Он проснулся от запаха кофе.

Глава 2.1. Собравшись утром, Ягыз надел белую рубашку и идеально выглаженный синий костюм, подчеркивающий широкий разворот плеч и ярко голубые глаза, оттеняя их глубокой синевой цвета. Он постоял перед зеркалом, поправил прическу, придирчиво осмотрел себя, взял ключи от машины, парень сознательно отказался от личного водителя и поехал в офис. Отец говорил, что компания в плохом положении и что Синан с Гекханом совсем не справляются с поставленными перед ними задачами. У Ягыза была хорошая практика в Америке, и он не мог не помочь отцу, который вложил столько труда в свое дело и создал целую империю Эгеменов. В свое время это было не просто. Хазым умело использовал связи тестя, отца Севинч и на пару со старшим братом прочно занял нишу в строительстве. Начиная с курортных линий Анталии, сколотил солидное состояние, получил возможность брать объекты не только в Стамбуле и Анкаре, но и в США в период подъема рынка недвижимости, взяв в партнеры Эмира Немре. Несмотря на конкуренцию, пару лет назад, уже без брата Хазым, выбрал довольно востребованные направления: линию одежды и косметики, устанавливая свой бренд "Кики". Но здесь прозорливость его подвела. Маркетинг был разоряющим. Отец так отчаянно жаждал привлечь в бизнес Синана, у которого одни девушки были на уме. Он поручил сыну раскручивать бренд, организовывать маркетинговые стратегии, презентации, вечеринки, это дело у Синана пошло, но уж больно затратное получилось, почти без прибыли. Гекхан занимался строительством на пару с отцом, но попросил вывести часть капитала для своего личного бизнеса, пошатнув фонд компании. Хазым доверял старшему сыну, отцовство его подвело, не зная, что Гехкан имеет игровую зависимость, Хазым своими руками положил начало конца любых самостоятельных предприятий Гекхана. Пока отец ожидал покупки земель под сельско-хозяйские угодья, сын в течении нескольких месяцев спустил все в казино и лишь проигравшись окончательно пришел с повинной. Хазыма тогда чуть удар не хватил, для Гекхана пришлось нанять психолога, проработать с зависимостью, но когда мог наступить очередной срыв никто не знал. Доверять управление компании старшему ребенку Хазым не мог. Ягыз знал о передрягах в семейном управлении и понимал, что отец нуждается в нем как никогда, вручая бразды правления компанией. Ему лишь оставалось удержать компанию и оправдать ожидания отца. Пока компания не нуждалась в инвестициях, но Ягыз понимал, что если еще будут форсмажоры, ему вполне придется вложить весь свой капитал, чтобы удержать Эгемен-групп на плаву. - Сынок, как я по тебе скучал, - отпустил его наконец Хазым из львиных тисков. - Я тоже, отец. Наконец-то этот день настал. Я вернулся домой. - Я знаю, как сильно ты хотел вернуться в Стамбул, но ты сам видишь кем теперь приехал из Америки. Настоящий мужчина, который может добиться самых больших высот в бизнесе. Моя гордость!!! - Спасибо, отец. Приятно это слышать от тебя. Постараюсь не подвести, - слегка улыбнулся похвале Ягыз. - Думал ты заедешь в особняк сначала, а ты сразу в офис. - Не хотел вас утруждать, оставил вещи и сразу в офис. - Ну что ты, какие труды, обижаешь маму, она расстроится, что не заехал сразу. Понимаю, ты привык жить один, а к нашему бедламу нужно еще привыкнуть, но не в отеле же тебе оставаться, - истолковал отец действия сына по-своему. - Садись на мое место. - Зачем? - удивился Ягыз. - Садись, не спрашивай, - сын послушался, - Я решил сделать тебе сюрприз и ещё сильнее приукрасить твой день возвращения. Все мое имущество, эта компания, мой 40- летний труд с сегодняшнего дня принадлежат тебе. Ты будешь не просто управляющим. Ты станешь единственным владельцем. - Папа...,- был ошарашен младший Эгемен столь быстрым решением отца. Он понимал, что отец нуждается в нем сейчас как ни в ком другом, но ожидал, что уйдут годы на то, чтобы стать наследником семейного бизнеса. - Я знаю, что ты меня не подведёшь. Отныне ты глава компании Эгемен-групп. Ты сам знаешь, что я не могу предоставить это Гекхану или Синану. Они не годятся для управления компанией, как бы я этого не хотел. Отделом, да, но компанией нет. Ты же знаешь про наши трудности? - Знаю отец, но они также имеют право на наследование, как и я. - Мне нужно вывести компанию из кризиса. Дела очень плохи, потому что когда-то я доверился твоим братьям. Не хотел быть строгим, лишать их крыльев, но так дела не делаются в бизнесе. Видишь к чему привела моя мягкость? Я всегда видел в тебе наследника, буду честен, поэтому и отправил за границу. К тому же я хочу, чтобы вы избежали лишних споров при принятии решений. Да вы передеретесь, - не весело улыбнулся Хазым и похлопал сына по плечу. - Ладно, с твоего одобрения, с этого дня все решения принимаю я. Как решу, так и будет. Совет деректоров лишний раз не будем собирать, действовать будем быстро