Он проснулся от запаха кофе.

День свадьбы. Невероятно как тети Севинч и Гезиде смогли провернуть огромную работу в столь краткие сроки. Хазан стояла перед зеркалом, осматривая себя в отражении. Девушка была невероятно красива, нежный, натуральный макияж, подчеркивающий ее карие глаза и слегка выделяющий соблазнительные, пухлые губы. Оливковая кожа, идеально оттененная молочным цветом свадебного платья, длинные сережки-капельки. Такая юная, такая прекрасная. Хазан выбрала довольно простое, воздушное, но запоминающееся платье в стиле рустик. Идеально по фигуре. Прямое в пол, с открытой спинкой, хлопковое с кружевной отделкой. Длинные рукава гармонично завершали невинный образ. Цветочно-кружевной принт из верхнего слоя гипюра по юбке и основанию лифа создавали эффект некой эфемерности. Хазан хмыкнув вспомнила как выбирали платье. Девушка ткнула пальцем в первое попавшееся, стоявшее в презентационном холле одного из самых модных и дорогих салонов Стамбула. Севинч критично его осмотрела, предложив померить парочку других вариантов, но тетя Гезиде пришла в полный восторг, начав вспоминать свою молодость. Она так нахваливала выбранную модель, что Хазан впервые за день обрадовалась, как быстро они решили эту непосильную для нее проблему. Тётя пребывала в полном восторге от платья, словно сама выходила замуж второй раз. Оставалось подобрать нужный размер. Наверняка, это был самый быстрый выбор свадебного наряда за всю историю этого салона. Стиль платья не предполагал аксессуары, только серьги, а волосы невеста предпочла завить в крупные локоны. Вот и весь образ. Она даже не ожидала, насколько великолепно будет выглядеть на собственной свадьбе. Но ведь так и должна выглядеть невеста? Именно. Если бы я была не липовой невестой – подумала про себя девушка. Хазан покрутилась перед зеркалом, засматриваясь на полуобнаженную спину, прикрытую густыми крупными локонами пышных волос, и довольно улыбнулась. Всё же приятно нравиться себе в отражении.Хазан не плакала, не была расстроенной или подавленной. Она знала, что этот день настанет, но это ничего не поменяет кроме ярлыка, который ей навесят сразу после регистрации брака: «Жена Ягыза Эгемена» Тем временем жених находился среди гостей и все подходили поздравить его. Для празднования выбрали отельный комплекс «Армарин», детище от Эгемен групп, который располагался в европейской части Стамбула, неоклассический дизайн, стиль, уют, душевность делали его одним из самых романтичных мест для проведения свадебного торжества. Светлый уютный интерьер, замечательные авторские блюда ресторана, прекрасная музыка и внимательный персонал создавали атмосферу незабываемого праздника. Банкетный зал был огромен, вмещал до 400 приглашенных, их действительно было много, более 350. Прилетели даже друзья и партнеры из Нью-Йорка с семьями, отложив дела. Через некоторое время Хазан должна была спуститься для церемонии бракосочетания. Она осталась одна, визажисты и парикмахер вышли, невеста ждала дядю Хазыма, так как он планировал ее отвести передать в руки супругу. Тем временем Эдже поспешила к кареглазой в комнату огромного отеля и зайдя, увидела ее стоящую около зеркала, невероятно прекрасную, но не проявляющую никаких эмоций. Ни радости, ни злости. - Хазан, как ты? - А как я могу быть? Он добился своего, а я сама согласилась. - Но ты же не любишь его. - Эдже, не говори об этом так громко, это знаешь только ты. - Надо было бороться, но ты сдалась перед Ягызом. Ты думаешь о том, как будешь жить с ним дальше? - Я уверена, что он разведётся со мной в скором времени, так как