Пение Огня

      Дракон лениво возлежал на скалах глядя на солнце, неторопливо опускающееся за горизонт, раскрасив небо в алые и оранжевые тона, такие же теплые как и воды бескрайнего океана, согретые лучами дневного светила. Пухлые облака медленно плыли куда-то вдаль, совершая одно из своих бесконечных путешествий, чтобы увидеть весь мир и показать ему себя во всей свое красе и недосягаемости. Шаловливый ветерок не желающий никак угомониться, носился по скалам сдувая с них пыль, трепал листья деревьев и травинки, и заставлял петь воду, волнами накатывающую на берег.       Умиротворение и покой. Вот что чувствовал дракон, любуясь благодатью, что окружала его со всех сторон.       Но вдруг кто-то осмелился нарушить его покой: кудрявая девчушка в мешковатом платьице ухватила его за рог и потянула вниз, притягивая поближе к себе. Дракон мотнул головой и фыркнул, вырываясь из цепких ручек девчушки, но та и не думала сдаваться. Взобравшись за него и снова ухватившись за рога, она умастилась ему на шею и капризно воскликнула:       — Покатай меня! — А когда он не отреагировал, обиженно надулась. — Ну папа, ну покатай меня, ну покатай! Папа!       Дракон в очередной раз фыркнул, чуть дернул шеей и улегся на лапы-крылья, подпалив своим огненным дыханием лепестки цветка, что рос прямо у него под носом.       — Ну папа! — не унималась девочка, подавшись вперед и заглядывая ему в глаза. — Папа, покатай меня! — Даже не думая об осторожности, она свесилась еще ниже и еще бы мгновение, кубарем слетела бы с него, но дракон ни на секунду не терявший бдительности, хоть и оставаясь расслабленным, успел предотвратить это, задрав голову повыше и опрокинув визжащую от счастья девочку себе на шею, а после поймал ее зубами за шиворот.       Весело хлопая в ладоши и ничуть не напуганная, девочка задорно смеялась и требовала:       — Еще, еще! Хочу еще!       — Ну уж нет! — произнесла появившаяся на скалах молодая женщина, в отличии от дочери напуганная, встревоженная и гневная. — Хватит баловаться! Руконожку довела, птиц разогнала и даже всю рыбу распугала! — продолжая выговаривать, она подошла к ним, аккуратно сняла девочку и прижала к себе, ласково и благодарно потрепав дракона по носу, на что тот сразу же заурчал от удовольствия, сонно прикрыв веки. А затем уставилась на свое чадо, успевающую за день сделать больше, чем она с мужем за целую неделю. — Вот что мне с тобой делать? — спросила она устало и немного смиренно, понимая что ни одно слово не заставит их дитя быть послушнее.       — Холить и лелеять! — завопила девчушка во все горло и стайка птиц примостившаяся на скалах, вновь взлетела, стремительно прячась в облаках, в единственном убежище, где непоседливая кудрявая девица до них еще не добралась.       — Ох, Ярина… — засмеялась ее мама и они втроем вернулись в пещеры.

***

      Я открыла глаза. Мои губы тут же расплылись в теплой, мечтательной улыбке. Какой чудесный сон… Еще один привет из прошлого. В последнее время их становиться все больше и больше, и я этому очень рада. Наконец-то моя память ко мне возвращается!       Сев на постели, я рассеянно огляделась вокруг и сладко потянулась, встряхивая остатки сна. Затем легко встала и закружилась по пещере, широко разведя руки в стороны и пару раз чуть не споткнулась, но совершенно не обратила на это внимания. Улыбаясь от уха до уха, я чувствовала себя совершенно счастливой…       Прекратив кружиться, я опустила руки и вздохнула. Моя фигура отбрасывала длинную тень, освещенную солнцем.       Повернувшись к источнику света — большому естественному проему с видом на океан, я прошла к нему и коснувшись пальцами шершавых стен, вгляделась куда-то вдаль, понимая, что больше мне от жизни ничего не надо. Лишь бы стоять вот так и радоваться тому, что наконец-то все хорошо…       А ведь совсем недавно все было иначе. И я сама была на грани жизни и смерти.       При этой мысли моя радость померкла, улыбка сползла с лица, а чувство легкости исчезло, сменившись тяжестью и беспокойством.       