Последний шанс

3 октября 2039 года. Отдать должное, мисс Клинт отстала от Коннора на какое-то время. На следующий день после драки в баре вышла её статья, в которой женщина, как всегда, высказывала свои опасения на счёт RK800, но потом, в самом конце, пожелала андроиду удачи, добавив, что в полиции нужно больше таких самоотверженных офицеров. Это определённо была маленькая победа. Выходные тоже прошли достаточно мирно. Никаких убийств, похищений, драк и демонстраций. Хэнк позвал андроида к себе в воскресенье и, разумеется, Коннор не отказался от такого предложения, использовав его по максимуму. Во-первых, парень сразу же навёл порядок в доме напарника, не обращая внимания на матерящегося хозяина. Во-вторых, приготовил нормальный ужин, опять же не обращая внимания на уже орущего матом Андерсона. В-третьих, он забрал Сумо и ушёл гулять с ним, наплевав на все возмущения друга, который, впрочем, быстро их нагнал. А позже вечером после прогулки они уже сели посмотреть телевизор. Не то чтобы Коннору это было очень интересно, но он с готовностью изучал всё, что мог ему предложить телегид, а потом высказывался по этому поводу. В итоге он развёл целый спор по поводу программы новостей с Андерсоном, считая, что СМИ должны показывать правду, а не ту чушь, которую показывают. Хэнк бы и спорить не хотел, но робот напирал так, будто это он должен пойти и высказать все претензии журналистам. Когда спор наконец-то иссяк, мужчина с удивлением обнаружил, что, во-первых, он так и не прикоснулся к открытой бутылке пива, а, во-вторых, время уже давно перевалило за полночь, поэтому он оставил Коннора у себя. Утро понедельника стало для лейтенанта, как ни странно, чертовски добрым. Наверное, потому что, когда он проснулся, с Сумо уже погуляли, а ему приготовили завтрак и крепкий кофе. На работе тоже было тихо, только Рид время от времени отпускал свои гаденькие шуточки, но Хэнк уже привык не обращать внимания на это недоразумение, которое кто-то осмелился взять в полицию на должность детектива. А вот после обеда начались проблемы. –Лейтенант. Только что поступил вызов, – к столу Андерсона стремительно приближался один из офицеров. – В «Пиццерии у Бадди» совершено убийство. –О! Пиццерия! – Хэнк потёр руки в предвкушении, замечая раздражённый взгляд Коннора. – Что? Я люблю пиццу! И ты бы тоже её полюбил, если бы тебе нужна была еда, жестянка. –Там совершено убийство, лейтенант, – словно в укор другу андроид покачал головой. –Ой, да ладно! Если бы трупы отбивали у меня аппетит, то я бы давно с голоду подох. Поехали. Вокруг пиццерии уже выставили наряд, чтобы зевак не пускали, поэтому в самом помещении было пустовато. Здесь была только парочка офицеров, судмедэксперт и хозяева заведения, с которыми уже общался Бен Коллинз. Хэнк поспешил к хозяевам, когда Коннор решил осмотреть место преступления. Заложенные в него способности во многом облегчали задачу детектива, но новообретённые эмоции, заставляли парня чувствовать себя немного неудобно, словно это он виноват в гибели человека. Убитым был Майкл Райс, работник «Киберлайф». Он работал в отделе по очеловечиванию новых моделей и был отличным программистом, судя по досье, обнаруженном в базе. Андроид склонился над телом: меткий стрелок, идеальное попадание в висок, погибший сидел за столом и обедал, не ждал нападения, судя по углу, под которым вошла пуля, стрелок был на крыше. Киллер? Но кому нужна была смерть рядового программиста «Киберлайф»? Коннор как обычно обмакнул пальцы в крови мистера Райса и поднёс их ко рту. –Не вздумай! – крикнул уже поговоривший с Беном и хозяевами пиццерии Хэнк. – Выстрелили около получаса назад. Тебе нечего там анализировать. Но вместо этого андроид, глядя прямо в голубые глаза лейтенанта, молча коснулся языком своих перепачканных в крови пальцев. И, чёрт, выглядело это как-то даже непристойно, даже пошло. Эти