинсу.       — Тоже вибраниумные? — заинтересованно спросил Тони, когда Эва вновь нажала на кулон. Все нано-частицы вернулись в цепочку.       — Да. А еще она ворует, — чуть замявшись, пояснила она. — Я сказала Паучку, чтобы он перевел ее на светлую сторону, но пока хочу последить за ним.       — Ты могла просто забрать у нее когти или схватить, — недоумевал он. Кошка закатила глаза.       — Старк, она из династии! — как самое очевидное, огласила она. — Мы не можем забирать друг у друга костюмы и когти, даже если враждуем. Это кодекс, Старк.       — Отбросим мысль о когтях. Ты могла ее схватить, — продолжал гнуть свою линию Тони.       — Девчонке максимум пятнадцать, зачем ломать ей жизнь?       — Ладно, праведник, — усмехнулся он, идя к выходу. — Но когда появится важное задание, мы тебя заберем.       — Хорошо, — пожала плечами девушка, следуя за ним.       — Кстати, тебе идёт майка твоего парня, — напоследок бросил он и покинул квартиру. — И курточку я тоже заметил, как и ботинки, — добавил Железный Человек, скрываясь на лестничной площадке, оставляя остолбеневшую Кошку.       — Твою налево, — с тяжёлым вздохом она закрыла квартиру.       Чутьё давало понять, что Тони знал только о существовании парня, но не знал, кто это. Кошка от досады топнула и пошла к шкафу в комнате. Она прокололась — невозможно! Она же Кошка, элитный агент! А ответ пришел сам собой: «Потеряла бдительность». Эва открыла дверцу шкафа и уставилась на Зимнего.       — Чувствую себя любовником, скрывающимся от мужа девушки, — обреченно выдал он, а затем развернулся и схватил эту самую девушку за руку, потянув на себя. Кошка, заранее подметившая его план, вдруг оказалась у мужчины на коленях. — Так не пойдёт, — в его глазах с морем решимости плескались бесята. Кошка ощутила такие же эмоции.       — Что именно? Быть любовником? — по-кошачьи улыбнулась она, ведь намёк уже был подан.       — Только любовником, — томно поправил Барнс и, притянув к себе, страстно поцеловал Эву.

***

      — Когда я с тобой, я словно под защитой целой армии, — нежно вздохнула Кошка в его горячую кожу.       — Сказала та, кто любого уложит на лопатки, — улыбнулся Барнс, поглаживая ее плечо. Кошка немного приподнялась и посмотрела в его глаза цвета серых ледников. Она мило улыбнулась краешком губ и, сложив лапки на его груди, положила на них подбородок, разглядывая лицо Баки.       — Тебя в первую очередь, — мягко промурлыкала Кошка.       Металлическая рука нежно поглаживала ее талию. Но тут зазвонил будильник, оповещая, что счастливое утро кончилось, и Мисс Рамзи МакАдам пора ехать в школу. Она поцеловала мужчину и пошла одеваться.       Ее операция всё длилась и длилась. И она была даже рада, что Черная Кошка вообще теперь не вылазила, так как у Эвы в этом случае было время для Баки. Он был очень нежен, прекрасен. Одним словом, они очень любили друг друга. И никто не испытывал сожаления из-за той ситуации полтора месяца назад. Да, уже полтора месяца.       Они безмерно любили друг друга, что и проявлялось во многих действиях. Им было уютно вместе. Милая парочка сидела по вечерам перед телевизором, обнимаясь и целуясь. Сложно, конечно, представить Зимнего и Кошку мило обнимающимися и нежно целующимися, но напрягите фантазию, ведь так все и было на самом деле.       Можно сказать, что они были типичной влюблённой парочкой, если опустить пару деталей об их личностях. И чувствовали они себя необычайно счастливыми. Наконец они обрели друг друга. Баки, которому уже почти сто лет, и Эва, которая пережила травмирующее предательство. Они спасали друг друга и сами же топили в океане любви. Пара была счастлива.       — Как думаешь, какие брюки мне сегодня надеть? — спросила Эва, отворяя створки шкафа.       — Ты в любых прекрасна, — протянул он, приподнимаясь на локтях и обводя свою девушку взглядом. Кошка посмотрела на него и заигрывающее закусила губу.       Все это казалось ей странным, но в то же время таким правильным. Словно так и должно быть. Но он киллер из другого века, а она мутант Мститель. Он зло, она добро, хотя это слишком обобщённые точки зрения. По всем законам: природы, морали, права — они просто не могут быть вместе. Хотя… Противоположности притягиваются. И эта мысль грела ее душу.       В школу она приехала в приподнятом настроении, как и всегда теперь. Ни новое приглашение на свидание от тридцатилетнего учителя, который вечно к ней подкатывал, ни просто подкатывающий Флеш не омрачили ее утро.       День казался лёгким. Поэтому полдня она провитала в своих мыслях. На обеде миссис Линс делилась новыми событиями из жизни ее дорогого сына. К слову, Кошка замолвила за него словечко перед Тони Старком, правда, кроме них об этом никто не знал.       А мистер Фостер рассказал, что его внучку приняли на занятия гимнастикой. Это была очень миленькая девочка, которая как-то раз появилась в школе с родителями, чтобы встретить дедушку после занятий, мисс Рамзи как раз тогда была рядом.       День был всё лучше и лучше. На обеде так же позвонил Баки по телефону, который она специально ему купила, и спросил, что приготовить на ужин. Эва уже узнала, что он превосходно готовит, поэтому полностью доверилась его выбору. Странно — он вроде как киллер, а готовит. От этой мысли Эва улыбнулась и добавила: «Мой киллер».       