Кто ушел и кто придет

     Мадлон сказала: «Иди» и положила голову на руки, а когда подняла, рядом уже никого не было. Далеко внизу мелькал огонек, а затем и тот скрылся за скалами. «Ушел, - подумала она. – Правильно сделал, незачем замерзать рядом со мной… Но я не собираюсь умирать. И без Метени мне даже лучше будет, я всегда справлялась в одиночку, испытаю свои силы и теперь. Надо найти укрытие от ветра. Спасатели отыщут меня по маячку», - она потрогала под рукавом браслет и принялась соображать, где спрятаться. Куртка, хоть и с системой обогрева, не спасет ее, когда начнется настоящий буран. А он скорее всего начнется, вон тучи уже все небо затянули, месяц едва проглядывает. Жаль, что Метени унес фонарь.      Она вспомнила, что видела скалы на пологом склоне, где стояла их палатка. Можно найти расщелину или выкопать снежную пещеру – возле камней бывают большие наносы. Здесь-то ей совсем негде прятаться, а идти вниз с больной ногой, без фонаря и без ледоруба чертовски рискованно.      Мадлон не могла подняться тем же путем, что спустилась с Ником, и двинулась в обход. Это была долгая дорога. Часть пути она проделала на четвереньках, волоча за собой ногу. Выбравшись на плоскотину, прилегла, отдыхая и озираясь. Вон они, скалы, рукой подать. А между черными зубцами в слабом свете подернутого облаками месяца виднеется перепаханное лавинное поле. Там, выше, стояла их палатка, там осталась Вера…      Тучи разошлись, и острый месяц теперь торчал прямо над лавинным следом. Кто-то шевелился там, далеко, среди застывших комьев снега. Мадлон могла поклясться, что различает человеческую фигуру. Вера? Все-таки выбралась? Мадлон попыталась крикнуть, но вышел только сип. «Помахать ей? Человек не увидел бы меня в тени скал, но Вера не человек». А луну уже опять затянуло, и вдруг посыпался мелкий колючий снег. Сверху донесся характерный свист, и Мадлон подняла голову. Сигнальных огней почему-то не видно, но судя по звуку - глайдер. Спасатели! Сейчас они подберут ее, они должны знать, где она. С замиранием сердца она ждала, но звук отдалился. Минута проходила за минутой, томительные, холодные. Мелкие снежинки кололи лицо. Мадлон обошла скалы и под усиливающимся снегопадом наугад поплелась в сторону лагерной площадки. Может, им было удобнее сесть там, но почему не видно света?.. И только услышав тот же свист, она поняла, что глайдер снова взлетел. Что за чертовщина, они должны были ее найти!.. Снегопад чуть стих, Мадлон снова могла видеть лавинное поле. Там больше никто не двигался. Была ли то действительно выбравшаяся из-под обвала Вера или игра теней в лунном свете – Мадлон не знала, да это и не имело значения. Теперь, когда глайдер улетел, она поняла, что ей никто не поможет.      Она вернулась к скалам, нашла место за ветром, попробовала выкопать яму, но снег оказался слишком твердым. Мадлон забилась между двух камней, легла и свернулась в клубок. Утром, когда рассветет и метель закончится, она как-нибудь спустится вниз. Она уже не чувствовала ступней, но разуваться и растирать ноги не было ни сил, ни желания. Глаза закрывались сами собой. Поспать бы, она так устала…      Снег заскрипел под чужими шагами, лязгнули по камням зубцы кошек, и на лицо Мадлон упал луч фонаря. Она приоткрыла глаза. Рядом на корточках сидел человек. Фонарь слепил, и Мадлон не могла разглядеть пришельца, видела только летящие в снопе света снежинки и светоотражающие полоски на куртке. За свистом ветра она скорее угадала, чем расслышала, что он просит ее забраться ему на спину.      Мадлон попыталась, но так замерзла, что не смогла даже поднять руки. Человек вынул из рюкзака спальный мешок, завернул ее и широкой стропой пристегнул к себе. Мадлон уронила голову ему на плечо и снова закрыла глаза.      Она пришла в себя на койке в незнакомом помещении, раздетая и укрытая одеялом. Рядом на складном стуле лежала ее одежда, на полу стоял термос, к которому Мадлон сразу потянулась – пить хотелось неимоверно.      