Проклятие с фамилией Коу

      Всю дорогу до дома Сейя подгонял водителя. Хоть он и не видел, куда делась Усаги, он точно знал, что она поедет домой. Сейю настолько волновало душевное состояние любимой, что он даже не успел подумать о том, что ситуация сложилась крайне серьёзная.       Выскочив из авто, Сейя влетел в подъезд и, не дожидаясь лифта, двигавшегося на их с Усаги этаж, побежал по лестнице. Считанные секунды не позволили ему догнать Усаги. Дверь захлопнулись почти у него перед носом.       — Усаги, открой! — Сейя кричал на весь подъезд, тарабаня в дверь как одержимый.       — Уходи! — вскричала срывающимся голосом Усаги, находясь по ту сторону.       — Усаги, любимая моя, я тебя умоляю, открой эту чертову дверь! — голос Сейи так же дрогнул. — Пожалуйста… Я же не виноват в том, что мой брат сделал тебе больно…       Ответа не последовало, только из прихожей доносились частые всхлипы. И как бы Сейя ни уговаривал, Усаги молчала. Она рыдала так горько, что Сейе тоже хотелось плакать. Но в то же время он был уверен, что не позволит никакому прошлому заставить их с Усаги расстаться. И ему был не важно, что этим прошлым оказался его родной брат.       Почти всю ночь Сейя провёл под дверью Усаги, но она так и не открыла ему. Сама же Усаги прорыдала в подушку долгие часы и лишь под утро провалилась в забытье.       Ятен тоже провёл бессонную ночь. Он, напившись в одном из баров, упивался чувством вины и осмысливал произошедшее, насколько хватало сил. Ведь уму непостижимо: та, которую он так любит и так долго искал, оказалась невестой его брата!       — Неужели так бывает?! — взвыл Ятен, закрывая лицо ладонями. — Почему именно он? Почему?..       Эти вопросы стучали отбойным молотком, не позволяя душевной боли утихнуть ни на секунду. Ятену хотелось содрать с себя кожу, убить Сейю, что угодно, лишь бы больше не чувствовать ничего.       — Почему? — вновь вопросил он и разрыдался как ребёнок.

***

      Почти до самого вечера Сейя и Усаги отсыпались после бессонной ночи, Ятен же боролся с жутким похмельем. Но даже это не заставило его отказаться от идеи, объясниться с Усаги. Приняв душ и приведя себя в порядок в гостиничном номере, где он остановился, Ятен вызвал такси.       Усаги давно не спала, но подниматься с кровати у неё не было ни сил, ни желания. Она лишь тяжело дышала, переваривая происходящее. Как такое могло случиться? Как она могла полюбить родного брата Ятена, находясь в другой стране? Неужели это рок?       В дверь позвонили, и Усаги пришлось отвлечься от раздумий. Тихонько подойдя к двери, она посмотрела в глазок. Сердце отбивало тяжёлую дробь, а к горлу подкатил ком. За дверью был Ятен. Тяжело вздохнув, Усаги потянулась к замку. Тянуть нет смысла. Она должна расставить всё по местам. Рано или поздно ей все равно предстоял разговор с ним. Щёлкнул замок и дверь приоткрылась. Ятен неловко, будто опасаясь чего-то, переступил порог.       Пройдя в комнату, Усаги облокотилась о стену, опустив голову. Ей было невыносимо больно видеть его, и она даже не собиралась это скрывать.       — Чего ты хочешь, Ятен? — тихо спросила Усаги.       — Я бы хотел поговорить, — он сделал шаг к ней навстречу.       — Отойди… — безжизненным тоном сказала Усаги. Ятен опешил от её холодного тона.       — Я не сделаю тебе ничего плохого…       — Отойди от меня, — повторила Усаги, не поднимая головы.       Ятен вновь шагнул к ней и остановился напротив. Его сердце разрывалось, а мысли путались. Он миллион раз прокручивал варианты разговора с ней, но ни в одном из них Усаги не была с ним так холодна.       — Усаги… — тихо начал Ятен, подбирая слова. — Не так давно я узнал правду о том, что произошло тогда… Я знаю, что к тебе приходила Минако… Знаю, что тебя отчислили. Также я знаю, каким образом тебя вынудили покинуть страну…       — И то, что я потеряла ребёнка из-за Минако, ты тоже знаешь? — К удивлению, Усаги легко и безболезненно для себя дались эти слова.       — Усаги… — лицо Ятена страдальчески исказилось.       — Не нужно… — Усаги оборвала его потуги. — Так даже лучше, наверное… — Резко вздёрнув голову, Усаги пристально посмотрела на молодого человека. — Где ты был, Ятен? — дрогнувшим голосом спросила она. — Где ты был, когда я тебе звонила? — Усаги не сдержала слёз.       — Усаги… Минако заплатила Мамору и они напоили тебя какой-то дрянью… Ты, видимо, спала, а Мамору уложил тебя в постель и раздел, инсценировав секс. Картина, которую я застал, лишила меня рассудка.       — И ты поверил? Решил, что я такая шлюха? Да я любила тебя больше жизни, и ты знал об этом! — рыдая, выкрикнула Усаги. — А когда твоя семейка смешивала меня с грязью, ты просто не брал трубку… — прошипела она, стирая слёзы злости и обиды.       Усаги настолько была не в себе, что даже не заметила вошедшего и застывшего в прихожей Сейю.       — Прости меня, Усаги… Я правда поверил, что ты была с ним. В деканате мне сказали, что вы с Мамору перевелись в Америку. Но я наказан за это сполна. Все эти годы я думал только о тебе… — Ятен хоть и пытался держаться, но его состояние граничило с истерикой.       — Заткнись! — Внезапно, будто озверев, Усаги сорвалась с места и вцепилась в воротник Ятена. — Как же я тебя ненавижу! — в лицо ему зашипела Усаги. — Откуда ты взялся? Ты всю жизнь приносишь мне одни несчастья! — она рыдала, даже не замечая, какую боль причиняет Сейе, который так и стоял в прихожей. — Ты сломал мне жизнь, заставив собирать душу по частям. И именно в тот момент, когда я решила, что снова могу быть счастлива, опять появился ты и всё разрушил…       — Ты не можешь быть с Сейей, — голос Ятена стал ровным и холодным.       — Не могу… — поджав подбородок, кивнула Усаги. — Но не из-за тебя, а потому что он Коу… А ваша семья… моё личное проклятие.       Терпению Сейи пришёл конец. Его сердце разрывалось, а злость на брата застилала разум. Сжав кулаки, Сейя уверенно шагнул в комнату.       — Быть ей со мной или нет, это не твоё дело, Ятен, — Сейя одарил брата убийственным взглядом.       Усаги тут же разжала пальцы, отпуская воротник Ятена.       — Убирайтесь, — её голос снова потерял краски. — Оба.       — Усаги… — Сейя дёрнулся, но застыл на месте, так как Усаги бросила на него умоляющий взгляд.       — Оба, — повторила она, отвернувшись от братьев.       Два молодых человека, любивших её всей душой, нехотя поплелись на выход.       Оказавшись в коридоре, Сейя тут же вцепился в многострадальный воротник брата, впечатав его в стену.       — Улетай домой! — прорычал Сейя. — Не смей причинять ей боль своим присутствием.       — Нет, Сейя, — выдохнул Ятен, прямо посмотрев на брата. — Я слишком долго её искал, чтобы так просто теперь отпустить.       — Что? — Сейе показалось, что ему послышалось.       — Я люблю её и буду бороться, — почти по слогам проговорил Ятен. — Ты должен отказаться от неё, потому что она была моей. Иначе…       — Иначе что? — Сейя закипал с каждой секундой. Наглость Ятена выводила его из себя.       — Иначе, ты мне не брат, — не раздумывая, ответил Ятен. — Ты не имеешь права отбирать мою любовь.       — Ты просрал свою любовь три года назад, — Сейя встряхнув брата, сильнее впечатал его в стену. — Боясь потерять наследство, ты позволил Минако и отцу растоптать её. Ты поступил как ничтожество. И сейчас ты снова поступаешь как ничтожество. Она была счастлива, а ты будешь только мучить её. Улетай в Японию.       — Нет! — резко сбросив руку брата, Ятен оттолкнул его. — Она была моей… И только поэтому отступить должен ты.       И, не дожидаясь ответа, Ятен зашагал к лестнице.       — Не смей приближаться к ней, иначе я за себя не ручаюсь, — твердо проговорил Сейя, даже не повернувшись в сторону удаляющегося Ятена.

