Что ты сказал?!

***

Комнату наполняли тихие довольные стоны. Дверцы шкафчиков неприятно шумели от толчков, а Фрэнк же, страстно целовал ту самую сотрудницу, к которой клеился неделю назад, придерживая ее за бедра и толкаясь лишь быстрее. Да, ему понадобилась всего неделя, чтобы развести ее на секс и, что самое забавное, сейчас, будучи на работе и трахаясь прямо в раздевалке, это был их не первый раз, а уже третий. Девушка была немного легкого поведения. Фрэнк приметил это сразу, что было ему только плюсом. Трахать таких и бросать с фразой о том, что они просто чертов рассадник венерических заболеваний было его самым главным развлечением в жизни. И он бы с радостью бросил ее после первого раза, сразу же после свидания, забывая про всю ту лапшу, что вешал ей на уши, но ситуация, что случилась у них с Джерардом, просто не давала ему отпустить девушку так спокойно. Фрэнк был чертовски зол и горел жаждой мести. Его достоинство нагло опустили, заставив сначала отсосать своему врагу за чертово жилье, а затем и вовсе кончив ему на лицо, как бы показывая, что он намного ниже, чем думает о себе. О, бедный Айеро прогонял в своей голове тот вечер постоянно, рыча и хмуря брови, матеря в своих мыслях соседа с черными волосами и сексуальной задницей, который любил подстебнуть его после случившегося и вечно намекал на то, что его личико отлично подходит для всяких выделений, а сам же Фрэнк жуткий пидор, который строит из себя черт пойми что. От всего этого, ударить Джерарда хотелось еще сильнее, но Фрэнк снова молчал. Ему было нужно это чертово жилье, из-за которого столько проблем. Разумеется, он мог найти другое место, где остаться пожить, мог сделать то, чем пугал его Уэй: найти себе другого сожителя. Но, то ли парень не хотел искать, потому что где-то в глубине души ему нравилось все, что происходило между ними, даже это унижение. То ли понимал, что с Джерардом ему будет жить комфортнее всего, ведь другие люди могут начать упрекать и пинать его. Неизвестно, что там будет и как. Кто ему попадется. А здесь, хоть и враг, но, во-первых, ужасно сексуальный враг, а во-вторых, это тот человек, от которого ты примерно знаешь, чего можно ожидать и когда конкретно он врет. Ну, Фрэнк знал это примерно. Разумеется, Уэй не был при нем настоящим и старался себя не открывать, но Айеро пытался вычислить его слабые стороны, внимательно следя за поведением своего соседа, чтобы найти способ отомстить или манипулировать им в ответ, но в голову ничего так и не шло. Он уже неделю был рабом этого психа. Мыл за него посуду, выносил мусор, убирался, стирал и прочее, пока этот горе-художник малевал что-то на своем холсте, создавая еще больший бардак и еще больше принижая Фрэнка. Так вот, именно по причине злости, которую было некуда деть, Фрэнк все еще не бросил коллегу, имя которой уже и забыть успел. Он периодически потрахивал ее после ссор с Джерардом, где ничего ответить не мог. Но, увы, Айеро был не из тех людей, которые привыкли терпеть, так что еще одна ссора вполне могла довести его до агрессии, драки или же просто жестокой мести, чего сам Фрэнк очень хотел, чтобы банально поставить на место эту сучку, что продолжает вилять бедрами, расхаживая по квартире чуть ли не голой. Кто-то же должен. Крепко сжав волосы на затылке Фрэнка, девушка пошло застонала, ухмыляясь ему и звонко шлепая по голой ягодице. — Быстрее, малыш, — прошептала она и Фрэнк послушно ускорился, чуть ли не рыча, глядя ровно в ее глаза и заставляя бедные шкафчики