Тебе, кстати, не идет без меня

— А вы, что тут делаете? — выпучив глаза, спросил Намджун, сзади которого были все его друзья.       Тэхен, как увидел своего брата, не знал, куда деть свои руки, ведь у него в руках пакет с этого магазина. Если Намджун расскажет родителям, куда тот тратит карманные деньги, то влетит не только младшему, но и Чимину, потому что они там были вместе. Чимин кстати, покраснел так, что был похож на помидор. Юнги поначалу смотрел на омегу, а потом отвел свои глаза и слушал своих друзей. Но уже подготавливал себя на разговор с Чимином, ведь он не знал, что Пак вообще знает, что такое секс. По виду омеги так не скажешь, хоть тому уже шестнадцать, но все равно, выглядит он как десятилетний ребенок, требующий тепла и ласки. — Эм, Намджун-хён, а мы тут просто гуляли, — со смешком сказал Тэхен. — Ага, в таком месте? — поднял бровь от удивления альфа. — Тэ, не думал, что ты уже о таком думаешь, — кивнул на пакет в руках у младшего брата. — А-а-а, это, — у омеги забегали глаза, — это, ну, это Джин-хён купил себе, вот, — затараторил Тэхен и пихнул пакет другу.       Альфа посмотрел на незнакомого омегу и облизнул губы, а сзади стоящие Чонгук и Хосок как обычно хихикали, перешептываясь друг с другом. Младший из Чонов смотрел на Тэхена, а потом отвел глаза на рядом стоящего омегу в черном и нахмурил брови. Тэхен незаметно пихнул Джина локтем, чтобы тот хоть что-нибудь сказал. Молился, чтобы тот подтвердил его ложь, если же нет, Тэхену не жить. Во-первых, за ложь. Во-вторых, за такие взрослые вещи. — Тогда почему его пакет в твоих руках? Может, ты мне врешь, а Тэхен? — спросил серьезно альфа. — Ну… — Тэхен просто подержал пакет, — закашлял старший омега, — ну, я шнурок завязывал, — Джин почесал затылок и мило улыбнулся, — люблю пошалить.       Чонгук и Хосок от этого встали в ступор и прекратили смеяться, пихнули Намджуна в спину, чтобы тот уже что-нибудь сказал или просто, чтобы свалить поскорей, потому что Юнги застыл на одном месте и кажется даже не дышал, витая в своих мыслях, но делая вид, что слушает Намджуна, но выходит это конечно не очень, потому что Хосок иногда поглядывает на друга. Хорошо, что уже не прожигал взглядом бедного Чимина, который приложил свои маленькие ладошки к щекам и стоял, не сказав ни слова. — Оу, даже так, ну хорошо тогда, — наконец проговорил Намджун. — Ну, мы пойдем, — Тэхен встал посреди двух своих друзей и приобняв за плечи подтолкнул вперед. — Надеюсь, Чимин и твой новый друг придут сегодня к нам на вечеринку? — Конечно, я ведь должен где-то спать, — скривился в улыбке.       Как только три омеги скрылись на втором этаже, первого прорвало Тэхена, смеялся так, что прохожие смотрели на него как на сумасшедшего. Парни сели на лавочку и обсуждали происходящее, потому что привести в чувства Чимина надо было, а то его ладошки будто приросли к его щекам. Одному Джину было все равно, будто его каждый день ловят у секс-шопа. Он как старший стал успокаивать Пака, говоря: «Прекрати краснеть и убери руки с лица, а то похож на хомяка». Это подействовало, только Чимин стал говорить, что теперь Юнги будет плохо о нем думать, будет считать его похотливым омегой. — Чим, он тебе нравится? — Кто? — Кто-кто, Папа Карло. Конечно тот, Юнги. — Очень, а что? — Ну, пока ты там предавался своему горю, что тебя якобы спалили, я наблюдал за этими клоунами, — пояснил старший, и тут стало интересно не только Чимину, но и Тэхен повернулся на друга, продолжая поглощать батончик для похудания, — те, что вечно хихикали, как придурки, один из них смотрел на Тэхена, но делал это так, будто моя хата с краю, я ничего не знаю, — Джин вздохнул и посмотрел улыбаясь на Чимина, — тот чувак, смотрел на тебя в упор, но в глазах у него не