***

      Кейку сидел в гостиной, нервно барабаня пальцами по ручке чемодана, в ожидании водителя. Погруженный в свои мысли, он даже не сразу заметил, что в гостиной появилась Минако, так же с чемоданом.       — Я полечу с вами, — уверено проговорила она.       — Это исключено, Минако. Оставайся с ребёнком, я сам всё решу, — отчеканил Кейку бескомпромиссным тоном.       — Эта дрянь опозорила фамилию Коу! — нервно воскликнула Минако, крепко сжимая кулаки. — В прямом эфире показали, как Сейя ударил Ятена из-за неё… Ятен побежал за ней как собачонка. Прошло столько лет, а он до сих пор любит её. Я хочу убить эту стерву! — на глазах Минако заблестели слезы злости.       — Вот именно поэтому ты никуда не полетишь, — отмахнулся Кейку, поднимаясь с места, горящие фары автомобиля сообщили, что водитель на месте.       — Нет, я с вами!       Минако было дёрнулась следом за Кейку, но тот резко заставил её замереть на месте, гаркнув как никогда грубо:       — Угомонись и сиди дома! Твоих истерик мне ещё не хватало!       В этот момент Коу старший показал истинное отношение к Минако. В ответ она отшвырнула чемодан, сверля свёкра злобным взглядом.       — А знаете что? Идите вы вместе со своим сыночком куда подальше! Этот ублюдок мне вот уже где! — Минако жестом указала на горло. — Я всё для него делаю, а этот урод бегает за какими-то… колхозницами! Надоело! Я ухожу!       — Это твоё право, но Сену ты не заберёшь из моего дома, — отрезал Кейку.       — Что?!       — Что слышала. Сама иди куда хочешь. Ребёнок останется здесь.       Кейку двинулся к двери, не желая слушать Минако. Но та не замедлила с ответом, проговорив вслед свёкру:       — Вот и славно. Не придётся таскаться с отпрыском вашего сыночка. — Минако нервно рассмеялась. — Она же копия Ятена… От меня в ней ничего нет. Достала Ваша семейка!       — Потому Ятен и не любил тебя никогда, — бросил Кейку, даже не обернувшись.       С этими словами он покинул дом.