греметь сильнее. Он тяжело дышал, мыча и кусая оголенную грудь девушки. Оттягивая соски зубами, тут же посасывая, поднимаясь к шее, пытаясь доставить удовольствие больше себе, чем ей. Быстрые и грубые толчки, попытки отвлечься от ебаного соседа и стоны оргазма, что накрыли обоих уже через пару минут, ведь торчали они в этой раздевалке уже долгое время и им жутко повезло, что их не застукал начальник или же кто-то другой. Фрэнк стоял спиной к девушке и застегивал рубашку, разглядывая себя в зеркало и попутно поправляя растрепанные волосы на своей голове, чувствуя приятное расслабление в теле и душе, чего ему явно не хватало после очередной стычки с этим ебаным Джерардом. — Ладно, я работать дальше, — сказала девушка и, обняв Фрэнка со спины и чмокнув его в губы, улыбнулась. — Мой мальчик доволен, м? Не будет больше хмурым ходить?  Если честно, Айеро жутко бесило, когда к нему так обращались. Он ощущал себя маленьким ребенком, которому давали конфетку, чтобы тот не орал. Чтобы не упустить свою секс-игрушку, Фрэнк лишь тепло улыбнулся и кивнул головой, целуя девушку в ответ. — Да. Теперь мне намного легче… Ты помогла мне справиться с потребностями молодого организма, знаешь. — Я всегда «за». Главное, делать все тихо на работе, чтобы нас не уволили. — В пизду начальников, — фыркнул он, застегивая уже ремень и ширинку, отстраняясь от коллеги и натягивая на себя рабочую кепку. — Мы можем делать что хотим. И когда хотим. — Все работает не так, Фрэнк. Есть правила, которые мы должны соблюдать, маленький панк. И на работе я советую это делать, иначе тебя уволят и вряд ли примут хоть куда-то. — Да-да. Он махнул рукой, выходя из раздевалки вместе с девушкой и оглядывая других диспетчеров, что косо пялились на них, явно слыша какие-то стоны, что доносились из комнаты несколько минут назад. Но, лишь обворожительно им улыбнувшись и поздоровавшись, продолжил: — Правила и прочая поебень. Я все это знаю, Сэм. Можешь не читать мне нотации, как моя мамочка. — Я просто не хочу, чтобы тебя уволили, — закатив глаза, ответила она и села за свое рабочее место, поправляя блузку и доставая помаду из сумки вместе с зеркальцем. — Не уволят, малыш. Не переживай… Это так мило с твой стороны, знаешь, — хмыкнул он, садясь на край ее стола, на что она тихо засмеялась, глянув на него и ухмыльнувшись. — Догадываюсь. И, сладкий, у тебя помада на щеке. Вытри ее… — Оу… — протянул Фрэнк и, включив камеру на телефоне, послушно стер отпечаток губ на своем лице, недовольно хмурясь. Его всю жизнь бесила чертова красная помада, которой красилась эта Сэм. Она у него со шлюхами ассоциировалась. Наверное, хотя бы потому что на какой-то вечеринке он как раз-таки и трахнул шлюху с красными губами. Или, вернее будет сказать, что это она сделала. Он был так пьян, что даже сказать ничего не мог, когда его просто повалили и начали делать что-то с его членом. Да, даже такое бывает… — Слушай, ты не знаешь, Эдди у себя? — начал он через несколько секунд, когда победил чертову помаду. Сэм пожала плечами и, убрав косметичку в сумку и заправив волосы за ухо, посмотрела на Фрэнка. — Вроде бы, был у себя. А зачем он тебе? — Да сосед по квартире попросил взять аванс… — отмахнулся Айеро, фыркая при воспоминании одного лишь лица Джерарда. — Как думаешь, он мне выдаст его? — Ну, вообще, Эдди достаточно добрый, да и накосячил ты за эту неделю всего один раз, с этим шизанутым клиентом, но там была не твоя вина. Иди, попробуй, я думаю, он все даст тебе. Если нет, то попробуй