Тебе, кстати, не идет без меня

      История Ким Тэхена с самого начала была запутанная, хотя с одной стороны, может показаться, что омежка просто заигрался и ведет себя как ребенок в свои-то года. Но нет, у Тэ с детства была любящая семья, которая давала ему все, что пожелает маленький Тэхен, ведь те так хотели еще и омегу, чтобы их альфочка-сын оберегал его. Вплоть до подросткового возраста все было хорошо, даже отлично, конечно, были обыденные ссоры между братьями или же с лучшим другом Чимином, но все это цветочки, по сравнению с тем, что происходит сейчас у Тэхена. Он, как и многие омеги в его возрасте, стремится за идеалом, хочет быть красивым. Сколько бы раз ему не твердили, что он красивый, он не верил, потому что ждал этих слов не от них, а от альфы — Чон Чонгука. Больше всего усугубила сама ситуация отношений с альфой, и именно тот случай с ним его и подтолкнул на такое решение: «Не есть ничего и быть красивым».       Юноша лежал на кровати свернувшись калачиком. Его только недавно обследовали и сказали отдыхать, что он собственно и делал. Мальчишка видеть никого не хотел, попросил медбрата, чтобы никого к нему не пускали, было стыдно за свое поведение, о том, что с ним случилось, рассказал ему врач, который приходил обследовать его повторно. Тэхен сначала подумал, что его просто пугают и в скором времени отпустят домой, но нет, врач даже сказал, что будет приходить психолог, что родители уже дали согласие на все.       Омегу пытались накормить на завтраке, но тот ни в какую не соглашался есть это, просто потому, что еда выглядела не очень, единственное, что он поел — это желе и пудинг шоколадный. Для него этого было более чем достаточно. Сейчас же уже почти обед, хотя откуда может знать младший, если его телефон не у него в руках, а у родителей. Он оказался у них через Намджуна, по другому никак. Честно говоря, омега смутно помнит, что было вчера, потому что от препаратов он проспал до самого утра. Когда он был дома, то у него не удавалось так хорошо спать, а тут из-за лекарств вырубило. А утром он испытал шок, но благодаря медбрату, он пришел в себя и не стал плакать, хотя очень хотелось. — К вам пришел папа и какой-то парень, хотите видеть? — интересуется медбрат, что заглянул в палату. — Нет.       Не проходит и пяти минут, как как в палату заходит папа. Он был в халате, и занес сумку небольшого размера. Родитель слегка улыбается, когда видит своего сына, Тэхену пришлось сесть на кровати, потому что, видимо, папа пришел надолго. — Хёни, как ты себя чувствуешь? Медбрат сказал, что ты никого впускать не хочешь, почему? — старший омега подошел ближе, кинул сумку на пол, а сам сел на стул.       Тэхен натянул рукава толстовки и опустил глаза, ему было стыдно смотреть на папу, который улыбается широко и мило с ним разговаривает. Младший хотел какое-то время побыть один, но видимо, тут у него это не получится. — Все хорошо, пап, просто я не хотел, чтобы вы видели меня таким, понимаешь? — говорит Тэхен, намекая, что он сейчас не в лучшем состоянии принимать гостей, да и настроение у него какашка. — Но я ведь твой папа, мне можно все доверять, а ты такое от меня скрыл… Ладно, я тут принес тебе вещи, все самое необходимое, если что…       Тэхен поначалу не понял, что имеет ввиду папа, он думал, что его сегодня выпишут и он уже скоро будет дома в своей любимой комнате на мягкой кровати. — Нет, я тут не останусь, забери меня домой, папа, я не хочу быть тут один, — стал просить Ким-младший, он чуть не плакал и хотел уже подняться с кровати, как голова снова закружилась и в глазах потемнело. — Какой домой, если ты бледный как смерть, ничего не ешь и говоришь, что все хорошо? Нет, Тэхен, ты останешься тут, пока не пойдешь на поправку, — твердо говорит Тэмин и встал со стула. — Я к тебе кое-кого привел, он сейчас зайдет, — напоследок добавляет папа и выходит из палаты.       Омега же ничего говорить не стал, просто потому что нечего говорить, ему резко стало нехорошо, поэтому он просто лег на кровать и отвернулся к стене, он предполагал, что придет Намджун, опять его ругать начнет, что именно его папа привел.       «А почему тогда они раздельно зашли ко мне?» — задумался Тэхен, даже не слыша, что дверь в палату открылась и внутрь зашел кто-то. Младший наизусть знал как пахнет Чонгук, и сейчас когда он услышал его аромат, повернулся и увидел не альфу, а медведя. Плюшевого, серого медвежонка, который в лапе держит сердечко. — Привет, я пришел проведать тебя, как ты? — Чон взял медведя за лапу и стал махать омеге, веселить его, чтобы тот улыбнулся наконец. — Зачем ты пришел? — спросил Ким, поворачиваясь на другую сторону. Чонгук убрал игрушку и прошел ближе к кровати, сел на стул и протянул медведя младшему, Тэхен сначала не брал, а потом все же забрал и прижал его к себе. — Пришел, потому что беспокоюсь за тебя, что ты с собой делаешь? Ты выглядишь… — Да-да, хён, я выгляжу отвратительно, я понял уже это, но ничего поделать не могу, я не дотягиваю до уровня «Омега Чонгука», поэтому просто уходи и все, я устал и хочу спать, — омега убирает медведя на тумбочку и хочет снова перевернуться, но голос альфы его останавливает… — Что? Что ты несешь? Когда я говорил тебе, что ты некрасивый? Боже…- до Чонгука вдруг все доходит и он понимает, почему Тэхен себя так стал вести, ведь до определенного момента все было хорошо, а потом резко все пошло по наклонной. — Я всегда считал тебя идеальным для меня… просто, просто ты такой недоступный, я думал, что не нравлюсь тебе, мы же все же выросли с тех времен, когда хорошо общались       Младший, слушая все это, стал плакать, он закрыл руками лицо и заплакал с новой силой. Он ревел так, что глаза заболели и стали гореть от горьких слез, Тэхен просто устал и хочет уже наконец стать счастливым и любимым. — Пожалуйста, не плачь, я не хочу, чтобы твои красивые глаза плакали… Хёни, ну же, — альфа сел на кровать и стал убирать его руки, но ничего не получалось, поэтому он просто обнял его, прижимая омегу к себе, который вздрагивал от истерики, но спустя пару минут, младший обнял в ответ. — Ты нравишься мне, слышишь, — шепчет на ушко омеге, а тот кивает и снова плачет. — Ты очень красивый, очень привлекательный, я не находил себе места, когда ты гулял с Югёмом, потому что хотел, чтобы ты так гулял со мной, хотел, чтобы ты был моим омегой, Хёни, — продолжает шептать Чонгук. — А сейчас не хочешь? — тихо спрашивает омега. — Глупый, глупый омежка, — улыбается Чон, — очень хочу, хочу, чтобы ты поправился и мы наконец пошли на наше первое нормальное свидание, хочу, чтобы ты больше не плакал, — говорит альфа, чуть отстранившись. — П-правда? — Да, конечно правда, а теперь успокаивайся и давай нормально поговорим.       Тэхен еле как остановил свои слезы, сел на кровати и облизнул свои соленые губы, он выдохнул и был готов поговорить с Чонгуком. — Да, давай, теперь я готов. — Когда ты последний раз ел? — спрашивает старший.       Этот вопрос совершенно не понравился Тэхену, потому что он думал, что они про их отношения говорить будут, а не о его здоровье. — Не помню, кажется вчера утром. — Тэ, ты понимаешь, что так погубишь себя? Прекрати, ты и так очень худой, — говорит Чонгук, он уже понял, что с Тэхеном надо быть осторожным и выбирать слова, которые говоришь, — ты мне очень нравишься, но я хочу, чтобы ты был здоровым понимаешь? — Я хотел быть худее, потому что ты говорил, что хочешь стройного омегу, поэтому я так стал делать, но не вижу, что я худой, у меня ноги толстые… Ты видишь? — спрашивает Ким.       Омега так сильно стремился к идеалу, что на психическом уровне перестал видеть результат, продолжал морить себя голодом, мучить тренировками, хотя сил даже подняться с кровати не было. Но Тэхен вбил себе в голову, что хочет быть лучше для Чонгука, что не заметил черту и пошел по наклонной в бездну под названием анорексия. Все слова, что говорили ему Чимин и Джин, он пропускал мимо ушей. Родители не замечали всего ужаса просто потому, что Ким-младший уж сильно хороший актер, притворяется, что не голоден, говорит, что потом поесть, а на деле, он ложиться спать, или же закидывает себя учебниками. Читать Тэхен любит, но голова от этого стала болеть сильнее. На протяжении всего времени, как омега начал всю эту деятельность с похудением, он не мог нормально читать, у него быстро уставали глаза, голова чаще болеть начала, а учеба в школе стала еще хуже, чем была на самом деле. Только опять же — Тэхен хороший актер. — Тэ, но ты очень худой, врач сказал твоему папе, что ты весишь 45 килограмм, и до сих пор продолжаешь терять вес… Хёни, это плохо. — Как 45? Я этого не вижу, не вижу, что худой, — замотал головой омега. В палату зашел врач и папа Тэхена, но с ними был еще мужчина в белом халате с папкой в руках. — Чонгук~и, милый, оставь нас пожалуйста, сходи домой, завтра придешь, — просит его Тэмин. — Нет, пусть Чонгук останется, я не хочу, чтобы он уходил, — омежка цепляется за рукав альфы и тянет к себе, Чон садится обратно.       