Долг жизни

Гарри и Гермиона неспешно прогуливались по Хогсмиду. Гриффидорка все втолковывала однокурснику, что нужно взяться за учебу, но все его мысли занимали Волдеморт, его пожиратели смерти и таинственные действия Драко Малфоя, который явно что-то замыслил. Впрочем, Гермиона отчитывала Гарри по привычке, и еще она хотела отвлечь его от мыслей о смерти Сириуса. Неожиданно подул холодный ветер, а солнце закрыла туча. Почему-то это вызвало тревогу, интуиция Гарри подсказывала, что случилось что-то нехорошее. Вдруг раздались крики, что-то взорвалось, кто-то выбежал на улицу. На Хогсмид напали, с одной стороны двигались дементоры, с другой пожиратели смерти, они зажимали деревню с двух сторон. Гарри сразу же создал яркий патронус, его знаменитый олень устремился в бой, спасая людей, нескольких человек этот патронус спас буквально в последний момент от стремительной атаки дементоров. Пока палочка занята патронусом, Гарри не мог использовать другие чары, поэтому они с Гермионой перебежками двигались за домами, чтобы не попасться пожирателям смерти. — ОЛЕНЬ! Это чертов патронус гонит дементоров! — раздался крик одного из пожирателей. — Здесь рядом Поттер, ищите его! У Поттера пробежали мурашки по коже, он почувствовал, как с десяток пожирателей смерти применили поисковые чары, Гарри чувствовал на своей коже эти чары, он ясно осознал, что сейчас все эти чары указали на него. Гарри схватил Гермиону за руку, и они побежали. Не прошло и минуты, как в них полетели заклинания. Гермиона отстреливалась и периодически отбивала вражеские заклятья щитовыми чарами, ей повезло, что никто не собирался убивать Гарри Поттера, Темный Лорд приказал доставить его живым. Но долго это длиться не могло, какое-то особо коварное заклинание настигло ее, ударив в ногу и оставив страшный ожог, Гермиона с громким криком упала на землю. Поттер оборвал чары патронуса, надеясь, что его олень успел разогнать дементоров достаточно далеко. Целый дождь обездвиживающих, оглушающих, связывающих, усыпляющих и обезоруживающих заклятий врезался в вовремя выставленный щит Поттера, только чудо и огромная магическая мощь, влитая в щит, не дали ему рухнуть. У Поттера не было возможности перехватить инициативу, он мог сидеть только в обороне. Позади раздался хлопок, пожиратель смерти бросил в Гермиону аваду, Поттер, действуя интуитивно, создал патронус, белый олень встал между зеленым лучом и визжащей девушкой, а затем взорвался. Поттер ощутил холод внутри себя, сейчас что-то внутри него повредилось, несколько месяцев он не сможет вызывать патронус, пока не восстановится это нечто. Но Гарри, пользуясь всеобщим замешательством и удивлением, бросил в этого пожирателя взрывное заклятье, разорвав ему грудь, а затем бросил еще одно в остальных, но те уже успели прийти в себя и защититься. Вперед вышел один из пожирателей, подняв руки вверх. – Поттер! – позвал его Драко Малфой, которого Гарри узнал по голосу. – Сдавайся, и мы не тронем грязнокровку, оставим ее здесь, потом ей кто-нибудь поможет. Ты бросишь палочку на землю и пойдешь с нами. – Почему я должен тебе верить? – спросил Гарри, уже все решивший, но все же старающийся потянуть время. – Она пережила взгляд василиска, проклятье Долохова и только что чуть не умерла от авады, если самой магии так угодна ее жизнь, то мы дадим ей шанс, мы даже позволим ей покинуть страну с семьей, когда захватим здесь власть, – обещал Драко. – Тебе не победить, ты окружен, тебе все равно не жить, просто спаси жизнь своей подруге. – Гарри, не смей, нет! Беги! – кричала Гермиона. Поттер стиснул зубы так сильно, что они начали крошиться, а ногти до крови впились в ладонь. Он бросил палочку и медленно пошел в сторону пожирателей. Но тут появился феникс и выпустил ослепительное пламя, заставив всех пожирателей смерти отпрянуть. Гарри резко прыгнул назад, хватая свою палочку. – Спасай