Отрывки из жизни Пионера

За мое недолгое пребывание в Зоне я стал замечать, что сталкеры чувствуют себя гораздо безопаснее ночью у костра, в кругу таких же сталкеров, как они, нежели в надежном здании, которое находиться под охраной какой-либо группировки. Конечно, дальше Ростка мне заходить не приходилось, но даже на этой территории, любой охотник за артефактами с радостью присядет к костру к совершенно незнакомым людям, чем ещё пару метров дойдет, до блокпоста того же самого «Долга». И это уже давно кажется мне странным, ведь все здесь только и говорят: «В Зоне ты доверять можешь только себе и никому другому». По своей неопытности, я постоянно блуждаю где-нибудь, совсем забывая о времени, поэтому костры становятся и моим пристанищем. Многие проводники, которых я нанимал там, не раз спасали мне жизнь и выручали. Звук гитары, я уверен, слышен всем мутантам в округе, но никто из них не спешит нападать на расслабленных сталкеров, наоборот, зверьё, как будто дает нам шанс полюбоваться ночной Зоной, увидеть те прекрасные её черты, когда сидишь вот так вот, слушая неровное, фальшивое пение нескольких не вполне трезвых людей, почему-то всё вокруг становится родным, ты забываешь, о том, что в любую секунду твоя жизнь может оборваться. Но я хотел рассказать немного о другом. В один из похожих вечеров, я вновь забылся и, в поисках «Медуз», так необходимых, для выполнения одного задания, проходил по Свалке до темноты, к счастью, сталкеры решили разбить ночлег на бывшей стоянке и я незамедлительно присоединился к ним. Конечно, тогда я мог найти какую-нибудь трубу, и просидеть в ней до утра, не смыкая глаз, но идея костра казалась куда привлекательнее. Когда я подошёл, у костра уже сидело трое сталкеров, имен их, я, честно говоря, не помню, кажется, одного звали Копоть, но и в этом я не уверен. Они сидели, травили байки о разных своих похождениях, и тут, один из них заметил, что к нам подходит мужчина, в длинном кожаном плаще. Без промедления, мы разом взяли человека на мушку. — Стой, опусти оружие и мееедленно подходи. — Сказал Копоть и символически дернул стволом Абакана. — Не бойтесь, мужики, ниче не сделаю, ток не стреляйте. — Человек поднял руки и медленно начал подходить к костру. — Я так, хотел с вами у костерка погреться, найдется местечко? В свете огня, я увидел немолодое лицо мужчины, бороду которого, уже затронула седина, глаза были впалые и уставшие, а морщины подчеркивали почетный возраст. — Хм, ну ладно, мы не против, в принципе, как звать тебя, дядь? — Меня все кличут Швейцарцем, и вы также зовите. — ответил немолодой сталкер и присел рядом со мной. Вид его, сразу показался мне странным, потрепанный плащ, который, казалось, прожжен в нескольких местах, из оружия я у него ничего не заметил, кроме старого, полностью проржавевшего, ПМа, и весь силуэт мужика, как будто просвечивал, но, ссылаясь на параною, я позволил себе расслабиться — Ну что, молодёжь, какого это, Зону топтать? Не тяжко вам? — Спросил Швейцарец с доброй улыбкой. — Да нет, отец, куда уж, наоборот, всегда хотел подобной свободы, — произнес один из сталкеров. — специально сюда пришел, чтобы, наконец, понять, что это, да и осел тут, родное уже место. — Странная у тебя мечта, вот я всегда хотел просто денег заработать, чего уж скрывать, — поддержал разговор второй. — На Большой земле, все под властью бабла и пока этого самого бабла у тебя нет, жить тебе тяжко будет. — Да что ты на своем бабле зациклился? Лучше подумай о том, что здесь жизнь гораздо свободнее, чем на этой твоей Большой земле, кем бы ты там был? Скупердяем несчастным, а тут ты — бравый путешественник. — Со смехом добавил Копоть. — Пионер, ты как считаешь? Я никому не рассказывал, о причине моего прихода в зону, не потому что не доверяю никому, а просто потому, что мои дела — это мои дела и остальным о них знать не обязательно. Мне и сейчас