1_Благоприятный случай

Белов шел к пристанищу любимой, впрочем, не особо рассчитывая на ласковый прием. Погруженный в свои мысли, он не слишком смотрел по сторонам, идя по уже заученному за несколько дней маршруту. Мимо него к дворцу пронеслась карета, из которой послышались голоса: — То-то сейчас их высочество насмотрится! Откуда-то потянуло дымом. Саша поднял голову и обмер. Флигель, к которому он направлялся, был объят огнем. Зеваки, окружившие дом, горячо обсуждали причину возгорания, никто даже не пытался проникнуть внутрь. Сквозь их голоса и треск горящего дерева ему послышался голос, который бы он не спутал ни с одним другим, и доносился этот голос со второго этажа. Все говорили про поджог, ибо часть дома, вплотную примыкавшая к каменной пристройке, оставалась ещё целой, а остальные пылали, образовав огненную ловушку. Гвардеец, сбросив тяжёлый плащ, дёрнул с силой начавшую тлеть входную дверь и ринулся в проем. — Стойте же, сударь, гиблое уже дело, сами сгорите! — безуспешно закричали ему вслед. Ступени лестницы трещали под ногами, приходилось прислоняться к ещё целой стороне стен. В камзоле было нестерпимо жарко, и Белов расстегнулся. Впрочем, облегчения это не принесло, ибо от едкого дыма стало трудно дышать. Наугад влетев в одну из комнат, он увидел свою Анастасию — всю сжавшуюся в ожидании страшной гибели. «Нужно позвать кого-то, но кого? — перед этим в панике думала девушка, и вспомнила, что отослала Лизу домой за чистым бельем. "Жак хотел моей смерти, а, может, не зря? И напрасно, ох напрасно спасал меня Серж! Недолго пришлось пожить — а сейчас-то и спасения ждать неоткуда... Ведь сама закрылась, вот и возмездие настигло! Александр писал, что сегодня аудиенция — наверяка они где-то во дворце, либо уже в трактире, отмечают свою успешную миссию... И зачем я ему сейчас, со своим настроением? Неужели это — конец? И вправду, лучше была бы пуля!“ Девушка зажмурилась и мысленно прощаясь, представила дорогое лицо: "Прощай, милый Саша... Будь счастлив, если сможешь!" Где-то близко послышался кашель. И в этот миг в дыму, из проема двери показалась фигура, до боли знакомая. — Откуда... ты? — только и смогла произнести Анастасия и кинулась к нему на шею. — Голубчик мой, Сашенька! — бессвязно бормотала она, поток слез вдруг полился из ее глаз. — Я не должна была... Всё так странно, глупо... — Успокойся, милая! Слёз все одно не хватит, чтобы потушить это безобразие. — быстро проговорил Белов, и прервался, задыхаясь от дыма, который изрядно вдохнул на лестнице. — Надо выбираться отсюда, слышишь? Связав на талии шаль и прижавшись теснее к молодому человеку, она смело шагнула из комнаты. Однако лестница уже рухнула, оставалось только путь через окно. Они пробрались, задыхаясь, через небольшой коридор к следующей комнате, пока не охваченной огнем, где окно было большим и смотрело на прилегавшее одноэтажное строение. Открыв ставни, Белов поднял Анастасию в окно, оставаясь сам на полу. — Сейчас я опущу тебя за руки и ты спрыгнешь на вот эту крышу… Не волнуйся, все будет хорошо! Но перепуганная девушка вдруг застопорилась и вцепилась в своего спасителя: — А как же ты? Как ты спустишься, один? Послушай, Саша, я... Я наверное, совсем мало говорила, что люблю тебя! И мне не нужно это спасение, если с тобой что-то случится! Она жадно всматривалась в его лицо на фоне подступающего дыма. Показалось, что при последней фразе он отвёл глаза... Слушая этот сбивчивый монолог, Белов с беспокойством оглянулся назад. Комната была на удивление почти не тронута огнем, но, похоже, деревянная кровля тлела, уже захваченная пожаром. Ибо потолок предательски трещал над их головами. — Послушай, Настя... Мы с Лешкой покидали дом в Цербсте с большей высоты, поверь, я сумею! Ну же, решайся! Вдруг кованая решетка мансарды с резким грохотом оторвалась от стены и полетела куда-то вниз. Анастасия вздрогнула и послушно перевесилась через подоконник. Держась крепко за Сашу, она вытянулась во весь рост, стремясь как можно ближе провиснуть к спасительной опоре. Затем отпустила его руку и рванулась со всей силы в сторону. Молодой человек едва успел вскочить следом, и, выгнувшись вперед, уже просовывал под оконный свод голову. И в этот момент рухнул прогоревший потолок, подоконник под ногами провалился, а просторное окно мансарды, оставшись без опоры, посыпалось на него. Так и не собравшись в прыжке, Александр полетел вниз, под звон разлетающихся стекол, в последний момент выставив руки при виде застрявшей в крыше решётки. Её острые прутья приняли его внизу… — Настенька, ты... — произнес он, медленно приподнимаясь. — Не ударилась? Иди... ко мне. И тут же почувствовал, как что-то пронзительной болью дернулось в груди, а некая непонятная тяжесть мешает встать на ноги. Пришлось невольно запахнуться, глядя в красивое, но измазанное лицо напротив. Оно плыло... вместе с чёрным забором, темными ветвями и серым небом. Все это очень хотелось удержать... А эту девушку, с распахнутыми нежными глазами, радостно сжать в объятиях. И жить дальше, не расставаясь. Но всем этим желаниям угрожало что-то тягучее и жестокое... Увидев прямо перед собой любимого человека, стоящего на коленях, Анастасия подалась вперёд, раскрыв объятия и тут же осеклась. Саша смотрел на нее напряжённо в упор, но лицо его становилось бледным, как полотно, а губы дрожали. Он прижимал к себе кулак, стиснувший одежду... — Почему у тебя... мокрый камзол? Это все ещё... мои слезы? - растерянно спросила она и медленно отвела его руку.