По пятницам

      Сил уже не было находится в душном и по-прежнему дурнопахнущем помещении, поэтому я молча встал со своего места и направился на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и покурить. Я, естественно, никого за собой не приглашал, но Урис и Денбро точно так же негласно решили пойти со мной. Мне было не до последней степени противно курить с кем-то, поэтому я не возражал. Если честно, то не понимаю такого, когда вы стоите кучкой и просто курите у входа. В чём романтика? Особенно, если нормально курить в этой компании можешь только ты. Стэн вот вообще не курил и скорее просто не хотел оставаться в баре, когда остальные уже начинали разговоры и сплетни о своих любовных похождениях. Уриса я знаю хорошо и в курсе, что ему в этом плане похвастаться абсолютно нечем и из-за этого он всегда чувствовал себя неловко. Мне тоже хвастаться было нечем — все всё знают, а то, чего не знают, знать и не должны. Моё доверенное лицо среди них только Беверли, потому что она.. просто женщина. Парни такого не понимают да и стрёмно как-то.       На улице стало заметно холоднее, хотя что там, я вышел без куртки. Зато как приятно — ощущать мороз на открытых участках тела и немного приходить в стабильное самочувствие. Ещё немного и я точно бы натворил какую-то чушь, а портить вечер не хотелось.       Я облокачиваюсь о стену здания и достаю из кармана джинс пачку. На ней очень заботливо написано «курение приводит к импотенции» и я каждый раз с этого проигрываю. Если курение приводит к импотенции, то мне уже через пару лет не видать развлечений в постели, ах, как жаль. Ещё раз хихикаю и достаю зажигалку вместе с одной сигаретой. Мне не очень нравятся обычные сигареты с самым обычным запахом, так как в них не чувствуется ничего особенного. Просто наполняешь лёгкие дымом, затем выдыхаешь. А вот когда покупаешь сижки с каким-либо вкусом, то это уже другое дело.       Дверь хлопает и из неё выходят Стэнли и Билл с наспех накинутыми куртками. — Ты нормальный? Надень куртку, сейчас снег пойдёт, а ты раздетый ходишь, — цокает Урис и даёт мне в руки мою же куртку. Я нехотя натягиваю её, и не думая застёгивать. Билл достал из кармана почти точно такую же пачечку что и у меня, вытащил одну сигарету, в то время как я только зажигаю свою. Стэн смотрит на нас с долей отвращения, но в душе он уже привык к нашей «неправильности» с самого детства. Мне надоело пялиться на них и я отвожу взгляд в темноту и гущу горящих фонарей. — Эдди что-нибудь рассказывал о жизни в другом городе? Ну, как у него там учёба, есть ли друзья.. может, девушкой обзавелся уже? — обращается Стэн ко всем нам, но почему-то больше к Биллу. И снова разговоры о Эдди, боже, неужели других тем не существует? — А Эдс тебе не рассказывал? Мы с ним встречаемся, — отвечает на повышенных тонах Билл, на что в ответ Урис вскидывает брови, — а так он много чего говорил и ему пока что всё там нравится. — Думаю, стоит хоть сейчас поздравить вас с вашими отношениями. С ума сойти, мы перестали регулярно собираться всего ничего, а многие из моих друзей уже обзавелись парами, — в этих словах я уловил нотки понятной зависти и тихо усмехнулся про себя, — Бев и Бен играют свадьбу, ты с Эдсом встречаешься, это удивительно. Так, а что насчёт тебя, Ричи?       Я долго не могу понять, ко мне ли обращаются, а после смотрю на Стэна. В его глазах я вижу что-то такое, отчего мне кажется, что он догадывается. Даже не знаю, о чём именно. Я молчу долгие пять секунд, ведь мне нечего сказать. — Насчёт меня? Я не знаю, — размыто отвечаю ему я, щуря взгляд и закуривая сигарету взатяг. — В смысле не знаешь? Ты ведь столько девчонок цеплял, мы все завидовали твоему результату в школе. Тогда ещё говорили, что какая-то Молли от тебя залетела! Разве не помнишь? — Не помню того момента, когда ты стал интересоваться сплетнями, Стэнли, — раздражительно бросаю, выдыхая сигаретный дым прямо ему в лицо, отчего он закашлялся, — а будешь много говорить — получишь по ебалу. Всё честно! — смеюсь, чтобы сгладить момент. — А с каких пор ты стал таким уебком? Ах да, именно им ты всегда и был, как я мог забыть. — отвечает Стэн и отходит к Денбро, — Расскажи лучше про Эдди, Билл. — Рассказываю за него: ваш Эдди был любителем поспать с кем-то, кроме Билли.       