было такого, что ты себе там напридумывал, я не знаю, что там между вами происходит, но альфа вообще палиться не хочет. — Боже, да почему я такой тупой? Джин-хён, ты серьезно думаешь, что я ему нравлюсь? — поджимая губы, робко спросил Чимин. — Думаю, что да, просто спроси у него об этом, не будь из тех омег, которые считают, что альфы должны сами делать первый шаг, — Ким дернул бровями и немного усмехнулся сам себе, — вот сегодня, например, возьми инициативу в свои руки, понял меня, Чимин? Омега кивнул и уставился на свои колени, сжимая руками лавку. Пак даже не думал, что может сделать первый шаг, но сейчас задумался. Чимин, честно говоря, устал от всего этого, частые сны, занятие с Юнги, вечное залипание на хена на переменах, думая, что никто не заметит. Да, омега дышать не может, когда слышит и видит смех альфы, потому что передоз прекрасного и до трепетания в животе красивого, уже невозможно. Как бы Чимин не старался все это скрыть, у него ничего не выходит, на него и так иногда Намджун вопросительно смотрит, когда замечает его пристальный взгляд на Юнги, а Хосок перестал смеяться, и теперь часто интересуется о его настроении и занятиях с альфой. Пора бы уже выйти из своей берлоги и заявить о себе. — Чим, просто будь собой, ладно? — и, убедившись, что Пак кивнул, обернулся к Тэхену, который доедал очередной батончик. — Ты на диете что ли? — Не то, чтобы на диете, просто я, когда нервничаю, обычно ем сладкое, это конечно не сникерс, но все же можно удалить эту потребность в сладком, — ответил Тэхен и встал с лавочки, чтобы выкинуть этикетку. — Ты слишком зациклен на своей внешности, Тэхен, — подметил Джин. — Я видел, как ты ел тот кусок торта в кафешке, видел, как ты рассматривал вещи, нет ни одного зеркала в этом торговом центре, где бы ты не взглянул на себя.       Чимин все это время сидел в сторонке и втыкал в телефон, не обращая внимания на друзей. — Мне просто нравится выглядеть красиво, — фыркнул Тэхен. Для омеги это было не правдой, он не считал себя каким-то зацикливающим на своей внешности, а сладкое он просто не ест, потому что так захотел, это ведь не запретно быть не таким как все, верно? — Ты и так очень красивый, и не надо так трястись над своим внешним видом. — Спасибо, хён, — тихонько ответил Тэ.       После парни решили пойти домой, время уже было два часа дня, поэтому Чимин пригласил друзей к себе на обед. Его папа приготовил вкусную еду, все время расспрашивал о прогулки, познакомился с Джином, конечно удивившись его внешним видом, ведь мало ли, что в голове у такого человека, еще научит не известно, чем его сына. Но как говорится, не суди по одежке, Сокджин оказался очень милым омегой, немного стеснялся поначалу, но потом расслабился и пускал свои шуточки, от которых Чимин смеялся больше всего. Всегда на таких посиделках, родители рассказывают смешные и постыдные истории про своих детей. Вот и папа Минни не упускал такой возможности. Только истории были не только о его сыне, но и о Тэхене. — А у тебя мило, — подметил Джин, когда парни сидели у Чимина в комнате. Тэхен уселся на полу, облокачиваясь спиной о кровать. Старший сидел рядом, сложив ноги по турецкий. А хозяин открыл свой шкаф и стал рассматривать свои вещи. — Думаешь, что надеть? — не отрываясь от телефона, спросил Тэхен, а Джин облокотил голову на кровать и смотрел снизу вверх на омегу. — Не знаю, стоит ли вообще наряжаться, — Чимин достал со шкафа вешалку с черным комбинезоном, — как вам такое? — Не хочешь сменить цвет волос? — вдруг встрял старший. — Чтобы Чими согласился покраситься? Хён, у тебя не выйдет, — кивая сам себе, иронично сказал Тэхен, — когда я впервые покрасился, он прочесал весь интернет в поисках доказательства, что я облысею. — Это не правда, не слушай его Джин-хён. — Тогда давай изменим твой внешний вид? — А ты что парикмахер? — немного удивленно спросил Тэхен. — Ну себя же я сам крашу, и с его волосами справлюсь, — сказал Джин.       