Затянувшаяся рана на груди заныла, я накрыла ее ладонью, невольно вспоминая, как длиннющий и пугающе острый коготь врывается мне в кожу, едва ли не пронзая насквозь. Еще бы немного и…       Додумывать я не стала. Резко отойдя от края, прошла вглубь своей временной спальни и подхватив белье и банные принадлежности, направилась к небольшому озеру, где мы когда-то всегда купались и плескались всей семьей если океанские воды были слишком холодными, и заставляли мыться Руконожку, натирая его ворчливую тушку мыльным камнем…       Жаль, что его больше нет… Его не стало в тот же день, когда тот, другой дракон напал на нас, безжалостно убив моего единственного друга, хотя тот всего лишь пытался меня защитить.       Это чудовище… Как можно быть таким? И ведь это самое малое, что он сделал. Молва о нем потрясает мир уже не одно столетие. Годами, десятилетиями и даже веками он не давал покоя ни людям, ни драконам, повсюду нося только смерть и хаос…       Как хорошо, что ему пришел конец. Отныне он никому не навредит. Никогда.       Присев на край озера, в размышлениях не заметив как уже добралась до него, я разложила вещи и стянула с себя сорочку, кожей ощущая как в воздухе крутятся воспоминания, словно запахи, самые разнообразные и порой, едва различимые, но все еще уловимые. Благоухающий аромат цветов… Пряная сочность листвы… Свежесть морской воды… Легкая изморозь прохладного ветра… Все это… здесь. Витает вокруг меня. Проникает под кожу и будоражит кровь.       Мягко ступая в воду, смакуя каждый момент, каждое прикосновение и каждую секунду, я погружалась все глубже, пока не ушла под воду с головой, сделав это без страха и сомнений. Больше я не боялась утонуть. Не потому, что не умела плавать, а потому что была уверена — я дома, и здесь безопасно.       Ну и потому что здесь было за что ухватится, если уверенность мне все-таки изменит.       Подплыв к одному из уступов, я оперлась о него локтями и положила на них подбородок, смотря на океан, что распростерся вокруг острова на много-много верст вокруг защищая, но и в то же время отдаляя от всего мира, превратив в тихое и уединенное место, куда не сможет попасть никто, кроме драконов или тех, кого по легенде ведет любовь.       Я по-доброму усмехнулась. Боюсь, легенды перевирают, и почти уверена, что это не любовь девушки привела ее возлюбленного к драконьему острову, а его собственная. Ведь Невеста к тому моменту была уже мертва и некому было ждать его…       Моя усмешка превратилась в улыбку. Кто бы мог подумать, что торговец, рассказавший нам эту легенду, но не сумевший поведать ее всю, рассказывал о предке моего настоящего отца. Теперь же, вспомнив и собрав все кусочки мозаики воедино, я поняла, что за легенду он был вынужден унести с собой — о Невесте, что вернувшись домой живой, сама, по своей воле призвала дракона и улетела вместе с ним. Навсегда.       Эта легенда о моих родителях: княжне Мирославе и драконе, которому она дала имя — Арман.       Желтовато-красные лепестки большого бутона цветка чуть качнулись от моего прикосновения, раскачиваясь на ветру.       Узнать, что моя мама из царской семьи было не так уж неожиданно и даже не удивительно. На самом деле, это знание меркло по сравнению с тем, что я узнала после. А узнала я очень много. Достаточно, чтобы выступил пот и озноб прошел по коже.       Это случилось через несколько дней, когда все более-менее пришли в себя и робко поверили, что самое страшное уже позади, а впереди нас ждут только мирные деньки, без страха, тягостного ожидания, и покой.       Наконец-то, покой. Для всех. Не только для моих родителей.       Эта история, перевернувшаяся все и в корне изменившаяся жизни всех нас началась тринадцать лет назад. В тот самый злополучный день, когда на городок в котором проживали два брата-оборотня отказавшиеся от своего предназначения, напал черный дракон, неумолимый и кровожадный, сметающий все на своем пути.       Оган тогда все еще был человеком и собирался оставаться таковым и впредь. Он уже все решил для себя и мечтал набравшись решимости, признаться своей возлюбленной в чувствах и жениться на ней, а после и завести семью. Но внезапное нападение разрушило не только его планы, но и всю дальнейшую жизнь как человека, расколов его сущность надвое, вынудив призвать ту, которую он боялся и ненавидел большего всего на свете, отказавшись от своих желаний, мечтаний и надежд, похоронив их вместе с прахом возлюбленной, которую любил всем сердцем, но не смог защитить оставаясь всего лишь человеком.       Именно тогда, сломленный и жаждущий мести, стоя у Алтаря, черного от копоти и алого, от крови, он сделал то, чего поклялся никогда не делать — прыгнул со скалы и пробудил свою драконью кровь, в миг ринувшейся в небо золотисто-коричневым драконом с пугающими янтарными глазами, видевшим гораздо больше, чем человеческие голубые.       