Гермиону! – приказал Гарри, бросая во всех заклятьями. *** Гермиона очнулась в больничном крыле, ей казалось, что ее грудь придавило каменной плитой, не давая дышать. Она открыла глаза, и резко вздохнула воздух, но дышать все равно было трудно, а еще она ощущала что-то странное в сердце... – Мисс Грейнджер? – удивленно посмотрела на нее мадам Помфри. – Я уже вылечила вашу ногу, вы полностью здоровы. – Мне трудно дышать... – прошептала Гермиона, но через мгновение дыхание вернулось в норму, вместо этого ей сдавило голову. Взволнованная медсестра стала водить палочкой над Гермионой. – Удивительно, не думала, что столкнусь с таким, – прошептала Помфри. – Что случилось, мадам Помфри? – спросила Гермиона. – Гарри несколько раз спасал тебе жизнь, и в этот раз долг жизни стал слишком большим, он требует, чтобы ты была рядом с ним и выполняла его желания, – ответила Помфри.– Это не проклятие, поэтому его нельзя снять или как-то убрать, можно только расплатиться с мистером Поттером. Да, тролль, дементоры, а теперь он защитил тебя от Авады и был готов пожертвовать собой... – От тролля меня спасал не только Гарри, но и Рон, – возразила Гермиона. – Ага, слышала я об этой истории, ты же сама рассказывала, что мистер Поттер бросился на спину троллю, а мистер Уизли просто в стороне палочкой махал. Да и мистер Поттер впоследствии спас сестру мистера Уизли, все долги все равно ведут к нему, – ответила мадам Помфри. *** Когда Гермиона рассказала об этом Гарри, тот побледнел и прошептал: – Прости. – За что ты извиняешься? Ты спас мне жизнь... – Я... – Гарри... Гарри, чего ты хочешь? – Прости, я хочу тебя... – прошептал Гарри и покраснел. – Га... Гарри, – Гермиона ахнула. – Так нельзя. Ты можешь попросить у меня что-то нормальное... – Я могу сказать вслух все, что угодно, но я не могу перестать желать тебя по-настоящему, – хрипло ответил Поттер. В такой близи образы из фантазии Гарри, благодаря их связи, доносились до Гермионы. – Ты хочешь, чтобы я взяла его в руки? – спросила Гермиона. – Да, – хрипло сказал Гарри, он решил, что вопрос, это сигнал к действиям и начал расстегивать штаны. Гермиона, округлив глаза от удивления, смотрела, как ее лучший друг достает свой эрегированный пенис. Вся ситуация казалась девушке невероятной и сюрреалистичной, но затем ею овладел страх и стало как-то дурно, гриффиндорка резко отпрянула от Гарри, закрыв рот ладонью, а затем бросилась бежать. Она бежала так быстро и далеко, как только могла. После этого инцидента Гермиона стала избегать Гарри, да и он сам пока не искал встречи с подругой, ему было стыдно, Поттер ощущал свою вину. Но магия давила все сильнее, Грейнджер чувствовала, что если она что-то не предпримет, то произойдет что-то страшное. – Лаванда, Парвати, а что может сделать долг жизни? – неожиданно спросила Гермиона, при этом сама удивляясь, почему спрашивает об этом однокурсниц. – В каком смысле? – удивилась мисс Браун. – Вот спас один человек другого несколько раз, появились долги жизни, что тогда надо делать? И что будет, если ничего не делать? – спросила Гермиона, уже жалея, что начала этот разговор. – А зачем тебе это? – хитро спросила Браун. – Просто я читала книгу о... – начала врать Гермиона, не желая рассказывать о своей ситуации. – Опять книги! Нет, Гермиона, ни слово больше о книгах, – застонала Парвати. – Надо служить спасителю, – неожиданно строго произнесла Лаванда. – Если ничего не делать и игнорировать свой долг, то последствия могут быть ужасными, но никто не знает, что магия сделает. Она может покинуть не исполнившего долг, может проклясть его потомков врожденной болезнью, может принести неудачу, которая приведет к травмам и даже смерти, когда кирпич буквально падает на голову из-за глупых случайностей, несчастья могут случиться с родными... – И сколько нужно служить? Что надо делать? – спросила Гермиона чистокровных волшебниц. – Нет четкой