Сокджин с шестнадцати лет краситься в черный цвет, и делает это каждые два месяца. Волосы растут, а родной цвет у корней — это как-то некрасиво. Как говорится, сам себе парикмахер. Чимин полчаса расспрашивал у хена о волосах, что с ними будет, не останется ли он лысым, да и в какой цвет ему пойдет. В итоге омега согласился, но все равно был уверен, что это плохая идея. Джин решил быстренько сбегать в магазин за всем необходимым. Краску выбирать Чимину он не разрешил, сказал, что сделает это за него. Пака оставил дома, а Тэхен и Сокджин пошли в магазин. Долго ждать их не пришлось, они вернулись очень быстро. На все вопросы, которые задавал омега друзьям, те просто хихикали и говорили, что сам все увидит.       Усадили Чимина на стул в ванной комнате. Старший как специалист накинул на друга ненужную тряпку, чтобы не испачкать ему одежду. Сам же просто надел принесенный Тэхеном фартук. Первым делом нужно было обесцветить волосы, омега развел все необходимы компоненты. Тщательно развел по всем волосам. Тэхен сидел на краю ванной и внимательно наблюдал. А Чимину было страшно, ведь теперь уже точно назад пути нет, потому что запах был отвратительный, но Тэхену он почему-то нравится и говорил, что очень даже приятно пахнет. — И быть мне лысым, — наигранно проговорил Чимин. — Нужно подождать пятнадцать минут и потом смыть, — сказал старший и стал мыть миску.       По истечению времени, Джин помог смыть осветлитель с волос. Цвет стекающей воды привел в шок, частички голубой смеси капали на раковину, но волосы остались на месте. После смывки, Джин вытер волосы друга полотенцем и улыбнулся полученному результату. Волосы Пака хорошо осветлились с первого раза, поэтому старший омега достал с пакета краску и стала разводить в помытой миске. — Мы с Тэхеном посоветовались и решили, что тебе этот цвет очень даже пойдет, ладно? Только не паникуй, — сказал омега и пихнул Тэхену коробку из-под краски, — но ты ее пока не увидишь, доверься нам. — Если я буду каким-то зеленым или фиолетовым, то побреюсь на лысо сам, — предупредил их Пак.       Чимин сидя на стуле закрывал себе нос, потому что запах был отвратительным. У него вообще нос был очень чувствительным, а тут такие резкие запахи, что глаза слезятся. Джин то и дело просил головой не вертеть, а то краска уже на ушах и лбу. Пак фыркал, говорил, что чешется и хёну приходилось расчёской прочесывать, чтобы омега много не вякал. Когда же все было готово, а Тэхен вернулся в комнату, оставляя на рабочем столе горячие кексы, которые только что вышли из духовки, зашел в ванную и стал смеяться над злым Чимином, и измазанным Джином. — Я там вкусненького принес, пойдемте, поедим, все равно ждать придется, — не переставал смеяться Тэхен. — Вот, что ты смеешься, а? — спросил Джин, снимая перчатки и кидая их в мусорное ведро, — а ты, что застыл? — обратился к Чимину. — Я буду красный, полностью красный, — смотря в одну точку, ответил Пак. На нем шапочка, а на плечах та же тряпка, только на ней теперь красные пятна. — Успокойся, тебе понравится результат, — стал успокаивать Сокджин. — Краска дойдет до мозгов, и буду опять тупым, Юнги-хён меня убьет, — все так же промямлил омега. — Тэ, пихни ему кекс в рот, пусть успокоиться.       Сидеть на одном месте у Чимина не удалось, ходил туда-сюда с кексом и горячим чаем в руках и не мог успокоиться. Он сам конечно хотел сменить имидж, не всегда же быть милым одуваном. Но не в красный же, это слишком, это так волнительно. Конечно Чимин не такой уж стеснительный омега, вечно трясущийся, и который боится собственной тени. Но все же, это не привычно, его просто пинком выперли из своей теплой зоны комфорта. Только дороги назад нет, Пак со всем справится, у него есть друзья, а с ними всегда легче. — Я хочу рецепт этих восхитительных кексов, — чуть ли не простонал Сокджин.       