The Cost of Love

Холодный вечер воскресения. Мокрые дороги отражают уютный расплывчатый свет уличных фонарей. Витрины магазинчиков подсвечены прожекторами, неонами переливаются вывески пустых пабов и забегаловок. — Может сходим в кино? — устало произнесла Тони. — У нас так и не было нормального свидания. Шерил была удивлена предложением Тони. После всего что случилось, у неё оставалось чувство погони и слежки за ними. Вот-вот из-за угла ночной улицы выйдет банда или родители, которые вернут сущий ад, и им не поздоровится за осуществленный план побега. От воображения по спине прокатился холодный пот. — Ну, ты как? — переспросила Топаз, ожидающе смотря на Шерил, и крепче сжала её руку. Блоссом вернулась в реальность. Тепло сжатых рук придало ей уверенности и надежды. Паниковать незачем, всё уже позади, ведь так? — Да, пошли, — ответила Шерил едва улыбнувшись. Большое белое табло излучало блеклый свет. Чёрными буквами были выведены заветные слова:

Воскресенье: сеанс 21:15 — Римские каникулы (1953).

Они подошли к ярко освещенной будке кассы, что стояла между входом и выходом из кинотеатра. Седоволосая женщина лет пятидесяти в белой рубашке и винно-красной жилетке сидела внутри уткнувшись в газету. Раздался стук по стеклу, женщина оторвалась от своих дел. — Два билета, пожалуйста, — тихо произнесла Тони, разворачивая бумажник. — Вы одни, кто пришел на вечерний показ. Сегодня прокат чёрно-белых фильмов, молодежь с фырканьем разворачивается и уходит, — уныло говорила женщина. — Раз уж так и до сеанса всего пять минут — проходите бесплатно, устраивайтесь в центре и наслаждаетесь прекрасным кинофильмом с Грегори Пек и Одри Хепбёрн, — женщина протянула пару билетов и мило улыбнулась.

***

Просторный тёмный кинозал с бордовыми креслами. Запах карамельного попкорна, рассыпанного у ступенек и разлитой содовой. Ни души, ни звука, ничего. Необычно наблюдать кинотеатр пустым — всегда его кресла заполняли семьи, подростки с друзьями или парочки на задних диванчиках. Вечер, воскресенье, черно-белое кино, тишина, ты и я. Только Тони и Шерил расположились на местах — свет погас, окутав зал кромешной тьмой, прожектор начал крутить плёнку, в его свете витали пылинки, неохотно перемещаясь в воздухе. На огромном экране появилась черно-белая гора с ореолом из одинаковых звёзд. Показ начался. Тони взяла Шерил за руку и погрузила голову на её плечо, закрыв глаза. — Знаешь, что, Шер? — тихо начала она, и услышав вопросительное хмыканье продолжила, — только ничего не говори, обещай. Я люблю тебя, — закончила Тони и вздохнула. Наверное, это был вздох облегчения. Шерил сильнее сжала руку Тони, тем самым дав ей знать её ответ. Шерил, ждала, она знала, что такой момент произойдет, рано или поздно, но он придёт. Внутри начало теплеть. Послышалось сопение. Кадр сменяется кадром, секунда секундой, минута минутой. Они не бегут, они сбежали. И именно та, кто самыми скрытными путями выводила из Ривердейла, кто на протяжении этого долгого времени всегда была бдительна, сейчас дремлет на плече Шерил. Спокойствие и умиротворение — то, чего давно не было в их жизнях. И не зная о завтрашнем дне, и не ведая о завтрашней ночи, мы в лучах прожектора лунного, продолжаем идти на свет.