Подарок с сюрпризом

***

— Кларк, давай быстрее, время поджимает, — раздался требовательный голос Рэйвен из-за занавески. — Я похожа на проститутку, — недовольно пробурчала Кларк, критично разглядывая собственное отражение в зеркале. — Да ладно тебе, — фыркнула Октавия, отдёргивая ширму и с нарисованным на лице любопытством заглядывая в примерочную. — Очень даже… мило, — добавила она, стараясь сдержать ехидную улыбку. И получалось у нее это из рук вон плохо. — Мило? — возмутилась покрасневшая до корней волос блондинка. — Симпатичный летний сарафан — это мило, пижама с енотами — это мило, но вот это… — обреченно махнула она руками, показывая на собственное отражение, в котором на нее с недоумением смотрела возмущенная блондинка, на которой из одежды было только нижнее белье и весьма провокационного вида колготки в сеточку. — Пижама с енотами? — саркастично переспросила ее Октавия, но Кларк предпочла сделать вид, что не услышала вопроса, хотя кончики ее ушей в этот момент многозначительно покраснели. — Уф, проехали, — вновь вздохнула она. — У меня только один вопрос — почему все-таки я? — Ну, это тебе повезло вытащить короткую спичку, — пожала плечами Октавия. — И, помимо этого есть еще две причины. — Какие? — Эта и эта, — нахально ухмыльнулась брюнетка, пальцем указывая на грудь Кларк. — Не пойми меня неправильно, подруга, я люблю свое тело, но… на мне, как и на Рэйвен этот костюм смотрелся бы не так… эффектно. — Ты прям королева комплиментов, — фыркнула в ответ Кларк. — Кларк, ты готова мерить костюм? — окликнула ее снаружи Рэйвен. — К этому нельзя быть готовым, — обреченно пробурчала блондинка, но ее вторая подруга уже зашла в примерочную, отодвинув в сторону Октавию. — Давай, я помогу тебе его надеть, — добавила Рэйвен и Октавия выскользнула из кабинки, на время оставив их наедине, с явным интересом наблюдая за занавеской. А спустя минуту стала понятна причина ее интереса. — Рэйвен, что это… твою ж! — раздался возмущенный вопль Кларк, а губы Октавии расплылись в довольной улыбке. — Это не я! — слегка обиженно ответила Рэйвен, но по ее голосу было понятно, что она едва сдерживает смех. — О заказывала костюм! — О, что это за хрень?! — разъяренная Кларк выскочила из примерной, уперев руки в бока и грозно глядя на подругу. По крайней мере она надеялась, что выглядит грозно, но учитывая, что одета она была в черный костюм плейбоевского зайчика, поперек которого (начинаясь чуть ниже груди и заканчиваясь у бедер), была выведена стразами блестящая надпись «Кларки», добиться желаемого эффекта было весьма непросто, если вообще возможно. Октавия мужественно пыталась сдержаться, но уже через секунду с ее губ раздалось что-то среднее между смешком и хрюканьем, а потом она громко расхохоталась, согнувшись пополам. — Идеально… — сквозь слезы пробормотала она. — О, я дам тебе тридцать секунд форы, пока я буду срывать эти чертовы стразы, а потом… потом беги, — возмущенно ответила Кларк, но Октавия лишь покачала головой в ответ, пытаясь перестать смеяться. — Даже не вздумай, Кларк, нельзя ведь портить костюм. К тому же ты действительно хочешь бежать за мной в нем через все здание? Это ведь потом войдет в легенды! — Не переживай так, Кларк, — попыталась успокоить подругу Рэйвен, хотя она и сама улыбалась от уха до уха. — На самом деле тебе очень даже идет — ты прямо секси. — И я о том же! — радостно закивала Октавия. — Не зря же я всю ночь лепила эти стразы! — Ты потратила целую ночь на это? — пораженно спросила Кларк. — А то. Еще и часть утра, — довольно ответила брюнетка, явно гордая проделанной работой. — Может ее сводить к