Кексы и вправду были очень вкусные. Джин всегда любил покушать, тем более если такую вкусную выпечку. Сам омега готовит не хуже, ему просто пришлось самому учиться готовить. Когда родители развелись, и папа уехал так сказать «Покорять мир». Ему тогда было лет четырнадцать, сказать, что омега не переживал, этого будет мало. Потому что в какой-то степени ситуация с семьей и дало такой результат в итоге, которого Джин и стал готом. Ему и его отцу по началу было сложно, ведь родитель пропадал целыми днями, кушать готовил по вечерам, так, чтобы хватило и на обед для сына. Иногда приходил дедушка, помогал по дому Сокджину, учил по немного готовить, и вот к пятнадцати годом, омега уже умел готовить сам, ждал отца с работы, убирался по выходным дома, забрасывал вещи в стирку, потом все это дело развешивал. Отец гордился своим сыном, возмещал свое отсутствие вылазками по выходным в кино или в парк развлечений, только бы Джин не чувствовал себя брошенным, старался быть рядом, когда это необходимо. — Ребят, тут один остался можно я его съем? — облизывая губы, спросил старший. Тэхен кивнул сразу же, потому что и так на сегодня съел слишком много сладкого, омега и кекс есть не хотел, но папа Чимина так расхвалил, что Ким не удержался и слопал один кекс. — Ну, раз все согласны, — у омеги глаза загорелись, а правая рука потянулась к тарелке, — иди к папочке. — Когда там мыть можно? — не выдержал, спросил омега. Все это было волнительно для него, Чимин устал, и хочет просто отдохнуть, но на сегодня был запланирован разговор с альфой. Да, он уже твердо решил, что подойдет к нему и спросил прямо, без лишний запинаний или намеков. — Через десять минут можешь идти, — посмотрел на время. — Кстати, — Тэхен распрямился на полу и посмотрел на жующего хёна, — когда ты рассказывал об альфах, ну, свое мнение о них, ты ни слово не сказал про Намджун-хёна. — Может потому что мне все еще это не интересно? — Джун- хен очень хороший, думаю вы подружитесь, — Чимин стоял в проем ванной и периодически поглядывал на часы. — Ну возможно, но у меня хреновый характер ваш Джун-и может не выдержать, — посмеялся старший, — Чимин-а пошли голову мыть, — омега встал с нагретого места. Сокджин попросил Чимина нагнуться над ванной, включил воду, отрегулировал ее, Пак проверил нормальная она или нет. Старший снял с друга шапочку и аккуратно стал смывать краску. — Как кровь, это, наверное, мозги, — посмеялся Чимин и помог руками Джину. — Не говори ерунды, — продолжал свою работу старший.       После помывки, Сокджин нанес на волосы бальзам, который был в комплекте, а потом помог смыть. — Такие мягкие, — удивился младший. — Будешь за ними ухаживать, всегда такими будут.       Когда самое трудное было сделано, а волосы были замотаны в полотенце, настало время прически, но Чимину было не до этого. Он остался в ванной, сушил волосы ненужным полотенцем, а затем решил прочесать свою шевелюру. Увидев себя в зеркале, Пак лишился дара речи. — Джин-хён, что это такое? — еле выдавил из себя Чимин. — Ого, какой ты красивый, — заулыбался Тэхен и подошел к другу, чтобы потрогать волосы. — Я похож на Хеллбой, такой же красный, — почти плача проговорил омега. — Хеллбой был весь красный, а у тебя волосы, — стал успокаивать Тэхен своего друга. — Ну чего ты ревешь? Ты же знал, что будет такой цвет, — Джин просто не понимал, что в этом такого, что волосы теперь другого цвета, — Чимин-а с такими волосами ты еще красивее, поверь нам, так же Тэхен? — посмотрел на друга. — Определенно, — кивнул как болванчик, — ты такой милый с этим цветом, надо было раньше тебе так покраситься, глядишь, Юнги-хен уже бы был твоим, — этот паршивец всегда знал, на чем подловить. — Правда так думаете? — опустил глаза на пол. — Конечно, тебе просто непривычно сейчас, — ласково улыбнулся и притянул Чимина к себе, — давай уложим тебе волосы, а потом пойдем на вечеринку, а то Тэхена домой не пустят, если я не приду, — предложил старший и поплелся в ванную.       