На дворе была ночь...

На дворе была ночь. Снежнеград погрузился в пучину сна. Казалось, город застыл, замер. Казалось будто время в этом маленьком городке остановилось, встали стрелки часов, не давая уйти мгновению, и не было слышно и шороха. Тишина охватила этот маленький подземный город и только падающий снег говорил о том, что стрелки часов продолжают свой медленный и монотонный ход. Большие хлопья медленно опускались на землю, создавая сугробы и пряча следы жизни, которая ещё утром бурлила в каждом уголке Сноудина. Здесь играя и резвясь, веселились Фриск и братья скелеты. Они играли в снежки. Вот остатки баррикады построенной Великим Папирусом, вот следы снежков не долетевших до своей цели, а вот тут Шляпнику попало в нос снежком и он не ожидавший такого подвоха судьбы, подскользнулся на гладком снегу и упал прямо на Снегоцыпа. Это было так смешно. В итоге игроков стало на двое больше. Шляпник сразу вошел во вкус, а вот у Снегоципа, к сожалению, так и не получилось слепить снежок. Утром, когда Снежнеград озарят первые лучи солнца, всё это скроет упавший снег. Жизнь снова наберёт обороты, и забурлит в каждом уголке маленького подземного города. Но похоже кто-то не спит…

***

Санс лежал на кровати и смотрел на спящую сладким сном Фриск. На то как вздымается её грудь при каждом вздохе, на то как она приоткрывает губы когда спит, на то как задралась её майка, оголяя бёдра и показывая розовые трусики… «Чёрт, о чём я думаю?» Скелет помотал головой и резко перевернулся на другой бок. «Она же ещё совсем ребёнок!» Санс задумался, а потом повернулся вполоборота и обвёл тело Фриск взглядом. «Хотя, в её 17 она уже не выглядит как ребёнок.» После того как они освободили подземелье и выбрались наружу, Фриск начала расти. С каждым годом она становилась всё взрослее и взрослее. Шатенка стала выше, её детское лицо начало принимать более взрослые формы. Пропали пухлые щечки, некогда светлые русые волосы приняли более тёмный оттенок. У неё начала расти грудь и появились округлые женские формы. Да и сам Санс немного прибавил в росте, свежий воздух пошел ему на пользу. Правда старшего скелета начала мучить бессонница, и догадайтесь из-за кого. Да, именно из-за Фриск. Каждый раз она просилась к нему на ночь, говоря, что она боится спать одна и из-за этого она не может спокойно выспаться. Сначала это была просто обычная просьба маленькой девочки, недавно попавшей в подземелье, но сейчас… Это уже не просто просьба. Когда монстры выбрались на поверхность, Фриск сразу же пошла в обычную школу для людей, а после перевелась в школу Ториэль. Сегодня она уже выпускница. Как быстро летит время… Но несмотря на то, что она уже совсем большая, спать со старшим скелетом девушка не перестала. Может Сансу стоило сказать ей, что Фриск уже не маленькая девочка и ей лучше спать одной, но язык не поворачивался. Ему это даже в каком-то смысле нравится. Сколько бы раз Санс не пытался ей отказать, сколько бы раз не пытался объяснить, всё сводилось к одному, он раз за разом разрешал ей спать с ним в одной комнате. А всё из-за того, что ему нравиться смотреть на то, как она спит. Он не знает когда это началось. Может тогда, когда Фриск обняла его во сне, может тогда, когда разбудила его посреди ночи тем, что забрала одеяло, а после и вовсе скинула скелета на пол или тогда, когда он впервые подглядел за ней через дверную щель? Это произошло совсем случайно, Санс просто шел в свою комнату, мимо двери в ванную и тут его взгляд, уловил силуэт Фриск, снимающей с себя старый, безразмерный свитер. Как оказалось она не носит лифчик. Его взору открылась прекрасная картина, обнажённой груди Фриск… После чего у скелета пошла кровь из несуществующего носа. С тех пор он, сам того не замечая, стал, мельком, но подглядывать за девушкой, хоть и старался этого не делать. Позже старший скелет стал испытывать к ней теплые чувства. Нет, это не милые дружеские чувства как раньше, а самые настоящие