и жестко. Ты, конечно, в любой момент сможешь проверить всю документацию, оспорить любое мое решение. - Ягыз, это очень смелое заявление. Как бы я не считал, что прав, передавая тебе бразды правления, но я всегда спрашивал советы и выслушивал чужое мнение. Работал с братом, советовался с ним. - Это мое условие, я не хочу ни с кем возиться. Да или нет? - Мне нужно подумать, сынок. Одно дело отказаться от соперничества в принятии решения с братьями, другое дело отказаться от советов всех управляющих. - Отец, ты знаешь примеры, когда из-за промедления теряли возможности, когда из-за споров уходили в сторону от изначальных планов и теряли деньги? Не хочу повторять тех же ошибок, которые присущи всем крупным компаниям. Я даю тебе слово Ягыза Эгемена, что через год строительная компания Эгемен-групп будет самой успешной в Турции и будет сотрудничать с компаниями европейских стран и продолжит работу в Соединенных Штатах, и мы не закроем филиал. Я рискую своим капиталом. Я готов оправдать твои ожидания. К тому же я буду советоваться с тобой, с основателем компании. Мы вырулим бизнес вместе, - с железобетонной уверенностью добавил Ягыз. - Я согласен, лев мой, - обнял его Хазым, - Как же я соскучился. - Я тоже, пап. И очень хочу поехать к маме, к родным. - Отпразднуем то, что ты вернулся сегодня. Как раньше все мои дети будут жить со мной. В кабинет вошли недовольные Гекхан и Синан и Ягыз не стал говорить о своём решении переехать. Еще будет время для этого. - Не успел приехать, как уже уселся в папино кресло, - выплеснул яд Синан, как только увидел Ягыза, - Молодец братик, зря время не теряешь. А папуля, как я вижу, сразу место уступил. - Еще бы, золотой сын не занял своё место. Ты же этого ждал всю жизнь, папочка? - негодовал Гекхан. - Как вы разговариваете? – вышел из себя Хазым. - Подожди, отец. Я сам скажу. Языки я вижу у всех стали очень длинными и мои братья забыли, как нужно разговорить с отцом. У вас была возможность проявить себя в бизнесе и посмотрите какой результат! – Ягыз, развел руками, - Так что прекратите кидать свои дешёвые обвинения. - Вот как ты теперь заговорил, а в детстве был тихоней, даже ответить не мог. Это в Америке ты столько смелости набрался? - съехидничал Синан. - Да, дорогой, братик. А теперь иди и скажи, что у нас совет директоров через час. - Я тебе не секретарша, - возмутился Синан. - Из-за твоих рискованных вложений Синан, нам скоро придется сократить штат, поэтому иди и займись делом. Ничего не ответив, кудрявый пошёл давать распоряжение секретарю. Раздосадованный Гекхан последовал за ним. - Они даже не поздоровались со мной, отец. Ты видел? Ты был прав относительно управления. Это зависть? Ты предпочел им меня и теперь… - Помни, они твои братья не смотря ни на что, сынок. Я знаю, что ты всегда будешь думать о своей семье прежде всего. Ты должен это делать. Не бросай братьев, они просто не понимают, что говорят и очень обижены на меня. - Хорошо, отец. Хотелось бы более теплого приема. Но я не удивлен. Но в любом случае, я люблю их несмотря ни на что. Они мои братья. - Я знаю, сын мой. Вскоре совет директоров был собран в кабинете для совещаний. Хазым сел на своё место, а Ягыз рядом по правую сторону от него, братья заняли места слева от отца. - Добрый день, господа. Сегодня я бы хотел познакомить вас с моим сыном Ягызом Эгеменом, который с сегодняшнего дня будет возглавлять нашу компанию. Прошу любить и жаловать. Присутствующие недоуменно переглянулись и подняли шум, ведь голубоглазый был очень молод и вряд ли сможет руководить такой крупной отраслью. - Всем добрый день. Я знаю, что решение моего отца вызовет много вопросов, но это обдуманное и взвешенное решение и голосованию не подлежит. Теперь я хочу поговорить о компании. Как известно из документов, что 80% акций вчера господин Хазым перевёл на мое имя, т.е. все акции теперь принадлежат мне, за исключением остальных 20%, которые находятся во владении совета директоров. Господин Гекхан и господин Синан, не учтены в долевом владение компании и находятся на зарплате. Но я хочу обеспечить будущее моим родным и 30 % акций переходит и делиться на каждого члена моей семьи в равных долях. Т.е. Севинч, Хазым, Гекхан, Синан, Селин Эгемены и Хазан Чамкыран получают 5% каждый. 50% остаются у меня. - Но г-жа Селин и Хазан … - заговорил глава совета директоров. - Мои решения по владению моей долей акций в этой компании не поддаются рассмотрению. Есть вопросы? - Если надежность компании не пострадает, господин Ягыз, тогда нет. - Не пострадает, даю свое слово. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, если кому-то что-то не нравится, дверь там. Никто не вышел, Ягыз был доволен собой и своим влиянием. Далее рассмотрели стратегическое планирование по выходу из кризиса. Ягыз выслушал предложения каждого. Совещание закончилось, Ягыз и Хазым раздали распоряжения и Эгемены поехали в особняк. Ягыз был удовлетворен результатами работы первого дня, пока не представляя, какой неприятный сюрприз ожидает его дома. Тем временем Хазан сидела у себя в комнате и думала о Синане. Его не было дома больше недели. Куда-то уезжал с Ниль. Она соскучилась и с нетерпением ждала его возвращения. Думать о его горячих часах с ненавистной блондинкой она не хотела. Ее голову занимала мысль, как обратить на себя его внимание, но безрезультатно. Сегодня была суббота, ни в университет, ни на работу девушке не нужно было идти, поэтому отвлекла она себя очередной интересной книгой. Хазан услышала в открытое окно визжащий звук шин, подъезжающих машин, радостные возгласы мамы внизу, причитания служанок и поспешила вниз, предвкушая, что приехал Синан. Хазан ничего и никого не видела и не слышала, не замечая ничего вокруг, потому что приехал Он. Тот в кого Хазан влюблена с самого детства и перед кем, она теряла всю себя и становилась милой, даже в какой-то степени бесхарактерной девчонкой. Но вся ее самая жестокая боль заключалась в том, что Синан относился к ней только как к сестре. Ее тело бросило в легкий озноб от предвкушения родных объятий, и она словно лань рванула вниз к потоку воды едва заслышав голос любимого. - Хазан, смотри, кто приехал, - позвала ее мама. Ягыз улыбаясь, посмотрел на девушку, ожидая реакции удивления или ошеломления, но улыбка померкла так же стремительно, как стремительно неслась Хазан в объятия Синана. - Как я скучала, где ты был? – запрыгнула на него Хазан с разбегу. - У меня были дела, мелкая, - произнёс Синан, нежно обнимая девушку в ответ. Ягыз поражено смотрел на них. В его широко раскрытых глазах плескалось невысказанное изумление. Средний Эгемен попытался поприветствовать брата и сестру, но понял, что слова застряли, а в горле саднит. Он хрипло прокашлялся, приводя мысли в порядок. Да, неприятный сюрприз. История повторилась, и он вспомнил момент из детства. Боль прошлого пронзила сердце и оно заныло. Увиденное, вскрыло старые, затянувшиеся раны. Но сейчас они взрослые и он будет скрывать свое разочарование. К тому же голубоглазый хотел верить, что эти жаркие объятия и с ног сшибающая радость, просто отношения брата и сестры. Но ему не понравилось, когда ребята, отстранились друг от друга и взялись за руки, словно влюбленные. - Ты даже не звонил мне, я же волновалась, - эмоционально упрекнула Хазан Синана. - Малышка, не было времени, и ты же знаешь дорогая, я не люблю долго болтать по телефону, - довольно небрежно оправдался повеса. Девушка стояла спиной к Севинч и Ягызу, которые наблюдали за их идиллией и даже не подозревала, что вызвала пожар и шторм одновременно в сердце парня позади себя. - Хазан и Синан у нас так привязаны друг к другу. Дорогая, поздоровайся с братом, - немного с укором произнесла Севинч, отрывая девушку от предмета ее восхищения. - Ягыза ты должна вспомнить, когда ты приехала к нам в семью, он ещё не уехал в Америку. Мы так ждали его, так скучали. Уверена, вы быстро подружитесь. Девушка со смехом повернулась, все еще искрясь от радости встречи с любимым и не глядя, протянула руку для пожатия. Но ее веселье мгновенно испарилось, превращаясь в ураган ненависти в глазах, которую она даже не пыталась спрятать, когда увидела, кто перед ней. Ее карие – цвета кофе глаза, схлестнулись с внимательными, бирюзовыми и своей яростью мгновенно превратили их в лед. Глаза стоящего пред ней мужчины поменяли цвет, становясь прозрачно-голубыми, с тонкими серыми прожилками, разбегающимися от центра зрачка к краю радужки. Глаза красивые, окруженные веером густых, черных ресниц, если бы не то обстоятельство, что этот мужчина ее дико бесил. О нем она бы предпочла забыть и не вспоминать, но он снова появился в ее жизни. Все вокруг отошло на задний план, радость от встречи с Синаном стёрлась, словно ее и не было, уступая место возмущению, а сердце заполнялось и заполнялось до краев едва контролируемой злостью. Улыбка моментально сошла с ее губ, хотелось двинуть за его ложь в это красивое лицо, за его наглость, но приходилось сдерживать себя, чтобы не выдать обстоятельства знакомства перед родителями. Ягыз конечно же заметил ее метания и на его губах заиграла нахально-порочная улыбка. Он не просто не выпустил ее руку, он продолжал удерживать, уже не пожимая, а нежно поглаживая большим пальцем по внешней стороне ладони. Хазан стало мелко потряхивать от его прикосновений. - Привет, сестренка, - на правах родственника, он приблизился и медленно поцеловал кареглазую, мягко касаясь губами щеки, опаляя ее, задерживаясь с поцелуем. Более того он стал поглаживать ее по спине, по-хозяйски, медленно, нахально, задерживаясь на талии, доходя до ее округлых ягодиц. Возможно, если бы не их встреча и его бесячий поцелуй, она бы восприняла его объятия как братские. Но сейчас каждое