Сокджин был мастером на все руки, омега уложил волосы так красиво, что сам был рад своему труду. Волосы сейчас после краски более послушные, и укладка вышла просто шикарно. После, Чимин быстро надел, что выбрал ему Тэхен, подвел себе глаза и был готов покорять сердце Мин Юнги. — Ладно, ребят, признаю, мне так определенно лучше, — омега смотрелся в большое зеркало, на нем был свитер с полоску белого цвета и черный комбинезон, — спасибо Джин-хён, — Чимин подошел к старшему и обнял. — Надеюсь, ты точно решишься и поговоришь с Юнги, — ласково прошептал омега.       Чимин лишь кивнул и улыбнулся. Парни спустились вниз в прихожую, чтобы одеться и пойти к Тэхену. Пак попросил друзей подождать, а сам пошел отнести тарелку на кухню.\ — Пап, спасибо за кексики, было очень вкусно, — омега подошел к родителю и чмокнул в щеку, — я пошел к Тэ, — Чимин уже стал отходить, как папа повернулся и вскрикнул. — Боже, сыночек, какой ты у меня красивый, — захлопал в ладоши, — тебе так идет, что я прям не могу налюбоваться тобой, — приобнял за плечи и посмотрел на новую прическу сына, — Чими, Юнги точно не устоит перед тобой, — шепнул папа на ухо, будто кто-то на кухне еще был. — Это Джин-хён постарался, он все умеет, — захлопал глазами, будто это было научное открытие. — Пошли я вас провожу, — подтолкнул свое чадо к выходу.       Папа Чимина поблагодарил Сокджина за преображение своего ребенка. Омега смущенно, отмахнулся, что ничего сверхъестественное не сделал, а просто покрасил волосы другу, а укладка, ее и Чимин может сделать. После, омеги вышли из дома и пошли к Тэхену, ему уже несколько раз звонили родители и предупредили, что остается с Намджуном дома один, а сами они уехали к дедушкам в гости. Старший брат, как всегда без спроса устраивает в вечеринку, и до сих пор не был пойманным. Омеги по дороге завязали легкую беседу, много смеялись, Джин пару раз ругал Чимина, что он оделся легко для такой погоды, омега был без шапки, а поверх просто капюшон. Пак отнекивался, что ему не холодно, и что все хорошо, он не заболеет. — Тэ, как дела у вас с Югемом? — вдруг спросил Чимин, когда они вышли к улице нужного дома. — Эм, ну, ничего особенного, переписываемся иногда и все, — Тэхен от неожиданного вопроса, чуть не споткнулся, но Сокджин вовремя схватил его за куртку и дернул на себя, — Спасибо хён. — Внимательнее надо быть. — И я что-то не понял, тебе нравится Чонгук и еще какой-то Югем, так? — Ну, не то чтобы нравится, просто он полный придурок, вещает мне лапшу на уши, что белый и пушистый, а я знаю, что он еще тот кабель, — стал злиться Тэхен. — Почему ты решил, что он кабель? Ты сам видел? — Мне рассказывали омеги, с которыми он спал, да и от него несет каждый день новым омегой, и да, я видел, — на последнем слове, Тэхен опустил голову и заморгал, чтобы вспышки воспоминаний о том дне исчезли. — Ты его видел, но он все равно подходит к тебе, хочет пригласить тебя куда-нибудь, так? — Тэхен кивнул, — тогда я не понимаю, если у него есть кто-то, ну, даже если их много, он бы не подходил к тебе, он ведь не тупой, чтобы обижать младшего брата своего друга, — стал размышлять Джин, — в крайнем случае, тебе в первую очередь нужно перестать слушать сплетни. — Почему ты его защищаешь? — подняв бровь, спросил Тэхен. — Я его не защищаю, просто хочу понять, зачем он это делает, — пожав плечами, ответил старший, — но если он просто играет с тобой, то просто расскажи Намджуну и он разберется, старшие братья для этого и нужны, чтобы защищали младших. — Джун никогда об этом не узнает, — промямлил младший.       