взрослые, заставляющие дни на пролёт думать о человеке… Не дающие покоя. Поняв это, он испугался, стал стараться избегать Фриск, не подходить близко и вообще меньше общаться. Ему было страшно услышать ответ девушки, увидеть её реакцию если он откроется ей. Это неправильно, они ведь просто друзья, вдруг Фриск испугается и станет избегать его, или она решит, что это противно и неправильно? Нет, он не может ей рассказать. Со стороны Фриск это выглядело по другому. Когда Санс стал её избегать, шатенка сначала подумала, что он немного приболел и просто не хочет заразить кого-нибудь. Но она не заметила никаких признаков болезни. Тогда девушка решила напрямую спросить его об этом. Скелет сначала сказал, что это не так, что он абсолютно здоров, но потом, подумав, подтвердил её догадки и всё бы ничего, но когда он изобразил кашель, Фриск поняла, что её нагло обманывают. Ничего такого, но зачем ему так делать? Он избегает её? Как тогда больно стало на душе. Фриск и сама не знает почему, но ей стало так горько. — Всё с тобой ясно… Когда захлопнулась дверь её комнаты, Санс понял, что натворил. Закрывшись в комнате она дала волю эмоциям. Из глаз потекли слёзы. Ей стало так больно, в её голове начали крутиться плохие мысли. Она ему противна? Он не хочет быть рядом с ней, потому что ненавидит её? Всё это время он лишь изображал дружбу? От этих мыслей девушке становилось только хуже, а ведь совсем недавно она и сама начала чувствовать к нему некую тягу, но шатенка не сторонилась этого чувства, а наоборот, хотела быть рядом. Она стала чаще звать его куда-нибудь, стала чаще обнимать старшего скелета, в один из таких разов Санс почему-то попросил Фриск отпустить его, а после скрылся за дверью своей комнаты. И страх спать одной уже давно прошёл, девушка просто хотела быть ближе к скелету, но она никак не решалась ему об этом сказать. Ну же, где вся твоя решимость? Фриск подумала и решила, что скажет ему об этом позже, а пока она не хочет, обрывать их дружеские отношения. И вот сейчас, когда Санс так бессовестно соврал ей прямо в лицо, по известной только ему причине, сердцу почему-то стало очень больно, оно будто сжалось, глаза наполнились влагой, стало трудно дышать из-за комка застрявшем в горле. Она ему противна… О чём она только думала, когда решила, что у них может что-то получиться?.. *** Санс стучался ей в дверь, просил прощения, он не думал, что маленькая ложь с его стороны может так её обидеть. Почему он просто не сказал правду? «Идиот! О чём я только думал?» Старший скелет продолжал стучаться, но Фриск никак на него не реагировала. Что же он натворил… Так прошло 3 дня. Три дня терзания себя, и три дня бессонных ночей. Всё это время Санс, пытался достучаться до девушки, но она так и не ответила. За все эти три дня он ни разу не видел, чтобы шатенка выходила из комнаты. Его это начало беспокоить. Но на четвёртый день она всё же вышла. Фриск пришла к нему в комнату и начала извиняться за своё поведение, за то, что тогда произошло на лестнице. У Санса просто не было слов. Фриск продолжала извиняться, опустив голову в пол, а он тем временем встал с кровати и просто обнял её. Как же она его напугала. Фриск не сразу поняла, что произошло, её резко окутал запах его худи и, такие родные и теплые, несмотря на костлявость, руки, крепко прижали шатенку к костлявым рёбрам, а когда она услышала, что это он должен просить у неё прощения за то, что соврал ей, неожиданно расплакалась. Девушка обняла Санса в ответ, зарывшись носом в его шею. На душе стало спокойно, все страхи и переживания в миг исчезли. Они не хотели чтобы этот момент кончался… С тех пор происшествий больше не случалось. Всё вернулось на круги своя. Но именно из-за этого происшествия Фриск решила, что ей лучше скрыть о своих чувствах к старшему скелету. И вот теперь, когда она снова спит с ним в одной комнате. Сансу сложно сдерживать себя. Он точно знает, что любит её, и он точно знает, что Фриск не равнодушна к