Адмирал

      Адмирал поднялся к себе в каюту, клокоча от внутренней ярости. Выпив несколько глотков водки из верной фляжки, он плюхнулся на койку и сдавленно выругался последними матерными словами из своего лексикона. Затем водка начала понемногу действовать, сознание слегка прочистилось. Ткнув кнопку внутренней связи, Адмирал чётко сказал: — Сержант Тетерин, поднимитесь ко мне.       Тетеря приехал спустя две с лишним минуты после получения приказа. Заехав в каюту, он остановился перед койкой и вопросительно посмотрел на командира: — Да? — Тетеря, я хочу, чтобы ты был моим свидетелем. — Свидетелем? — Да. Я намерен покончить с собой.       Тетеря дёрнулся; датчики и трубки, прежде воткнутые в руки, выскочили и начали болтаться. Одна из капельниц едва не оторвалась от резкого движения, но Даниил не обратил на это ровным счётом никакого внимания. — Командир?.. — Тетеря, я уже не жилец. Просто не хочу подставляться… — А Алиса? — Отправьте её домой первым рейсом. Девочка не должна страдать из-за мудака вроде меня.       Тетеря кивнул: — Хорошо.       Адмирал пододвинул к себе микрофон аудиодневника и начал размеренным голосом говорить: — Я, адмирал Панченга Скулити, настоящим подтверждаю, что виновен в следующих преступлениях: интерпланетный терроризм, сопротивление властям при попытке ареста, ряд общественно опасных деяний, ведущих за собой негативные для Солнечной системы последствия. В связи с вышеперечисленными фактами я принимаю решения ухода из жизни. Расстрел осуществит сержант Космофлота Тетерин Даниил Михайлович. Приступайте, — командир протянул Тетере пистолет.       Даниил принял оружие, взвёл курок и направил ствол в лоб Адмиралу. — Свидетель казни — Кроликов Александр Викторович, — иронично заметил майор, появляясь в дверях каюты. — Командир, сворачивайте этот цирк!       Возможно, Тетеря выстрелил бы, но Адмирал внезапно сказал: — Рано. Есть у меня план… — после чего повернулся к Даниилу и сказал: — Дуй к Алисе. Тебе она куда более вероятно поверит…       Тетеря кивнул и выехал из каюты, крутя ладонями обода колёс.

***

      Алиса и Лёха ждали на артиллерийском уровне. Оба молчали — говорить им было просто не о чем после произошедшего. Само ощущение, что подростки участвовали в убийстве солдат ГСБ… — Лёха, — наконец нарушила молчание девочка, — как ты вообще до этого опустился? — Не знаю. Обещали на службу в Космофлот устроить… Не знаю, — повторил парень, роняя лицо на ладони. — Да не расстраивайся ты так… Неприятностей у нас с тобой не будет… — Знаю. Мне бы только на Землю вернуться… — Вернёмся.       В отсек спустился Тетеря на инвалидной коляске. — Алиса Игоревна? — Да? — Адмирал скончался.       Алиса подскочила: — Как?!. — Умер от полученных в схватке ран. — Как?.. — повторила девочка, вытирая невольно выступившие слёзы. — Всякое бывает… Мужайтесь. Вас отправят на Землю через несколько часов… — Благодарю. Но я… мне… — Мужайтесь, — повторил Тетеря, выезжая из артиллерийского отсека.       Алиса ещё долгое время сидела, положив голову на ладони и тихо плача. Сидящий рядом Лёха несмело положил ей ладонь на плечо, но молчал. Словами такое не лечится. Откуда подросткам было знать, что Адмирал жив-здоров и обсуждает с майором Кроликовым план имитации предательства и убийства?

***

— Командир, — горячо шептал майор, отгораживаясь от двери вахтенным журналом в ярко-рыжей обложке, — по-моему, это слишком пахнет суицидом! — У меня нет выхода. Селге меня всё равно приговорит меня к смерти… А ГСБ умеет казнить крайне больно. Ты ведь знаешь, сам однажды едва вырвался…       Кроликов кивнул. Он действительно был однажды приговорён к смертной казни, но сумел бежать и спастись от палачей, спрятавшись в скоплении белых карликов. — Да, знаю… Если не ошибаюсь, запихивают внутрь гравишара и накачивают туда ксенон? — Угу. Один из вариантов… Есть и похуже. Причём убивают бесследно… — Давайте о деле, — оборвал разговор майор. — Да… Согласен. Итак, пробежимся ещё раз по плану.       Кроликов согласно прикрыл глаза: — Итак, Вы выходите навстречу Селге и ГСБ и начинаете переговоры. «Чёрная Смерть» готовится к отлёту, дабы стартовать в любой момент, и расчехляет орудия. В самый напряжённый момент я появлюсь в шлюзе и пускаю в Вас несколько пуль, после чего сразу исчезаю в корабле и задраиваю шлюз. Мы тут же включаем все двигатели на пределы возможностей и уходим в подпространство, скрываясь от ГСБ. Это должно быть расценено как предательство. Тем более, что перед самым уходом в подпространство из корабля будет выброшено обожжённое до неузнаваемости тело. Вообще говоря, кукла, но ГСБшникам не удастся это определить — имитация почти что идеальная с учётом наших возможностей. — Идеально. Приступаем.

***

      «Чёрная Смерть» была уже далеко в космосе. Погони за ней не было, план Адмирала сработал на все сто. За штурвалом стоял мрачный, как Сатана, Кроликов, почти не следящий за маршрутом. Одна его рука лежала на рычаге форсажа, чтобы в случае чего быстро выжать предельную возможную скорость. Рядом с ним катался туда-обратно по рубке управления Тетеря на инвалидной коляске, которая, впрочем, была ему уже не особо-то и нужна. Но вставать с неё Даниил не хотел просто по привычке. Он вообще выше комфорта ценил только собственную честь, субординацию и дисциплину. — Да чего ты так разволновался? Командир сам выбрал свою смерть… — Сам-то сам… А гнидой себя чувствую я! — Ну почему сразу гнидой-то? Ты просто исполнял приказ… — Возможно… — и майор погрузился в мрачное тяжёлое молчание.       Тетеря спустился на нижний уровень, где была жилая каюта Алисы. Лёха, как ефрейтор, пребывал на время полёта в казарме. Постучавшись, он заехал внутрь. Девочка лежала на койке, уставившись в потолок. Ей было уже всё равно, что происходит, так как одного из самых ценных людей в своей жизни она уже потеряла безвозвратно. — Алиса Игоревна? — Да? — Вы в порядке? — Полном. — Это и видно… Адмирал… он сам выбрал свою кончину. Я солгал Вам.       Алиса подскочила на койке: — Что?.. — Да. Он не видел смысла жить. Особенно после того, как узнал правду о своей дочери. — Какую? — Она умерла своей смертью, от космической чумы. Думаю, Вы слышали о ней… — Да. Слышала. — И после этого командиру просто всё надоело… Он ведь любил Настю… Но запретил, кстати, кому-либо из членов команды под угрозой расстрела рассказывать Вам об этом. — Почему? — Не хотел, чтобы Вы волновались о нём. Кстати, собирайтесь, скоро Земля.