психиатру? — с наигранным беспокойством спросила Кларк Рэйвен. — Ты случайно в детстве куличиков из песка не перекушала? — Ладно, девчонки, нам и правда уже скоро выходить, — примирительно вмешалась Рэйвен. — Потом разберетесь. В этот же момент раздался стук в дверь, и она немного приоткрылась, являя миру часть лысой макушки Линкольна. — Девчонки, у вас там все нормально? — поинтересовался парень, но Октавия тут же бесцеремонно захлопнула ее обратно. — Ай! — громко вскрикнул ее суженный, но девушка даже бровью не повела и лишь громко ответила: — Все хорошо, милый. Мы почти закончили. — Тебе его не жалко? — обеспокоенно спросила Рэйвен, кивая в сторону двери. — Да он каждую неделю бьется башкой обо что-нибудь у нас в квартире, — махнула рукой Октавия. — Наверно поэтому он и начал лысеть так рано. Хотя и притворяется что бреется налысо только ради того, чтобы выглядеть побрутальней. Но это секрет, — ухмыляясь, шепотом добавила она, пальцами показывая кавычки. — К тому же я прекрасно знаю, что он на самом деле заглянул лишь для того, чтобы попялиться на Кларк в костюме зайчика. Думаю, что там в коридоре целая мужская делегация, — хмыкнув, добавила она. — Пожалуй, я лучше надену плащ, — сказала Кларк. — Туфли здесь? — Да, держи, — кивнула Октавия, вытаскивая из коробки заготовленную заранее обувь. — Ну хоть туфли красивые, — критично осмотрев лакированные черные каблуки заметила Кларк. Каблук был немного выше, чем она привыкла носить, но все же не шел ни в какое сравнение с огромными платформами, которые предпочитали работницы шеста. — Их тоже я выбирала, — улыбнулась Октавия. — Рада, что понравились, — добавила она, явно подлизываясь к Кларк, которая судя по всему уже успела немного остыть. Ведь как бы она ни хотела, ей никогда не удавалось подолгу злиться на лучшую подругу. — Ушки не забудь, — протянула Рэйвен блондинке последний аксессуар. Ее телефон негромко запищал, сообщая о пришедшем на него сообщении и, бросив на него взгляд, девушка добавила: — Торт уже привезли. Так что нам пора.

***

«А здесь не так душно, как я боялась. Немного жарковато, но терпимо», — думала про себя Кларк, слыша, как открываются двери лифта и огромный торт, в котором она сидела, начинают катить по коридору. — Куда? — вскоре раздался недовольный мужской бас, как только каталка с тортом остановилась. — Торт на вечеринку, — вежливо ответил второй голос, принадлежавший Беллами. — Нас не… — незнакомец не договорил, так как в этот момент послышался скрип открываемой двери, и кто-то его быстро перебил. — Все нормально, Чарли. Это я заказал, мой подарок для именинницы, — Кларк услышала приглушенный шум музыки и отдаленных голосов, который стал нарастать все сильнее, когда каталку с тортом вновь повезли. А потом они вновь остановились. — Минуточку внимания! — вскоре послышался звон вилки, стучавшей по бокалу, а затем раздался все тот же самый мужской голос, что Кларк слышала в коридоре. Гомон голосов начал быстро затухать и когда он полностью затих, говоривший продолжил: — Сегодня мы все собрались здесь, чтобы поздравить с днем рождения нашу прекрасную именинницу. В ее адрес прозвучало уже множество прекрасных слов, и я уверен, что мы услышим их еще больше. За свою жизнь я был знаком с немалым числом прекрасных женщин — ведь не зря же я уже трижды разведен, — последняя фраза вызвала одобрительный смех у публики. — Но я могу с уверенностью сказать, что не встречал такой восхитительной по красоте и уму сеньориты, как та, чей праздник мы сегодня отмечаем. За короткий срок она стала для всех нас не просто коллегой по нашему нелегкому бизнесу, но и