Паразит Ева: Дремлющее пламя

      Сложно сказать, когда и где на самом деле началась эта история, возможно в Японии, но сейчас она начинается в Бостоне, штат Массачусетс, в 1971 году. Все началось с Марико Анзай, девушки которая недавно переехала из родной Японии в США, неожиданно решив сменить для себя обстановку. И однажды новый знакомый пригласил ее на культурное мероприятие посвященное выходу очередной книги популярного автора — и там она встретила его… Мужчина с редкой фамилией Бреа, родившийся где-то в Европе, но давно не бывавший дома, потому что был военным журналистом, освещавшим конфликты и катастрофы по всему миру. Высокий, светловолосый и голубоглазый, он сразу понравился Марико. И это было взаимно. Возможно, все это было предначертано кем-то…. В любом случае, вскоре они поженились, поселившись здесь же, в Бостоне, а 20 ноября 1972 Марико родила двух чудесных девочек-близняшек, лицом они были очень похожи на мать, но унаследовали от отца светлые волосы и яркие голубые, можно сказать что даже синие, глаза. Однако вскоре после рождения девочек семья распалась, возможно, привыкшему к кочевой жизни журналисту было сложно осесть на одном месте, а может быть он просто испугался семейной жизни. В любом случае, расставание произошло не так плохо — дети были слишком маленькими, чтобы это их травмировало, мужчина оставил Марико дом, официально признал дочерей и регулярно высылал семье деньги и подарки. Вот так получилось, что девочек остались с Марико. Мать выбрала им необычные имена, она была творческим человеком и изучала разные культуры. Старшую, которая родилась на несколько минут раньше, Марико назвала «Айя», в память о своей родной стране, с японского это имя можно было перевести «Красивая» или «Яркая», одновременно это было и греческое имя, означающее «Святая». Младшей дочери мама дала связанное имя — Майя («Мать» с греческого). У девочек было отличное здоровье, но у Айя оказался врожденный дефект роговицы правого глаза, это не было заметно снаружи и не беспокоило ее, но с возрастом могло стать проблемой.       Вскоре после рождения дочерей, Марико предложили хорошее место в одном издательстве в Нью-Йорке, вместе с квартирой неподалеку, и она решила переехать в «Большое яблоко». Новая работа позволила женщине как получать хороший, хотя и не чрезмерный, доход так и иметь достаточно времени чтобы уделять его дочерям, которых она любила совершенно одинаково. Да и разве можно по разному относится к людям, которые похожи на единое целое? Хотя, несмотря на внешнюю схожесть, сестры были разными: Айя была более активной, решительной и любознательной, хотя и послушной. Майя была более замкнутой и любила красивые платья и игрушки. Однако, несмотря на отличия, сестры очень любили друг друга и всегда чувствовали что другой больно или грустно. Чтобы это понять, можно было вспомнить одну историю, которая произошла когда девочкам было чуть больше четырех лет.       Марико смотрела на стоящих перед ней и держащихся за руки дочерей. Виноватыми они не выглядели, хотя Майя немного нервничала и старалась держаться поближе к сестре. Женщина в очередной раз отметила сходство девочек — одинаковые телосложение, одинаковые черты лица, одинаковые короткие прически. Впрочем, она сама никогда их не путала, даже в раннем детстве, а сейчас нужно было очень постараться, чтобы ошибиться — Майя, в аккуратном голубом платье выглядела вполне обычно, а вот Айя… Шорты и футболка в грязи, воротник разорван, волосы в беспорядке, на щеке свежая ссадина и царапины на лбу. Также было заметно что она бережет левую руку — костяшки пальцев были содраны, как бывает при неумелом, но сильном ударе. Наконец Марико заговорила: — Я попросила вас поиграть на площадке, пока я не закончу с рукописью. И вот результат… — Сестры переглянулись, но промолчали, Айя едва заметно сжала руку Майи. Наконец женщина велела: — Майя, подожди в комнате. — Девочка послушалась и вышла из комнаты, но перед этим обменялась взглядом с сестрой. Марико взяла старшую дочь за руку и отвела к дивану, затем достала из тумбочки домашнюю аптечку — она всегда была наготове, хотя пользоваться ей приходилось редко. Развернув лицо девочки к свету, женщина начала осторожно очищать его тампоном смоченным перекисью водорода. — Айя, ты подралась с девочкой старше и сильнее тебя и вас с трудом разняли. — Она хотела отобрать куклу у Майи, — ответила Айя. — И поэтому ты разбила ей нос? Хорошо что ничего серьезного не произошло. — Айя промолчала, более того, Марико как раз коснулась ссадины и девочка зашипела от резкого жжения, пытаясь отвернуться, но мать удержала ее за подбородок. — Терпи, — строго сказала Марико. — Я знаю что ты сильная, к тому же ты должна отвечать за последствия своих действий. — Девочка морщилась, но больше не сопротивлялась. Закончив с лицом. Марико взяла ее за руку, осматривая ее пальцы, неожиданно, она посмотрела дочери в глаза: — Айя, я очень рада, что ты защищаешь сестру, но ты не должна давать твоему гневу управлять тобой. Любая из вас могла пострадать в этой драке. Да, та девочка поступила плохо, но она такой же человек как и ты и ей тоже больно. — Айя задумалась, Марико тем временем налепила пластырь на ее пальцы и в этот момент дочь взяла ее за руку, заставляя посмотреть на себя. — Но ведь нельзя обижать тех, кто слабее. Это неправильно, — твердо произнесла Айя. Марико улыбнулась и протянула руку, привычно положив ее на голову дочери, осторожно перебирая пальцами мягкие волосы, так непохожие на ее. — У тебя доброе сердце, Айя. Оставайся такой всегда. — Марико отпустила дочь: — А теперь иди к Майе, скажи ей что все в порядке — я на тебя не сержусь.