Азер не оставил его одного, поддержав во всем — от желания отомстить до претворения этого чувства в жизнь.       Они вместе разыскивали его, потратив на поиски почти два года, а когда наконец нашли, то выместили всю свою боль, гнев и ярость, что скопилась за все те дни и ночи, что они шли по его следу, не позволяя себе ни минуты отдыха или хоть капли сомнений и слабости повернуть назад. Битва была жестокой, мучительной и долгой. Но им удалось его победить. С превеликим трудом и едва не лишившись жизней — но они смогли это сделать.       Последнее, что они помнили — это как черный дракон, смертельно раненый и изнуренный, падал в океан, и не всплыл, потонув в его пучине.       Искренне считая, что положили конец его жизни, не принесшей никому и ничего хорошего, кроме страданий, они разошлись каждый своей дорогой, поняв, что отныне как раньше, уже не будет. Оган с неохотой, но вернулся в долину и поселился там, с опаской превращаясь в дракона и каждый раз с ужасом ожидая, что кто-то по незнанию или самодурству пропоет Ритуальную Песню, и он сам станет убийцей чьей-то дочери, сестры или возлюбленной. Азер же, не привыкший к неволе, скитался по миру, останавливаясь то тут то там, нигде не задерживаясь надолго.       Однако несмотря на все их старания и надежды, дракон не погиб, а выжил. И выжив, он отправился искать нору, где сможет зализать раны и отомстить обидчикам. Его выбор пал на драконий остров, который он покинул многие столетия назад и не намеревался возвращаться, больше предпочитая устанавливать в мире свои «порядки», нежели довольствоваться только одним Ритуалом раз в десять лет.       Но родной дом ждал его не один и преподнес сюрприз, который вынести он не смог.       Люди, неважно, будь то мужчины, женщины, дети или старики, для него были все равно что хворост для костра и никак иначе он к ним не относился. Потому увидев, что его предшественник не просто не исполнил Ритуала, а еще и зачал потомство как человек, позволив своей Невесте жить и родить ему человеческую дочь, — не Драконьего Сына, — он просто обезумел от ярости и жажды расправы, что лишь усилилось после горького и унизительного поражения двум драконам, случившееся буквально накануне.       Озлобленный и потерявший рассудок он сделал то, что посчитал нужным — попытался убить нас всех. Особенно юное дитя, что было ему словно бельмо на глазу и не укладывалось в его искаженном безумием сознании, давным давно переставшим хоть отдаленно напоминать что-то человеческое, оставив лишь озлобленное и животное, природу древнего и дикого.       Как раз тогда-то я и потеряла память. Отбившись от мамы, ногу которой придавило камнем, я вместе с Руконожкой убегала в глубь пещер, пока папа в обличье дракона отчаянно пытался нас защитить, но удар хвостом настигший нас внезапно из-за спины, убил моего единственного друга, а меня отправил в короткий, но мучительный полет, после которого я уже не помнила ничего ни о себе, ни о людях, зовущих себя моими родителями и смотрящих на меня с болью и страданием, глубину которых не передать словами и не описать никакими перьями.       То, первое сражение было очень нелегким для отца, никогда не дравшегося с кем-то. Ему удалось отбиться только потому, что чужеземец был слаб и истощен. В противном случае, нас бы уже не было в живых. Никого. Совсем.       Воспользовавшись возможностью, мама с папой быстро собрались и покинули остров, надеясь найти безопасное место и укрытие, где безумец их не найдет и наконец оставит в покое, но все оказалось куда страшнее и опаснее, чем они считали. Он преследовал нас, выискивал и вынюхивал, не готовый смириться с еще одним поражением, с куда более непримиримым, чем предыдущее. Убить нас троих — стало его новой целью. Смыслом жизни. Одержимостью. Он — сумасшедший. Только сумасшедшие способны на такую маниакальность.       Родители поняли, что он не отстанет и будет преследовать нас до тех пор, пока не добьется своего, и тогда они сделали то, что сделал бы любой другой на их месте — оставили самое дорогое, что было у них, неподалеку от крохотной деревеньки в глуши, с трех сторон окруженную лесом, а с четвертой неприступными горами, где ни один дракон даже и не подумает искать. Ну, а сами… Сами они постарались сделать все, что бы увести его как можно дальше и добиться того, чтобы он никогда меня не нашел, даже если это будет стоить им жизни, хоть в глубине души и надеялись когда-нибудь вернутся.       