Доброе утро, Эдди

В голове раздаётся низкий протяжный голос, который никак не хочет умолкнуть. — Эдди. С утра солнце медленно заполняет комнату и мешает спать, из кухни доносится шум воды и звон посуды, а нос улавливает аппетитный запах жареного лука с мясом. Стоит только Эдди накрыться одеялом, повернувшись на другой бок, как его тут же вытряхивают из тёплого кокона. — У тебя пара минут, — ушную раковину опаляет клокочущий голос Венома. — Боже, — Эдди раздражённо вздыхает и прячет голову под подушку. — Ты ещё та заноза в заднице, но даже не думай, что вынудишь меня проснуться в такую рань. — И почему ты такой зануда? — Я не зануда, — огрызается Брок, вернув одеяло на место. — Любому человеку нужен сон. Он начинает дремать и почти засыпает, когда чувствует обжигающе-холодное прикосновение в районе бедра. Очень знакомое чувство. — Энн? Ладонь холодная и влажноватая. Видимо, Энн забыла тщательно вытереть руки после мытья посуды. Ладонь касается утреннего стояка сквозь хлопковую ткань боксеров и осторожно массирует член у основания, и Эдди чувствует, что тело отзывается на каждое прикосновение против собственной воли. — Ладно, твоя взяла, — он сонно улыбается и быстро переворачивается на спину, ожидая встретиться с девушкой лицом к лицу, но спальня по-прежнему пуста. Остатки сна как рукой снимает. На кухне всё так же течёт вода, а на утреннем стояке чувствуется приятно-упругая тяжесть. — Только не говори мне... — Эдди откидывает одеяло, уже заранее зная, что там увидит. Сложить два и два совсем не трудно. — Ох, чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт... Он отползает назад по кровати и больно ударяется спиной о стену. Симбиот тянется к нему, ластится липкими тенями. — Никогда, слышишь, никогда больше так не делай! — Брось, Эдди... — извиваясь как змея, Веном оборачивается вокруг его запястий и стягивает их вместе. — Я знаю, ты этого хочешь. — Чёрта с два! Эдди пытается освободить руки, но липкие тени врезаются в кожу. Влажное щупальце добирается до кромки трусов, чуть оттягивает и снова отпускает резинку. — Я чувствую тебя. Оно скользит под боксеры, и Эдди ощущает волнующую тяжесть в паху. Он не спутает это чувство ни с каким другим. Кажется, ещё секунда, и он сдастся, уже никак не сумеет этому противостоять, что бы там ни было дальше. — Разве тебе не нравится? — Иди к чёрту. Щупальце превращается в подобие огромной лапы и начинает гладить, медленно гладить член от основания до головки. Эдди жмурится. Ему становится всё труднее и труднее наблюдать за происходящим. От возбуждения ведёт. — Интересно, у вашего вида есть определённые физиологические потребности. Я могу помочь тебе. — Твою мать, — Брок растерянно и безнадёжно выругивается. Внезапно его руки оказываются свободными. Он уже не сопротивляется, не пытается вырваться, просто судорожно вздыхает, зарываясь пальцами в тонкие простыни. — Ну ты и зараза... Это, конечно, приятно. Немного странно, но на самом деле не так уж и плохо. Нескучная анатомия с Веномом. Если закрыть глаза, то можно представить на его месте Энн. Разрядка наступает быстро, Эдди кончает себе на живот. Жарко дышит, влажная чёлка липнет ко лбу. Симбиот на какое-то время нависает над ним, а потом дёргается в направлении живота, намереваясь слизать сперму. От одного этого зрелища у Эдди слегка кружится голова. Он откидывается на мягкую подушку бежевого цвета. — Что? Неужели не подействовало? — Нет-нет, я проснулся, — Эдди предостерегающе вскидывает ладонь. — Теперь уж точно. Мало ли что ещё может взбрести Веному в голову. Им уже давно стоит поговорить о том, чего симбиоту не следует делать. Первое — не убивать хороших людей, второе — не пугать соседских котов. Третье... На то, чтобы принять душ, уходит пара минут. Эдди идёт на кухню, обнимает Энн со спины и целует в щёку. — На часах только половина шестого, — она удивлённо моргает. — И чёрт меня дёрнул проснуться в такую рань. На губах Брока играет лёгкая усмешка, а в голове раздаётся недовольное ворчание Венома. Ладно, так уж и быть. Может, они обсудят третий пункт как-нибудь в следующий раз.