инструкции, надо служить, надо выполнять желания, помогать, приносить благо спасителю. И это на всю жизнь, тут нет срока, это же долг жизни, жизнь стоит жизнь, покупается за жизнь и продается за жизнь, – ответила Парвати. – Но можно же что-то сделать!? – Цена всему жизнь и только жизнь. Служить всю жизнь, спасти жизнь своему спасителю, пожертвовать своей жизнью ради него, родить ему ребенка, то есть дать новую жизнь, – ответила Лаванда Браун. – Еще со спасителем можно заключить брак, внутри семьи действуют другие правила, супруги и так обязаны заботиться друг о друге, спасение не ведет к появлению долгов жизни, так как их жизни и так связаны друг с другом. Но это должен быть настоящий брак на всю жизнь, никакая фикция не обманет магию, никаких разводов, – добавила Парвати. – Еще можно стать вампиром, это почти нежить, после обращения долги жизни перестают действовать, носферату не платят за жизнь, не выполнение долгов не может навредить их и без того черной ауре, – вдруг сказала Лаванда. Всю ночь Гермиона не могла заснуть, ей казалось, будто на груди у нее сидело что-то тяжелое и мешало дышать, а в голову лезли мысли о Гарри Поттере. На следующий день Гермиона с трудом смогла высидеть занятия, она постоянно смотрела на Гарри, тому же безумный и одержимый взгляд девушки казался укоризненным. Но стоило занятиям кончиться, как гриффиндорка потащила однокурсника в пустую аудиторию. Гарри уже начал мямлить извинения, но девушка резко села на корточки и вцепилась в ремень его брюк. Она яростно стаскивала с Поттера штаны, а затем и трусы, и вот перед ней предстал напряженный член. Словно находясь в трансе, девушка удивленно рассматривала его и дотронулась рукой, Гарри смог сдержать стон, только чаще задышал. Неожиданно Гермиона пришла в себя, она поняла, на что пялится, что держит в руках, она покраснела от стыда, но руку не убрала, к ней пришло осознание, что магия на нее не давит, пока она держит в руках пенис своего спасителя, она не может его отпустить. Она взяла член второй рукой, аккуратно прижалась к нему и подняла взгляд на самого Гарри. – Что я должна делать? – тихо спросила она. У Поттера слегка закружилась голова, им владело вожделение и страстное желание обладать, удовлетворять свои желания. Нет, у него не было моральных сил, чтобы играться в благородство, слишком близко было столь желанное и манящее. Гарри чувствовал вседозволенность, он мог сделать с девушкой все, что угодно. – Открой рот... – прошептал Гарри. Стоило Гермионе это сделать, как Гарри направил своего дружка туда. Гермиона широко раскрыла глаза от удивления и отстранилась. Это было странно, это было что-то странное, пугающее, противоестественное и противное, но Гарри шептал просьбы, а Гермиона чувствовала, что это ее долг перед магией, поэтому она зажмурила глаза и быстро насадилась ртом на его пенис. Но отличница была воплощением неопытности, она просто держала член во рту, боясь сделать хоть какое-то движение, и Гарри, изнывая от желания, начал сам двигаться, он дотронулся руками до ее головы и начал одновременно с этим двигать и ее. Перевозбужденный Поттер не мог долго терпеть и быстро кончил в ее ротик. Гермиона непроизвольно проглотила, а затем скривилась, когда поняла, что выпила, она начала отплевываться и кашлять. – Ты прекрасна... я люблю тебя... – шептал Гарри, прижимаясь членом к ее щеке. Гермиона не слушала его, она быстро вырвалась, что-то сказала неразборчивое и нейтральное, а затем быстро убежала. Гермиона чувствовала себя нормально и даже смогла начать читать какую-то книгу по рунам, но через несколько часов она снова ощутила давление магии, новые приступы стали захлестывать ее. Гриффиндорка поспешила на поле для квиддитча, где тренировался Гарри. Увидев подругу, Гарри спустился. – Что-то случилось? – виновато спросил Гарри. – Это я у тебя должна спросить! – рассерженно сказала