Эпоха возрождения.

Небо окрасилось в красный свет. Был слышен вой собак. Жители деревни сидела у себя в домах и боялись высунуть свою голову на улицу. Он вернулся.*

Утром Чимин ушёл на работу готовится к фестивалю. Юнги же пошёл с Намджун хёном в камеру для заключённых. Колени немного дрожали из-за атмосферы. В горле мигом стало сухо. Ему всего лишь одиннадцать лет, а он уже идёт к знакомому, который сидит в камере. — Кричи, если, что не так, понял? — Да, хён. В помещение пахло сыростью, гнилью. За столом сидел парень лет десяти, его русые волосы сильно посидели в его возрасте. — Парень очень нервный, кричит всё время и зовёт тебя. Периодически плачет. — ответил мужчина на вопрос в глазах Юнги. — Спасибо Аджосси. Теперь, оставьте нас одних. Присев на соседний стул, Мин стукнул кулоком по столу два раза. Парнишка поднял взгляд, который сменился шоком и радостью. — Хёним! — Югём-щи, — кивнув головой, Юнги начал пристально смотреть тому в глаза, — скажи мне, как ты здесь оказался? Как ты выжил? Улыбка с лица пропала, взгляд стал стеклянный. — После того как на особняк напали, я начал искать тебя. Мне было страшно. Везде было море крови, трупов. Я нашёл твою семью на первом этаже, где гости танцевали и веселились. Меня тогда знатно вырвало. Знаешь, меня тоже пытались догнать и убить, но я спрятался в твоей комнате, в шкафу. — Тот самый шкаф, который идёт в глубь потайной комнаты? — Ты помнишь. — Конечно, ты ведь мне его подарил с семьёй на моё девятилетние. — Ну да ладно, сейчас не об этом. Так вот, после такого как в доме утихло, я стал снова искать тебя. Мне было страшно даже думать о том, что ты тоже лежишь где-то в крови. Я не нашёл тебя, зато нашёл твой галстук, который ты надел на праздник. Мысль, что тебя захватили в плен у меня были, но после того, как меня приютила Хальмони, я успокоился, так как она сказала, что спасла какого-то паренька от дождя с именем Юнги. Я понял, что ты жив и пошёл в ближайшую деревню. Сюда. Только вот я и подумать не мог, что меня схватят и посадят сюда. — Ну знаешь ли. У нас здесь тоже всё плохо. На деревню периодически нападают. Люди убивают друг друга. Вот совсем недавно господин Ван пытался убить свою дочь и себя в том числе. Но их спасли, а Вана посадили в тюрьму при Королевстве. — Подожди, это тот Господин Ван, который угрожал твоей семье? Который убил твою семью? — Да на первый вопрос, нет на второй. Мою семью убил не господин Ван, а совсем другой человек из другого сословия или даже Королевства. — Но тогда почему он пытался убить свою дочь и себя? — Его долго об этом допрашивали, но он не сознался. Как думает Намджун хён, он… — Он король деревни? — Эээ.? Ну, можешь думать и так. В общем, Намджун Хён думает, что у него случился нервный срыв из-за людей, которые обвиняли его в убийстве моей семьи. — Странно. Кстати, меня от сюда выпустят? — Да. Завтра. А пока попробуй здесь побыть — Ну Хён~!

***

— И как твой друг? — Чимин ходил по дому и готовился пойти в приют. — Нормально. Хён, а ты куда-то собираешься? — Да, в приют. Сегодня встретился с двумя мальчиками лет так четырнадцати, они сбежали с приюта и я хочу забрать их вещи. — Зачем? Ты хочешь их приютить? — Юнги недовольно свёл брови и цокнул зубами. — Тебе меня уже не хватает? — Ну ты чего? — потрепав волосы мальчика, Чимин улыбнулся. — Они будут работать у меня и жить в моей лавке, ты забыл, что там есть второй этаж с комнатами? Аджосси который работал там до меня, именно там и жил. Я хочу их научить своему мастерству, чтобы когда я уехал, они смогли зарабатывать себе на жизнь. — А кто они? — Ммм? Интересует кто будет место меня там работать? — Хён! — Ладно, ладно. Самого старшего зовут Чон Чонгук, а младшего Ким Тэхён. Чонгук старше Тэхёна на четыре месяца. — Ясно. — Я надеюсь, что когда я уеду, ты с ними подружишься. — Зачем это мне? У меня на шее уже висит один. — Юнги сел на пол возле камина и стал греть руки. Хоть и конец весны, вечером прохладно. — Не будто таким букой, Юнги. Я знаю, что ты не такой. — Много ты знаешь, хён. — Естественно. — Чимин  сел сзади младшего, обнял того руками и ногами, при этом положив голову тому на плечо. — Будь хорошим мальчиком, пока хёна не будет рядом.

***

Ну что ж, думает Юнги, не такие и плохие его новые хёны. Тэхён и Чонгук очень милые ребята, которым младший сразу же понравился. — Будете нашими друзьями? — почему «нашими»? Потому что Югём теперь живёт с ним и Чимином. И это пипец как сложно. Один желудок — нормально. Два — хорошо. Но три, в время которое они живут, это уже пипец пипецкий. — Конечно. — Хэй, Юнги, ты не знаешь где Чимин-щи? — Он у Намджуна, разговаривают о его поездке во дворец на фестиваль. — О, круто! — Тэхён посмотрел в глаза своего хёна и сразу же покраснел. Сними что-то не так, думает Мин, наблюдая за этой идиотской сценой. «Они в друг друга влюблены?» — Кхм, хотите зайти на чай? — Нет, нам с Югёмом нужно идти, но спасибо за предложение. Как-нибудь в другой раз. — «или вообще никогда. Тэхён даже не заметил, как Чонгук на него посмотрел. Кажется, я только что спас не только нашу с мелким шкуру, но и Тэхёна.» — Тэхён, — повернув голову к хёну, Тэхён виновато улыбнулся, — что это сейчас было? — Ну, знаешь ли, у нас и так мало друзей, я хотел с ними поближе познакомиться. — «поближе» что? — Ничего. Идём давай, холодно ведь. Тэхён всегда знал, что его хён очень ревнивый. Ким ведь его самый первый и единственный друг. Но Тэхён уже как месяц любит своего друга, никак друга. Судьба, за что ты так с ним? Ким очень сильно боится, когда Чонгук хён чем-то не доволен. Но больше всего он боится, что когда-нибудь он хёну надоест. — Хэй! — услышав голос, Тэхён повернул голову и споткнулся об камень, но Чонгук поймал его. — Вот же растяпа! Будешь уходить в свои мысли, не заметишь как упадёшь куда-нибудь. В речку например. — Прости, хён. Я просто очень сильно волнуюсь. Ведь когда Чимин хён уедет, то его лавка будет на наших плечах. — Не волнуйся ты так, у нас ещё есть Юнги и Югём. Хотя, на счёт последнего… — Ты тоже это заметил, хён? — Да. Зря этого паренька не выгнали из нашей деревни, ой зря. — Нужно следить повнимательнее за Юнги. — Ты прав. Дойдя до лавки, они поднялись на второй этаж и легли на кровать. Они оба думали о своём, но их мысли сводились только одному.

Пак Югём не тот, за кого себя выдаёт.