Счастливый конец

В палате пахло цветами. Они неизменно приносили их сюда каждое утро, а вечером забирали те, что уже начали вянуть. Хризантемы, лилии, розы, астры и те, чьих названий уже никто не помнил. Ароматов было слишком много, они перемешивались, и в конце концов воздух начал пахнуть так сладко, что сахар из него можно было бы есть ложкой. Но Броку так не нравился запах больницы, что они носили к нему все новые и новые букеты. — Смотри, это анемоны, — Баки поставил новый букет в вазу, из которой только что вытащил увядающие красные розы. Несколько алых лепестков вырвались из бутонов, пока он укладывал их в коробку, чтобы забрать с собой вечером и выкинуть. — Они из семейства лютиковых. И ещё напоминают цветом глаза Стива. — Красивые, — хрипло отозвался Брок, и Баки тут же оказался возле его кровати на коленях и схватил его за руку. — Ты говоришь, — заулыбался он и прижался щекой к ладони Брока. — Я рад, что тебе лучше. Так хотелось показать тебе их. Брок в последнее время редко был достаточно в себе, чтобы осознавать что-либо, что происходит вокруг. Время истекало. Баки привык, что часто говорит сам с собой, когда обращается к Броку. Но сегодня он был здесь, с ним. — Они правда похожи на его глаза, — Брок погладил Баки по щеке, пока тот доверчиво льнул к нему, стараясь ухватить побольше ласки. Пока он говорит. Пока он слышит и даже может шевелить своими хрупкими морщинистыми руками. Брок почувствовал, как кожа под его ладонью вдруг стала влажной. Он приложил немало усилий, чтобы приподнять голову и взглянуть на Баки. — Эй, принцесса, ну что ты, — Брок стёр большим пальцем слезу с его щеки и улыбнулся настолько, насколько смог. — Эй, ну не плачь. Все хорошо. — Не хорошо, Брок, — Баки всхлипнул и взглянул на него своими невозможными глазами, полными безнадежной боли. — Всё больше никогда не станет хорошо. — Командиром ты меня больше не зовешь, — хмыкнул Брок. — Теперь я просто старый Брок Рамлоу, нужный на всем белом свете только вам двоим, дуракам. — Ты неисправим, — Баки слабо улыбнулся, но нашёл в себе силы подняться с колен и присесть рядом с ним на кровать. Он погладил его по лицу живой рукой, и она почему-то ощущалась для Брока как никогда тёплой. — Хочешь чего-нибудь, командир? Я полностью в твоём распоряжении. Брок смотрел на Баки, жадно угадывая в нем черты, которых не помнил. Точно. Прошло ведь так много лет. Теперь Баки выглядит так, как он сам выглядел, когда они стали жить вместе. Ему было пятьдесят? Да, вроде Броку тогда было пятьдесят. Сколько же ему теперь? Он не помнил. — Скажи, сколько тебе лет, — попросил Брок. Мысли в его голове давно потеряли порядок, и каждое слово было непредсказуемым. Баки был рад, что на этот раз он не спросил, как его зовут. — Мне сто тридцать пять лет, — Баки улыбнулся. — Биологически. Практически я сейчас где-то в районе пятидесяти. — Так и знал, — Брок был рад, что угадал. Баки все ещё был сложен как шкаф, но в его лице угадывались морщины, а в щетине притаилось несколько седых волосков. Интересно, как сейчас выглядел сам Брок. Он не помнил. Он не знал. — Как я выгляжу? — Как моя любовь. Прекрасно. — Ты врешь? — Брок не мог знать, поэтому спросил. — Он не врёт, — ещё один голос раздался со стороны двери. Брок не видел, кто это. — Привет. Я рад, что ты сегодня с нами. Рядом с кроватью показался Стив. Его глаза были покрасневшими, но всё ещё синими. Брок улыбнулся и протянул к нему руку. Стив взял его ладонь в свою и присел с другой стороны кровати, небрежно положив букет из пионов на тумбочку. — Твои глаза красивые, — сказал ему Брок. — Они не как лютики. Они как… Не помню. — Как анемоны, — подсказал Баки и кивнул в сторону одной из множества ваз. — Спасибо, Брок, — Стив аккуратно наклонился и поцеловал его