Flufftober Drabbles / Флаффтябрь

Магнус двенадцать лет учился в школе. И еще четыре года в университете. Он работает вот уже как шесть лет. Он никогда не думал, что когда-нибудь улыбнется раньше девяти утра. Что ж, это было до того, как у него появилась довольно сильная влюбленность в его секретаря. Мужчина ничего не мог с этим поделать. Алек был всем, о чем Магнус только мог мечтать. Добрый, умный, красивый и заразительно улыбчивый. Магнус подозревал, что зашел слишком далеко, когда в первый день положил розу на рабочий стол Алека. Но видя то, как он улыбнулся, поднимая розу к лицу, чтобы вдохнуть аромат цветка – его скулы при этом окрасились в теплый оттенок розового, и то, как он украдкой огляделся вокруг – в надежде, что никто не заметил, насколько очарованным он выглядел – все это стоило того. Так, это стало привычкой. Каждый день Магнус клал цветок на его стол, сопровождая запиской, где он указывал имя Алека, название цветка и то, что он символизирует. Но мужчина никогда не подписывался своим именем. Алек всегда краснел, время от времени еще опуская голову. В других случаях он оглядывался, желая увидеть любой знак, который указал бы на его тайного поклонника. Магнусу же просто надо было набраться мужества и рассказать ему все. Возможно, однажды. — Мистер Бейн? Хей, – Алек стоял в дверях с застенчивой улыбкой. – Не хочу на вас давить, но мне было интересно, когда я смогу получить свою зарплату? Я просил у мистера Бейна… – он замолчал на секунду, – вашего отца. Я спросил вашего отца, но он проигнорировал меня. Он поступил, простите мне мою грубость, как мудак. Магнус поймал себя на том, что смеется, прежде чем смог сдержать смех, и это заставило Алека почесать свой затылок, улыбаясь. — Так что, мне было интересно, можете ли вы..– Лайтвуд замолк. Смех Магнуса затих и сменился мягкой улыбкой. — Какая у тебя зарплата? — Оу, – Алек шагнул вперед, потом все же отступил назад. – Ну, мы с твоим отцом договорились о 2,5 тысячах. Однако он торговался, чтобы снизить и это число. — Мой отец как всегда скупится, – усмехнулся Бейн. – Пожалуйста, не думай после этого обо мне плохо, – его глаза озорно блеснули, и Алек отвернулся, широко улыбаясь и нежно покачивая головой, что мгновенно заворожило Магнуса. — Хорошо, вот, держи, – мужчина протянул чек, потом выгнул бровь и наклонил голову вбок. – Ты можешь войти, Александр. Алек подошел к столу мужчины и забрал из его руки чек, поднимая к лицу, чтобы прочитать. Магнус наблюдал за тем, как щеки его секретаря приобрели розовый оттенок и то, как он втянул губу, прежде чем поднять взгляд. — Ты назвал меня Александром? – застенчиво сказал он. — Разве это не твое имя? – утвердительно кивнул Бейн. — Никто меня так не называет, – ответил Алек. – И лишь один человек рисует маленькие кружочки вместо надстрочных точек, – он потряс чеком. Магнус приоткрыл рот. Он почувствовал, как к его лицу поднимался жар, чем дольше Алек на него смотрел. — Спасибо, – в конце концов, сказал он. – За чек и за цветы, – у Магнуса и шанса не было опровергнуть утверждение, вложенное в слова Алека, потому как секретарь уже шел к входной двери. Затем он остановился и обернулся. — Думаю, мне понравится больше, если ты лично будешь отдавать мне цветы с этих пор? Бейн снял очки и сжал переносицу, щеки мужчины уже начали болеть от улыбки. — Конечно, – выдохнул он. На следующий день Алек не обнаружил на своем столе цветка. Вместо этого на его месте сидел Магнус, за ухо которого была заправлена красная петунья.