настоящим другом, amico. И да, друг — это безусловно хорошее слово — и я готов на многое ради своих друзей. Но есть слово, есть понятие, которое стоит даже выше этого — la famiglia. Семья. И в этот чудесный день, с благословения самых уважаемых мною людей, также присутствующих здесь, я бы хотел сделать имениннице подарок, который она безусловно заслужила и который считается высочайшей честью, которую только можно заслужить. Я хочу вручить тебе этот перстень, как знак нашей любви и уважения — приняв его, ты станешь частью нашей семьи. С сегодняшнего дня и до самой смерти ты будешь нашей сестрой, одной из Лучетти. Тихий женский голос что-то ответил на эти слова, но Кларк не смогла расслышать что именно. А потом вновь раздался голос мужчины: — Добро пожаловать в семью Лучетти, Лекса! — его слова сразу же сменились громом аплодисментов, которые не утихали пару минут.  — Это безусловно самый важный и самый значимый подарок, который мне доверили вручить уважаемые доны, но я взял на себя смелость сделать еще один небольшой приятный сюрприз, так сказать от себя. Я знаю Лексу немного дольше остальных присутствующих и знаю, что у нее есть одна маленькая слабость… впрочем каюсь, я и сам подвержен ей. Библия говорит, что мы должны бороться со своими слабостями и я с этим безусловно согласен, но… а, all'inferno все это, в гробу еще успеем покаяться! Так, пройди-ка сюда и присядь вот на этот стул. Ага, отлично. С днем рождения тебя, Лекса! — напоследок добавил он, а затем весело крикнул: — Сюрприз! Услышав кодовое слово Кларк сделала глубокий вдох и резко выпрямилась, откидывая картонную верхушку торта, улыбаясь так, как ее учили. Парочка мужчин тут же подбежали к ней и, ловко подхватив, приподняли вверх, а затем осторожно поставили на землю. Сделав свое дело, они моментально скрылись из виду. Как только ее ноги коснулись земли, зазвучала музыка — громкая, дерзкая, соблазнительная… именно то, что нужно. Публика, сидящая за столами, одобрительно и возбужденно засвистела, когда Кларк сделала первый шаг. Ее раскованная походка была выверена до мелочей — идеально прямая спина, острые, как бритва, но одновременно плавные шаги, подчеркивающие образ, буквально наполненный игривой сексуальностью. Она и правда чертовски красива, а облегающий, плотный костюм еще сильнее подчеркивает ее безупречно стройные ноги, высокую грудь с глубоким декольте и округлые, соблазнительные бедра, на которых шаловливо подрагивает пушистый круглый хвостик. Сейчас ее хочет каждый мужчина в этом зале и все взгляды прикованы к ней. Но ей все равно. Она видит перед собой лишь девушку, сидящую впереди, а остальные это лишь фон. Зеленые глаза напротив смотрят на нее слегка растерянно, даже смущенно, а на маняще полных губах играет легкая улыбка, словно бы говорящая — что здесь происходит? Но Кларк знает, что это лишь иллюзия. Лишь притворство. Что на самом деле сексуальная шатенка, одиноко сидящая посреди комнаты, в действительности следит за каждым ее шагом и что каждый из них пробуждает в теле зеленоглазки такое желание, что ей едва удается скрыть его от окружающих. Она ее хочет. Прямо здесь и прямо сейчас. Довольная улыбка расплывается на губах Кларк. Ей и самой чертовски нравится то, что она видит перед собой… и она не прочь немного поиграть. И поэтому ей безусловно приятно, что девушка непроизвольно сдвигает колени, когда она подходит к ней вплотную, пытаясь хотя бы так немного ослабить напряжение между ног, но Кларк не позволяет ей этого сделать. Опустившись на колени, она резко разводит ее ноги в стороны и плавно поднимается вверх, отмечая про себя что