его касание к телу, порядком напрягало Хазан и девушка отмечала про себя, что он слишком ощутимо оглаживает ее в тех местах, которые не стоит оглаживать брату у сестры. Хазан считала секунды, когда он ее отпустит, боясь прервать их телесных контакт, не привлекая к себе внимания. Медленно и явно без особого желания Ягыз, наконец-то отстранился. Он посмотрел на Хазан. Ее лицо, почти без косметики, было божественно, и он мог бы любоваться им вечно. Она казалась ему такой маленькой в этом коротеньком розовом сарафане и босоножках на низком ходу, такой беззащитной. Только ярость в ее глазах выдавала в ней далеко не безобидную девицу. Несмотря на это, в Ягызе все возрастало и возрастало желание вдохнуть запах ее густых волос и прижать к сердцу, но он не мог себе этого позволить. Не сейчас. Достаточно того, что он на глазах у родителей, почти досконально изучил и запомнил все изгибы ее тела. Нужно быть сдержаннее, но с ней, это было чертовски трудно. Хазан оказалась на свободе от этих двусмысленных объятий, но до сих пор была не в силах пошевелиться или оторвать свой взгляд от его ледяных глаз, ошеломленно смотря снизу вверх. Она видела перед собой мужчину, который казался ей огромным. Его спортивную, атлетически сложенную высокую фигуру она оценила еще вчера, но теперь эта разница в росте и явное физическое превосходство ее пугали. И эти чудовищные, холодные глаза приводили девушку в ужас. Они молча смотрели друг на друга, не замечая никого вокруг, забыв о присутствующих. Время замерло, а пространство вокруг накалилось, плавясь, от невысказанных, сдерживаемых эмоций. В то время, пока Ягыз скрывал наполняющее все его существо сумасшедшее желание обладать ее, Хазан скрывала обжигающую ярость, едва прикрытую вынужденной вежливостью гостеприимной хозяйки. - Хазан, ты не хочешь поздороваться? Так и будешь молча смотреть, - отвлекла ее наблюдательная Селин. - Привет,- сквозь зубы, не желая поднимать шум, что уже видела его и успела тесно познакомиться, процедила Хазан. Ей нельзя было раскрывать свой секрет. Но и Ягыз прекрасно осознавал, что она в его власти и повёл себя таким образом. Хазан не хотела подставлять себя, зная, что ее хобби не одобрят ни дядя с тетей, ни даже Синан и очень надеялась, что этот хладнокровный ее не выдаст. - Все к столу, - весело предложил Хазым и вся семья направилась в столовую зону. Под действием злого рока, не иначе, Хазан села напротив Ягыза, который просто не спускал с неё глаз, пожирая ее, а не пищу на столе. Его взгляд сменялся с откровенно похотливого на откровенно любующийся. И от этих перемен в его настроении, девушку бросало то в жар, то в холод. Через несколько долго тянущихся минут, она больше не могла посмотреть ему в глаза, насколько до мурашек, пробирали его взгляды. - Я хотел бы поднять этот бокал за мою гордость, за моего сына, Ягыза. Даже Америка не испортила его нравы и воспитание. За столько лет мне не пришла ни одна скандальная новость о нем, ни одной жалобы из колледжа или университета. За тебя, дорогой. Знай, что мы с мамой очень любим тебя. И с сегодняшнего дня, я передал компанию своему сыну в надежные руки и ухожу от дел. Пора насладиться старостью и дорогой супругой. Сегодня главой Эгемен-групп стал Ягыз Эгемен. - Спасибо, отец. - Поздравляю, сынок, - поцеловала его в щеку Севинч, сидящая рядом, - Ты заслужил это. Папа сделал правильный выбор. Голубоглазый улыбнулся, ведь мнение матери, ему было важно на столько, на сколько и мнение отца. Селин тоже поздравила брата. На этом поздравления были закончены. Ясемин была крайне возмущена тем, что не Гекхана сделали преемником, как старшего сына, а Хазан тем, что Синан долгое время стремился занять место отца, но потерпел фиаско. А какой-то Ягыз, который не проработал в компании ни дня, забрал все сливки себе не стукнув пальцем о палец. Разом повисшую, угрюмую тишину за столом нарушил виновник торжества. - Селин, как школа? Ты же хорошо учишься? - Не совсем брат, есть удовлетворительные отметки, но я постараюсь исправить их в этом году, чтобы меня допустили к экзаменам. - Это же частная школа, скажи папе, он заплатит, - засмеялся Синан, наконец-то расслабляясь. Но его шутку никто не оценил, даже Хазан. Ей было неприятно замечать, что возлюбленный не сторонник получения хорошего образования, не желает вкладывать свои усилия ради лучшего будущего. - А ты Хазан, где учишься? - Где надо, - пробурчала не громко себе под нос девушка, но Ягыз услышал. - Мама, тебе не кажется, что Хазан сегодня не в духе, что-то случилось? Он еще и провоцирует. Девушка ещё сильнее разозлилась, накаляясь до предела, готовая вспыхнуть в любую минуту. - Стамбульский университет, факультет юриспруденции, - сухо ответила она. - Она сама поступила, без моей помощи, - подметил Хазым, довольный воспитанницей, чем вызвал ещё больший интерес сына. - Как и ты Ягыз, Хазан