От любви до ненависти и задом наперёд.

Flashback

— А ну заткнулись! Я что сказала?! Что тут снова случилось?! — Ты тут случилась. Мне льстит, что сам президент обращается ко мне на «вы». Мило. — Выключи остроумие, включи мозги. Не с тобой я на «вы» говорю, а со всем вашим сборищем, вместе взятым. Я повторяю: что вы здесь устроили? Почему ко мне приходит ученик с жалобами о том, что вы срываете их клубные занятия?! — Был бы достойный клубешник — и во время ядерного взрыва отрепетировали бы спокойно своё выступление. Кому кроме них мы вообще помешали за сегодняшний день? И на что этим задротам жаловаться? Их клубный кабинет разнесён вдребезги? — Ты думаешь, если там нет руин — то всё в порядке? — А по-твоему — нет? Чтобы ты знала, вершитель правосудия, один из этих чудил играет в несколько ворот сразу. Это чм*, е**** его в рот, докладывает обо всех делах нашей школы президентам из соседней. Сливает всю нашу успеваемость и школьную политику. А ещё, если дорогая Райян не забыла, у нас на носу осенний фестиваль, а эти б**** из пятнадцатой академии внаглую крадут наши идеи благодаря вот этому чуду в очках. …Иди сюда, обниму тебя крепко. За шею. Подошёл сюда, куда ты побежал?! — С какого это момента ты и твоя шайка начали переживать за дела школы? Кажется, вся наша дисциплина ужасно шатается именно из-за вас, а не из-за пятнадцатой академии. — Да плевал я на ваш фест! Друзяшки этого очкарика слили банде соседнего района, что это мы устроили погром в их логове и теперь ищут, чтобы лица нам начистить. — А-а-ах, ну да, конечно, это звучит уже куда более убедительно. Да скорей бы они уже вас нашли, сама лично готова помочь. Может, мозги вправят, а? Хотя, если они такие же поехавшие, то толку будет мало. Я предупреждаю: ещё одно происшествие до конца этой недели, и будете принудительно освобождены от уроков на десять дней, все до единого. — Милости просим, госпожа бестия, шуруйте своей дорогой.       …Я верю, когда-нибудь наступит день, в который эта шайка поплатится за все-е-е свои делишки. Надо признать, Миллер не такой уж тупой. Он просто бесчувственный, от этого все ноги и растут. Точно! Как я могла забыть, есть у него одно чувство. Чувство голода. Вот и всё.

***

Двадцать минут второго дня.

      Какой-то странный тип прошагал преследует меня со школьного двора вот уже четверть мили. Ладно, я проверяю окрестности и попутно записываю в блокнот, как дела с подготовкой к фестивалю, но этот чем тут занят? Вряд ли он думает, что я его не вижу. Просто его это ничуть не смущает.       Шаг.       Второй.       Мельком вижу его в отражении окна метрах в десяти от себя. Делаю вид, что что-то вспомнила и бегом направляюсь на задний двор академии. Это чудо рвануло за мной. Класс. Резко торможу и он чуть не врезается мне в спину. — Да что тебе нужно-то? Вопросы по фестивалю? Так выкладывай, а не блуждай за мной кругами, как маньяк!.. — Но тут Райян оторопела, подняв голову и увидев объект, преследовавший её на протяжении всего этого времени. Странно лишь, что никто не сказал ей и слова об этом. Девушка и сама вполне знала, что за ней следят, но не могла изначально увидеть, кто именно.       … Молча, и в совершенном спокойствии, парень крепкого телосложения с банданой на голове, закрывавшей лицо до носа, начал медленно надвигаться на черноволосую. Постепенно из-за угла здания вышли ещё несколько человек и так же уверенно двинулись на неё, медленно прижимая Элис к школьной стене. Кричать — не вариант, ибо заткнуть рот и пару раз вдарить в печень, чтоб не пищала большой проблемой для этих людей не являлось. — Э-эй… — Замолкни. Дисциплинарный президент, верно? Какие люди, и без охраны, пха, — кучка людей вокруг так же посмеялись над этой, вроде «смешной» для них шуткой, — вопросы по фестивалю, говоришь? Это по тому самому, на котором будут соревноваться несколько академий одновременно? На самом деле, всем нам на него глубоко плевать. Лепите свои арки, украшайте стены школы цветочками, вот только за шайкой своей следите… — в кои-то веки нашёлся человек одного мнения с Райян, считающий их «банду» ничем иным, как сборищем неудачников. Но отчего-то Элис от этого не становилось легче. — Чего вы хотите от меня? — М-м-м… Ну, я даже не знаю, ты так прямолинейна, мне нужно подумать… О. Возможно, сделать что-нибудь с президентом будет выходом из ситуации? Маленькой местью? Рожи этих лузеров за погром и граффити «семнадцатая академия» мы набьём после, а вот тебя бы они защитили, ты среди них не без уважения. — А-ха-ха-а, я вас умоляю. Вы серьёзно? Не без уважения? Вы знаете, какие клички мне дают в их кругах? Знаете, как они меня «слушают»? Вообще знаете хоть что-нибудь о наших с ними отношениях? — Мы знаем, что когда мы мельком упомянули президента дисциплины и то, что он за ними совсем не следит, в «тихом-мирном разговоре», эти чудаки ляпнули, чтобы мы тебя пальцем не касались. Что ты здесь, вроде как, ни при чём.

…

— Ну ясен пень, ублюдок, что она не при делах. Какой вам с этой девчонки прок? Или вы, аки сопляки лет пяти, решили налететь на самого слабого? — За спинами толпы встала ещё одна, вот только человек в ней было явно побольше. Высокий парень, скрестив руки на груди, стоял чуть поодаль, с презрением смотря на «маньяка», что преследовал Элис.