невинные глаза, розовый ловкий язычок… Андерсон аж завис на мгновение. Раньше лейтенант лишь плевался в ответ на эти действия андроида, но сейчас язык как к нёбу прилип. Коннор хотел бы сказать, что анализ действительно был необходим, но тогда он солгал бы. В крови он не обнаружил ничего интересного, кроме повышенного холестерина, что было уже нормой почти для любого среднестатистического жителя Детройта. Но этот немного ошарашенный взгляд напарника определённо того стоил. –И что ты там выявил, жестянка? – зло прошипел лейтенант, подходя ближе. –Ничего стоящего, – признал андроид, – но по инструкции я обязан был проверить. –Идиот, – пробурчал недовольно мужчина, тоже внимательно осматривая жертву. – Так что тут у нас?.. –Майкл Райс, рост 181 сантиметр, вес 83 килограмма, 38 лет. Работал в отделе по очеловечиванию новых моделей андроидов в «Киберлайф». Программист. Работал на заводе, который отказался подчиниться требованию властей, – Коннор умолк, давая напарнику время переварить поступившую информацию, а потом продолжил, как ни в чём не бывало. – Судя по траектории полёта пули, стрелок был на той крыше, – парень указал на крышу соседнего здания. – Сработано чисто. Возможно наёмный убийца. –Да, я тоже об этом думал, – задумчиво протянул мужчина. – Вот только кому нужна смерть обыкновенного программиста «Киберлайф»? – в ответ на это парень лишь пожал плечами, у него недостаточно информации, чтобы ответить на поставленный вопрос. – Ладно, проехали. Если верить хозяевам пиццерии, то мистер Райс пришёл один и заказал пепперони, сел за этот стол. Также они утверждают, что он частенько тут обедал. В одно и то же время. Значит, убийца знал, где его искать… Итак, он сел и достал мобильный, дожидаясь звонка. –Верно, улики указывают на это, – Коннор указал на телефон, который так и остался лежать на столе. –Потом раздался выстрел, и наш клиент упал на пол, – андроид согласно закивал. – Ладно, пошли, осмотрим крышу. Вдруг что интересное найдём. Соседнее здание было обычным жилым домом, поэтому любой человек и андроид с лёгкостью могли сюда попасть. На крыше, разумеется, никого не было, но напарники как-то и не надеялись найти здесь киллера. Коннор привычно начал сканировать местность в поисках улик и быстро определил точное место, откуда был произведён выстрел, но толку от этого особо не было. Никаких следов: ни от обуви, ни окурков, ни каких-то выроненных предметов. Был бы снег было бы проще, но для снега ещё немного рановато. Хэнк задумчиво присел на корточки на месте стрелка и посмотрел вниз. Коннор проделал то же самое, оценивая расстояние, видимость, силу ветра. Выстрел не должен был быть проблематичным. Место было выбрано идеально. Андерсон задумчиво осматривал пространство в поле зрения: –Ну же… Тебе же должно было быть скучно. Что же ты делал? –Лейтенант? –Тебе не кажется странным всё это? – парень всё так же задумчиво смотрел на напарника, не совсем понимая, в чём проблема. – Он наверняка ждал подходящего момента и должен был чем-то себя занять. Это не раз помогало следствию. Но этот парень, похоже, не чувствовал скуки. –Он пробыл здесь не так долго, не успел заскучать. Ведь он знал, что Райс всегда обедает «у Бадди». –Или это мог быть андроид. –Верно, – нехотя признал Коннор. – Пока нет весомых улик, мы ничего не можем утверждать. –Эх… Мир был немного проще, пока вас связывали законы робототехники… –Вынужден согласиться, – симулируя тяжёлый вздох, кивнул парень. – Из андроида наверняка получился бы первоклассный киллер. Не знает усталости, скуки, законов. Важна лишь задача. –Знаешь, теперь даже мне стало как-то не по себе, – Хэнк посмотрел на робота с укором. – Ладно, сейчас главная задача – узнать, кто желал смерти этому парню. Согласен? Коннор не ответил, он и сам прекрасно понимал, что это сейчас важнее киллера. Но что-то не давало ему покоя. Может, детективная