очень любит читать. Вы сдружитесь, я уверен, Хазан, если тебе нужна будет помощь, можешь смело обращаться к Ягызу. Он у нас знает все и может решить любую проблему. - Отец, не преувеличивай, - улыбнулся довольно парень, польщенный похвалой отца. - Но я с удовольствием помогу тебе, - сверлил он взглядом Хазан, вызывая внизу живота у девушки щекотливые ощущения. - Ещё я советов у всезнайки не спрашивала. Сама разберусь, - злая на себя и Ягыза, на всю ситуацию в целом, зло бросила Хазан. Мужчина улыбнулся, а Селин подметила. - Ты сегодня правда не в духе, Хазан что-то случилось? - Нет, все нормально, дорогая. Устала за неделю вот и все. Потирая подбородок и пряча ухмыляющийся взгляд, Ягыз невзначай спросил: - Хазан, ты случайно не была вчера ночью в районе... - Конечно же нет, - резко перебила его девушка, едва не подскакивая. - Точно? - Точно, Ягыз, - она выразительно, зло на него посмотрела, округляя глаза: «молчи, если хочешь жить» и Ягыз понимая ее без слов, довольный откинулся на стуле, усмехаясь. - Она вчера ночевала у подруги, - добавила Селин, закатывая глаза, - какие-то нудные девчачьи посиделки, мне это не интересно. - Хазан редко выходит поздно ночью. Не любит клубы. Раз в месяц, иногда чаще, мы отпускаем ее остаться у подруги. Вероятно они вяжут или играют в нарды, - довольная своей плоской шуткой Селин захихикала. - Хорошо, значит, я обознался. Кстати, я хотел бы поговорить о том, что буду жить отдельно, - перевел тему разговора мужчина. - Как это? - возмутились родители, а Хазан облегченно вздохнула, иначе переехала бы она, настолько он ее бесил. - Я купил себе дом и планирую оставаться там. Он конечно далеко отсюда, но мне нравится. Простой, уютный. - Дорогой, как так? Мы столько ждали тебя? - Эм… это я даже обсуждать не хочу. Или вы хотите, чтобы я остался в гостевой, как гость? Повисло неловкое молчание. Мама прокашлялась и тихо предложила: - Ладно, хотя бы оставайся в центре. Ближе к нам. В нашей Плазе. Я не хочу, чтобы ты жил так далеко от нас. - Мам... - Ягыз, ради меня. Ты сможешь заезжать на завтрак и на ужин, Плаза в 15 минутах езды от нас. Мы будем чаще видеться. Я то знаю, ты пропадешь на работе как отец и чтобы повидаться мне придется стать твоей секретаршей, - пошутила мама и добавила, - Дорогой, не разбивай, мне сердце, прошу. - Ладно, тогда я выберу квартиру в центре. - Но эту неделю ты останешься в особняке, это не обсуждается, - строго попросил Хазым, - я соскучился по сыну и хочу видеть тебя как можно чаще, пока ты не купишь себе квартиру конечно, - добавил он мягче. - Хорошо, отец, - ответил Ягыз, по-прежнему не прерываясь, разглядывая Хазан. Чем больше он запечатлевал ее образ, тем меньше ему хотелось расставаться с этой девушкой. - Я буду оставаться в той комнате?- уточнил Ягыз с укором, обращая взгляд к отцу. - Да, она свободна, - поспешно ответила за папу Селин. - Тогда я пойду, я очень устал. - Хорошо, сынок, – Хазым был рад, что сын вернулся, не замечая усталости и разочаровани Ягыза во взгляде. Парень направился в свою бывшую комнату и увидел что она полностью переделана. Он лёг на кровать и закрыл глаза, почти задремав. Вдруг в комнату кто-то вошёл и с силой хлопнул дверью. - Чего ты добиваешься? - Полегче, сестренка. У меня голова болит, - поднялся Эгемен, усмехаясь над ней. - Ты знал вчера, кто я и так повёл себя со мной. - утвердила Хазан . - Если бы ты интересовалась своим братом в Америке, ты бы тоже знала, как я выгляжу. - Это еще что за упреки, тебя это задевает? - А ты как думаешь? - Я не хочу об этом думать, я думаю о том, что ты меня чуть не подставил, чуть не рассказал дяде про... - Про что? Про твоё ночное хобби? – встал и приблизился к ней Эгемен. - Тебе не кажется, немного странное занятие для паиньки-студентки. Такой ты представляешься моим родителям? - Отойди от меня и держи язык за зубами. Ягыз надвигался на неё, пока Хазан не упёрлась в стену. Голубоглазый был очень близко, настолько, что Хазан паниковала в душе. Он положил руки на ее талию, а девушка никак не могла их убрать, схватившись за кисти цепких рук. Ее словно заклинило. Его потемневший взгляд нахально гулял по лицу и она инстинктивно сглотнула. - А то что, что ты мне сделаешь? Хазан толкнула его в грудь, в эту гору мышц, перекатывающихся, под тканью рубашки и ощутила их рельефную твердость. - Я прикончу тебя и выколю эти твои бесстыжие глаза. Хватит пялиться на меня. Я твоя сестра, а ты ведёшь себя так со мной. - Кто знает о том, что ты гоняешь по Стамбулу? Селин? Гекхан? Ясемин? Или может Синан? Хазан ничего не отвечала, сглатывая вязкую слюну, храбро не отводя взгляда, а Ягыз усмехнулся. - Никто, милая, верно? Только я и ты. Это теперь будет наша общая тайна, - приблизился он к ее шее так близко, наконец-то вдыхая аромат ее волос, наслаждаясь ее запахом. Кофе с корицей. Пожалуй нужно переходить с