Такова моя история. Такова история моей семьи и семьи Огана, переплетенные между собой волей случая и одним жестоким черным драконом, воплощением самой смерти и ужаса.       Ну, а дальше… А дальше все тоже решил случай. Я пропела всего пару строк, но этого оказалось достаточно, чтобы все драконы, что были неподалеку, услышали мой зов и ощутили в нем родство. Он тоже его услышал, пусть и был совсем не близко, но драконья кровь в нем гораздо древнее и сильнее, чем в остальных ныне живущих драконах, и так он понял, где меня искать, а найдя не стал нападать сразу, увидев с кем снова его свела судьба. Вместо этого он принялся ждать подходящего момента, изредка и осторожно подталкивая Огана к тому, что ему нужно и добившись своего, явил себя мне представившись отцом, видимо рассчитывая на то, что я вряд ли вспомню как выглядит мой настоящий отец. Или же просто собирался сбить с толку, ввести в заблуждение.       Моих же родителей привел Азер. Как оказалось, он очень наблюдателен и его любовь к путешествиям сыграла в этом ключевую роль. Скитаясь по миру он не раз наталкивался на черного дракона, на спине которого восседала женщина, ничуть не боящаяся жить с огнедышащим змеем и которую тот не трогал сам. Заинтересованный столь необычным явлением, Азер на всякий случай постарался не упускать их из виду и как выяснилось позднее, его любопытство спасло мне жизнь и вернула двух самых близких людей, воссоединив семью, разлученную десять лет назад.       Теперь же, когда я узнала правду выслушав ее с обеих сторон, все в моей жизни и жизни моих близких встало на свои места, сложилось в цельную картину, разбитую некогда на мелкие кусочки, и я почувствовала облегчение. Больше не было никаких тайн и секретов. Отныне все лежало на поверхности и не нужно ничего боятся.       И о драконе, легко ломающем жизни и переступающим через непреложные Законы и Заветы, будь то драконьи или людские, я тоже узнала очень многое, хоть и слушала его историю скорее с отвращением, нежели действительно с интересом: Оган и Азер когда искали его, постарались узнать о нем как можно больше, чтобы знать с кем имеют дело и в итоге выяснили, что ему к тому моменту было уже около шестисот лет, что было поразительно само по себе, ведь драконы обычно живут не больше пяти сотен и то, такое случается крайне редко. Еще они узнали, что некогда в юности, этот оборотень, едва обратившись в дракона, очень заинтересовался Памятью Предков, уходя в нее слишком часто и слишком далеко в прошлое и, по всей видимости, это и привело его к безумию, что с годами только усиливалось, становясь лишь глубже и непредсказуемее.       Да и сам по себе этот дракон едва ли не живая легенда. О нем ходят столько слухов и рассказывают такие истории, что и в страшном сне не приснится. Например, что он ест собственных детей, чтобы продлить свою жизнь. Или что он проводит Ритуал не сжигая своих Невест в огне, а сношаясь с ними прямо так, как люди… То есть… Дракон с человеком…       Я поежилась и по шею опустилась в воду. Вспоминать все те ужасы, что рассказали Оган с Азером было по-настоящему жутко. Надеюсь, что все это были лишь слухи и россказни, но и сомневаться в этом, помня его безумные глаза…       Нахмурившись, я задумчиво закусила губу.       Этот дракон и вправду очень странный. Безумный… Если я ничего не напутала, то единственное, что он собирался сделать в отношении меня — это убить. И в этом заключалась главная странность. Почему же он тогда передумал? При чем тут дети? Что заставило его изменить решение? Не может же быть все дело только в моей исключительности… Или может?       Но как бы то ни было, ответы на эти вопросы я уже никогда не смогу получить. И если честно, даже не хочу. Хватит с меня тайн. Любопытство должно быть в меру, это урок я хорошо усвоила… Однако с другой стороны если бы не оно, я бы наверное, не узнала всего, что знаю о драконах и обо всем остальном…       Сжав пальцами переносицу, я оттолкнулась от уступа и придерживаясь камней добралась до берега, а выбравшись, с опаской взглянула на воду. Все-таки страх давал о себе знать как бы я не храбрилась.       