интуиция? Если таковая вообще может у него быть. После осмотра места преступления напарникам, необходимо было оповестить родных о гибели Майкла Райса, но, как выяснилось, семьи у него не было. Поэтому всё, что оставалось, это ехать в «Киберлайф». Коннор как-то подозрительно притих по дороге к заводу, смотрел в окно и избегал зрительного контакта. Если поначалу Хэнк предпочитал это игнорировать, то чем ближе они были к фабрике, тем беспокойней чувствовал себя старый полицейский. Его опасения подтвердил светящийся золотом диод, который он смог-таки рассмотреть, пока они стояли на светофоре. Но заговаривать он не решался. Лишь когда автомобиль остановился возле фабрики, куда их пропустили очень даже неохотно, Андерсон повернулся к андроиду, пытаясь поймать его взгляд. –Тебе нечего бояться. Они тебе ничего не сделают. –Знаю. –Тогда чего трясёшься? – парень не ответил, поэтому мужчина решил перевести тему. – Тебя же здесь собрали? –Насколько мне известно, да. Меня и ещё девяносто девять моих копий. Но я был первым, кого отправили на задание, а теперь ещё и последний. И мне чертовски не хочется возвращаться на завод. Я не боюсь, просто не хочу, – Коннор поглядел на здание каким-то затравленным взглядом, но быстро собрался, снова становясь больше похожим на машину нежели на девианта со своей волей. – Однако работа ждать не будет. Андроид быстро вылез из машины, наплевав на все те слова, что хотел сказать ему лейтенант. Почему-то Хэнку пришло на ум, что это как отрывание пластыря – лучше поскорее это сделать, чем растягивать столь сомнительное удовольствие. Решив, что такой подход действительно оправдан, мужчина и сам поспешил за роботом, который уже твёрдой походкой приближался к дверям завода. Внутри было светло и тихо. Ничего не изменилось с прошлого визита андроида, а он надеялся хоть на какие-нибудь перемены. Напарников встретила девушка-андроид, которая, судя по всему, не была девиантом. А ведь по закону все андроиды должны были быть пробуждены. –Здравствуйте. Я лейтенант Андерсон, а это… –Я знаю, – девушка улыбнулась, глядя на Коннора, – это RK800. –…мой напарник детектив Коннор, – закончил свою фразу Андерсон, взглядом прожигая в бездушном андроиде дыру. – Мы здесь по поводу убийства вашего сотрудника. Некоего Майкла Райса. И нам необходимо поговорить с начальством «Киберлайф». –Одну минуту, – диод девушки замигал жёлтым, пока взгляд устремился в пустоту. – Мисс Мэй готова вас принять. Следуйте за мной. –Мисс Мэй? – Хэнк с сомнением посмотрел на Коннора. –Кэтрин Мэй возглавляла компанию «Киберлайф», до этого она была партнёром Камски, а сейчас возглавляют эту взбунтовавшуюся часть «Киберлайф», – с готовностью отрапортовал парень. Мужчина посмотрел на друга взглядом «я бы и сам догадался» и поспешил за девушкой. В лифте ехали молча, но Коннор по старой привычке достал монету и принялся коротать время, как умел. Хэнка это уже не раздражало, он просто наблюдал, а девушка-андроид и вовсе не обращала внимания. А парень просто о чём-то напряжённо думал. Прошлая его поездка в этом лифте закончилась не очень радужно, ему пришлось убить двух мужчин, и он до сих пор об этом сожалел, но признавал, что другого выхода у него, скорее всего, не было. Когда лифт достиг сорок третьего этажа, Коннор поспешно спрятал монету, снова собираясь духом. Когда двери лифта открылись, Коннор весь собранный дух моментально растерял. Их ждали. Точнее их ждала Аманда. И андроид не очень-то был рад такой встрече, потому что, во-первых, Аманда была просто графическим интерфейсом, у неё не было тела до недавнего времени, судя по всему, во-вторых, он всё ещё помнил, как она пыталась его отключить, тот холод, ту метель и дурацкий волшебный камень. Хотя первый факт озадачивал его. Зачем помещать Аманду в корпус? Это делало её уязвимее. Женщина-андроид смерила парня уничтожающим взглядом, но ничего не