Прихлебывая чай, она огляделась. Теперь она поняла, что находится в большой палатке, отведенной под медпункт. Несколько коек в ряд, стол, складные стулья, ящик с медикаментами. В углу палатки - капсула автодоктора, матово отсвечивает сенсорная панель управления, а под прозрачным колпаком кто-то лежит. От этого зрелища Мадлон стало жутко, она отвернулась. Видимо, обвал, под который попали они с Ником, был в ту ночь не единственным, и другие люди пострадали намного сильнее.      Допивая чай, она повнимательнее осмотрела свои руки. Пальцы сильно опухли, тяжело сгибались и ныли, но все они оказались на месте и ни один не почернел и не потерял чувствительность. Она пошевелила ногами – ступни тоже действовали. Выбравшись из-под одеяла, Мадлон оглядела подвернутую лодыжку. Перетянутая эластичным бинтом, та побаливала, но отек почти спал.      Снаружи послышались голоса – два человека остановились возле палатки, Мадлон даже различала их силуэты за тонкой пластиковой стенкой. Ленни Стривер осведомился:      — Кто это прилетал на базу утром?      — Какой-то Френк Губерт, - второй голос принадлежал Лизе Кадлес. - Они с Ником полетели на гору, насколько я поняла, искать останки Веры.      — По-моему, Губерт – это директор того научно-технического комплекса, где работает Ник. С какой стати он заявился сюда собственной персоной?      — Может, ему заняться нечем, - усмехнулась Лиза. – Откуда мне знать? У нас тут хватает забот без их роботов.      — Да мне, в общем, все равно. Я кое о чем другом хотел поговорить, - силуэт Стривера придвинулся к Лизиному. – Насчет нас с тобой.      — Ты опять? - голос Лизы зазвучал резче. – Послушай, Ленни, не знаю, что ты там себе навыдумывал, но повторяю: я тебе ничего не обещала и ни на что не намекала. На Чертов палец можем поехать вместе, но если у тебя были надежды на какие-то особенные отношения между нами, то лучше тебе перестать надеяться прямо сейчас. Ты неплохой напарник, но больше мне от тебя ничего не нужно.      — То есть, я тебе больше ни на что не нужен? Я думал, что мы могли бы хоть…      — Ну, я надеюсь, мы поняли друг друга, - оборвала его Лиза. – Извини, времени нет на пустую болтовню.      Под подошвами ее ботинок сердито заскрипели камешки, желтый полог палатки откинулся, и Кадлес вошла в медпункт. Кивнув Мадлон в знак приветствия, она взяла ее за кончики пальцев, осмотрела кисти и сказала:      — Тебе повезло, даже не обморозилась. Терри сказал… А, вот и он сам.      В палатку торопливо прошел врач, которого Мадлон мельком видела в день приезда. Лицо у него было усталое, под глазами залегли тени.      — Проснулась? Как самочувствие?      — Отлично.      Он снял с ее руки браслет-диагност, посмотрел показания и кивнул.      — Да, все хорошо. Можешь быть свободна.      Терри отошел к капсуле автодоктора. Мадлон быстро оделась, Лиза помогла ей застегнуть пряжки на ботинках и вышла вместе с ней.      Снаружи было пасмурно, тусклое солнце готовилось скатиться за хребет. Лагерь жил обычной жизнью. Несколько человек толпились возле столовой, кто-то возился со снаряжением, кто-то с полотенцем на плече спускался к ручью. Мадлон увидела Ала; окруженный своими парнями, он что-то громогласно объяснял, широко жестикулируя. Холодный ветер рвал и относил его фразы. Хлопали незастегнутые палатки, трепетали оттяжки. В воздухе кружились мелкие снежинки.      — Погода паршивая, - сказала Лиза, – но завтра все это должно растянуть, так что ваш вертолет придет. И вот что… - она вдруг взяла Мадлон за рукав. - На Метени не обижайся. Ты почти с него ростом и весишь, наверное, ненамного меньше. Он бы тебя не вытащил.      — Я на это и не рассчитывала.      — Поэтому я предпочитаю ходить в одиночку, - негромко, словно бы уже для себя добавила Лиза. – Ни за кого не нести ответственности и никого не подвергать опасности, - она снова взглянула на Мадлон. - А наверху ты все правильно сделала: не паниковала и не металась, а нашла укрытие и стала ждать помощи. Если продолжишь ходить в горы, из тебя выйдет толк. Мозги и самообладание у тебя есть.      — Скажи, а кто за мной поднялся? Я даже его лицо не запомнила.      — Да вон он, - Лиза махнула в сторону приближавшегося к ним мужчины. – Еще один андроид нового поколения. Можешь сказать ему спасибо, хотя, по-моему, роботы не очень в этом нуждаются.      Лиза ушла. Мадлон медленно пошла навстречу спасателю. Тот заговорил первым:      — Добрый вечер, Мадлон.      Она поздоровалась, продолжая внимательно разглядывать его. Это был тот андроид, на которого она обратила внимание, когда смотрела видеоролик в экспрессе. Вблизи он еще больше походил на Ника Метени, как старший брат на младшего. Те же черты лица, темно-серые глаза, прямой нос, красивая линия губ, из-под шапки выбиваются темные прядки. Он выглядел крепче Ника, не юный парнишка, а уже сформировавшийся зрелый мужчина. Будь он человеком, Мадлон дала бы ему лет тридцать пять.      — Ты Ларри, верно?      — Да, Ларри Метени.      Голос у него тоже был в точности, как у Ника.      — Рада познакомиться. Спасибо, что спас меня, - сказала она, все еще не вполне понимая, как полагается общаться с этими существами. Он улыбнулся.      — Пожалуй, отвечу, как принято: «Это моя работа».      Мадлон не хотелось обрывать разговор, но пока она подыскивала, что бы еще сказать, к ним подошел Ник.      — Ларри, тебя там гиды зовут.      Андроид ушел. Ник исподлобья взглянул на Мадлон.      — Что, рассыпалась перед ним в благодарностях?      — Нет, я просто…      — А про меня, наверное, думаешь, что я подлец, что тебя бросил?      — Нет, я…      — Если бы у меня были его сила, выносливость, терморегуляция, все его возможности, то я не бросил бы! – закричал Ник. Два парня из отряда Ала обернулись, но он их не замечал. - Только я человек, и даже не модифицированный, в отличие от тебя! И если бы я подвернул ногу и не мог идти, ты точно так же помчалась бы вниз спасать свою шкуру! А я тебе еще и куртку оставил, между прочим, а если бы не оставил, ты бы руки и ноги себе отморозила, тебя сейчас в вертолет на носилках грузили бы, и ты бы потом остаток жизни на протезах ходила!      Он сделал паузу, чтобы набрать воздуха для нового залпа, и Мадлон воспользовалась этим и сдержано произнесла:      — Можно, теперь я скажу? Я тебя ни в чем не обвиняю. Думаю, ты поступил единственно верным способом.      Ник подозрительно смотрел на нее.      — То есть ты на меня не злишься?      — Нет. Наверное, ты прав, я бы сделала так же.      — Ну ладно, - неуверенно сказал Ник. – Я рад, если так… Пойдем тогда ужинать, что ли…      По дороге к столовой Мадлон вспомнила:      — Слушай, а Веру достали из-под обвала?      — Да, мы утром летали. Как говорится: лагерь, выходи встречать обломки.      — Она сильно повреждена?      — Все всмятку, - вздохнул Ник. - От головы отдельные куски остались, и все голубое вещество вытекло.      — Что-что?      — И-мозг создается на основе особого геля, это вещество имеет голубой оттенок. У нас в головах серое вещество, а у них – голубое. Очень дорогой материал, поэтому за каждым И-мозгом хорошо присматривают. Новых андроидов даже продавать не планировали, предполагалась только аренда, за большие деньги, само собой. Ну, а Вера не подлежит восстановлению.      — Странно, - вырвалось у Мадлон.      — Чего странного? – не понял Ник. – У них, конечно, кости покрепче наших, но когда сверху привалит тоннами льда…      — Я не про это. Когда я была наверху, мне показалось, что Вера выбирается из-под обвала. И голова у нее была целая, а не всмятку. А потом я слышала, как прилетел глайдер, но меня почему-то не подобрал.      — Ого, хорошие глюки ты словила, пока валялась в снегу! - хохотнул Ник. – Как она могла выбраться в таком состоянии? И никто на гору ночью не летал. Если бы летали, подобрали бы и нас с тобой. Лиза рассказывала, что когда Вера сообщила про обвал, то сперва не было свободных глайдеров, а потом началась метель и вылеты отменили. Наверх поднимался только Ларри, он шел пешком. Пойдем уже, - он потянул Мадлон за руку в столовую. - Ты из спиртного ничего с собой не привозила?.. Жаль. Все-таки последний раз тут ночуем, можно и выпить по окончанию отпуска.