узкие брюки вместе с туфлями на острой шпильке смотрятся на шатенке очень даже элегантно и сексуально. Их тела почти соприкасаются друг с другом, пару раз костюм Кларк задевает белоснежную рубашку под расстегнутым пиджаком девушки, но блондинка искусно продолжает играть в кошки-мышки. Краем глаза она замечает, как руки новой представительницы семьи Лучетти пытаются лечь на ее почти обнаженные бедра, но она жестом останавливает их. — Смотреть, но не трогать, — жарко шепчет она на ушко девушке, слыша в ответ рваный, возбужденный вздох и от этого вздоха у нее самой внутри все сжимается, а по коже пробегает волна мурашек. Но она сдерживает себя и хоть и с трудом, но все же отстраняется, одновременно заглядывая в зеленые глаза шатенки — как она и думала, ее зрачки расширены от рвущегося наружу желания, а ноздри дрожат, вдыхая в себя ее запах. «Черт, да я и сама уже…», — ругнулась про себя Кларк, отмечая, растущее внутри возбуждение. А этот костюм вряд ли можно назвать идеально подходящим для того, чтобы скрыть намокшие трусики. Поэтому она резко отталкивается от стула и разворачивается спиной к девушке, позволяя той насладиться видом своей пятой точки в сетчатых колготках. Для усиления эффекта она медленно прогибается в спине, доставая пальчиками носки туфель, на несколько секунд замерев в этой позе, а затем стремительно поднимается обратно, позволяя своим волосам опуститься на спину белокурым водопадом. Ее тело само движется в ритм музыке, распаляясь все сильнее и сильнее от осознания того, что именно она делает. В этом и правда что-то есть — в этих плавных танцевальных движениях, в этих дразнящих покачиваниях бедрами, даже в этом дурацком костюме — который уже совсем не кажется дурацким, когда ты сама полностью втягиваешься в эту игру. А Кларк втянулась в нее по самые кончики своих кроличьих ушек. Все это время она не видит девушки позади себя, но чувствует ее прикованный взгляд, буквально прожигающий дырки на ее одежде. Кларк надеялась, что отвернувшись, она хотя бы немного сбросит растущее внутри желание, но ее тело ведет себя совершенно иначе и она разворачивается обратно, отточенным движением перекидывая ногу через колени шатенки и оседлывая ее бедра. — Заставь меня кончить, детка, — вновь шепчет она на ушко своей невольной партнерше по танцу и начинает скользить промежностью по ноге девушки, уже мало понимая, что именно она делает — занимается сексом или все еще танцует. Грань чертовски тонка — также, как и уже влажная полоска белья у нее между ног. Ее тело жаждет разрядки, жаждет почувствовать губы шатенки на своих, жаждет ее ласк, ее прикосновений, ее стонов… мысли путаются в голове, подводя ее к той черте, за которой заканчиваются даже самые широкие рамки приличий и начинается кое-что иное. Жаркое. Сладкое. И восхитительно запретное. Однако все заканчивается резко и неожиданно — музыка стремительно обрывается и в зале становится оглушительно тихо. Кларк резко выдыхает, все еще чувствуя, как через ее тело проходят волны музыки и возбуждения, одновременно пытаясь взять себя в руки и вернуться в окружающую действительность, из которой она благополучно выпала во время танца. Ей это почти удается, но в этот момент рука шатенки ложится ей на затылок, а затем девушка резко притягивает ее к себе, жадно целуя в приоткрытые губы. И у Кларк нет даже малейшего сомнения чтобы не ответить на поцелуй. Краем уха она слышит, как одобрительно загудела толпа, но ей все равно. Реальность может и подождать. Она с улыбкой заглядывает в глаза шатенке, когда они все же находят в себе силы отстраниться друг от друга и, увидев в ответ такую же довольную улыбку, быстро соскальзывает с ее колен, напоследок с наслаждением облизнув собственные губы. — Кусочек торта для именинницы! — громко объявляет она и под одобрительный свист возвращается обратно к торту. — С самой верхушки, — указывает она и один из мужчин подбегает к ней, услужливо подставляя стул и помогая на него взобраться. Кларк нагибается над тортом, сексуально приподняв ножку и запуская руку в широкое отверстие посередине, а через мгновение молниеносным движением что-то швыряет все еще сидящей на стуле Лексе. — Никому не двигаться! Полиция Чикаго! — громко объявляет блондинка, беря на мушку половину зала, сжимая в руках вытащенный пистолет. Через несколько мгновений она чувствует, как к ее спине прижимается Лекса, которая берет под прицел оставшуюся часть комнаты. А затем слышится выстрел. — Энди, твою мать, ты не слышал, что она тебе сказала? — раздается насмешливый голос Лексы. — Если еще раз дернешься за пушкой, следующая пуля попадет точно в твою нахальную физиономию! До уха Кларк доносится грохот, идущий со стороны двери, а потом эта самая дверь с треском разлетается в щепки. А вот и спецназ. — Сюрприз, ублюдки, — ухмыляется Линкольн, который первым из полицейских вбежал в комнату. — Вечеринка окончена.

***

— Неплохой улов, — отметил Кейн, не обращая внимания на остальных полицейских, которые в это время уводят последних задержанных из банкетного зала. — Вся семья Лучетти, начиная от рядовых солдат и заканчивая тремя основными боссами. Хорошая работа. — Спасибо, сэр, — кивнула в ответ Лекса, подходя к одному из столов и опрокидывая рюмку с текилой. — Что ж, мне пора в участок, встретимся позже, — добавил Кейн и, махнув на прощание рукой направился в сторону выхода. — Уф, наконец-то все закончилось, — Лекса устало вздохнула, скинув на стул пиджак, а через мгновение отправила вслед за ним и галстук. — Восемь месяцев под прикрытием. — Восемь месяцев, две недели и три дня, — уточнила Кларк, опираясь на барную стойку. — Кейн сказал, что это мое последнее подобное задание. Больше никаких прикрытий. — Не жалеешь, что тебе не стать Александрой Лучетти? — хитро улыбнулась Кларк, поправляя верх костюма, из которого так и стремились выпрыгнуть две причины, из-за которых по словам Октавии, именно она лучше остальных подходила для этого задания. Она все еще не успела переодеться — все происходило чертовски стремительно, и эта была их первая передышка за целый час. — Нисколько. Или может быть тебе больше бы хотелось носить фамилию Лучетти? — Неа. Миссис Вудс меня вполне устраивает, — ухмыльнулась в ответ Кларк, приобнимая за талию свою жену для поцелуя. — Ты не представляешь, как же я скучала, — прошептала Лекса, отстраняясь от губ Кларк и убирая непослушный локон волос с ее лица. — После сегодняшнего танца представляю, — хитро хмыкнула Кларк. Лекса лишь фыркнула в ответ, а затем немного отодвинулась и, глянув через плечо блондинки, крикнула: — Беллами, хватит пялиться на зад моей жены! — Да я и не пялюсь… особо, — улыбнулся старший Блейк, который сидел со стаканом портвейна за спиной Кларк. Однако увидев недовольный, опасно прищуренный взгляд Вудс, все же решил добавить: — Ладно, отдыхайте. Пойду допрашивать твоих ребят, так что до скорого. — Раньше ты не была такой собственницей, — ехидно заметила Кларк, когда дверь за Беллами закрылась. — Просто мне обидно, когда кто-то пялится на тебя, когда я сама была лишена этого священного права почти девять месяцев, — возразила Лекса. — Но сегодня ведь ты была вознаграждена за это, не так ли? — лукаво спросила Кларк. — Тебе понравилось мое