Насухо вытеревшись и одевшись, я побрела обратно, только на этот раз направилась вниз, в довольно большую и просторную пещеру, которую на моей памяти точно не было. Скорее всего, это тот дракон постарался, может даже, со зла это сделал…       Дразнящий аромат готовящейся еды пробудил аппетит и живот заурчал, желая немедленно вкусить блюда, испускающие столь дивный запах, от которого рот наполнялся слюной. Но вместе с тем же я почувствовала укол вины. Выходит, все уже встали, а я еще валялась в постели, проворонив их пробуждение и даже не подумывала просыпаться.       Надо бы помочь маме, подумала я тут же, торопливо сбегая по немного запущенным и пыльным тропкам. Прокормить троих мужчин, да еще и драконов дело нелегкое…       Войдя в пещеру я сразу же нашла взглядом маму, что-то помешивающую в котелке, висящее над костерком и весело булькающее в тишине, что возникала только по утрам, в то время суток, когда весь мир еще только пробуждался ото сна и готовился к новому, ясному дню. Рядом сидел Оган, разминая левую руку и снимая с нее повязки.       — Доброе утро, — сказала я. Они оба повернулись ко мне и почти одновременно улыбнулись, приветствуя.       — Как спалось? — спросила мама, подходя ко мне. Оган остался сидеть возле костра, самостоятельно меняя повязки и не обращая более на нас внимания.       — Хорошо, спасибо. Чем-нибудь помочь?       Между нами чувствовалась неловкость. Мы не знали, как себя вести с друг другом. Слишком долго мы были разлучены и слишком слаба стала духовная связь, что связывала нас раньше… Нам придется заново учиться быть семьей, нагонять то, что мы пропустили… И уверена — это будет нелегко…       — Да, надо бы овощи нарезать, — тут же подхватила мама, протягивая мне плоскую доску с овощами. Взяв нож, я села на ковер под ногами, водрузила доску на колени и принялась за работу, не замечая, как мама наблюдает за мной.       — Что? — спросила я, наконец заметив ее внимательный взгляд. Мама грустно улыбнулась, подобрала юбки и присела рядом со мной. Взглянула на мои руки, крошащие овощи и вздохнула, глядя уже на свои ладони, грубые от тяжелой жизни.       — Просто… До сих пор не могу поверить, что ты дома… Что вся семья в сборе… Что мы наконец вместе… — Она посмотрела на меня, ее глаза были полны слез. — Я думала, больше никогда тебя не увижу… — Тускло улыбнувшись, она провела рукой по моим волосам. — Но вот ты здесь… С нами… Все вместе… Мы снова полная семья. Как же я скучала по тебе… Как Арман скучал… С ума сходил от страха, хоть и скрывал… — Женщина обернулась на большую расщелину в стене, откуда открывался вид на океан и двух драконов, летающих над ним, занятых утренней охотой. — Но я-то видела… Я все видела… — Ее голос ослаб, она всхлипнула.       Качая головой, я обхватила ее лицо ладонями и повернув к себе, заставила смотреть на меня, увидеть меня, а не воспоминания о горьком прошлом и потерянном времени, и так, глаза в глаза, пообещала… Нет, поклялась:       — Все хорошо, мам. Больше я вас никогда не оставлю. Никогда, слышишь? Верь мне. Я всегда буду рядом. С вами.       Мама взяла мои руки в свои и сжав их в ладонях, грустно улыбнулась уголками губ и произнесла:       — Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.       Я недоуменно моргнула. Что? О чем это она? Но спросить вслух не успела — мама уже встала и широко разведя руки в стороны, направилась к отцу, с видимым трудом ступающему по земле, хромая на одну ногу — последствия неравной, еще самой первой битвы. Рана, которая не исцелится уже никогда. Нынешняя же битва причинила ему еще больше страданий: свежие порезы и царапины покрывали его тело, не говоря уже о многочисленных синяках и ушибах. Вдоль плеч тянулся длинный и глубокий порез, все еще воспаленный и красный, но уже не смертельный — травы делали свое дело, исцеляя любые кровоточащие раны, даже такие, от которых жизнь висит на волоске. И жаль, что они не лечили хромоту, а только поверхностные травмы.       Видеть отца таким… было больно. Горько и тяжело.       Сколько же они настрадались, сколько натерпелись… Это несправедливо. Несправедливо…       В это же мгновение я поняла, что забыть прошлое, на самом деле, невозможно… Можно лишь жить с ним, смирится… Но не исправить. Никак и ничем. Просто жить…       Я хотела было подойти к ним, но мама, что-то выговаривая папе, увела его в другую пещеру, прихватив чашки с настойками и разорванные лоскутки ткани. Значит, будет перевязывать… Что ж, не стану мешать.       