Ты еще маленькая

Солнце начало подниматься. Плавно, медленно, но стремительно. Солнечные лучи забрались в комнату через окно. Безмятежно спящая Фионна лишь поморщилась и лениво натянула лоскутное одеяло на лицо, а вот Маршалл болезненно скривился и зашипел, тут же просыпаясь и отплывая подальше от злосчастного окна. Потерев обожженную кожу, он вздохнул и перевел взгляд на часы. Почти шесть утра. Юноша зевнул и поплыл прочь из комнаты, спускаясь на первый этаж. Кейк спала на диване, лежа на спине. Изо рта у нее торчала веточка зелени с бутерброда. В лапках был джойстик. Бимо же по-прежнему стоял на невысоком столике. Маршалл усмехнулся и, подлетев к дивану, небрежно бросил на кошку плед. - Что-то это на меня не совсем похоже, - усмехнулся, дивясь самому себе вампир, - даже не хочется издеваться над ней. Музыкант прихватил гитару, перекинув ремень через плечо, опустил рукава рубашки и, взяв первую попавшую под руки куртку с мыслями вернуть следующей ночью, вышел на улицу. Парень накрыл тонкой ветровкой голову, чтобы солнце не обжигало, и направился в лес, в темные дебри, куда не проникал солнечный свет. Фионна соизволила проснуться только когда солнце стояло в самом зените. А именно в полдень. Лениво потянувшись и сладко зевнув, девочка огляделась. Маршалла не было в комнате. А может, он ей приснился?.. Спустившись вниз, блондинка обнаружила Кейк, занимавшейся приготовлением позднего завтрака. - Кейк, Маршалл был здесь? - А ты не помнишь? - удивленно уставилась на девочку та, едва ли поймав подкинутый блин обратно на сковородку. - Если честно... Нет... - Да ты шутишь! Он тебе вчера серенады пел, а ты все забыла! Эх ты... Фионну как током ударило. Она замерла, несколько секунд осмысливая слова подруги, а затем широко раскрыла глаза. Нет, то, что во сне был Ли - это точно, а вот наяву... В светловолосой голове начали всплывать обрывки вчерашнего дня. Задание, ленивая Кейк, лес, вампир... Так значит, это был не сон! Фионна радостно взвизгнула и подпрыгнула на месте, сжав кулачки. - Кейк, я нравлюсь ему, я нравлюсь! - Да это понятное дело, что нравишься, - усмехнулась кошка, перекладывая блин на тарелку, уже на довольно большую стопочку выпечки. - Черт... А что мне теперь делать?.. - переменилась в лице девочка, закрыв рот руками, - а как мне себя вести? Кейк, ты должна мне помочь!.. - Фионна, я тебе так скажу... Ты еще маленькая совсем, и этот бунтарь должен понимать это. Если он станет позволять себе лишнее - можешь смело ему врезать. И от меня еще разик добавить. Девочка нервно сглотнула. Со стороны все казалось простым, но когда это стало происходить именно с ней, все казалось сложнее ядерной физики. Но ничего не поделаешь. Тем временем, Маршалл лениво плавал по гостиной своего дома, подложив руки под голову и закинув ногу на ногу. В голове путались мысли, а внутри все как-то странно и неприятно теплело, стоило ему вспомнить о маленькой Фионне. Неужели он влюбился? Этого не хватало. И ведь ему даже совета не у кого было спросить. Если Фионне могла посоветовать и подсказать Кейк, то он мог только вести монологи с домашними пауками и летучими мышами. Да и то не всегда, черт их найдешь. Ли тихо выругался и перевернулся на живот, повиснув на одном месте, свесив руки вниз. - Что ж делать-то... - крепко зажмурился он, тряхнув шевелюрой. В голову полезли мысли о прошедшей ночи. Да ведь он мог запросто... Нет, не мог. Она совсем еще дитя. Она даже не поймет его намерений, чувств. Воспримет как игру и все. Но если бы он мог?.. Юноша закрыл глаза и начал представлять: она вроде как захотела спать, да, закрыла глазки, он отнес ее в спальню, но не оставил одну. Лег рядом. Конечно, ему бы сразу прилетела подушка по голове, но он бы увернулся и мягко обнял бы свою девочку... Прижал к себе, успокоил... Прошептал бы на ушко: "Будь моей, Фионна... Моя маленькая, моя хорошая девочка..." И она бы замерла от волнения, а он воспользовался моментом и запечатал ее уста поцелуем. Нежным, мягким, без грубости и страсти... Тут вампир почувствовал, что возбуждается. И чем сильнее накатывало возбуждение, тем дальше заходили его мысли о близости с этой блондинкой. Ополоснув взмокшее после разрядки тело холодным душем, Маршалл вышел из ванной комнаты, обмотав бедра полотенцем. Открыв окно, он вдохнул свежий воздух и с грустью посмотрел на ползущего по подоконнику паучка. Юноша четко определил для себя: он не притронется к Фионне. Во-первых, она малышка. Во-вторых, он к ней и взрослой не прикоснется, если она сама этого не захочет. Да. Потому что он... Он не знал, что это зовется любовью. Просто понимал, что у него, самого темного из всех темных существ, самые светлые чувства к этой девочке. И он не опорочит их. Никогда. Он будет ждать столько, сколько потребуется.