эспрессо на латте. - Пахнешь ты так же восхитительно, как и выглядишь. - Я твоя сестра, прекрати. - Ты мне не сестра. И ты прекрасно это знаешь. Не устанавливай между нами дистанцию. Ты теперь моя малышка и знай, что тебе от меня не спрятаться. Советую дружить со мной. - Ты что маньяк? О чём ты вообще говоришь? Отойди от меня. Отпусти. - С тобой я сам себя не узнаю, становлюсь маньяком - хриплым низким шепотом, произнес парень, - И знаешь, вчера твои губы были такие сладкие, что я хочу попробовать их ещё раз. - Мерзавец, - хотела его ударить Хазан, но он перехватил ее руку и поднял выше головы, заводя сверху, фиксируя у стены. Тоже самое он проделал и со второй рукой прижимаясь к ее корпусу весом своего тела. Девушка никак не могла выбраться из цепкой хватки. «Какой же он сильный и какая я хрупкая» - с отчаянием подумала Хазан, все же без страха смотря в его глаза. Добрые лучинки в глазах, которые она иногда замечала, убеждали ее в том, что он не причинит ей вред. Одной рукой он стал удерживать обе ее руки, а второй нежно поглаживал скулу, вызывая дрожь по телу. Щеки Хазан заалели от двусмысленности ее положения и от тех ощущений, которые тугим узлом нервов пульсировали между ног. Как-то все это неправильно. Но она подумает об этом после. Когда избавится от него. Мужчина провёл пальцем по ее родинке и остановил взгляд на губах. - Я сейчас закричу, - грозно предупредила она. - Кричи, тогда я скажу, что ты пришла в мою комнату и специально хотела соблазнить меня. - Они тебе не поверят. - Ну не знаю. Поверят идеальному и доброму сыну, наследнику и надежде компании Эгемен или обманщице, которая ночами шляется где попало? У Эрдала много фото, - ехидно ухмыльнулся мужчина. - Ах ты…Ты…Ты… Скотина…Ненавижу тебя, - прошипела она. - Как и говорил, советую со мной дружить. Ты теперь в моих руках, малыш. - Малыша у себя между ног увидишь, ублюдок. Ты ещё ответишь за это. - Ой-ой-ой маленькой госпоже не идут такие слова. Особенно такой красивой. Что за выражения? - Убери свои руки. - Если я мерзавец, то только с тобой, но и ты становишься стервой только со мной. Не так ли? Мы будим демонов друг у друга. Мне это уже нравится. - издевался Ягыз. - Чего ты добиваешься? – отвернула от него взгляд Хазан, сдерживая слезы. - Я хочу тебя. - Да как ты смеешь? Откуда такая наглость? Я тебя не хочу, - снова посмотрела она на него, вкладывая в свой взгляд, всю свою ненависть. - Мне можно всё. Ты должна была уже это понять. И я всегда добиваюсь того, чего хочу. А сейчас я хочу именно тебя, Хазан. - Никогда. Знай, Ягыз Эгемен, сегодня ты нажил себе врага, и я не успокоюсь, пока не отомщу тебе, за твои слова и поступки. - Это становится ещё интересней, чем я думал. Согласен на сделку с тобой. Твоя тайна останется тайной, хочешь? - он загадочно подмигнул. - Правда, что-ли? –ехидно поинтересовалась она, не веря ни одному его слову, - Мне нужно кого-то убить, чтобы бы ты оставил меня в покое? - Нет, проще, поцелуй по согласию. Ты поцелуешь меня сама. Добровольно. И твоя тайна останется только твоей. Ну как? – спросил он у потерявшей дар речи девушки. Он смотрел на нее взглядом полным скрытого обожания и не прикрытого желания. И она снова почувствовала себя словно она единственная в мире, кто важен для него, кто его интересует. Словно самый ценный приз, самый редкий бриллиант, что она сама уставилась на него словно кролик на удава, растерявшись на мгновение, отражая в глазах смятение, надежду и решительность. - Хорошо. Я сделаю это. Отпусти мои руки, я не буду кричать и не убегу, так и быть я тебя поцелую, но пообещай, что никто не узнает о том, что знаешь ты. Никто не будет знать, что я участвую в гонках, - уже тише добавила она. - Договорились. - Что тебе с моего поцелуя Эгемен, если я ненавижу тебя? - Струсила и решила отступить? - насмешливо поинтересовался он, готовый отпустить ее. - Ну уж нет, - неожиданно для него, Хазан поддалась на провокацию и сама приблизилась к его губам, касаясь их и зажмуривая глаза от злости. Легкое касание. Его губы такие мягкие и приятные при прикосновении. Хазан замерла, прислушиваясь к ощущениям. Второй день знакомства, а этот голубоглазый хам, вынудил себя поцеловать. Второй поцелуй и снова с ним, это уже не здоровая традиция. Пусть только не думает, что она жертва. И она просто позволила себя целовать, не двигаясь, подтягиваясь на носочках, удерживая равновесие, обнимая его за шею. Растворяясь в его мягких, нежных прикосновениях, позволяя ему накрыть свои губы и углубить поцелуй. Он прижал ее теснее за талию, позволяя прочувствовать себя в опасной близости, запомнить его запах, смесь парфюма и чего-то истинно мужского, от чего кружилась голова и подкашивались ноги. Ненавижу, думала Хазан, наслаждаясь приятными прикосновениями его ладоней и губ, отвечая на поцелуй. Бабочки внизу живота запорхали в тот момент, когда он