в щёку. Его губы были нежными и прохладными как лепестки полевого цветка. Броку нравились цветы. — Ты тоже плачешь. Почему? — Брок поднял руку и стёр влагу уже со щеки Стива. — Я просто не хочу тебя терять, — не стал лгать Стив. — Сегодня… Сегодня я пришёл позже, потому что… Потому что Тони не стало. Я был на его похоронах. — Мне жаль, Стив, — Брок не помнил, кто такой Тони. Но он понимал, что Стив был разбит из-за его смерти. Он хотел его поддержать. Стив поддержал его, когда Джек ушёл. Джек… Кем он был? — Кто такой Джек? — Джек Роллинс — твой лучший друг, — ответил ему Стив. — Также, как был Тони Старк для меня. — Как умер Джек Роллинс? — Брок не помнил, но он хотел знать. — Тридцать лет назад он схватил пулю во время операции, — Баки сказал, как есть. Брок всегда заслуживал правду. Особенно сейчас, когда он просто не помнил того, что уже знал. — Я его не спас? — Брок не помнил. — Тогда нас с тобой придавило огромной плитой, — Стив хмыкнул воспоминаниям. — Мы были отрезаны от остальных. — Теперь понятно, — Брок почувствовал, как в горле пересохло. — Можно воды? — Конечно, — Баки подорвался, и уже мгновение спустя аккуратно приподнимал его, чтобы приложить ко рту стакан с водой. Брок благодарно сделал несколько глотков, а потом отклонил голову, давая понять, что этого хватит. — Спасибо, принцесса. — Брок лёг обратно на подушку. — Мама говорила, что в старости мне будет некому подать стакан воды. Но я везунчик. Вы двое здесь. — Мы… Мы с тобой до конца, Брок. — Да, да, до конца. У нас случилось долго и счастливо, парни, — Брок попытался усмехнуться, но у него не вышло. — Но это ещё не конец. Вы вдвоём, вы… У вас ещё многое впереди. Надерите зад ещё парочке пришельцев. Датчик сердечной активности вдруг начал звучать громче, а периодичность стала короче. Сердце Брока забилось слишком быстро. — Стив… Стив, мне жаль, что ты снова проходишь через это. Я теперь как твоя Пегги Картер. Я забываю, потом вспоминаю, потом снова забываю. Я слишком стар для этого дерьма. Мне больно. — Баки! — Стив в панике взглянул на Барнса. — Жми на кнопку вызова врача. — Нет! — Броку хватило сил хрипло выкрикнуть это. — Нет. Это приказ, Баки. Приказ командира. Вернись. У Баки в глазах отразилась такая боль, что Брок вдруг на секунду вспомнил, как этот бедный маленький мальчик сидел в том ужасном кресле. И как он кричал. Нет, никак нельзя было, чтобы ему снова было так больно. Нет. — Стив, ты должен пообещать мне, — Брок серьёзно взглянул на него и схватил за руку, изо всех сил сжимая её в своей ладони. — Пообещай мне, что ты защитишь его, что не позволишь больше никому причинить ему боль. — Я об-бещаю, Брок, — Стив заикнулся и всхлипнул, сжимая его руку в ответ. Баки снова оказался с другой стороны кровати и взял вторую его ладонь в свою. — А ты, принцесса, — Брок перевёл дыхание. — Когда меня не будет рядом, ты — не дай ему упасть в скорбь, из которой он не сможет выбраться. Вы… Вы вдвоём, вы есть друг у друга. Мне проще, чем всем остальным, ведь я знаю, что вы двое… Что до конца. Будьте до конца. — Конечно… Конечно, Брок, — прошептал Баки. — У меня была чертовски хреновая жизнь, но потом я встретил вас. И это… Это будет счастливый конец. — Брок!.. — два голоса будто слились в один, и Брок слышал, он слышал свое имя и через него какой-то странный раздражающий писк. Это его сердце? Это оно так бьётся? Что ж, если оно бьётся, значит, он жив. — Это будет… Счастливый конец… Счастливый. Монитор показал ровную линию, и тот дурацкий писк, что раздражал слух, вдруг превратился в длинную нескончаемую ноту. А в палате пахло цветами. Хризантемами, лилиями, розами и астрами. И теми цветами, названия которых уже никто не помнил. В вазе на окне среди множества других стоял букет из синих анемонов.