нему. Именно из-за этого ему ещё труднее держать себя в руках. Вот он опять смотрит на посапывающую во сне Фриск. На то как, при дыхании, вздымается её молодая, недавно округлившаяся грудь, под тонкой тканью майки, на то как она приоткрывает пухлые, розоватые губки когда спит, на то как задралась её белая майка, оголяя округлые бёдра и показывая розовые трусики… Вдруг, неожиданно даже для себя, он протягивает руку и проводит рукой по её коротким, шёлковым волосам, по мягкой щеке, по гладкой коже плеча спускаясь ниже по руке, легонько касаясь края груди, переходя ниже к талии и… «Стоп! Что я творю?» Санс резко отдергивает руку от манящего тела. В голове крутятся далеко не самые приличные мысли. «Это ведь неправильно… Но…» Как же ему хочется, хотя бы ещё разок прикоснуться к этой идеальной коже, провести рукой по её маленькой тонкой шее, нежно поцеловать в горячие губы. «Какая же ты красивая, Фриск.» Он больше не может терпеть. Скелет приподнимается на локте и медленно, немного неуверенно протягивает ладонь к Фриск. Костяшками пальцев от начинает нежно поглаживать её щёчку, задевает большим пальцем пухлые губы, по шее в низ переходит к ложбине грудей опускаясь ниже… — С-Санс? — его взгляд резко метнулся к лицу шатенки. На лице Фриск сияло неподдельное удивление вперемешку с непониманием. В комнате повисло неловкое молчание. — Ч-что ты делаешь? Санс промолчал. У него не было желания отвечать на её вопрос. «Надеюсь, ты простишь меня, Фриск.» Девушка хотела встать, но ей помешал старший скелет. Быстрым движением он схватил её за руку и повалил обратно на кровать нависая сверху. В карих глазах мелькнул страх. — Санс? — она не понимала, что происходит и это непонимание пугало её. — Прости меня, я так больше не могу. «Санс, я не понимаю…» — Что ты имеешь в виду? — вместо ответа старший скелет наклонился. Горячее дыхание обожгло ухо, а после она услышала то, что ожидала услышать меньше всего. — Не волнуйся, — его голос звучал тихо и немного пугающе. — Я буду нежен. — Нет! — эти слова прозвучали как спусковой крючок. Фриск резко выставила руки вперёд отталкивая его от себя. Санс, не ожидавший такого поворота событий, замешкался, что дало возможность Фриск на побег, но не успела она и приподняться, как сразу же была повалена обратно. «Какая прыткая!» — Нет! Пусти! Санс! — она попыталась снова оттолкнуть его, но старший скелет схватил её руки и завёл девушке за голову. Фриск продолжала просить, но он не слушал, его взгляд привлекла её майка, которая теперь оголяла не только бёдра, но и тонкую талию шатенки. — Чем меньше будешь сопротивляться, тем больше удовольствия получишь. Вдруг Фриск почувствовала прикосновение холодных пальцев к своему животу. Санс медленно, будто мучая девушку начал гладить подрагивающую кожу, не спеша, ведя руку выше, под тонкую ткань ночной майки. Дыхание Фриск участилось, а щёки залились румянцем. Она снова попыталась вырваться. Безуспешно. — Н-нет, прошу… Ах… — из её уст вырвался тихий стон когда рука скелета легонько сжала молодую грудь, задевая большим пальцем напрягшийся сосок. — Ты уже возбудилась. — он наклонился к её губам приоткрывая зубы и показывая синий язык. Глаза Фриск расширись он такого зрелища. Она конечно знала, об этом, но чтобы увидеть в живую… Воспользовавшись её заминкой, Санс резко припал к её губам, запуская язык внутрь. Фриск попыталась отвернуться, но скелет преградил эту попытку беря её одной рукой за челюсти. Девушка чувствует, как он властвует у неё во рту, как сплетаются их языки обмениваясь жидкостями. Шатенка попыталась его вытолкнуть, но опять же, безуспешно. Поцелуй был долгим и напористым, Фриск уже перестала сопротивляться, начиная наслаждаться, всё еще продолжая чувствовать руки старшего скелета на своём теле. Вот Санс оторвался от мягких губ, наклоняясь к уху. Его сладкий голос, звучавший у неё прямо над ухом, заставлял забыться, погрузиться в пучину удовольствия, но Фриск пыталась не поддаваться. А