не хотелось затрагивать эту тему, поэтому я поспешил перевести стрелки. — Да какая разница? Вон, лучше давайте спросим об этом у Швейцарца. — сказал я и перевёл взгляд на нашего гостя. — Да что тут говорить, я в Зону пришёл не для себя. — Начал он с грустным лицом. — У меня семья всегда бедная была и я, и отец мой и дед, всё потомство, так сказать несчастное. Так вот, четыре года назад у моего сына родилась дочка, да только постигла его та же участь, что и меня, денег нет, а содержать семью на что-то надо, ну и работать стал на двух работах, да только года не прошло, как умер он от сердечного приступа, не выдержал всего этого, а меня уже не брали на работу никуда, ну и пошел я в Зону, говорили, что денег тут уйму поднять можно, да и правда денег заработать получается, почти все на Большую землю семье отсылаю. Все сидели молча, никто не мог сказать хоть что-то. Я несомненно рад, что остались на свете люди, что так заботятся о жизни ближнего, да только не живут такие люди долго здесь. — Ладно, что-то мы долго засиделись, завтра с утра всем рано в путь, поэтому, давайте-ка спать, Пионер, ты первый на стреме. — Протянул Копоть и сладко громко зевнул. — Как скажешь, можете спать спокойно. — со скукой ответил я и побрёл к будке, в которой был наилучший обзор. — Постой, юноша, — тихо обратился ко мне Швейцарец. — Подойти ко мне, я хочу задать тебе вопрос. Я с подозрением посмотрел на старика и медленно начал приближаться к нему, всматриваясь в его морщинистое лицо. — Не бойся, я просто хотел кое-что спросить… — он осёкся и посмотрел на звёздное небо. — Как ты считаешь, долго я так протяну?.. Мне стало очень грустно смотреть на этого бедного старика, одного в этом мире, единственная радость которого — маленькая внучка. Я не мог сказать ему то, что думаю, я опустил взгляд в землю и старался не смотреть на него. — Не стесняйся, я сам знаю, что долго мне не протянуть в Зоне. — Он на секунду замолчал. — Я вижу, что ты сам пришел сюда не за наживой, сталкер, глаза у тебя честные, добрые… наверное, даже наивные… Я не мог ему ничего ответить, я действительно пришел сюда не за наживой, не за славой, но я не настолько благородный как он…. Я всё равно делаю это только ради себя… — Пионер… — я увидел, как по ели старческому лицу скатилась слеза. — Я прошу тебя…если со мной что-то случится…дай знать об этом моей семье… — Обещаю, что сообщу — Твёрдо сказал я. — Но как я узнаю об этом? — О, поверь, ты узнаешь… — Пробормотал он, достал из нагрудного кармана плаща фотографию, поцеловал её и убрал назад. — Спасибо тебе огромное, мне стало спокойнее. Ну, теперь иди на пост, у тебя есть задача. — Сказал он с доброй улыбкой. Ночь прошла без происшествий, я спокойно отдежурил свои два часа и передал пост Копоти. Когда я лёг и закрыл глаза, мысли мгновенно покинули тело, редко получается так спокойно спать в Зоне, а на утро, я не обнаружил Швейцарца, зато в моем рюкзаке, из неоткуда появились две отличные медузы.

***

Позже, я дошёл таки до Бара и решил разузнать, про Швейцарца. Получил он это прозвище за точность и надёжность, никогда не ошибался… Да только умер он два месяца назад, поджарился в блуждающей аномалии и единственное, что от него целое осталось: прожжённый плащ и ржавый ПМ и оставили их на его кресте, в глубине свалки. Я обнаружил его могилу и фото внучки, которое он тогда поцеловал, на обратной стороне был написан адрес, я в этот же день отправил туда письмо и прикрепил немного денег. Плащ я взял себе, мёртвому он ни к чему, а мне пригодится, с тех пор иногда посылаю деньги по тому адресу, бывает, даже получаю письма с благодарностью. В Зоне бывает всякое и Фантомы — лишь одни из существ, что она породила, возможно, если бы я рассказал это у сталкерского костра, мне бы не поверили, да только каждый сталкер знает: если к костру просится странник, то пустить его — хорошая примета.