Гермиона. – Я снова ощущаю это... Ты снова хочешь? – Я все время хочу, – еще более виновато выдал Гарри. – Я вот летал, хотел отвлечься но... вспомнил о тебе. Гермиона закатила глаза и тяжело вздохнула. Вряд ли в ближайшее время ей представится возможность спасти жизнь Гарри, поэтому у нее остается только один вариант... Девушка огляделась по сторонам и убедилась, что рядом никого нет, а после потащила Гарри в раздевалку. В этот раз не было такой растерянности, Гермиона уже понимала, что и как делать, ее била несильная дрожь, она все равно нервничала, но все равно не так, как в первый раз. Грейнджер погрузила член лучшего друга в рот и начала плавно двигать головой, ее тонкие холодные пальчики слегка сжимали основание его члена и яички. Гарри нагнулся и дотронулся до Гермиониной груди через одежду, отчего та возмущенно замычала, но Поттер продолжил ее тискать. В этот раз Грейнджер подставила вовремя ладонь, а затем взмахнув палочкой, трансфигурировала капельки спермы друга в бабочек, и они разлетелись. С этого момента Гермиона начала регулярно делать Поттеру минет, нередко Гарри требовалось по несколько раз в день разрядиться, для этого они использовали различные потайные помещения. Но в какой-то момент Гарри захотел чего-то нового, он не говорил этого вслух, но Гермиона ощущала давление магии, она чувствовала не высказанные желания любовника. – Разденься и ляг на живот, – попросил Гарри, когда Гермиона попросила его поделиться с ней желаниями. – Но я не могу, я не готова, – испуганно сказала девушка и вся сжалась. – Я знаю, не бойся, я не буду проникать в тебя, – шепотом сказал Гарри. Гермиона стеснялась, она еще никогда не раздевалась перед Гарри, она даже врачей стеснялась. Но Поттер быстро скинул с себя свою одежду и принялся помогать подруге. Гермиона попыталась прикрываться руками, но Гарри отодвинул ее руки, чтобы лучше рассмотреть ее, он нежно поцеловал ее грудь, стал ласкать ее соски, а затем уложил ее на кровать лицом вниз и лег сверху, он зажал свой член между ее ягодицами и стал двигаться. Девушка радовалась, что ее друг сдержал свое слово, он мог просто воспользоваться ее долгом и заняться с ней обычным сексом, но Поттер пока мог довольствоваться меньшим. Но ситуация изменилась, Гермиона ощущала помимо страха и стыда еще и возбуждение, на ней лежал голый Гарри, он целовал ее плечи и шею, гладил волосы, его руки блуждали по ее телу, останавливаясь и старательно массируя самые интересные места. Все и так привыкли, что Гарри Поттер много времени проводит с Гермионой, что Гарри всегда вляпывается в какие-то истории, поэтому никого не волновало, что эта парочка где-то пропадает, кроме Рона. Рон Уизли был взволнован и даже рассержен, что друзья что-то от него скрывают, но те упорно молчали, и в итоге Рон обиделся и перестал с ними общаться. *** Гермиона стояла рядом, когда к Гарри подошла профессор Макгонагалл. – Мистер Поттер, я вынуждена просить вас покинуть спальню Гриффиндора, вам будет выдана отдельная комната, – сухо сказала профессор. – Но... но почему? – удивился Гарри. – На вас поступают жалобы, вы кричите во сне, – сказала Минерва и отвернулась, ей не хотелось смотреть своему ученику в глаза. Поттер сразу понял, что это Рон из-за обиды подговорил остальных гриффиндорцев. Да и Симус какие-то свои обиды хранит, не смотря даже на то, что уже давно все признали правоту Гарри Поттера и Дамблдора. Дину не нравятся перестановки в команде по квидичу, и что Джинни смотрит на Поттера. А Невилла просто не предупредили, к Макгонагалл обратились без него. Что ж, спорить и бороться за место рядом с однокурсниками он точно не собирается, они ему не нужны, а с Невиллом он потом отдельно поговорит. После этого во время патрулирования Гермиона снова почувствовала зов долга, он привел ее к новой спальне ее друга. Дверь была не заперта, или это Гарри ее так заколдовал, чтобы она