не сможет заполучить. А бороться мне просто не за что. Синан не любит меня, ему все равно, - у девушки выступили на глазах непрошенные слёзы. Она задержала дыхание, стараясь не расклеиться и замахала руками перед лицом, словно обмахивалась веером в жару. - Эдже, пожалуйста, не начинай, - с укором посмотрела на нее Хазан, - я не должна плакать. Повода нет, а макияж снова подправлять я не собираюсь. - Не плачь, родная, не плачь. Ты знаешь, что я думаю на этот счёт? Синан не достоин тебя, Ягыза я не знаю, но ничего хорошего от него не жду. Будь осторожна и остерегайся его. - Пусть он меня остерегается, - здоровая толика злости вернула девушку в тонус, - Этот мерзавец захотел игру, он ее и получит. В дверь постучали. - Ну всё, пора. Хазан обнадеживающе улыбнулась Эдже и первой вышла из номера. Ее ожидал господин Хазым, он подал воспитаннице руку и они пошли по направлению к залу. В 18:00 должна была пройти официальная церемония подписания брачных договоров. Ягыз очень волновался, подозревая, что она может не выйти. Но увидев Хазан, грациозно спускающуюся по лестнице, все тревожные мысли враз улетучились. Голубоглазый не мог оторвать взгляд, не дыша, забывая пошевелиться. Он наблюдал за своей ангельски изящной невестой в полном благоговении. Ему казалось, что она сейчас исчезнет, испарится как мираж в пустыне, оставив его умирать от жажды. Что это сон, и он проснется один в Нью-йоркской квартире в серых, холодных предрассветных сумерках раннего утра… Как только она спустилась, Хазым передал ее сыну и отошел к супруге. Ягыз протянул руку, осязаемо касаясь ее и выдыхая, а Хазан вложила свою без колебаний и они прошли за стол бракосочетаний. Их уже ждал сотрудник загса, который должен был зарегистрировать союз. Он зачитал приветствия и напутствия, молодые расписались, нужно было поцеловаться. Ягыз встал и помог встать Хазан. Он взял ее руки в свои и наклонился, обнимая взглядом. К своему собственному удивлению Хазан стала дрожать, словно осиновый лист на ветру. В голове еще не до конца укрепилось осознание, что она его жена, но его взгляд такой собственнический, такой похотливый, поверг ее в трепет. Он снова смотрел на нее как на самую желанную женщину в мире, но уже по-другому. Теперь он смотрел на нее как на «свою» самую желанную женщину. Хазан покрылась румянцем, неосознанно приоткрыв рот, борясь со смущением, тут же закрывая его, вовремя осознав, как выглядит. Нужно держать себя в руках. Ягыз наклонился, слишком близко, врываясь в ее интимное пространство, обжигая близостью, обволакивая своим истинно мужским ароматом, и волнительно поправил выбившуюся прядку волос. Она сама обняла его, стараясь найти опору подкашивающимся ногам и спрятать дрожь в руках, которая только усилилась от его простых действий. Сердечко забилось чаще, ладони вспотели, еще секунда и это случится. Его руки скользнули на ее талию, крепко сжимая. Дыхание сбилось, Хазан перевела затравленный взгляд на его руки и снова на лицо, избегая смотреть в глаза, уставившись на губы. Ее смущение и неопытность притягивали мужчину еще больше словно магнит. Не спрашивая разрешения его губы накрыли ее, легко, почти невесомо, касаясь обеих чувственных губ, потом нижней. Хазан старалась не думать, что на них направлены сотни взглядов. Сейчас он отпустит ее. Но нет. Ягыз наслаждался поцелуем. Он стал более настойчив, проникая внутрь, рождая где-то между ног девушки фонтан жгучей пульсации, переходящей в волну тепла разливающегося по телу. Его руки еще теснее прижали тонкую девичью талию к себе, создавая иллюзию уединения. Через