После разговора омеги шли молча, а по приходу в дом семейства Ким. Тэхен предупредил, что пошел переодеться. Намджун проводил Джина и Чимина в гостиную, где сидели Юнги и Чонгук, оба альфы при виде омег замешкались, а Юнги даже поперхнулся тем, что пил. На маленьком столике стояли какие-то непонятные напитки, а в тарелках были разложены, жаренное мясо, картошка фри, чипсы и многое другое, что дома Чимину вообще запрещено есть. Омеги сели на диван напротив альф, Джун налил по бокалам напитки, сказал, что там нет алкоголя. Чимин нахмурил брови, потому что знает, что Намджуну как и Юнги только восемнадцать и как бы пить нельзя еще год, но алкоголь на столе все же есть. — У Хосока друг совершеннолетний, и он купил для нас немного, но вам нельзя, вы маленькие, — и Джин фыркнул. — Ты как бы тоже не большой, — поджав губы, ответил Джин. — Ты же никому не расскажешь об этом верно? — показал на бокал, — не будь букой. Чимин сидел рядом с Джином, и молился всем богам, чтобы его новый друг не сказал, ничего резкого, как это любит делать старший омега. За всю неделю их общения Чим понял, что Джин не будет держать язык за зубами, и всегда находит, что сказать в ответ. — Вы ребят сидите, а я пойду закажу нам пиццу, скоро должен прийти Хосок, — улыбнулся Джун, — Юнги ты за старшего, не давай Минни алкоголь, а то я знаю его, — и ушел. — Ой, я забыл предупредить отца, — Джин вышел из-за стола и скрылся в прихожей. Чимин поставил на стол бокал, и хотел уже крикнуть, мол, какого хрена ты меня кидаешь, но Чонгук, своими глазами, уставился так будто, видит его впервые. Но тут, Чону «приспичило», и он побежал к уборной. Намджун так и не вернулся, а с Юнги Чимин до сих пор не научился общаться, и сейчас так неловко, что рукой можно потрогать эту неловкость. — Тебе очень идет этот цвет волос, — вдруг раздался по комнате голос Юнги. — А? Да, спасибо хён, — боже, вот что за напасть, чуть что сразу краснеть.       Чимин, как многие омеги, краснеет при любом комплименте, тем более слышать это от того, в кого ты влюблен. — А кто-то еще должен прийти? — зачем-то спросил Чимин. — Думаю, что нет, только Хосок должен прийти, — закусив губу, Чимин закивал в ответ.       По приходу весельчака Чона-старшего, атмосфера перестала быть напряженной, все смеялись, Тэхен то и дело пялился в телефон и улыбался, на вопросы Чимина и Джина отвечал, однообразно. Чонгук изредка смотрел на Тэхена. На все уговоры, Хосок твердо сказал, что не нальет ему даже капельку, на что Гук надулся и решительно направил свой взор на еду. Намджун появился сразу после прихода Хосока, где он пропадал все это время - никто не знал, да и пиццу он так и не заказал, как оказалось. Юнги взял это на себя и быстро сделал заказ по телефону. Все шло хорошо, играла тихая музыка, Хосок иногда пританцовывал и расспрашивал Джина о его образе жизни, омега, нехотя да отвечал. Джун наблюдал за омегами, но за Сокджином больше всего, альфе очень понравился новенький, даже его внешний вид не отпугивал его, он сквозь его челки, что скрывает его пол-лица, разглядел добрые глаза, а его улыбка заставляет сердце биться чаще. Намджун никогда не верил в любовь с первого взгляда, пока не увидел прекрасное создание в обличии дьяволенка Ким Сокджина. — Эм, Джин, извини за вопрос, но ты на кладбище когда-нибудь ходил? — вдруг спросил Чонгук. — Ну да, у меня и клан свой есть, — с улыбкой пояснил Ким. — Ого, круто, а обряды там всякие делаете? — подал голос Хосок. — Боже, куда я попал? — прошептал Юнги так, чтобы все слышали. — Привороты на течку делали, и кровь крыс пили, Сатану вызывали, ох, что мы только не делали, — саркастически ответил Джин.       