За неимением других дел, я взяла доску с нарезанными овощами и подойдя к котелку заметила, что Огана здесь уже нет. Он-то куда ушел?       Поискав его глазами, я нашла оборотня почти у самого края пещеры, о чем-то приглушенно разговаривающего с Азером. Потом, кивнув друг другу, они обнялись. Будто прощаясь.       И тут до меня дошло, что они действительно прощаются.       Доска чуть не выпала из рук, я еле успела ее подхватить. Взгляд был намертво прикован к двум мужчинам, хлопающим друг друга по плечу, кивая и что-то говоря на память или до следующий встречи… Я молча наблюдала, как Азер превратился в дракона и, расправив могучие крылья, устремился в небо, с каждым взмахом улетая все дальше и дальше, пока не исчез, растворившись на линии горизонта…       Оган смотрел ему в след, пока тот не стал невидим для глаз и только после этого обернулся и натолкнулся взглядом на меня… Его глаза были полны печали и разлуки… Не долго думая, я подошла к нему и встала рядом, не осмеливаясь дотронуться, поддержать прикосновением… Только словом.       — К-куда он улетел? — Слова дались мне нелегко.       Оборотень ответил не сразу, словно не знал, что ответить.       — У него своя жизнь, — произнес он наконец. — Свой путь, — добавил чуть тише, с нескрываемой грустью в голосе. — Я знал, что он уйдет. — Его взгляд вновь устремился к горизонту.       Да, это было ожидаемо. Азер всегда предпочитал свободу и попросту не мог сидеть на месте — его всегда тянуло куда-то вдаль, в места, в которых он еще не бывал и которых еще не видел… В конце-концов, каждый делает свой выбор. Кто-то выбирает семью, а кто-то предпочитает одиночество.       Наверное, поэтому он был таким задумчивым в последние дни. Уже тогда он хотел уйти…       И все же я жалела, что он не остался с нами, хоть и понимала, почему он так поступил. Я испытывала к нему глубокое чувство благодарности, — не забыв, конечно же, выразить это вслух, — ведь именно благодаря ему мои родители нашли меня и вообще, наша семья наконец воссоединилась. Если бы не его любовь к свободе… Даже не знаю, что было бы…       Я перед ним в неоплатном долгу и всегда буду помнить, что он сделал для меня и моих родителей.       Но еще больше я благодарна Огану. За то что был терпелив со мной, внимателен, заботлив… Дважды спас, помогал, как мог… Он был светел… Человечен, и даже больше, чем обычные люди… Как я уже говорила: он заслуживает большего. Заслуживает к себе хорошего отношения, просто потому, что и сам хороший… Да и вообще, мне в моей жизни попадалось немало хороших людей и не важно, что они были таковыми лишь наполовину… Ведь главное — это поступки. Они определяют человека, а все остальное… Уже не так значительно.       Покосившись на Огана, я отвела взгляд и неловко поерзала. Память услужливо подкинула мне тот поцелуй…       Если честно, я… я не понимала наших отношений. Уже не понимала. Все как-то… изменилось, запуталось. Неожиданно и внезапно.       Воспоминания о том спонтанном поцелуе вгоняли меня в краску, а слова Азера, там, в пещерах, уже подзабытые, лишь усилили смущение… Я ведь даже не собиралась целовать его, все как-то само получилось…       — И… что теперь? — спросила я дрогнувшим голосом.       — О чем ты? — не понял Оган, повернувшись ко мне.       — Я имею ввиду… ты… тебя… Что будешь делать, когда… — я указала рукой на его раны, — когда выздоровеешь?       — Вернусь домой, — пожал он плечами.       Ясно… Что ж, это было понятно и не удивляло. Куда же ему еще идти? Пока он не может летать — сломанная рука не позволяла, да и рана тянущаяся со всю его грудь не вызывала доверия, не считая остальных менее опасных для его здоровья травм и порезов. И пострадал он больше всех, дважды заслонив меня, подставившись под удар сам. Поэтому пока он будет здесь, приходить в себя, а после уже улетит домой.       Только вот… Я вдруг отчетливо поняла, что расставаться с ним не хочу. Совсем. Я уже привязалась к нему и как ни странно, не представляю своей жизни без… без…       Сумбурные мысли окончательно выбили меня из колеи, а пристальный взгляд Огана попросту добил. Я поймала себя на остром желании куда-нибудь сбежать. Странное ощущение… Откуда оно вообще взялось? И почему он так на меня смотрит?       — Ч-что? — нервно воскликнула я, вытаращившись на него и бестолково, не зная куда девать руки, комкала ткань платья в своих почему-то вспотевших ладонях.       Он хотел что-то сказать, что-то спросить… Но не смог. Не решился. Отвел взгляд и отвернулся, встав ко мне спиной.       — Оган… — начала было я, делая робкий шаг к нему, но голос отца и его крепкое объятие заставило меня вздрогнуть и обернутся к нему.       — Я не помешал? — спросил он, потрепав меня по макушке и бросив короткий, загадочный взгляд на Огана, который я не смогла понять. Что, опять секреты? Да сколько ж можно?!       — Арман, осторожнее! Я же только что перевязала твои раны, — возмутилась мама, всплескивая руками и поправляя чуть сползший лоскут ткани на его плече. Он одарил ее нежным взглядом, на что мама шлепнула его по руке.       — Заживет, — отмахнулся папа. — Я очень хочу побыть со своей дочерью. Ты ведь согласна с папой, Ярина? Расскажешь мне и маме, как жила все эти годы без нас?       Вывернувшись из объятий папы, на самом деле, очень довольная, что он нарушил ту напряженную, неловкую и полную непонимания и недосказанности тишину между мной и Оганом, позволив свободно выдохнуть и трусливо отложить наш разговор на потом, который без сомнений, рано или поздно все-таки состоится. Что-то между нами происходит. Мы уже не просто случайности, соприкоснувшиеся с друг другом из-за роковой ошибки, — моей ошибки — а нечто… большее?       — Расскажу, — пообещала я с лукавой улыбкой, отступая на шаг назад и закладывая руки за спину, — если и вы расскажете мне, как у драконов появляются дети.       Мама с папой удивленно переглянулись, затем одновременно закатили глаза и взирая на меня уже со страдальческим видом, тяжко, изнурено вздохнули.       — Ярина, я же уже тысячу раз рассказывал тебе эту историю, — возмутился папа, разумеется, шутя. Ведь он прекрасно знал, что я ничего не помню. Или почти не помню.       — Лучше бы ты попросила научить тебя обращаться в дракона, — поддакнула мама, сложив руки на груди.       — Но я хочу знать продолжение! — возмутилась я в ответ на папины слова и тут же вытаращилась на маму, едва осознала, что она только что сказала. — Что? Я правда могу стать драконом? Правда?       — Правда, — ответил за нее Оган, выступая вперед. Я взглянула на него и почувствовала, как мурашки пробежали по коже. Да что ж это такое… — Я же говорил тебе: ты можешь стать Истинной, если захочешь. Помнишь?       Мне не сразу удалось совладать со своими чувствами и ответить вполне вразумительно. А когда смогла, то сделала это в шутливой манере, просто чтобы скрыть свое смущение и неловкость, которые, однако, не остались незамеченными ни для мамы, ни для папы и думаю, от Огана тоже. Ох, Боги…       — Помню. Уж что-что, а это я помню, — и ткнув в него пальцем сказала: — Значит ты учишь меня быть драконом, а вы, — я перевела палец на родителей, — рассказываете мне, откуда у драконов берутся дети. Ну и как вы познакомились тоже.       Обменявшись смиренными взглядами, мама с папой весело засмеялись. Оган улыбнулся. Я же чувствовала покой и умиротворение. Все мои мечты сбились и видеть их воочию… и есть подлинное счастье.       Однако кое-что все-таки омрачило его. Но совсем чуть-чуть и ненадолго.       — Ой, что это у нас горит? — тут же прекратив смеяться нахмурилась мама и принюхиваясь, повернулась к костру… Охнув, она бросилась к нему, а я за ней.       Потом мы долго отмывали подгоревший котелок и торопливо готовили поздний завтрак, а вернее обед, ведь дело уже шло к полудню. И пока мы были заняты, непринужденно коротали время за разговорами, умудрившись втянуть в наше общение даже молчаливого Огана. И пожалуй, конкретно в этот момент я была по-настоящему счастлива, верующая в светлое будущее и не оттененная никакими заботами и тревогами.       Потому что впереди целая жизнь и я не хочу растрачивать ее зря. 13.10.2018 — 20.01.2019       Немного от Автора:       Честно говоря, даже не знаю, с чего и начать:) Но, как я говорю сама в таких ситуациях — не знаешь, с чего начать, начни с самого начала. Что ж, приступим:)       Вдохновил на эту работу меня, разумеется, сам фильм. Книга не произвела такого впечатления, как кинокартина и исходя сугубо из своего мнения — фильм гораздо лучше, хоть книга и продуманнее. Если и есть сходство в них обоих, кроме идеи, так это то, что они оба не так уж и детальные. Белые пятна есть в обоих произведениях. Что в общем-то, не мешает им быть хорошими и достойными чтения и просмотра.       