пропускала Гермиону, но в любом случае гриффиндорка беспрепятственно вошла внутрь. Она сразу услышала крики и стоны, пройдя чуть дальше по шикарным апартаментам героя, она увидела его. Гарри метался по кровати, вся постель была сброшена на пол, он звал родителей, потом Сириуса, он пытался окликнуть Седрика. Затем Гермиона вдруг услышала, как он стал выкрикивать ее имя, она дотронулась до его лба, и в ее память ворвались воспоминания того, как она на глазах у Гарри попадала под заклятье Долохова. Но затем Гарри затих, видение пропало, Поттер стал успокаиваться. Гермиона провела ладонью по лицу, по груди Гарри, по его животу, спускаясь вниз. Она должна успокоить его, сама магия привела ее сюда для этого. Привычным движением девушка сжала член друга своей рукой и начала стимулировать его, а затем погрузила в рот. Тревога Поттера ушла, Грейнджер увидела, как на его лице отразилось блаженство. С этого момента у Гермионы появилась новая обязанность – заботиться о снах Гарри Поттера, о его ночном покое. Выходя из комнаты, гриффиндорка заметила домовика. – Теперь и я стала такой же, как вы... я тоже служу своему волшебнику, – прошептала Гермиона. – Нет, мисс, у домовиков честный труд, а вы шлюха! – возразил домовик и исчез. Гермиона чертыхнулась и зареклась когда-либо бороться за права домовиков. *** Иногда Гарри и Гермиона проникали в ванную старост, ведь Гермиона была старостой, а Гарри был капитаном, и они оба имели право пользоваться этой ванной, еще Гермиона имела право ночью патрулировать коридоры, а у Гарри были мантия-невидимка и карта мародеров, поэтому это было очень удобное место для удовлетворения потребностей Гарри. Гриффиндорец сидел на краю ванны, а Гермиона стояла рядом по пояс и ласкала его член. – Постой, я хочу сделать приятно тебе, – сказал Гарри и спрыгнул в воду, а затем поднял Гермиону и усадил ее на свое место. – А может не надо, давай обойдемся сегодня без этого, – прошептала гриффиндорка, она уже привыкла обнажаться перед другом, но необходимость раскрываться эмоционально и демонстрировать возбуждение вызывали у нее испуг и стыдливость, ей казалось это чем-то неправильным. Но Гарри упрямо уткнулся между ее ножек и принялся вылизывать подругу, прижимая ее за ягодицы к себе. В такие моменты Гермиона чувствовала себя беззащитной и сгорала от стыда. Поттер почти что трахал ее языком. Грейнджер не двигалась и не издавала ни звука так долго, как только могла, но в какой-то момент ощущения захватывали ее и она начинала громко стонать и выгибаться. После завершения она долго лежала и не могла собраться с мыслями. – Когда-нибудь я спасу тебе жизнь или по-другому закрою этот долг, – прошептала Гермиона. – Тогда я снова тебя спасу, – заверил ее Поттер. – Я не хочу тебя отпускать. – Это неправильно, я не хочу быть твоей игрушкой для секса, – хмуро сказала Гермиона. – Ты не игрушка, ты самый дорогой человек, я люблю тебя. И мы с тобой еще не занимались сексом по-настоящему. Гермиона вздрогнула и сжала колени, она боялась, что Гарри станет мало этих ласк. – Это не любовь, это всего лишь похоть, – возразила девушка. – Нет. Если бы не школа и не Волдеморт, я бы сделал тебе предложение, – заявил Гарри. – Я бы отказалась, – назло другу сказала гриффиндорка. – Нет, тебя связал бы долг жизни, – возразил Поттер. – Нельзя держать тех, кого любишь. "Если любишь – отпусти"! Ты разве не слышал эту фразу? – Тот, кто это придумал – идиот. Ты цитируешь чужие глупые книги, потому что не знаешь настоящей любви, – возразил Гарри. – А ты откуда знаешь? – Потому что я готов умереть, если это потребуется. *** Гермиона сопровождала Гарри и после школы, когда они были вынуждены бежать. Все это время она преданно помогала другу. Им пришлось вдвоем искать крестражи и путешествовать по Британии. Из-за одной случайности они попали в плен в поместье Малфоев, но Гарри смог сбежать из поместья