Родитель ничего говорить не стал, пусть лучше так, чем Тэхен закатить им истерику, уж он-то своего сына знает. Врачи все же попросили Чона отойти к Тэмину, потому что омегу нужно обследовать. Замерили пульс, давление, задавали вопросы, при том очень личные. Хоть те уже у папы узнали, но ответы от самого омеги были нужны. Младший же стеснялся Чонгука, покраснел даже, и поэтому пришлось все же Чону выйти. После послушали ему сердцебиение, реакцию зрачка также проверили. — Что ж, показатели ваши слабоватые, будем стараться их улучшить, но конечно вы и сами должны понимать, что без вашего желания у нас ничего не получится, — говорит врач омеге, — а сейчас я думаю оставить вас с господином Паком, — врач выходит из палаты, а Пак попросил пройти Тэмина и сесть с сыном на кровать. — Что ж, давайте знакомиться, я Пак Сынмин, ваш психолог, помогу выяснить на какой стадии у вас анорексия и как мы будем с ней бороться, предлагаю ничего от меня не скрывать, все что вы мне расскажете, будет только между нами и вашим лечащим врачом господином Ли, — говорит психолог и садиться на стул. — Что прям все-все вам рассказывать? — тихо говорит Тэхен. — Хотелось бы, — Пак что-то смотрел в своей папке и поднял бровь, — Тэхен, расскажите мне, чем вы любите заниматься в свободное время?       Омега сначала постеснялся и ничего не говорил, но потом взглянул на папу и тот взял его за руку.  — Я люблю проводить время с друзьями, мы часто собираемся и разговариваем обо всем. — Как зовут ваших друзей? — спрашивает Пак и что-то записывает в папку. — Чимин и Джин, они самые лучшие, с Чимином мы с малых лет дружим, а Джин-хён он мне как второй старший брат. — А парень, что был с тобой? Чонгук, кажется, он не твой друг?       Тэхен немного покраснел и улыбнулся, он не успел рассказать папе, что Чонгук теперь его альфа, что он наконец добился своего, а тут еще постороннему рассказать надо. — Эм, ну… Чонгук, он мой альфа, ну, теперь мой, — говорит робко омега.       Тэмин широко улыбнулся и мысленно сказал: «Ну наконец-то». — То есть теперь? А раньше он не был?       Тэхен подумал, что лучше он сейчас все расскажет, чем будет все скрывать. Омега рассказал свою историю, как много плакал из-за альфы, но когда тот что-то предпринимал, то он отталкивал. Рассказал и о том, что альфа у него тупой как валенок, потому что так решил Тэхен и все. А еще рассказал, что считает себя недостаточно красивым, чтобы быть с таким альфой, как Чонгук. — Хорошо, Тэхен, я все понял, спасибо вам за честность, — психолог снова все записал, ему это было необходимо для точного диагноза. — Тэмин, вы замечали изменения за сыном? — Господин Пак, Хёни уже на протяжении нескольких лет следит за своей фигурой, а точнее это началось с подросткового возраста, но тогда я сразу взял все в свои руки и контролировал, что кушает сынок, — Ким-старший замолчал, потирая свои глаза. — Но он кушал и просто не ел ничего вредного, я тогда подумал, что пусть лучше так, чем он вообще ничего есть не будет, — младший омега погладит папу по руке, ему стало очень стыдно, за это, что его папа плачет из-за него. — Где-то месяц назад все более-менее было хорошо, а потом я стал замечать, что Тэ не кушает за ужином, спрашивал у Джуна, его старшего брата, что он ел в школе, но тот тоже замечал это, но… Тэхен убеждал нас всех, что кушает, что он не болен и все хорошо. — Не плачьте, сейчас мы тут все, чтобы помочь вам, если вы говорите, что у Тэхена всегда был увеличен акцент над контролем своего веса, то в определенный момент ему перестало нравится его тело… Понимаете, в большинстве случаев, омеги анорексики от 14 до 24 года, я еще точно могу сказать, что у вашего сына анорексия, а именно нервная, — психолог сел удобнее и продолжил. — Я постараюсь вам сейчас объяснить, нервная анорексия, она их самых распространенных, а особенно у подростков омег, — Пак поправил свои очки. — У Тэхена я также заметил низкую самооценку. — Вы же поможете Тэ? — Конечно, мы сделаем все, что для этого потребуется, только мне так же нужна помощь и самого Тэхена, он должен сам захотеть поправится.

***

      На протяжении недели Чонгук приходил после школы к Тэхену, приносил ему вкусняшек, а тот, естественно, ничего не ел. Омега мог смотреть на еду и начать плакать, психолог тоже регулярно с ним общался, даже приглашал Чона на один из посещений доктора Пак. альфа бывало даже пропускал школу и приходил к омеге, за эту неделю они очень сблизились и омега доверился старшему. Прогресс появился только на четвертой неделе, Ким-младший потихоньку стал кушать, не сразу, но на завтраке мог съесть несколько ложек молочной каши. Только тогда у Тэхена началась новая проблема, его тошнило от того, что он ел, его желудок напрочь отказывался принимать пищу. Младший худел на глазах, Чонгук хоть и сильный духом альфа, но в тот день, когда омеге действительно стало плохо, он заплакал. Врачи стали искать новое решение из всей ситуации, родители стали также искать врачей по всей Корее, чтобы спасти своего сына. Чон ни на минуту не отходил от омеги, все время говорил ему, что он очень красивый, что он отлично выглядит, что нужно покушать. Психолог правда помогал, даже подключил своих коллег, которые вместе нашли подход к Тэхену, все же проблема крылась в его психике.