Сейчас был урок у класса Питера. Флеш, не отрываясь, смотрел на мисс Рамзи, представляя все, на что только хватило его похотливого воображения. Эва специально не смотрела на него. «Озабоченный какой-то». Паркер бросал взгляды на Лиз, а на него самого Мишель. «Господи, что за любовный треугольник?» Но все было куда интересней.       Паркер иногда смотрел на Фелицию, как и она на него. Кошка улыбнулась чеширской улыбкой и легко усмехнулась. Эту ухмылку заметил Паркер, который первым закончил тест. Он сразу же встрепенулся, поняв кошачьи мысли. Что-то жестикулировал, показывая, мол «нет», но Эва уже безмолвно смеялась. Но когда кто-то поднял голову, мисс Рамзи была серьёзна и наблюдала за учениками.       До конца урока оставалось около двадцати минут, когда чутьё вдруг зазвенело. Эва настороженно направила голову на выход в коридор одновременно с Паркером и еще с кое-кем, но этого она не заметила. Сейчас волновало другое. Раздался звук погрома. Нет, не взрыва. Что-то обвалилось. По звуку где-то в районе туалета. Дети замерли, кто-то вскрикнул.       — Живо на выход! — вдруг вскрикнула она, пугая и без того напуганных детей.       Повторять было не нужно. Все как ошпаренные с криками вылетели из класса. Паркер затерялся в толпе, а Эва выбежала в коридор. «Ну надо же было кому-то всё испортить!» — негодовала она внутри.       Из других классов тоже повалили дети. Все кричали, настоящий хаос творился в школе. Вдруг в конце коридора вылетела дверь и впечаталась в шкафчики, благо, никого не пришибла.       Ученики еще сильнее заорали и побежали, расталкивая друг друга, оттесняя медленных намного дальше от входа, буквально толкая их к месту опасности. Конечно же, Флеш вылетел из школы первым, спасаю свою «дорогую» шкурку.       И тут в коридор вышел огромный ящер.       — Ох, — удивилась Эва.       Монстр вдруг схватил один из шкафчиков, вырывая его из стены, и кинул в толпу кричащих детей. Эва побежала вперед, нажимая на кулон и создавая когти. Ее тело покрыл костюм, на лице появилась маска (хотя какой в ней теперь смысл?), а руки — кожано-вибранниумные перчатки с когтями. И, благо, быстро.       Она схватила шкафчик, держа его над собой, а потом кинула его обратно в монстра. Дети испугались. «Ну вот, пока, прикрытие». Чутьё подсказывало, что счастливая и беззаботная жизнь окончена. Становилось и тоскливо, и обидно, но сейчас было не до этого.       Ящер побежал на толпу. Кошка добежать не успела, поэтому он схватил одного из учеников и кинул его в других, но тут этого ученика окутала паутина. Паучок прилепил его к потолку. Кошка на ходу подпрыгнула, обрезая паутину, и ученик упал на руки к другим. Ящер раскидывал учеников. Пока Кошка и Паучок ловили их и кричали, чтобы они бежали быстрее, монстр вдруг вскрикнул и схватил огромной лапой ноги.       Кошка присмотрелась и увидела кровь. «Что?» Его замешательство дало ученикам время убежать. Правда, он же ящер, на нем все должно заживать быстро, но эффект от пореза был такой, словно это сделал… вибраниум? Подумать она об этом не успела. Пришлось провести руками по ободку, создавая ушки.       — Не лезь! — крикнула она на Паучка, который бежал рядом с ней.       — Но…! — сперечить он не успел, так как Кошка прижала его к полу, потому что Ящер начал размахивать хвостом.       Кошка, подгадав момент, вскочила на ноги и когтями обрезала его хвост. Тот отлетел дальше по коридору. Теперь хвоста ему не видеть. А порез на ноге так и остался. Ну что ж. Она садистки улыбнулась и резко прыгнула, прорезая его кожу своими когтями. Ящер махнул рукой, откидывая ее назад. Паутина вдруг залепила его лицо. Кошка угрожающе глянула на Паучка, а тот лишь пожал плечами. Кошка, схватив дверь от шкафчика, со всего размаху влепила Ящеру по голове. Он отшатнулся, прокручивая глазами.       — Пятница, сообщи комитету Старка, — попросила она, прорезая ему руку. Она немного отскочила назад, когда он стал размахивать лапами. Паучок выстрелил в нее патиной, но Эва резко обрезала ее.       — Он бы тебя притянул, ты вообще соображаешь? — прошипела Эва, отталкивая его в сторону. И так как Кошка сама схватилась за паутину, которую обрезала, Ящер сделал так, как она раньше предвещала Паучку. Но в том план и заключался. Ящер резко притянул ее на себя, и девушка, правильно поменяв позицию, пролетела над его лапой и влетела каблуками в челюсть. А затем, сделав кувырок назад, приземлилась на пол в «супергеройском приземлении».       — Ух ты! — восхитился Паучок. Кошка покачала головой, вставая прямо. Ящер лежал на полу без сознания.       — Так это ты натворил? — спросила она, имея в виду то, что Ящер напал на школу. Паркер виновато посмотрел в пол. — Ладно, иди. Я с тобой еще поговорю! Комитет не должен тебя видеть, — махнула рукой она.       — А вдруг он очнётся?       — Ничего, — ответила она, следя, как Ящер превращается в человека. — Доктор из Оскорпа? — удивилась она, рассматривая именной бейджик на нем. — Ладно, еще обсудим… Паркер, ты уходишь или нет?       — Да, да, — поторопился он и скрылся за поворотом коридора.       — Эх, Коннерс, ты мне все испортил, — покачала головой она, присаживаясь на корточки рядом с ним. — Мы же однофамильцы, помогать надо.