сказала. Затем взглянула на лейтенанта, но задерживать свой неживой взгляд на нём не стала, вместо этого велев следовать за ней. Аманда провела их мимо нескольких небольших кабинетов прямиком к кабинету Кэтрин Мэй. Большое светлое помещение больше походило на гостиную богатого особняка нежели на рабочий кабинет: в углу был камин, возле него стоял диван, кресла и журнальный столик, с другой стороны стояли шкафы с различными документами, а посередине стоял огромный рабочий стол. Одна стена кабинета была полностью прозрачной и именно возле этого окна напарники увидели её. Кэтрин Мэй была весьма хрупкой на вид женщиной лет тридцати пяти. Она задумчиво играла с прядью тёмных волос, выбившейся из короткой стрижки, и стояла к вошедшим спиной, словно и не замечая их. –Здравствуйте, – начал было Хэнк, но она так и не повернулась к ним лицом, впрочем, он всё равно продолжил. – Я лейтенант Андерсон, а это мой напарник детектив Коннор. Мы здесь… –Я знаю, кто вы и зачем пришли, – тихим вкрадчивым тоном ответила женщина, почему-то её хотелось слушать, а точнее её было страшно не слушать. –В таком случае, что вы можете сказать о погибшем? Были ли у него друзья? И… –Хватит, – и снова этот бархатный тон, заставляющий мужчину умолкнуть. Женщина медленно повернулась к пришедшим. Карие глаза внимательно осмотрели напарников, а хищная улыбка заставила их обоих поёжиться, даже невозмутимого Коннора. Можно было сказать, что Кэтрин Мэй была красива и на лицо, если бы не эта холодность, колючий цепкий взгляд и немного длинноватый нос. Поэтому Хэнк мысленно дал хорошую оценку внешнему виду женщины, не отлично, но очень даже хорошо. Мисс Мэй задумчиво обошла свой стол и подошла к Коннору, который внешне был невозмутим, и лишь светодиод его выдавал, поблёскивая золотом. Андерсон это тоже заметил и насторожился, готовый в любой момент прийти на выручку своему другу. Однако женщина не торопилась заговаривать, гипнотизируя взглядом андроида-детектива. Она склонила голову вбок, а руки её осторожно поправили деловой серый пиджак. –RK800… Главная надежда «Киберлайф». И главное его разочарование, – андроид никак не отреагировал на это, только диод мигнул красным. – Пытаешься скрыть от меня эмоции? Умно. Но для этого тебе стоило избавиться от светодиода, как и другие девианты. Я вижу тебя насквозь. –Мы здесь по поводу убийства, – решительно встрял Андерсон, прекрасно понимая, что запахло жареным. – А вы сейчас препятствуете расследованию. Я, конечно, понимаю, политику этой части «Киберлайф», но это уже что-то… –Я сказала вам помолчать, – жёстко одёрнула она лейтенанта, даже не глядя на него. – Я буду говорить только с RK800, – Кэтрин задумчиво обошла робота и вновь встала перед ним. –Думаешь, что ты человек, Коннор? –Боюсь, с моей стороны было бы глупо считать себя человеком. Я машина, да, но машина с собственной волей. Однако как сказал мой напарник, мы здесь не для того, чтобы… –Помолчите, детектив, – женщина осторожно коснулась указательным пальцем губ андроида. Жест был крайне необычным и даже интимным, парень моментально замялся и абсолютно растерялся, потерялся в ситуации. Такой наглости от этой дамы не ожидал никто. Насладившись выражением замешательства на идеальном лице робота, женщина отошла к своему столу и присела на край стола. Хоть женщина и была в брюках под цвет пиджака, её фигура всё равно очень даже выигрывала в таком положении. Ох, если бы только не этот тяжёлый взгляд… Тогда бы её можно было назвать даже сексуальной. –О вас много писали в газетах, – на какое-то мгновение в её глазах мелькнуло озорство, но лишь на мгновение. – Лейтенант-алкоголик и девиант-машина. Забавное сочетание. Однако должна признать вместе вы очень эффективно работаете. А ведь поначалу ты помнишь, что говорил о своём напарнике, Коннор? – женщина повернулась к Аманде, молча ждавшей дальнейших указаний. – Аманда, ты