Рядом сидящий Чимин еле сдержался, чтобы не заржать во весь голос, Тэхен хихикал в уголке дивана, прикрывая рот ладошкой. — Ой, очень смешно, мог бы сказать, что нет, — фыркнул Хосок. — Ваше представление о готах очень глупое, не все делают обряды или привороты, у меня есть несколько друзей, с которыми я тусуюсь, но ничем плохим мы не занимаемся, я у них как бы главный, — кивая сам себе, пояснил омега Хосоку. — Но все же на кладбище вы ходите. — Ты спросил, ходил ли я когда-нибудь на кладбище, я и ответил, что да, — посмеялся Джин. А Намджун опрокинул тарелку с чипсами себе на джинсы. — Джун-хён как всегда, сегодня рекорд, — захохотал Хосок и Юнги его поддержал.       Сокджин бурно что-то обсуждал с Намджуном, иногда смеялся и передразнивал альфу. Чимин примостился к Тэхену, и они что-то смотрели на телефоне, Юнги и Хосок играли в приставку, а Чонгук был их болельщиком, то переходил на сторону Юнги, когда тот выигрывал, то на сторону брата, когда Хосок стал в шутку угрожать. Всем было весело, Чимин даже успел поговорить немного с Юнги после того как альфа выиграл Хосока. Чонгук пытался скрыть свою злость на Тэхена, потому что тот весь вечер сидел с телефоном, а потом вовсе ушел, предупреждая всех, что скоро вернется. На часах уже было поздно, и Чимину стал звонить папа, спрашивая, когда он вернется домой, омега замешкался и стал в спешке прощаться с друзьями, ведь время позднее. Чимин немного расстроился, ведь он так хотел поговорить с хеном, а ему надо домой, но тут альфа подал голос. — Я провожу тебя, а то инопланетяне тебя настигнут, — посмеялся Юнги.       Пак попросил Джуна проводить Джина, и вышел из дома, на улице была не самая лучшая погода, но он старательно не подавал виду, что немного замерз. — Почему ты никогда не носишь шарфы и шапки? — спросил альфа, когда они шли по дороге. — Не люблю, мне нравится, когда мне комфортно, и мне не холодно, если ты об этом, — ответил Чимин, немного повернув голову в сторону Юнги.       Как начать разговор, на который он так долго настраивался? Как же все это было сложно. Чимин сам знает, что делать первый шаг может и омега тоже, но альфы, они ведь смелые, не то что омеги. Хорошо, что Юнги не видит потерянных глаз Чимина, потому что сразу можно прочитать в них беспокойство и тревожность. — Вижу я как тебе не холодно, так ведь можно заболеть, ты ведь знаешь об этом да, — альфа перепрыгнул через замерзшую лужу и пошел дальше рядом с омегой. — Знаю хён, но все хорошо, спасибо, — промямлил омега. Сам же Пак сжимал в карманах большие пальцы, младший всегда так делает, когда ему неловко или что-то в этом роде.       Когда подвернется нужный момент? Почему же все так сложно? — Юнги-хён, можно спросить? — Можно, спрашивай, — улыбнулся альфа. — Тебе кто-нибудь сейчас нравится? — после заданного вопроса, омега закусил губу. — К чему такой вопрос Минни? — поднял брови и ответил вопросом на вопрос. — Нравится, но я тебе не скажу кто это.       «Все надежды, что раннее таились в моем сердце, рухнули вдребезге. Ему кто-то нравится, а я ему просто друг. Зачем я только затеял весь этот разговор, жил бы себе надеялся, что у хёна никого нет и все было бы хорошо, а больно бы не было» — стал думать Чимин, опустив голову на дорогу.       Оставшуюся дорогу они шли молча, Чимину не хотелось разговаривать, а Юнги не допытывал его своими вопросами. Завтра школа, а это значит занятие с Мином, на этот раз Пак точно скажет, что плохо себя чувствует и не придет на занятие.