ситуацию объяснить. Фрэнк лишь кивнул головой, тяжело вздыхая и вставая с этого чертового стола. Он провел рукой по своим черным волосам, глянул на часы, что висели на стене и, устало выдохнув, был рад хотя бы тому, что до конца рабочего дня оставалось всего жалких полчаса. Айеро этого момента каждый раз с дрожью в сердце ждал… Кажется, он это от взрослых перенял: ненавидеть свою работу и желать сбежать с нее, даже если ты там почти ничего не делаешь. Плохой знак, м? Подойдя ко входу в нужный кабинет, Фрэнк откашлялся, прикрыл пару не особо ярких засосов на шее воротом рубашки и, постучав в дверь своего начальника, стал внимательно прислушиваться к звукам с той стороны, чтобы услышать разрешение войти. И он услышал. — Входите! — прокричал Эдди, на что Айеро сам себе кивнул головой и, послушно пройдя в кабинет, прикрыл за собой дверь, оглядывая маленькую комнату, которая собой больше коморку напоминала с кучей всякого хлама и документов. — Привет, Эдди! — воспользовавшись тем, что парень разрешил так его называть, начал Фрэнк, помахав рукой. — Да, привет, Фрэнк, — отозвался тот, тяжело вздыхая и откидываясь на спинку своего кресла, пожимая плечами. — Я тебя слушаю. Что случилось? — Ничего такого. С заказами все отлично, я быстро доставляю и все довольны, эм, но… слушай, у меня в жизни сейчас некоторые проблемы и мне нужен аванс, ты сможешь дать его? — Ты еще на испытательном сроке, — изогнув бровь, сказал начальник, от чего Фрэнк нервно закусил губу, разводя руки в стороны и переминаясь с ноги на ногу, так и стоя возле входной двери. — Я знаю, но, пожалуйста, мне очень нужны деньги. Мы с моим… другом, — скрипя зубами, произнес он. — Снимаем квартиру, и нам скоро платить за нее, но у нас совсем денег нет… Были проблемы кое-какие и ничего не осталось. Нас выгонят, если мы не заплатим, хозяин истеричка… — Я понимаю, просто мне могут выговор сделать, если я дам тебе деньги на испытательном сроке, а ты накосячишь или уйти решишь. — Я не уйду. Мне нужна постоянная работа и все такое… Пожалуйста. Нам вообще негде деньги брать. Только с работы, — строя щенячьи глазки, продолжал умолять Фрэнк, пока его начальник метался между обязанностями и чертовой эмпатией по отношению к тому, кто стоит напротив него. Разумеется, ему могло хорошо так влететь за такие поступки, но, судя по тому, как мастерски играл Айеро, ему реально была нужна денежная помощь, и это не было шуткой. Через пару дней надо было платить за жилье, а денег вообще не было. Джерард сказал, что настала пора вымаливать аванс на работе, немного покричав на Фрэнка, что он должен подлизаться к начальнику. И как бы Уэй того не хотел, он сам занимался тем же самым сегодня весь день. Что, кстати, пошло на пользу, и ему дали эти чертовы деньги почти сразу. Уговаривать, по крайней мере, пришлось недолго. Да и Фрэнку тоже. Он больше боялся, реально боялся, что его пошлют или на него наорут, и тогда Джерард выгонит его из дома. И получится так, что тот минет был всего лишь бессмысленным унижением и… блять, его ужасно волновала тема этого чертового минета! Он до сих пор его Уэю простить не может! — Ладно, — после минуты молчания, на выдохе произнес Эдди. — Я дам тебе сейчас аванс, но только никому не говори, ладно? Чтобы не было обид и прочего, — все же сдавшись своей жалости, продолжил он и, встав со своего места, подошел к небольшому сейфу, что стоял прямо в чертовом шкафу, где было полно папок. Фрэнка это даже немного рассмешило. Разве сейчас еще хоть кто-то хранит