Так же фанфик был вдохновлен идеей для второй части фильма, где мирной и счастливой жизни Армана и Миры хочет помешать некая драконица под именем Юки. Уж не знаю вышел он или нет, но если да, то придется добавить еще одно предупреждение, как в следствие другой версии канонных событий. Фактически идея та же, просто у меня не драконица, а дракон и интерпретирована идея по-своему.       А вообще, изначально фанфик задумывался как полностью оригинальная история, хоть и под началом идеи, позаимствованной из второй части. Идея была создана в январе 2018 под сильным впечатлением от фильма. Я даже написала две главы, но дальше дело не пошло и работа была удалена. Да, вам не показалось, я уже выставляла ее на КФ, но, как я уже говорила, работа встала и на этом все закончилось.       Однако идея меня не покинула, терпеливо выжидая подходящего момента и неспешно развиваясь в моей голове. В конце концов, я взялась за нее, лишь внеся небольшие изменения, подстроив под фэндом. Просто подумала, что меня могут обвинить в плагиате, если я сохраню первоначальный вариант, а этого, знаете ли, не хочется.       И кстати говоря, Южный Ритуал был центральным в первой версии истории:) Просто захотелось чего-то своего, показать историю как бы с другой стороны. Только Ритуальной песни уже не было и драконы там были гораздо добрее. Ну почти;) Изменения так же коснулись и ландшафта — вместо океана была пустыня.       В общем-то, главная сюжетная линия сохранилась, лишь перетерпела некоторые не особо значительные изменения, помимо поправки под фэндом. Так что, дух моего оригинала остался прежним;)       И как кажется лично мне, с поставленной задачей я справилась. Раскрыла персонажей, расширила вселенную, создала собственный драконий мир… Добавила остроты, экшена и бегства девушки от дракона, которое мне очень понравилось в самом фильме. В начале даже расстроилась, ведь Оган-то не такой и не видать мне полюбившейся сцены борьбы, как в фильме, а потому успокоилась, вспомнив, что собственно, задумывала: D       Правда и недостатки у меня, увы, тоже есть. Куча ошибок, (про -ться и -ьтся я вообще молчу), частые поправки, неожиданные изменения и упущения, а порой даже переписывания целых глав. Ну или почти целых;) И еще плюс ко всему, я не шибко хороша в юморе, а романтика у меня вообще хромает. Был один сугубо романтический момент, который я собиралась вставить в 13 главу, но в процессе напрочь о нем забыла, о чем до сих пор немного сожалею, но увы, теперь он уже неуместен и задумку пришлось бросить в черновик.       Короче говоря, фикрайтерство — нелегкая работа. И потому хочу поблагодарить вас за вашу помощь в исправлении ошибок, терпеливом отношении к моим заскокам и примирении с недостатками моих работ. Отдельное вам за это спасибо, дорогие читатели:) Зная, что вы есть, хочется писать. Вы придаете мне сил и вселяете желание творить, увеличивая мое вдохновение:) Спасибо:)       Что ж, пора закругляться, а то мое «короткое» послесловие совсем не короткое:)       Ну и напоследок. У меня есть для вас сюрприз:) Думаю, хоть один из вас подумал, что я маловато рассказала про Азера. В общем — «барабанная дробь» — по нему будет отдельный сиквел. Я посвящу этому персонажу целый фанфик! Персонаж он любопытный и пока писала этот, набрела на кое-какие мыслишки, которые быстренько накатали мне готовую историю, хоть прям сейчас пиши, (фантазия, отпусти). В сиквеле я раскрою не только его, но и уделю внимание их с Оганом прошлому, отношениям, в том числе и жизни среди людей, которая им обоим по душе гораздо больше, чем драконья.       Начну в феврале, но сразу предупреждаю, что выкладка будет непостоянной. У меня, в конце концов, еще два фанфика стоят, мда… Надеюсь, я все-таки управлюсь с тем, что сама на себя возложила. Пожелайте мне удачи.       Ладно, теперь действительно пора:) Спасибо за путь, что вы проделали вместе с моими героями:) Очень приятно знать, что не зря порой сижу до шести утра, дописывая очередную главу: D Хоть я и люблю то, что делаю, но и читатели, разделяющие со мной эту любовь, порой необходимы, чтобы подбодрить и наскрести сил на проду) Как впрочем и пинками, если я вдруг начну халтурить:)       С благодарностью, ваша Эн.