отстранился, и улетели, не дав до конца осознать, что она испытывает. Что-то не раздражающее, совсем нет, неизведанно будоражащее, чего она не испытывала прежде, что мгновенно исчезло, оставляя шлейф разочарования, когда он отступил на шаг, внимательно всматриваясь в ее потемневшие глаза и немного рассеянный взгляд. - А сейчас можешь идти, моя прелесть. Ещё увидимся. - Пошёл к черту, - вернулась к реальности Хазан и с этими словами выбежала из его комнаты, словно ужаленная. Ягыз рассмеялся и лёг на кровать. Он насладился ею, но этого было катастрофично мало. Она определенно зацепила его. Он задумался, ей понравилось, хотя она и не признала этого. Хороший знак. Как же приятно ее укрощать. Голубоглазый играл с огнём, еще не понимая, во что перерастает это влечение. Хазан бежала по лестнице, злая и растрепанная, как ее перехватила Севинч. - Дочка, что с тобой? - Ничего, тетя. Я просто немного спешила, - хотела увернуться от прямого ответа девушка. - Хорошо. Но ведь сейчас вечернее чаепитие на террасе, ты хотела посидеть со всеми, когда приедет Синан, - удивленно добавила Севинч, ведь раньше Хазан никогда не забывала о таких посиделках в кругу семьи. - Пойдём, все собрались внизу. Посидим, поговорим. - Хорошо, тетя, - успокаивала девушка сбившееся дыхание и пошла за ней. Терраса была просторной. По периметру стояли диванчики с цветными подушками и горели лампы из цветного стекла, свисая с крыши, создавая уют и сказочную атмосферу. Ночь была ясной и звездной. Хазан села рядом с дядей, который чуть приобнял ее, как делал всегда, стараясь заменить Хазан отца, которого она так рано потеряла. Синан и Селин о чем-то увлеченно спорили, сидя за столом над нетронутым чаем. Девушка окончательно успокоилась. Все было как обычно. Севинч пошла и позвала Ягыза, который охотно согласился провести вечер в кругу семьи. Хазан перекосило, как только она увидела среднего Эгемена. Нет, она ошиблась, уже ничего не будет как прежде, пока он здесь. Чтобы не видеть его, она стала рассматривать хорошо знакомую ей обстановку. Телескоп. Внезапно девушка вспомнила, что сегодня тот самый день. Целый год, она ждала этот день с упоением. Но из-за Ягыза все мысли перемешались и девушка чуть не забыла об этом. Досадуя на голубоглазого мерзавца, Хазан подошла к прибору и стала искать нужное ей созвездие. Если бы она хоть на секунду задумалась о том, что в это время Ягыз будет не стыдясь рассматривать ее длинные ноги и упругую попу, которую она так эффектно выставила, склонившись, глядя в телескоп, она бы без раздумий нарушила свою традицию. Но Хазан не догадывалась и оставила парня пожирать ее стан взглядом, который без зазрений совести пытался проникнуть под прикрывающую ее прелести легкую, розовую ткань платья. Мужчина шумно выдохнул, заводясь от этой картины, чем привлек к себе внимание. - Ягыз, - вопросительно посмотрела на него мама. Парень забросил ногу за ногу, чтобы скрыть довольно выпирающий бугорок в штанах, думая как отвлечь внимание. Но благодаря Хазан, которая вдруг радостно закричала: «Нашла», ему не пришлось делать ровным счетом ничего. Внимание всех, переключилось на девушку. - Опять твои бредни, Хазан. Сколько можно пялиться на звёзды. Это же не интересно, - проворчал Синан, - Только время тратишь. - Это не бредни, иди, посмотри и сам увидишь как это красиво. - Нет, я пас, - протянул Синан, - Мне не интересно. Ягыз наблюдал за ними, и ему совсем не нравилось внимания Хазан к младшему брату. Но лучезарная улыбка девушки отвлекла его от подозрительных мыслей. - Ну как это может быть не интересно? Сегодня же тот самый день, когда виден Альтаир – самая... - ... Яркая звезда в созвездии Орла, - перебил девушку Ягыз, договаривая за нее, - Легенда гласит, что король, узнав о любви его дочери-принцессы к его подданному, прогневался и запретил им видеться друг с другом. Поэтому на небе, Вега символизирующая Альтаир, разделены широкой и непреодолимой небесной рекой – полосой из большого количества звезд, которая называется Млечный Путь. Согласно легенде, влюбленные воссоединяются только раз в году, когда на небе собираются тысячи сорок и наводят своими крыльями мост через Млечный Путь. После свидания небесная богиня оплакивает очередную разлуку с любимым, а ее слезы проливаются с неба звездным дождем Персеиды. Хазан ошарашено смотрела на Ягыза. - Каждый год Альтаир появляется в один и тот же день, но увидеть его может лишь тот, чьё сердце ждёт, когда же оно воссоединиться с сердцем любимого человека, - добавила она тихо. Ягыз восхищенно смотрел в глаза девушки, а она – в его. Без злости и ненависти, с удивлением. Она не видела сейчас того льда, что раньше, что-то незримо в нём изменилось и она не могла понять что. Снова появилось чувство, что вокруг никого нет. Только он и она. - Браво, брат!!! Так ты ещё и романтиком стал. Неплохо! - засмеялся Синан, выводя Хазан из транса, а Ягыз лишь закатил глаза, прерывая зрительный контакт с девушкой. Она захлопала длинными ресницами, покрылась румянцем и засобиралась. - Я...