деньги в сейфах, да еще и на работе? Все, кажется, давно стало электронным… вплоть до жизни. — Вот, — добавил начальник, подходя к ярко улыбающемуся Фрэнку и протягивая ему ровную сумму его зарплаты, вздыхая. — Спасибо огромное! Ты сейчас мне буквально жизнь спасаешь. — Брось, — закатив глаза, начал он, усмехаясь, — Это просто деньги. А теперь иди работать, пока я не выписал тебе какой-нибудь штраф. — Да, конечно. Спасибо еще раз, — кивнув головой, произнес Фрэнк и, победно улыбнувшись, вышел из кабинета Эдди, направляясь в раздевалку, чтобы спрятать деньги. Уже через час Фрэнк поднимался по лестнице в свой новый дом, крутя в руке связку ключей, которую Джерард наконец-то соизволил ему сделать, хоть и не особо торопился. Но после пары истерик на тему того, что Уэя задержали, а Айеро устал ждать под дверью, ему все же пришлось попинать свою задницу, чтобы в трубку никто не ныл каждые пять минут. Дойдя до нужного этажа и вздохнув, Фрэнк открыл входную дверь, зашел в квартиру и, услышав, что студию вновь наполняют звуки радио, понял, что Джерард уже дома. Он сунул ключи в карман своей куртки, повесил ее в прихожей, кинул обувь на коврик и, растрепав волосы, тут же побежал к холодильнику, ведь после тяжелого рабочего дня, да и недавнего секса, он жутко хотел есть. Открыв дверцу и изучая все, что было на полках, Фрэнк облизывал губы, вспоминая все те рецепты блюд, что умеет готовить, даже не замечая того, что ровно из ниоткуда появился его сосед и, скрестив руки на груди, наблюдал за ним, снова в этих коротеньких шортах. — Тебе бы белка, малолетка, — сказал он, когда увидел, что Фрэнк все никак не может определиться с ужином, на что сам Айеро тяжело вздохнул от очередного тупого подкола и, сжав дверцу в руке, достал из холодильника колбасу, хлеб и помидоры, решив пока обойтись малым. — Мне дали аванс. Возьми в куртке конверт. Надеюсь, тебе хватит на твою чертову квартиру. — Я тоже, иначе жить тебе на улице. Ну, сосать умеешь, выживешь, — снова задел за больное Джерард, уходя в прихожую, виляя бедрами, пока Фрэнк гневно нарезал эту чертову колбасу, стуча ножом по деревянной досточке, чуть ли ее не разрезая. Он был обижен. Даже смеяться и подкалывать Уэя в ответ не мог, да и боялся, что тот снова заставит что-то сделать или выгонит за попытки отстоять свои права. Правда ему снова становилось все больше похуй, а панк внутри орал, что было мочи, прося показать, кто в доме папочка. — Хватит, — заключил Джерард, выходя через пару минут и пересчитывая деньги в конверте, усмехаясь. — Молодец, малолетка. — Хватит так меня называть, пожалуйста, — прорычал Фрэнк, посмотрев на него, хмурясь, отчего Уэй засмеялся, наклонив голову набок. — А ты разве не малолетка? Не шипи на меня, мальчик. И будь добр, сделай бутерброды и мне, пока я буду в душе. — Сам не можешь потом сделать? Я устал после работы и хочу отдохнуть. — На своей игрушке потом поиграешь. У меня уже голова от нее болит, так что делай, что говорят, ладно? Ты же любишь подчинение. Так вот подчиняйся и не забывай, кто тут главный, — фыркнул он, кидая конверт с деньгами на стол и направляясь в душ, пока во Фрэнке догорала последняя капля. — Я тебе сейчас такой бутерброд сделаю, сука… — прорычал он, воткнув нож в доску, как только дверь в ванную захлопнулась. И вот оно то, чего так жаждала его душа. Попытка мести. Ужасная. Отвратительная. Попытка ебаной мести. Джерард смеялся над Фрэнком из-за того, что кончил ему на лицо и заставил член в рот взять? Отлично. Настала