очень хотелось. — Твои соски уже напряглись. Неужели тебя можно возбудить столь простыми действиями? — Перестань говорить такие вещи! Мне неприятно слышать их от тебя! — врунья. — Ммм! — старший скелет зажал сосок между пальцев. — Н-не…! Фриск старалась сдерживать стоны, но когда Санс немного прикусил мочку уха одновременно вытянув сосок не выдержала и простонала в голос, прикрывая глаза. «Мне бы вторую руку освободить.» Девушка почувствовала, что Санс отпустил её запястья и тут же связал их магией, привязывая к железной спинке кровати. «Так будет удобней.» Вдруг она почувствовала прикосновение чего-то горячего, мокрого и склизкого к своей шее. По телу прошла мелкая дрожь, когда это нечто спустилось ниже, прошлось по ложбине и припало ко второму соску. Из припухших от поцелуя губ шатенки вырвался глухой стон, а за ним ещё один уже более громкий. «Нет, я не хочу этого! Но… Это так приятно…» Фриск чувствует, как язык старшего скелета играется с возбуждённым соском, пока его рука продолжает массировать первую грудь. Всё это вместе создавало невероятные ощущения. Она и не заметила, как её тело само начало поддаваться вперёд, желая получить больше. Разум начала застилать тонкая пелена удовольствия. Она не сразу поняла, что Санс начал опускаться ниже, оставляя мокрую дорожку поцелуев на её коже, продолжая сжимать молодую грудь. Когда же старший скелет дошел до края трусиков, опуская руки на талию девушки, Фриск будто молнией ударило. Она резко открыла глаза, и умоляюще посмотрела на Санса. — Нет… Прошу не надо! — но скелет её не слушал. Он продолжал целовать нежную кожу, лишь ненадолго останавливаясь, чтобы снять мешающий предмет одежды. — Ты уже вся насквозь промокла. Их надо бы снять. Фриск зажала ноги препятствуя его действиям. Тогда, недолго думая, скелет одним быстрым движением порвал легко поддающуюся ткань. Фриск уже начала возражать, как почувствовала пальцы старшего скелета, прикасающиеся к набухшему клитору. С приоткрытых губ девушки сорвался томный стон. Фриск закрыла глаза от удовольствия, всё ещё пытаясь хоть как-то держаться за край сознания. А Санс, продолжая одной рукой потирать клитор, вторую подвёл к лону и ввёл в девушку сразу два пальца. Шатенка вздрогнула всем телом, ощущая лёгкие скользящие движения внутри себя. — Тебе нравится. — Фриск пытается ответить, но из колеи её выбивает ещё одна выходка скелета. Санс наклонился вниз и высунув язык провёл им между половых губ Фриск. У неё перехватило дыхание от приятных склизких ощущений между ног. Старший скелет просто не давал ей и слова сказать, искусно двигая языком, облизывая клитор и медленно подходя ко входу в Фриск. Санс не ждал её разрешения на это действие. Когда шатенка почувствовала, его длинный язык внутри себя, услышала эти склизкие звуки, она окончательно погрузилась в низ, в пучину ощущений теряя связь с реальностью. — С-санс.! Ммм… — эти слова звучали уже не как мольба о том, чтобы он перестал, а как просьба о том, что бы он продолжил. — Прошу… Не останавливайся… Скелету нравилось играться с ней, ему нравилось слушать то, как она стонет, то как просит его о продолжении. Его это возбуждало. И без того напрягшийся член, стал приносить ещё больше дискомфорта, натягивая штанину, ставших такими тесными, шорт. Он чувствовал, что вот вот Фриск кончит. И вот с её губ срывается громкий стон. Выгнувшись, Фриск, подрагивая всем телом, падает на кровать. У неё больше нет сил не то, что двинуться, но и хотя бы слово сказать. Санс любуется проделанной работой. Фриск лежит на его кровати без сил и тяжело дышит, её глаза прикрыты, тело расслаблено. — Уже выбилась из сил? Мы ведь ещё не закончили. — шатенка слышит эти слова будто сквозь белую пелену, не до конца понимая их смысл. Только когда до неё долетает звук шуршащей одежды, она приоткрывает ставшие такими тяжелыми веки. Взглядом она ловит Санса снимающего с себя шорты, а потом спустя пару секунд до её сознания дошло, о чём он