несколько секунд мужчина отстранился. Весь его вид свидетельствовал о том, что он с нетерпением ждал эту часть церемонии, Хазан потерянно хлопала ресницами, приводя сбившееся дыхание в норму. Она посмотрела в зал на гостей и прижалась к мужу инстинктивно, чтобы не упасть. Но он и сам крепко держал ее за руку, уводя от места регистрации в зал для первого танца. - Ты так разволновалась, милая. Нужно было чаще практиковаться до свадьбы, - услышала она его низкий тембр с сексуальной хрипотцой прямо над ушком. - Просто заткнись, Эгемен. - Как пожелаете, госпожа Эгемен. Хазан покоробило от той искренней радости и гордости в голосе мужа, с которой он произнес ее фамилию. Праздник был в полном разгаре, Хазан более-менее пришла в себя, пытаясь выдавить улыбку, и все остальное время оставалась уверенной в себе и даже невозмутимой. - Милая, ты так прекрасно играешь или ты мечтала выйти за меня, и все это время обманывала? – тихо уточнил Ягыз, склоняясь к ней, эротично щекоча горячим дыханием изящную шейку и поглаживая соблазнительный перегиб. - Мог бы ты держать свои руки при себе и не обнимать меня при любом удобном случае? - спокойно уточнила Хазан, скидывая его бесстыдную ладонь с талии. - Мог бы, но обязанности мужа вынуждают, - нагло ухмыльнулся Эгемен. К ним подошел фотограф и начал фотографировать. Ягыз вновь приблизился к девушке, обнимая за стройную талию. - Посмотрите на жену, господин Ягыз. Эгемен, не скрывая желания, проникновенно раздел ее возбужденным взглядом, пробирая до мурашек. - Улыбнись, дорогая, - погладил он ее по обнаженной спине ощутимо касаясь. - Не смотри на меня так, словно хочешь сожрать, - прошептала Хазан, становясь в пол-оборота и поворачиваясь к фотографу. - Хочу, но не съесть, поэтому лучше не дразни меня, - хрипло прошептал он ей в висок. Волна жара от недвусмысленного намёка обожгла девушку горячей лавой, подгоняя кровь к лицу. - Ты за это ответишь, - улыбнулась Хазан на камеру. У неё никак не получалось запретить Эгемену делать с ней, что он хочет. А желания его возрастали с каждой минутой брака. - А теперь госпожа Хазан, встаньте поближе к господину Ягызу и обнимите его за шею, а вы господин Ягыз обнимите супругу за спину. - Ещё чего, - вылетело у девушки. На что фотограф удивленно отреагировал: - Не понял? Ягыз без слов, довольно улыбаясь, притянул ее к себе и уютно положил руки Хазан на свои плечи. Все-таки не сдержалась. Моя стервозная девочка, не без удовольствия заметил он про себя, ни мало не расстроившись. Они были очень близко друг ко другу. Теснее некуда. Ягыз нежно прижал ее к себе и принялся осторожно поглаживать изящную спину девушки. Его пальцы аж зудели, так хотелось коснуться ее атласной кожи. «Чего ждать, если она уже моя жена?». И Ягыз позволил себе вольность довольно легко, одними подушечками пальцев огладил ее тонко выпирающие лопатки, спускаясь поглаживающими движениями ниже по оголенной коже. Он проник ладонью под густые локоны, чтобы полностью ощущать ее тело, глаза в глаза, вызывая дрожь и возбуждение. Казалось ее нежная кожа, стала в разы чувствительнее под его неугомонными пальцами, горя от интимных прикосновений. Девушка ощутимо подрагивала, на них смотрело столько людей: родители, друзья, Синан. По не ясной причине, она чувствовала себя совершенно голой. Еще бы, этот раздевающий взгляд потемневших глаз напротив. Девушка уже хотела отстраниться, но Ягыз не дал такой возможности и просто впился в любимые губы. Снова не прося разрешение, не спросив ее, хочет она или нет. Тем не менее, фотографии были удачны. Фотограф стал нахваливать