пора Фрэнка посмеяться над тем, что кто-то окажется любителем полакомиться спермой, как бы ужасно это ни выглядело и ни звучало. Фрэнку за доли секунды пришла в голову безумная идея, которую он, даже не думая, стал осуществлять, и для этого ему не нужно было много вещей. Всего лишь рука и хлеб. И примерно двадцать минут, что точно у него были. Ведь Уэй любил поплескаться в ванной, строя из себя певца и ебаную диву… Интересно, что он скажет на свой ужин? Джерард вышел из душа через полчаса, вытирая свои влажные черные волосы полотенцем и тихо подпевая песне, что играла по радио, мельком оглядывая Фрэнка, который со спокойным видом лежал на своем диване, делая что-то в телефон и поедая бутерброды. — Ты сделал то, что я просил или опять решил повыебываться и показать мне, какой ты панк? — фыркнув и как-то по хозяйски спросил Джерард, гордо задрав голову, пока капельки воды стекали вниз по его шее, ключицам, пропадая где-то за воротником обычной темно-зеленой футболки, делая ее чуть влажной. — На столе. Приятного аппетита, Джерард, — с натянутой улыбкой ответил Айеро, получая очередное фырканье в свою сторону и средний палец, отвечая тем же. — Господи… надеюсь ты скоро свалишь от меня к своей мамочке. — Я тоже на это надеюсь, потому что жить с такой истеричкой, как ты, просто невыносимо. — Будто я не вижу, как ты пялишься на мое тело и как тебе нравится выводить меня на скандал, — закатив глаза, сказал Джерард, ставя джезву на плиту и вновь начиная варить свой кофе, от запаха которого Фрэнка уже тошнило. Он варил его каждый ебаный вечер. — Это ты постоянно выводишь меня на ебаный скандал. Я сижу в своем углу и никого не трогаю, но тебе же надо, блять, доебаться до меня! — Да нахуй ты мне сдался, малолетка? Я не гей. И ты мне точно не симпатичен. Так что иди нахуй и понизь свою планку, придурок, — Уэй оглядел Фрэнка, победно улыбаясь, и, подойдя к кухонному столу, на котором стояла тарелка с четырьмя бутербродами, взял один из них, разглядывая его и кусая губы. — Мне так нравится, что ты осознал, что я в этом доме главный. Я даже не жалею, что кончил тебе на личико, оскорбив тем самым твою жалкую душонку натурала. — Я никогда не говорил, что натурал. По крайней мере, натурал я только для тебя. Я, кажется, говорил что спокойно отношусь к сексу с парнями, но вот секс с тобой равносилен изнасилованию, даже если все по согласию, понял? — О, поверь, это чертовски взаимно, — ответил он. Фрэнк с нетерпением ждал того момента, когда Джерард поднесет этот чертов бутерброд ко рту, когда откусит его и познает всю месть Айеро, потому так внимательно смотрел на него, следил за каждой его морщинкой на лице, любыми изменениями, попутно поедая свою порцию. И вот, Джерард наконец-то откусывает кусок, начинает жевать, попутно что-то делая на кухне, и морщится, заставляя Фрэнка сдерживать свою победную ухмылку. — Какого..? — прошептал себе под нос парень, пытаясь распробовать что-то горькое в своем рту. Смотрит на Фрэнка, который все еще держался и выглядел спокойно, пожимая плечами. — Что-то не так? Затем смотрит на хлеб с колбасой и овощами, снова на Фрэнка и, осторожно приподняв край колбасы, в шоке округляет глаза, за доли секунд изменяя дружелюбие и насмешку в своем лице, на гнев и желание прибить Айеро. Ну, кто не захочет прибить человека, который сделал тебе бутерброд с собственной спермой? — Ах ты сука! — прокричал Джерард, а Фрэнк же звонко засмеялся, хватаясь за живот и глядя на него. — Хули ты ржешь, малолетка?! Пиздец