говорил. — Санс. Я не хочу. Я не хочу этого! — Не надо бояться. Я буду очень осторожен. — Санс снова залез на кровать и пристроился между её ног. — Нет, я прошу тебя. Мне… Я не хочу, не сейчас, не так… — в её глазах появился грустный блеск. Санс наклонился к её губам и нежно их поцеловал. — Не бойся. — Фриск немного замялась, а после неуверенно кивнула. — Вот и хорошо. Вдруг он рассеял магию, давая рукам девушки полную свободу. Но она не стала его отталкивать. Санс же недолго понаблюдал за её реакцией и продолжил. Он не спеша стал входить. Фриск почувствовала, как раздвигаются стенки её лона, как нечто большое наполняет её. Это было больно. Очень больно. Толчок и тут её пронзила резкая боль. — А! Больно, больно, больно. — Фриск сжала ноги и схватилась руками за простыню под ней. Внизу живота всё будто сжалось, а после она ощутила как, что-то жидкое и горячее вытекло наружу. Из глаз потекли ручейки слёз. Санс остановился, давая ей привыкнуть к ощущениям, после чего начал медленно двигаться. — Нет! Стой! — она упёрлась руками ему в грудь, пытаясь остановить, но это было безуспешно. Санс продолжал двигаться, наращивая темп. Из глаз продолжали литься слёзы. Ощущение наполненности приносило ей только боль и страдание. То как его член двигался внутри неё, растягивая её изнутри, и издавая неприличные звуки, не приносило ей никакого удовольствия. «Как же это больно! Поскорее бы этот кошмар закончился!» Она уже перестала плакать, и пытаться его остановить, она просто лежала и терпела, но боль не длилась вечно, немного погодя внутри всё ненадолго онемело, а потом не спеша, онемение сменилось новыми, приятными ощущениями. Теперь каждый толчок приносил ей только удовольствие. Наконец, стон наслаждения, а после она уже и сама начала двигать бёдрами навстречу. С губ срывалось его имя, а каждый толчок отдавал новой волной удовольствия. Их тела наслаждались друг другом. Наслаждались каждой секундой. — С-санс, прошу… Быстрей… Стоны Фриск, так сильно сжимающей его внутри, были для него самой прекрасной музыкой на свете, а её просьбы просто сносили крышу. Толчок за толчком. Он чувствовал, нарастающее напряжение, знал, что скоро кончит. Фриск же начала чувствовать как внизу живота постепенно рос ком, и с каждым толчком ком становился всё больше и больше, она чувствовала, что он вот вот взорвётся. Толчки переходили на бешеный темп, заставляя обоих забыть обо всём на свете. Он чувствует, что Фриск уже на пределе. — Санс… Я… Сейчас…! — по телу прошла мелкая дрожь, шатенка выгнулась навстречу невероятным ощущениям сильно сжимаясь и подрагивая внутри, из-за чего Санс не выдерживает и кончает внутрь. Фриск расслабляется, опускается на кровать, чувствуя, как горячая жидкость разливается внутри неё. Санс же выходит из Фриск и без сил валится рядом с ней. — Это было… — Невероятно. — пытаясь восстановить дыхание, говорит девушка. — Ну вот, а ты боялась. — Лучше молчи. — скелет устало усмехнулся, после чего перевернулся на бок заключая Фриск в свои объятья. Его Фриск… — Я люблю тебя, мелкая… — шатенка расплывается в улыбке. Она так давно мечтала услышать эти слова, и вот лежа в объятиях, и слушая мерное сердцебиение любимого, она понимает, что её мечта сбылась, и что она счастлива. — Я тебя тоже, Санс… Я тебя тоже… Они начинают проваливаться в пучину сна. Это была тяжёлая ночь для них двоих, им нужен отдых, ведь завтра их ждёт тяжёлый день…

***

Большие хлопья снега медленно опускались на землю, а на дворе всё ещё была ночь. Две мерцающих души канули в царство Морфея. Казалось будто всё вокруг застыло, замерло. Казалось, будто время в этой маленьком комнатке остановилось, застыли стрелки часов, не давая уйти мгновению, их мгновению… И только падающий снег говорил о том, что время продолжает свой медленный ход. Утром, когда Снежнеград озарят первые лучи солнца, жизнь снова наберёт обороты, создавая новые преграды на их пути. Но всё это произойдёт только утром, с восходом солнца…