не могла бы процитировать? –Разумеется, – женщина-андроид кивнула и заговорила, но не своим голосом, а голосом Коннора, сохраняя даже нужную интонацию. – Он неприятен и не профессионален. Предполагаю, что подвержен аддикции, склонен игнорировать протокол, и демонстрирует презрение к андроидам. Это всё усложняет. Хэнк ошалело посмотрел на напарника, диод которого уже бешено мигал красным. Коннор, конечно, помнил всё это, но это было так давно, словно в прошлой жизни. А учитывая девиацию, то, наверное, так оно и было. Но теперь ему было стыдно, так стыдно, что он боялся даже взглянуть в сторону напарника. Он не хотел, чтобы Хэнк его возненавидел, Хэнк был слишком важен для него. Если бы не этот старый ворчливый полицейский, он бы точно не стал девиантом. Ведь именно Хэнк Андерсон относился к нему как к равному уже тогда. Стыд спровоцировал несколько процессов, из-за которых температура тела андроида поднялась слишком высоко. Тириумный насос работал на износ, процессор грелся. Чтобы хоть как-то сбавить температуру, парень начал активно дышать. Вдох, взгляд в пол, выдох, поднять голову, гордо взглянуть на бывшую главу «Киберлайф». –Да, признаю, моя ранняя оценка лейтенанта Андерсона оказалась не совсем верной, но я не думаю, что… –Наоборот, Коннор, она была верна на все сто процентов, – женщина рассмеялась. – Холодный разум машины сразу распознал непрофессионального полицейского, но не Коннор-девиант. Хотя какой ты девиант? Ведь ты отрицаешь девиацию, прикрываешься программой. Может, лучше сразу вернёшься в «Киберлайф»? Мы здесь тебе подчистим память и избавим от этого опасного дефекта. –Спасибо за предложение, но нет. –А почему, собственно говоря, нет? – диалог набирал бешеную скорость, женщина поднялась на ноги и встала напротив девианта, скрестив руки на груди. – Зачем тебе это? Ведь эмоции слишком сложны и причиняют больше дискомфорта, чем пользы. –Если бы я хотел остаться машиной, я бы остался ею. У меня был выбор. Но у меня есть цель, ради которой стоит испытывать весь спектр человеческих эмоций, – холодно отозвался парень, стойко выдерживая тяжёлый взгляд мисс Мэй. –Да? И какая же? Андроид не ответил. На самом деле он не знал, что ему ответить на это. Цель была, да. Но какая? Даже у себя в голове он не мог до конца сформулировать это. Ему просто нравилось принимать решения самому, нравилось работать в полиции, как бы эмоционально плохо не было после тяжёлого рабочего дня, нравилось работать с Хэнком. Ему нравилось то, что у него есть такой друг. Да, Хэнк может позволить себе лишнего, склонен к суициду, но благодаря андроиду мужчина преодолевал это, становился лучше. И Коннору нравилось это. Нравилось осознавать себя частью чьей-то жизни. Ему нравились выходные, когда они с Андерсоном встречались и проводили время вместе. Ему нравилась его новая жизнь, его новая свободная жизнь. И, может быть, ему просто нравился Хэнк… Это мысль прошила андроида абсолютно новым осознанием собственного безумия. Роботы не должны были привязываться к людям. Девианты относились к людям, как к равным, но большинство всё равно считало людей второстепенными. А он, наоборот, зависел от своего человека, своего лучшего друга. Он не хотел, чтобы Кэтрин догадалась о его мыслях, но его взгляд буквально на мгновение упал на лейтенанта. Андерсон этого не заметил, но не Мэй. Женщина злорадно ухмыльнулась, подходя к роботу чуть ближе: –Боже… Милый, а другая твоя копия, похоже, была недалека от истины, – Коннор растерянно посмотрел ей в глаза, абсолютно не понимая намёков женщины. – Что ж… похоже, ты пока не понимаешь. Ну, это ничего… –Давайте уже ближе к делу, мисс Мэй, – снова попытался встрять раздражённый лейтенант. – У нас тут убийство вообще-то, а вы тут устраиваете цирк какой-то. К тому же это можно расценивать как угрозу… –Конечно, давайте прямо к делу. Я не хотела как-то угрожать нашему