их, снимая кадр за кадром. - Прекрасно, великолепно, еще дубль. Хазан устала ощущать его требовательные губы на своих. Она не отвечала, но и не отталкивала. Мужчина целовал со всей нежностью и страстью, не проникая языком внутрь, но заставляя ее ноги подкашиваться и хвататься за крепкую шею в поисках поддержки. Каждый раз, отстраняясь по просьбе фотографа и вновь приникая к ее губам, она замечала, как он наслаждается каждой секундой рядом. Эта ухмылка. Бесит. Наглый котяра. Довольный и самовлюбленный. Ладно, все еще впереди, поплачешь у меня, мелькали мстительные мысли у Хазан. Но родители, наблюдая эту видимую идиллию, не могли нарадоваться. Ягыз и Хазан так сильно любят друг друга. Синан в это время также смотрел на них и попивал очередной стакан виски. Он не понимал, как Хазан могла выбрать его брата, ведь кроме денег в Ягызе не было ничего. А если разворошить прошлое, в нем не было даже их благородной крови Эгемен. Зря родители ей не сказали. То какой его брат фальшивка, было видно даже невооруженным взглядом. Как Хазан могла быть так слепа? Вечер подходил к концу и Хазым распорядился, чтобы новобрачных отвезли в шикарный отель. Он снял президентский номер с красивейшим видом на Босфор, где все уже было приготовлено для их приезда. Понимая, что лишает сына медового месяца из-за дел на фирме, он считал, что молодожёны должны побыть одни, без посторонних в невероятном месте хотя бы сутки. Попрощавшись со всеми, они сели в автомобиль и Хазан с облегчением выдохнула в машине. Она была рада как никогда. Этот долгий изматывающий вечер подошел к концу. Девушка смотрела в окно, вглядываясь в свое отражение, абстрагируясь от происходящего. - О чем думаешь? - прервал тишину Эгемен. В ответ было лишь молчание. - Я задал вопрос. - Водитель, мы не едем в отель, езжай в Плазу. - Но госпожа Хазан... - Езжай куда ехал. Хазан? Что ты себе позволяешь? Не считаешь, что мы оба должны принимать такое решение? Ты кем себя возомнила, что ведёшь себя так? - Я не хочу никуда ехать, ты не понимаешь? Я устала. Ты можешь ехать в этот отель с кем хочешь и когда хочешь, но только не со мной. - Приди в себя и сиди спокойно, Хазан. Ты таким поведением делаешь хуже только себе. Мы теперь супруги и мы едем в отель, отдохнешь там. Но скандал здесь не устраивай. Утром будут караулить фотографы, им, наверное, интересно будет узнать, как началась супружеская жизнь четы Эгемен? Чем не новость для светских сплетен: их не было в номере, который заблаговременно снял Хазым Эгемен? Так что ли? Хазан просто промолчала, не ввязываясь в первую семейную ссору. Девушка попыталась успокоиться, понимая, что дала волю эмоциям, а этого не было в ее планах. Эгемену от этого ни холодно, ни жарко, но если она будет вести себя умно, то сможет добиться развода. К тому же, у неё есть планы на год вперед, о которых Эгемен даже не подозревал. Он решил, что сможет ее переиграть. Ну и пусть так думает. Все дорогу Хазан ехала молча, раздумывая как он отреагирует узнав о ее выкрутасах. Ох, что бы она только не отдала, чтобы посмотреть на его выражение лица. Скоро, очень скоро господин наглый Эгемен. Вот умора будет!!! Хазан широко улыбнулась. Удивленный мужчина с подозрением покосился на нее, но ничего не спросил. Разве плохо, что невеста улыбается? Может все не так уж и сложно? Эта ночь многое определит в их будущих отношениях и Ягыз искренне надеялся, придти хотя бы к первоначальному взаимопониманию с Хазан. Картинки за окном сменялись одна за одной, машина мчалась по великолепному ночному городу и минут через тридцать лимузин подъехал к отелю.