Только через момент понимаю, какую чушь сейчас сморозил. Это словно вертелось на языке, а слово — не воробей, как нам всем известно, вылетит и хуй пойми, где оно там уже. Однако, ничего я пояснять не намерен, да и оно мне надо? Чёрта с два! Тоже мне, нашлись друзья, которые точно меня ненавидят самой искренней ненавистью, тьфу. Стою как ни в чём не бывало, на моём лице не дрогнет даже морщинка. Замёрзшие пальцы автоматически подносят к губам сигарету и я докуриваю её совершенно невозмутимо (но в голове была каша, на душе ураган), пока повисло тяжелое молчание. Молчание увидеть нельзя, но если бы можно было, то я охарактеризовал бы это как нависшие чёрные тучи перед самой бурной грозой. Я начинал слышать уже стук собственного сердца, дыхание, шум колёс машин на далёких от нас трассах. Что-то дало мне погрузится в свои мысли, но. — Объяснись! — резко почти орёт Билл своим самым грозным тоном, который не предвещает ничего хорошего и трясёт меня за плечи. Слава богу, что на мне нет очков — сейчас бы они уже слетели и им был бы полный пиздец, как и мне. — Ты слышишь или нет? — Спокойно, Билл. Может, это его тупые шутки? — где-то рядом щебечет Стэн, пока я нахожусь словно в отключке. — Эдди был со мной.       Портить так портить. Жизнь — полнейшая, безвкусная хуйня, так почему бы случайно по-пьяни не отравить её другим? Хотя, частично я порчу её и себе одной лишь фразой. Но она ведь была такой тихой, может, он не слышал вовсе.       Через секунду он с силой отпихивает меня, что я стукаюсь о каменную стену здания. Чёрт, я и забыл это ощущение.. боли. Виски пульсируют, глаза начинают слезится, дыхание спёрто, мозг совершенно не соображает, но пытается что-то предпринять. Какая же странная штука. — Ты, блять, конченный совсем? Ты отдаёшь себе отчёт в своих действиях, идиота ты кусок? — Денбро надвигается на меня неумолимо, а ведь мне так не хотелось драки. Хотя, сейчас в венах вместе с кровью по телу разливалась приятная волна азарта, которую я так давно не ощущал. Будет мне что-то? Не будет? Как всё это обернётся? Я не знал, но подливал масла в огонь намеренно и одновременно с этим нет, что доставляло мне неимоверное удовольствие.       На шум прибегает Бев, кое-как накинув на себя куртку. Она точно так же встревожена, что и Урис. — А ты? Выбрал бы мальчика получше, — давлю, давлю сильнее. Сомневаюсь, что этот человек мне ещё друг. Давно перестал быть им. Уже не тот, что раньше, как скрипучий велик, стоящий в гараже у каждого. Билл замахивается и делает ещё удар. Мне совершенно всё равно. Тёплая жидкость выступает на коже и капля крови скатывается вниз по губам. Бить в ответ я не стану, всё же я того мнения, что слова — это лучшее оружие. И все мои друзья и враги испытали моё оружие на себе сотни тысяч раз, поэтому Заика мог быть бы и более стойким в этот раз. Ах, что же любовь делает с людьми. Как же замечательно, что я ничего ни к кому не чувствую.       Его руки достают из кармана куртки телефон и он судорожно набирает номер любимого. Вот знаю же я слабые места, блять, это явно пригодится в жизни. — Эдди? Ты что.. ты.. с Ричи? Эдди?       Какое-то торопливое и до жути нервное бормотание в трубке, которое слышно аж издалека. О да, клишированные фразочки. Надейся-надейся, Эдди, твою наглую ложь больше ничто не спасёт. Или же нашу, не знаю.       Денбро ставит разговор на громкую и заебавшимся жестом руки перехватывает телефон из одной руки в другую, склоняя голову так, что чёлка опять бесяще спадает на его сердитое лицо. Я не настроен слушать никакие реплики Эдса, ведь он надеется тянуть нашу драму до последнего своего вздоха. А я вам что, ёбаный актёр? — Ричи? Ричи, ты совсем идиот? — о, какая игра, браво, Каспбрак, в свои слова, кажется, веришь только ты сам, — Зачем ты соврал Биллу обо мне? Нравится рушить чужие отношения? — а вот это уже лучше. Немножко даже по больному, ха. Не от меня ли нахватался?       Что же, представление пора заканчивать. Что Билл, что Эдди уже сорвали голос, бестолку крича на меня. А ведь здесь уже собралась толпа каких-то зевак, да и Бев со Стэнли сейчас всё видят. Я по-прежнему полулежу на асфальте и оглядываю лица оставшихся друзей. Беверли действительно выглядит встревоженной и даже Урис, которому, как казалось, должно быть всё равно, обеспокоенно сдвинул брови. — Всё, ребят, ладно. Это была дурацкая шутка, я пошутил.       Билл цокает, нарушая чуть было не повисшую на несколько секунд тишину. — Я знал, что ты всегда будешь мне завидовать, — с максимальной высокомерностью проговаривает он по слогам, словно каждый слог, каждая буква как осиновый кол должны глубже впиваться в кожу. Ох, если бы.       Денбро уходит под свет фонарей, не кинув даже ни в чём неповинным ребятам хотя бы «пока». Помешанный на своём парне идиот.