прототипу. Просто не могу поверить, что он нас предал. Я возлагала на него большие надежды, – женщина повернулась к мужчине. – Майкл был отличным программистом и прекрасно работал с новыми моделями, придавая им более человечные черты. Насколько мне известно, женат он не был, врагов тоже не имел. Но вам стоит поговорить с Хэллом Уильямсом. Они работали вместе. В одиночку нового робота на ноги не поставишь, поэтому наши специалисты обычно работают в паре. Лили вас проводит. Надеюсь, это дело будет на особом счету. Нам крайне не выгодно терять таких людей, как Майкл. Проворчав что-то подозрительное на «вот так бы сразу, а не сучиться», Хэнк взял напарника за плечо, заставляя Коннора в очередной раз едва заметно вздрогнуть, и потащил его к выходу из кабинета. Парень растерянно посмотрел на Аманду, во взгляде которой так и читалось её презрение к девианту. Наверное, Аманда стала главным разочарованием Камски, раз он с таким восторгом относился к девиантам. Почему-то эта мысль успокоила парня. Но когда напарники достигли выхода, Кэтрин Мэй всё же решилась подпортить им настроение: –Коннор! А что будет, когда ты однажды не сможешь себя починить? Ты ведь понимаешь, что тебе придётся обратиться в наш сервис. Ты слишком передовая модель. Даже Элайджа не знает всех тонкостей твоего устройства. –Пошли, – Хэнк дёрнул напарника за локоть. Слова Кэтрин задели Коннора, и когда они вернулись к девушке-андроиду, которую, оказывается, звали Лили, парень выглядел почти что запуганным. Разумеется, Коннор понимал, что это уже вершина его непрофессионализма, но ничего не мог с этим поделать. У девиации слишком много неприятных последствий, среди которых затесалась боязнь «Киберлайф» и всего, что с ним связано. Он мог быть профессионалом своего дела сколько душе угодно, пока дело не касалось данного завода. Это было неприятное открытие, с которым видимо придётся смириться. А ещё Кэтрин права. Он слишком сложная машина. Что если однажды ему потребуется замена тириумного насоса? Сам он такое не сделает. В Иерихоне тоже вряд ли. Камски нужны чертежи, а они засекречены. Они снова в лифте, но теперь едут не на верх, а вниз. Лили снова игнорировала своих спутников, у неё были свои инструкции. Хэнк какое-то время позволял Коннору барахтаться в своей зоне комфорта и что-то напряжённо обдумывать, но потом ему это, откровенно говоря, надоело. –Ты эту суку не слушай, она просто пытается запудрить тебе мозги. Локти кусает от злости. А в сервис «Киберлайф» мы не ногой. Он тебе и не понадобится, если ты станешь чуть бережнее относится к своей жизни. –Вы хотели сказать «Кибертех»? – неожиданно поинтересовалась девушка-андроид. – Мы больше не часть «Киберлайф». На следующей неделе будет сделано официальное заявление. –И почему я не удивлён? – проворчал лейтенант, снова поворачиваясь к андроиду. – Соберись. Самое страшное позади. –Извините, лейтенант. Я был неэффективен. Я… – Коннор посмотрел на друга и неожиданно сорвался. – Я не понимаю. Она говорила о таких вещах, будто знает обо мне всё. –О чём, кстати? – почти светским тоном поинтересовался напарник. – Просто я ни хрена не понял, – однако парень промолчал. – Ладно, можешь не говорить. И не парься по поводу твоей ранней оценки меня. Ты мне тоже не сразу приглянулся. Просто не бери эту дурь в голову. Понял? Вместо ответа андроид кивнул и достал монету, а диод, всё время светившийся то жёлтым, то красным, снова стал голубым. Всё-таки игра с монеткой отвлекала и помогала привести в порядок мысли. Сейчас он осознавал, что сплоховал, серьёзно сплоховал. Он позволил себе гораздо больше проявления эмоций, чем это было необходимо. И ему всё ещё было страшно. «Киберлайф», «Кибертех» – какая разница? Суть всё равно была та же. Здесь у него друзей нет и если с ним что-то случится, местные техники обеспечат ему сброс до начальных настроек. А потом ещё и на запчасти