тебе! — О, нет. Не пиздец. Теперь мы с тобой квиты и оба пробовали мужских выделений, доволен?! — Ты страх потерял, идиот?! — кинув бутерброд на тарелку и подбежав к Фрэнку, злобно прокричал он, на что Айеро встал со своего места и, ухмыльнувшись и скрестив руки на груди, прошипел в ответ: — Что, тебе не понравилось? А чего так? Ты же тоже гей! — Хочешь на улице пожить, м?! Давай. Я легко тебе это устрою! — Да кому ты пиздишь?! Придурок, запугал меня тогда, заставил тебе отсосать и думаешь, я так легко прогнулся под твою жирную задницу? Нет. Никогда. Фрэнк Айеро так легко не сдастся! — Жирную задницу?! — возмущенно переспросил Джерард, даже рот приоткрыв. — Да какой же ты уебок! Ты себя-то в зеркало видел?! Будто из детдома сбежал! А по поведению просто долбоеб! — Ты не лучше! Конченая сука и сраный педик, который не может себе в этом сознаться! Когда ты там девушку в последний раз ебал?! В той жизни? — Не твое дело, понял?! У самого-то, кроме руки, никого не было! Наверное, так рад был, что я тебе пьяный дал. Жаль я тогда с пятнадцатилетней эмочкой тебя спутал! — Что ты сказал?! Они вновь стояли достаточно близко друг к другу, тяжело дыша и заглядывая в глаза собеседнику. Глаза Джерарда пылали возмущением, Фрэнка — злостью. Их тела горели от того, что происходило в их душах, от той злости и желания выпнуть друг друга из квартиры, а вот все то, что было ниже пояса, реагировало совсем иначе, и на такие крики просто становилось тверже, пока даже сами парни этого не замечали. В комнате нависла тишина. Они неотрывно разглядывали друг друга и, как это уже было несколько раз до этого, резко слились в грубом и каком-то жестоком поцелуе, чуть ли не выдирая волосы на голове друг друга, шумно дыша через нос и устраивая бой уже не речами, а языками, даже там пытаясь одержать верх. Джерард прижал Фрэнка к стене и, схватив его лицо, крепче вжал его в вертикальную плоскость, пошло причмокивая и стоная, как только одна из рук этого малолетки, крепко сжала его ягодицу и притянула парня к себе, заставляя его пискнуть. И все это снова закончилось бы тем, что вызывало в них взаимную ненависть. Их руки уже лезли туда, куда никогда не полезли бы в обычной ситуации, потому что им было бы противно. Они лапали друг друга, тесно прижимаясь, водя языками по небу и зубам, грубо сжимая волосы у корней, что-то шипя и стоная, то ли говоря, кто какой урод, то ли прося что-то кого-то снять, но стук в дверь, что прозвучал так неожиданно и раздражающе, заставил их немного вернуться в реальность, но не остановиться. Они пытались его игнорировать. Очередной стук. Как отстраниться и смотреть в глаза врагу, когда ты прямо сейчас целуешь его и трешься своим стояком о его? Нет. Даже здесь они умудрились устроить маленькую войну. — Джерард, я знаю, что ты дома, я видел, как ты заходил! — прокричал знакомый голос из-за двери, заставляющий Джерарда проиграть первым и отстраниться, с недоумением уставившись в ореховые глаза, которые вопросительно смотрели на него, явно не понимая, что так напрягло соседа. Он закатил глаза и, выдохнув, отстранился от Фрэнка, делая вид, что ничего не было. Поправив одежду на себе и пригладив растрепанные волосы, подошел к двери, открывая ее и оглядывая парня на пороге, устало вздыхая. — Привет, братец! — помахав ручкой, радостно сказал гость, пока Айеро стоял на кухне и, обнимая себя руками, оглядывал незнакомца. — Братец?! — в шоке прокричал он. Его явно не радовала новость, что Уэев больше, чем Айеро… Как так?