это...лучше спать пойду. Мне завтра вставать рано. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, дорогая, - дружно попрощались родители. Севинч постоянно наблюдала за сыном и видела, что Ягыз не спускает глаз с малышки Чамкыран. Она очень хорошо знала его, навещая каждое лето в Штатах с семьей, созваниваясь чаще других, и все еще прекрасно помнила, как в детстве он сам проявил внимание к Хазан, и всегда, когда они разговаривали, оставаясь наедине, сын спрашивал о ней. Неспроста, значит, был этот интерес, констатировала женщина. Впрочем, она была не против, если у них все будет серьёзно. Ведь Хазан станет не только ее приёмной дочерью, но и невесткой. А лучше кандидатуры, чем Ягыз для девушки, как ей казалось, даже не сыщешь. Ведь она сама ее воспитала. Но женщина не стала забивать этим голову сейчас и решила, что молодые сами разберутся, а она возможно и ошибается, принимая желаемое за действительное. От осознания того, что Хазан в соседней комнате, Ягызу все меньше хотелось уезжать из особняка. С мыслями о ней, голубоглазый пытался уснуть. Проворочавшись часа два, не выдержал, и вышел в коридор. Было тихо, внизу тикали часы, купленные еще дедушкой и оставленные между вторым и первым этажом, как раритет и добрая память. Тяжело вздохнув, Ягыз походил туда сюда, то уходя, то возвращаясь и в итоге решившись, тихонько открыл дверь в ее спальню. Не заперто. Он замешкался на долю секунды и осторожно вошел, прикрывая за собой дверь. Мужчина остановился в пару шагах от девушки, подавляя в себе желание, прикоснуться к ней. Она спала, свернувшись калачиком, лицом к окну и Ягыз собирался уже уйти, но к большой его досаде, она развернулась в его сторону, раскрываясь, сминая простынь между ног, сладко потягиваясь и продолжая мирно посапывать во сне. У парня перехватило дыхание от увиденного и сердце застучало, выпрыгивая из груди. Хазан была настолько откровенно эротична. Спальная маечка, плотно обтягивала упругую, пышную грудь, оставляя воображению дорисовывать широкие полукружия ореолов и темные сосочки, спрятанные под тонкой тканью. Маечка сбилась, обнажая плоский пресс, загорелый и такой рельефный, открывая взору низкую посадку шортиков, заставляя разыграться воображение. Между стройных ног, была зажата мешающая насладиться полной картиной, простынь, вызывая в мыслях мужчины пожар. Пожалуй, только сейчас, Ягыз открыл в себе скрытого мазохиста, ощущая ноющую боль в паху, он пожалел, что не сдержался и пришел в спальню Хазан, но и уйти не мог. Мужчина протянул руку и погладил длинными пальцами щеку девушки. - Ты будешь моей, хочешь этого или нет. Ты спасёшь меня от вечного одиночества, любимая. Утро. Ягыз оделся и собравшись, вышел из особняка. Хазан он не видел с утра, так как вышел довольно рано, чтобы заехать к себе и переодеться. Уже в офисе Ягыз разбирался в бумагах, пытаясь вытеснить мысли о ней. Три направления. Возможно одно из них придется свернуть. Брендовая одежда. Нужно или серьезно взяться за развитие этого дела или закрыть его. Прибыль не значительна, а значит можно продать уже довольно раскрученный бренд и все свободные средства, пустить на развитие строительства. Его размышления прерывал стук в дверь, заглянула Сымге. - Можно, господин Ягыз? - Заходи. - Господин Ягыз, там в дизайнерском отделе, полный завал. Каталог и презентация до сих пор не готовы. Так как господин Синан до сих пор не одобрил каталог. Есть несколько вариантов из эскизов одежды для новой коллекции. Но все не то…Что делать? Если мы не уложимся в сроки, мы не выпустим вовремя рекламу. Это не приемлемо и недопустимо. Времени в обрез. - Я знаю, - вздохнул Ягыз, - отцу заняться нечем было, они теперь ещё и одежду шьют. Фотограф и фотомодель готовы? Можно переснимать? - Конечно, господин Каан и госпожа Хазан уже полгода работают вместе, хорошо сработались, всегда с утра пораньше в рабочем строю, никогда не подводили. Мы бы хотели пригласить ещё девушек, но финансы к сожалению не позволяют и мы ограничились одной моделью. - Хазан Чамкыран, ты о ней ведь сейчас говоришь, верно? – не верящее, спросил Ягыз. - Да, господин Ягыз, ваша сестра. - Хазан модель? Ты шутишь? - Нет, и у неё это отлично получается. Зря она пошла на юриста. Кстати она уже приехала и они вероятно уже начали снимать. Ягыз ничего не сказав, вышел, и направился в дизайнерскую зону. Хазан стояла в небесно-синем платье, подчеркивающем достоинства фигуры, прическа – крупные локоны, сногсшибательный макияж и обворожительная улыбка. Новая летняя коллекция. Ягыз дар речи потерял. Девушка улыбалась на камеру и позировала, но увидев Эгемена, выпрямилась как струна и ее взгляд моментально изменился. - Ты? – с досадой спросила она.