шоу? — Это… — взгляд Лексы изменился, став похожим на тот, который был у нее во время танца. — Когда ты научилась так двигаться, Кларк? У тебя конечно много… достоинств, — взгляд Лексы скользнул по фигуре жены. — Но раньше ты такого мне точно не показывала. — Три месяца курсов стрип-пластики, — объяснила Кларк, не в силах сдержать улыбку от того, что смогла произвести на любимую такое впечатление. — Департамент специально оплатил их для этого дела. — Ну слава Богу. А то уж я испугалась, что ты устроилась подрабатывать стриптизершей, — пошутила Лекса. — Ну, в полиции пока платят все же немного больше. Тогда вопрос на вопрос — а откуда Майки Лучетти знал, что ты предпочтешь именно такой подарок? — спросила Кларк, жестом показывая на свой костюм. — Ты не хочешь мне ни о чем рассказать? — Клааарк! — взмолилась Лекса. — Не издевайся, а? Ты же сама прекрасно знаешь, что это департамент специально слил информацию о… о моих предпочтениях. Таков был наш план. — Да знаю, знаю. Просто не удержалась, — обезоруживающе улыбнулась Кларк. — И вообще, я целых восемь месяцев жила без секса. У меня даже сексуальные фантазии по ночам только о тебе! Блин, я фантазирую о собственной жене! Это неправильно! — возмутилась Вудс. — Я даже не знаю, радоваться мне этому или же начинать обижаться, — рассмеялась Кларк в ответ. — Ладно, поехали в участок. После него я обещаю, что вечером постараюсь воплотить в жизнь все твои фантазии. — Клаарк, — Лекса нервно сглотнула и пристально посмотрев в глаза блондинки, тихо добавила: — Я не дотерплю до вечера. После того, что ты устроила… я едва сдерживаюсь. Боюсь, что еще немного и я повалю тебя прямо на тот торт, из которого ты недавно выпрыгнула. И тебе придется исполнять супружеский долг прямо здесь и сейчас. Кларк попыталась улыбнуться, видя, что это шутка, но что-то в глазах Лексы подсказало ей, что в каждой шутке есть доля шутки. — Ладно, поехали домой. Участок немного подождет, — кивнула она. — Я только переоденусь и… — Не надо переодеваться, — покачала головой Лекса. — Я вообще думаю, что Кейн будет не сильно возражать, если этот костюм самым таинственным образом… потеряется. — Так, ладно, — прыснула со смеху Кларк, стараясь не поддаваться гипнотизирующему взгляду жены, который время от времени нырял вглубь ее декольте. — Тебя и правда нужно срочно отвезти домой, а то мне уже становится немного страшно. Пора вернуть мою ласковую и нежную жену обратно, а не вот эту… секс-машину, рвущую на мне одежду одним лишь взглядом, — саркастически усмехнувшись, добавила она. … через минуту они уже бежали вниз по лестнице, спеша добраться до машины, когда им навстречу попался Линкольн. — В участок? — спросил он, глядя на то, как Кларк на ходу застегивает плащ, который они откопали в гардеробе. — Позже, часа через три… а может и вообще завтра, — ответила ему Лекса. — Кстати, прихвати это, — Кларк схватила жену за руку и стянула солидный золотой перстень, который ей подарили Лучетти, вместо него водрузив на соседний палец Лексы обручальное кольцо. — Вот теперь все так, как и должно быть, — удовлетворенно сказала Кларк. — Где ты его прятала? — удивленно спросила ее Лекса, пытаясь разглядеть костюм Кларк через плащик. — В спальне покажу, — подмигнула в ответ блондинка. — Побежали скорее, время не ждет! — заявила она и, схватив Лексу за руку потащила ее вниз по лестнице. Может быть у нее лучше получается скрывать свои эмоции чем у Лексы, но все же восьмимесячное воздержание никто не отменял. И у нее у самой уже очень и очень долгое время по ночам сексуальные фантазии только о собственной жене… А это неправильно, не так ли?