Чудо

      Диппер Пайнс совсем не выделялся своим внешним видом среди других учеников университета (В отличие от Сайфера, например). Он был вполне миловидным голубоглазым брюнетом с пушистыми кудряшками на голове, каждый день приходившим в университет в одной и той же зелёной клетчатой рубашке и тёмно-серых джинсах. На запястье Диппера постоянно красовались браслеты из ракушек, а за воротом рубашки прятался интересный кулон с красно-синей подвеской каплей. Тем не менее, из-за того, что он выглядел так каждый день, всё же существующая необычность образа терялась.       Когда в один из вторников к Пайнсу внезапно подошёл блондин в ярко-жёлтой рубашке, чёрных, как сама материя, штанах и галстуке-бабочке, Диппер удивился. Не внешнему виду парня, а тому факту, что с ним кто-то заговорил. Точнее, не кто-то, а Билл Сайфер собственной персоной (Возможно, по Дипперу и не скажешь, но он знает всех своих одногруппников в лицо и по именам).       Билл начал с банального: «Привет», — на что получил точно такое же приветствие. После этого блондину предстояла самая сложная часть — сам диалог (Представляться эти двое не стали, и так же знают имена друг друга).       Причина, по которой у Сайфера было мало друзей (Читать: не было вообще) заключалась в его характере, а точнее в излишней болтливости, которая дополнялась абсолютным неумением слушать других. Тут любой человек сорвётся.       И Билл первое время старался держать себя в руках. Правда, хватило его ненадолго. Изначальной темой разговора была учёба, но потом блондин вспомнил про фильм, который недавно видел. Пайнс, как оказалось, его не смотрел, так что задал вполне закономерный вопрос: «А о чём он?». Именно в этот момент самообладание Билла закончилось, и он начал во всех красках пересказывать Дипперу фильм (Настолько во всех красках, что Пайнс как в кино сходил).       Выглядело это забавно. Сайфер шёл, размахивая руками, и рассказывал все тонкости сюжета, диалогов и характеров персонажей. Со стороны казалось, что он не особо смотрит на собеседника, но на самом деле только из-за Диппера, шедшего рядом, Билл не натыкался на стены, во время переходов к следующей аудитории. Потом оба парня останавливались рядом с кабинетом, и Пайнс продолжал внимательно слушать, а Сайфер продолжал увлечённо рассказывать. Так за две с половиной перемены Билл смог «показать» Дипперу фильм.       Когда блондин заканчивает, он понимает, что немного выпал из реальности и начинает потихоньку приходить в себя. Впереди последняя третья пара. До конца перемены минуты две. Рядом с ним всё ещё стоит Диппер и ждёт, не скажет ли Билл ещё что-нибудь. А всё свободное время перед занятиями Сайфер донимал Пайнса своей болтовнёй. Ему становится стыдно. — Блин, прости, — произносит блондин. — За что? — Диппер недоумённо наклоняет голову немного набок. — Ну, я тебе все уши прожужжал, а ты может даже не хотел меня слушать.       «Что ты сделал с моими ушами?» — думает спросить Пайнс, но вовремя себя останавливает. — Мне было интересно тебя слушать, — отвечает брюнет (И его заинтересованное лицо во время рассказа Билла является явным тому подтверждением). — Правда? — искренне восклицает Сайфер (Обычно после первого же диалога с ним люди стараются побыстрее переехать в другую страну, чтобы у них не было ни одной темы для ещё одного разговора). — Конечно.       Билл не успевает придумать, что ответить. К счастью, ему не приходится. Во-первых, начинается пара, а, во-вторых, Диппер не ждал, что блондин что-то на это скажет.       На следующий день общение парней продолжается, но на этот раз Билл решает рассказать что-нибудь о себе, а не о фильмах (Кажется, так делают некоторые нормальные люди). Диппер всё так же внимательно слушает, и Билл мог бы записать в свой список ещё одну его странность (Если бы не забыл о нём напрочь).       Пайнс мог с поразительной лёгкостью разговорить блондина. Буквально одной фразы достаточно, чтобы Сайфер опять загорелся энтузиазмом и начал рассказывать очередную историю из своей жизни. Зачастую, эти самые «волшебные» фразы представляют собой довольно глупые вопросы, напоминающие те, что задают маленькие дети, ещё не знающие очень многих вещей. Вполне возможно, будь на месте Билла кто-то другой, он счёл бы Диппера глупым и необразованным. Но на месте Билла никого кроме него не было, так что он с готовностью отвечал на все вопросы Пайнса (Как-никак, Сайфер собирался стать учителем младших классов, так что это можно считать практикой).       Чтобы было понятно, насколько Диппер мог разговорить Билла, через пару дней Сайфер случайно проболтался, что следил за брюнетом. Но Пайнса это нисколько не смутило, так что, чтобы успокоить недосталкера, он сказал: «А это запрещено?».

***

      Билл, на самом деле, не знал, на что рассчитывал, когда начинал общение с Диппером. Ему просто было интересно, и он решил попробовать. И вот, с той самой пробы прошёл уже месяц. За это время Сайфер привязался к Пайнсу (Ещё бы, тот уже месяц его терпит, с таким успехом, Диппер может побить рекорд последнего друга Билла, продержавшегося три месяца).       Сайфер считал, что они с Пайнсом, как инь и янь, идеально друг другу подходят и дополняют: Билл всё время болтает, а Диппер любит слушать, блондин довольно эмоциональный, а брюнет само спокойствие. Это же просто чудо встретить человека, подходящего тебе, как булочка к кофе, как пледик к осеннему вечеру, как майонез к кетчупу! Именно поэтому про себя Билл называл Диппера — «Чудом».       Однако была в их идеальных отношениях одна маленькая проблема (Ну, как маленькая, через месяц это была уже большая проблема). Дело в том, что Пайнс ничего о себе не рассказывал. Билл вряд ли смог бы ответить хоть на один вопрос, касающийся брюнета (В то время как Диппер может на основе рассказов Сайфера написать его биографию, причём, довольно подробную). И, возможно, это не было бы такой проблемой, если бы не очевидность того факта, что Пайнс что-то скрывает.       В делах, касающихся Диппера, Билл, даже к собственному удивлению, проявлял чудеса разумности, так что решил просто рассказать другу об этой «маленькой» проблеме. Однако результат оказался неожиданным.       Пайнс выглядел испуганным во время разговора и после него начал избегать блондина. Да уж, Сайфер тогда намучился. Его внезапно лишили поддержки и опоры. Ему казалось, что он остался один во всём этом огромном университете. Биллу даже из окна дуло сильнее, чем обычно!