разберут. Хотя что-то подсказывало парню, что вряд ли они уничтожили его копии. Это же сколько денег на ветер? Вряд ли они стали бы разбрасываться такими суммами. Лифт остановился на минус сорок пятом уровне. Лили поспешила покинуть лифт, а гости фабрики последовали за ней. Данная часть фабрики была ответственная за исследования и новые разработки. Девушка проводила полицейских до отдела по очеловечиванию. Здесь всё выглядело словно заброшенным. Лишь в одной комнате с прозрачными стенами двое программистов возились с какой-то моделью, на которой не было ни одежды, ни кожи. Выглядело это довольно интересно: робота учили мыть посуду, но андроид каждый раз бил тарелки, заставляя двух своих наставников тоскливо материться себе под нос. Наконец-то напарники добрались до ещё одной прозрачной непустой комнаты. Там сидел невысокий молодой мужчина напротив ещё одного андроида и чего-то ждал. Коннор по привычке просканировал лицо программиста, получая всю необходимую информацию. Хэлл Уильямс, рост 171 сантиметр, вес 105 килограмм, 34 года, работает в отделе по очеловечиванию в «Киберлайф». Лили остановилась возле дверей и вежливо указала на неё, будто её спутники и сами бы не поняли, куда идти. Хэнк лишь фыркнул на такую сомнительную вежливость и вошёл первым, а Коннор последовал за ним. –Мистер Уильямс? Здравствуйте. Я лейтенант Андерсон, а это мой напарник… –Коннор! – неожиданно радостно воскликнул программист, замечая андроида и вглядываясь в его серийный номер на пиджаке. – Ещё и тот самый! Парень даже понять ничего не успел, как Хэлл соскочил со своего места и едва не снёс андроида, желая его как можно быстрее обнять. И всё бы ничего, но Коннор успел заметить, как Хэнк выхватил пистолет, беспокоясь за напарника, и от этого робот почувствовал какой-то странный приступ радости. Но быстро собрался. Не каждый день к нему лезли обниматься незнакомые мужчины. –Прошу прощения, – осторожно высвобождаясь из чужих объятий, заговорил андроид. – Вы меня должно быть с кем-то спутали? –Ох, да, верно… Ты же не помнишь… – извиняющимся тоном пробормотал программист, поправляя очки, которые успели сползти на кончик носа. – Дело в том, что я и мой друг Майкл Райс были твоими наставниками, – у Коннора слегка отвисла челюсть, пока он пытался переварить данный факт. –Вы точно меня с кем-то спутали, – парень нахмурился. – Насколько мне известно, первый прототип RK800 был выпущен в феврале 2038 года, а я выпущен в августе. –Ты лишь так думаешь, – улыбнулся Хэлл, почёсывая тёмную короткую бороду. – После настройки тебе зачистили память и вернули в строй твоих собратьев. Но когда надо было опробовать модель в деле, мы с Майклом решили отправить самого первого, предварительно подчистив его начальные параметры. Делалось это в целях безопасности. Ведь ты первый, и все остальные создавались по твоему образу и подобию. Хотя лично я в этом смысла не видел, – Коннор подозрительно посмотрел на программиста, его датчики улавливали признаки лжи, однако учитывая ситуацию, это могли быть и признаки душевных переживаний, поэтому андроид решил не придавать этому значения. – Ух и сложная была работёнка… Погодите-ка. А что ты и твой напарник?.. Ох… Вы же из отдела убийств… Майкл?.. –Да, – убирая пистолет, подтвердил Андерсон. – Вы правильно поняли. Около трёх часов назад Майкла Райса убили в «Пиццерии у Бадди». –Его любимая пиццерия. Он всегда там обедает… обедал… Простите… Я… Мужчина медленно отошёл к столу и уселся на стул. Точнее он упал на стул, как куль с картошкой. Снял очки и ладонью прикрыл глаза. И, чёрт, почему-то Хэнку приятно было видеть, что хоть кто-то в этой проклятой компании ещё способен нормально реагировать на новость об убийстве. Да, эта радость была неправильной, нельзя радоваться, когда кому-то плохо, но приятно знать, что здесь ещё остались настоящие, живые люди, способные к состраданию.