Эгоист по соседству / В сарае без Чимина

      Дверь захлопывается, а Чимин стоит в непонятках… Опять Юнги его заебует, но от этого хочется еще больше противостоять, что Пак и собирается делать этой ночью.  — Да, закатим вечеринку. Нет, снимать не надо, будем на моей хате. Отлично, да, обзвони их. Нет, только парни. Ага, до связи. — Чимин кладет трубку и с довольной мордой открывает зеркальный шкаф с одеждой. Он хочет отомстить Мину за испорченное настроение утром, и как это сделать Юнги сам подсказал.       Но одно дело, когда ты представляешь это у себя в голове… А совсем другое, когда это происходит в реальности…  — Два часа, блять, гребаных два часа… — возмущался Пак.       Именно столько времени он провел за выбором одежды, что было для него странным. Обычно, идеи образа сразу всплывали в его голове… Но сегодня с утра что-то пошло не так. Он представлял себя в роскошном костюме, а потом послал эту идею к высшему обществу. Но выбрать что-то более подходящее, для домашней тусы, было крайне тяжко. При его деньгах, можно спокойно поехать и купить что-то в магазине, причем несмотря на ценник… Но тут нужно что-то особенное. «Хм, может белые тапочки? После такого Мин меня точно убьет», — пошутил про себя Чим, но в каждой шутке, есть доля… С горем пополам, он напялил черные обтягивающие джинсы и белую футболку. «Обычно, зато - стильно», — подумал Чимин и стал звонить в доставку еды.       Оставался всего какой-то час до вечеринки, и гости начали подтягиваться. Уже приехал диджей и вовсю настраивал аппаратуру, а пиджеи устанавливали подобие пилонов. Да, сегодня Пак хочет оторваться, как в последний раз, и надеется, что не в буквальном смысле.       Уже достаточно поздно, а музыка шарашит на всю громкость. Странно, как соседи не вызвали еще полицию. Да и Юнги не видать на горизонте…       В квартире хаос - выпивка и полный разврат. Если бы не знали, что хата Чимина, подумали бы, что бордель. В каждом углу кто-то зажимается, места свободного нет. В туалете, пол часа как, занято, и слышны громкие стоны.       У Чимина пропало настроение. Снова бухло и куча доступных игрушек на ночь. Для него подобные мероприятия стали обыденностью, и как-то скучно. Но отступать он не привык и, если задумал разозлить ворчливого карлика, то так и будет. Пак доведет его до белого каления, чтобы Мин знал с кем связался.       Один омега прожигал взглядом спину Чимина, и ему это не нравилось. Он то омежку этого приметил еще в начале вечеринки, но настрой не тот. Хочется просто набухаться в одиночестве и завалиться спать, а завтра не вспоминать про Мина и его утренние закидоны. Музыка играет чертовски громко, а уже 01:34…Почему же, Юнги еще не пришел? Вот, тварь, раскусил меня? Или может…       Из мыслей его вытянул голос того самого омежки. —Хэ-эй, скучаешь? — нагловато протянул тот.       Чимину это не понравилось, не любит он наглых. Для него омега — это милый комочек, который готов отдаться ему с нежностью и сладостью, а не вот это вот все. Но, было у этого омеги то, что притягивало животное чувство желания.       Паку было уже глубоко похер, если этот малец хочет оказаться в списке переспавших с ним, то он так и сделает. — Ты ведь не разговаривать со мной подошел, пошли…       На отъебись, сухо отрезал Чимин и, схватив за руку омежку, потащил в сторону спальни. Тот офигел от такого быстрого оборота событий… Он то был готов уже туеву хучу времени потратить на то, чтобы заинтересовать собой Пака, но все даже лучше, чем он мог себе представить.       Они прошли через танцующую толпу, Чимин достал ключ от комнаты, открыл замок и впихнул туда жертву.       Все произошло быстро.       Он сорвал с него одежду и резко вошел. Из глаз омеги полились слезы, хоть Чимин и не был у него первым, но от жесткости было очень больно. Пака это не заботило, он продолжал вдалбливать омежку в кровать, а громкие стоны и всхлипы парня наполнили комнату.       Не так он себе представлял секс с Чимином, но ему рассказывали, что тот бывает разным. Словно дьявол, принимающий иногда ангельский лик.       Его глаза обычно горели огнем страсти и желания, но не сейчас. Было пусто, он думал о своем. О том, что Мин так и не явился, а его план провалился коту под хвост. От этого он злился еще больше. Вся эта буря негатива сказывалась на омеге, находящимся под Чимином. Было очень жестко, но омежку это заводило не на шутку, и ему хотелось повторить это, и не один раз. Но как мы помним, никто не задерживался у Пака больше одного раза. Омега слишком уверен в себе, если думает, что сможет приручить этого демона. Никому не удалось, и ему не удастся.       Омежка уже близок к разрядке. Момент, и он кончает. Через пару минут в него изливается и Чимин.       В его комнате есть все, что ему нужно. Выпивка стояла в специальном шкафчике, на книжной полке. Пак встает с кровати и направляется к шкафу с алкоголем, попутно говоря омеге, чтобы тот убирался вон. Но сначала душ. Прохладная вода должна успокоить, Чимин надеется на это. Слышен звук закрывающейся двери. Пак понимает, что поступил плохо, но его не заботит. Он проворачивает замок, дергает ручку, проверяя, чтобы была закрыта, и направляется к небольшой душевой кабине, находящейся через стену.       Зайдя, как обычно, смотрит в зеркало, спрашивает в очередной раз:  — «Зачем мне все это?» - и, как всегда, не слышит ничего в ответ.       Он и сам не знает зачем. Он просто устал. Хочет чувств, хочет, чтобы не ради денег и власти… Но… Всё это ложь и фальшь, которую он создал своими руками. Погружается под струю воды…  — Чимин-а, пойдем гулять после школы?        Он отчетливо помнит этот голос. Его лучший друг, всего на пару лет старше. Тот, за кем всегда можно было спрятаться. Тот, кому разрешал тормошить свои волосы и тискать щеки. Тот, кто всегда был рядом…       Звуки резкого торможения машины. Кровь. Вой медицинской сирены.  — Я не помню тебя…       Чимин отчетливо помнит этот голос в больнице. Самый большой страх сбылся. На глазах слёзы, и нежелание жить.       Выпивка. Клуб. Впервые злость, достигнувшая предела. Первый раз. Под ним кто-то в пьяном угаре, и он вымещает злобу на самого себя.       Как сейчас…       Тяжелые воспоминания ударили в голову, вместе с теплой водой. То, что пытался забыть столько лет, вновь всплывает в памяти.       Неудовлетворенный купанием, Пак выходит, завернувшись в полотенце, и тянется к бутылке коньяка… — Да, мать его, какого черта? Кто там еще приперся? — звонок в дверь опять его отвлек.       Чимин, в состоянии довольно агрессивном, и являясь вспыльчивым по натуре, отправился открывать дверь, или отправлять кого-то в морг…