Однажды в октябре

Владу шестьдесят один, и ему все тяжелее двигаться. Проблемы со спиной лишь усугубились с годами, колени частенько ныли и болели запястья. По вечерам кашель раздирал горло, и от него помогал только крепкий чай с медом. Поседевшие волосы то и дело оставались на расческе. К сплошному туману в голове добавилась в тупая боль в затылке. Словом, старость — не радость. Однако это лишь звучит так ужасно. Организм изнашивался медленно, постепенно, поэтому Влад ко всему успел привыкнуть, и мало замечал свое старческое состояние. Где-то в глубине он считал, что ему не больше тридцати. Только почему-то теперь на какие-то дела уходило в два, а то и в три раза больше времени. Интересно, почему. Одной привычке он не изменил с годами — в теплую погоду раз месяц он выбирался в любимое место. Жутковатого, но красивого леса там давно не было — его вырубили, но построить что-то новое все никак не могли. Одно время там стоял забор по периметру, но и его убрали в итоге. Теперь там был пустырь. Влад заваривал себе чаю в термос, отваривал яйца, делал бутерброды, брал под мышку теплое одеяло и шел на пикник. Обязательно вечером. Обычно он приходил на место, когда в небе загоралась первая звезда. Хотя, возможно, до нее были еще, но Влад их просто не мог разглядеть. В любом случае, для него она всегда была первой. Влад грел постоянно мерзнущие пальцы о кружку чая и рассматривал звездное небо. Такое большое, и такое красивое. Загадочное и манящее. Удивительное. Леся всегда ходила с ним. Теперь она вообще редко уходила куда-то. Влад переводил взгляд со звезд на духа, сидящего рядом. Вечное небо, видевшее целые тысячелетия, и вечная девушка. Погибшая молодой и оставшаяся такой навсегда. Она ничуть не изменилась. Когда виски Влада только начали седеть, Леся частенько хихикала над этим. Теперь она уже не смеялась, а лишь грустно улыбалась, когда он привычно поджимал губы перед зеркалом. Она все понимала, хоть и не могла сказать. Влад тихо радовался, что она не может прочитать диагноз в его медицинской карте и инструкции к баночкам с таблетками на столе. Он не хотел видеть ее расстроенной. Хотя Лесю это не особо касается, Влад знал, что она расстроиться. Он ни разу не слышал ее голоса, но так хорошо знал. Влад улыбался, смотрел на звездное небо и радовался, что в этом мире остается нечто неизменное, мало подвластное времени. Звезды.