Малфоев и спас Гермиону вместе с еще тройкой заложников, после они обосновались в коттедже Ракушка, принадлежащем Биллу Уизли, это место было выбрано потому, что там могли оказать помощь освобожденным пленникам. Там же оказался и Рон Уизли, он сразу попытался завязать разговор с Гермионой, Гарри он побаивался, так как тот был недружелюбен и особенно зол после "приключений". – Гермиона, я так волновался за тебя, я боялся, что с тобой случится что-то ужасное, – произнес Рон, пытаясь дотронуться до плеча девушки, но она отстранялась. – Тебе не следовало собой рисковать и идти с Гарри. – Сейчас война, каждый может погибнуть, глупо об этом сейчас рассуждать. Я должна помогать Гарри, мы боремся против Вол... то есть Ты-Сам-Понял-Кого, – ответила Гермиона. – Давай сбежим, мы можем не воевать... я люблю тебя, – заявил Уизли. – ЧТО!? – Гермиона была в ярости, ей захотелось уязвить Рона. – Я с Гарри, я весь шестой курс с ним. Хочешь знать, где мы были, когда пропадали? Мы встречались, мы делали много вещей, о которых ты и не догадываешься, которые... которые Лаванда ни за что не стала бы с тобой делать. Я делала ему минет все время, пока ты бегал за Лавандой. А когда из-за твоих жалоб Гарри дали свою комнату, нам стало проще. А еще мы вместе были в ванной старост. И сейчас я иду к нему. Рон покраснел, он хотел что-то сказать, но Гермиона быстро прошла мимо него. – Ты... Ты шлюха! – И не твоя... Лучше следи за языком, если Гарри услышит, то сильно разозлится. Гермиона быстро ворвалась в спальню Поттера, пережитый плен и злость на Рона смыли все сомнения. Гарри еще не успел проснуться, когда девушка начала стаскивать с него пижаму и трусы. – Что случилось? – удивился Гарри, открывая глаза. – Возьми меня! – приказала Гермиона. Поттеру не нужно было повторять дважды. Когда она в одно мгновение потеряла инициативу и оказалась под Поттером, вся уверенность и смелость исчезли вместе со злостью на Рона, как и всякое воспоминание о нем. Гермиона задрожала и напряглась, но страстные ласки Поттера, его поцелуи вывели ее из ступора, она начала отвечать. За прошедший год Гарри Поттер изучил все "слабые места" девушки, он знал, где гладить, куда целовать, чтобы девушке сорвало крышу. Гермиона раздвинула ноги, позволив парню разместиться между ними, страх не исчезал, но девушка подавила собственное желание сопротивляться и приняла его. Гриффиндорец двигался плавно и размеренно, наслаждаясь горячей теснотой, его однокурсница выгибалась от каждого движения и постанывала, ей было больно, но боль была несильной, была второстепенной по сравнению со всем букетом чувств, что испытывала Гермиона. Гарри двигался все быстрее, Гермиона стала выкрикивать его имя, от каждого толчка колыхалась ее крупная грудь, они манили Поттера, заставляя периодически переключать на них все внимание, ласкать их руками и губами. Они двигались все быстрее и быстрее. – Я сейчас кончу, – предупредил Гарри. Девушка сначала на мгновение испугалась но... они уже долго живут в постоянной опасности, каждый день может стать последним, так что незачем бояться таких мелочей, Гермиона сильнее прижала любовника к себе, чтобы через минуту ощутить, как ее наполняет мужское семя. А после они расслабились и какое-то время лежали без движения, смакуя ощущения. – И стоило столько времени тянуть? – спросил Гарри. – Могли бы еще год назад в Хогварте перейти на этот уровень. Гермиона ничего не могла ответить, а потому предпочла уткнуться лицом в подушку. А Гарри выглянул из комнаты, в коридоре стоял Билл и ухмылялся. – Решили досадить Рону и не поставили заглушающие чары? – поинтересовался он. – Вы добились своего, он чуть было не удавился от злости. – Нет, просто забыли, – смущенно пожал плечами Гарри. – Слушай, Билл, а можешь вызвать сюда церемониймейстера-магистра и позвать членов Ордена Феникса, я хочу сегодня, ну или завтра жениться на Гермионе.