Сборник «Свалка»

      Индиговый еж проскрипел клыками, когда руки его сопроводителя намеренно обхватили голову в районах затылка и подбородка, выпрямляя ее. Может, если бы он не оказывал сопротивления, то это было бы не так больно. Но когда тебя ни с того ни с сего хватают едва ли не за шею, полностью дезориентируя, срабатывает выработанный за немалые годы жизни рефлекс. Дать отпор потенциальной опасности всеми силами, которые он только сможет собрать в кулаки.              — Лучше выпрямите шею, Ватанабэ-сама, так она не будет болеть после. — посоветовал приятный басистый голос, раздавшийся над ярким ухом. И это же ухо услышало удовлетворенный хмык, когда еж последовал совету. Он поднял нос и подбородок к верху из-за чего был похож на важную особу. Впрочем, таковой он и являлся. — И спину тоже.              Одна рука сопроводителя спустилась по линии позвоночника на талию и слегка надавила, заставляя ежа выпрямить спину. Вторая рука легла на плечо, затем и первая на другое плечо, их хозяин силой заставил господина расправить плечи. Черно-алый еж удовлетворенно кивнул и потянулся к узлу черной повязки на ярком затылке, чтобы получше затянуть, дабы повязка не развязалась в самый неподходящий момент. Ватанабэ шикнул, когда голову вновь стала сдавливать полоска ткани, но он успокаивал себя, что это не надолго.              — Извращенец… — прошипел еж, вспомнив, что он до сих пор не одет, но наглые руки с алой полосой посередине смеют трогать его невинное тело. На самом же деле его это не напрягало. Руки его сопроводителя и помощника были очень даже приятными на ощупь, и ему можно было доверять, потому что тот был слишком честным человеком, чтобы просто нарочно пользоваться своим положением, трогая молодое тело юного господина.              — Руки. — мягко потребовал черный еж, и на вытянутые руки натянул рукава рубахи. Теперь он затягивал многочисленные ремешки на спине, которые словно заменяли корсет. Дышать в ней было так же почти невозможно, и талию она утягивала так же, разве что мужчинам не требовалось это. А господин был довольно худой, поэтому затягивать «корсет» до посинения губ не нужно было. — Левая нога. — Еж подчинился, вытягивая вперед левую ногу и почувствовал, как руки собрата натягивают на ногу плотную ткань до самого бедра. Затем все в точности повторилось и с правой ногой. — Руки.              Индиговый ежик снова вытянул руки, но уже назад, и ощутил на плечах довольно плотную накидку. Наверняка, она с серым воротником, чтобы показать, что не так с ее носителем. Затем поверх той на плечи легла еще одна, наверное, очень красивая, сшитая вручную заботливыми мамиными руками. Жаль она не дожила до этого момента, не увидела как ее сын впервые надел это кимоно на свое восемнадцатилетие, она бы определенно любовно стряхивала пыль, а ее малахитовые глаза сверкали бы от счастья. И, конечно же, пояс, как правило, его натягивают вдвоем, но сейчас здесь был лишь черный еж, который в одиночку неплохо затянул его, перевязывая скромный бант. Будь парниша девушкой, то определенно этот бант бы угробил его спину своим многотонным весом, но выглядел бы он намного эффектнее.              — Осталось привести иглы в порядок. — сообщил помощник, прежде чем расчесывать яркие длинные иглы гребнем. Было больно, но ради красоты приходиться идти на жертвы, а учитывая какой у тебя статус, выглядеть ты всегда должен сногсшибательно. — Сделаем высокий хвост? А может заплетем косу?              — Не придуривайся, Акайо. Как обычно, пучок. То же мне стилист. — буркнул ежик под нос, обдумывая как бы он выглядел с косой, которую предлагал его помощник. Как вариант для праздника она действительно смотрелась бы очень интересно и в традиционном стиле, который так старался поддерживать отец.              — Ага. Значит косу. Я все вижу по вашим губам, Морико... — индиговое ушко дернулось от горячего дыхания от чего светлый локоть уткнулся точно под ребра наглеца. Тот, судя по звукам, едва ли не согнулся пополам. Неплохо, удар достиг своей цели, и, судя по реакции этого чертового самурая, он думал иначе, а то бы давно увернулся, не отвлекаясь от прически Морико. — А вы остаетесь в форме… — отметил парень, когда смог вдохнуть полной грудью и выдохнуть.              — А мне скучно, вот и совершенствуюсь. — на персиковых губах просочилась широкая довольная ухмылка, он был даже горд за себя, что смог так же без промаха отвесить своему собрату оплеуху за неподобающее поведение. Раньше это делал отец, так как не думал, что сын может ответить за себя. — Тебе следует улучшить свою реакцию, раз не смог увернуться даже от слепого. А еще, меньше самоуверенности.              — Учту ваши жалобы, Ватанабэ-сама. — мягко ответил еж, продолжая возиться с индиговыми иглами, чтобы поскорее закончить это, потому что на часах показывало всего час до начала церемонии. Если они опоздают, вся вина ляжет на него, и всем будет плевать, что упрямый господин Ватанабэ сопротивлялся его действиям. Значит, он посмел сделать что-то не так, посмел не угодить его хозяину. Хорошо хоть сейчас за это не заставляли делать сеппуку. Однако, если тебя выбросят из семьи с позором и поставят на спине клеймо своего клана, ты рискуешь стать соноуку, что для большинства самураев является концом всей жизни. И признаться, это еще хуже смерти… Черный еж глубоко вздохнул, успокаиваясь, и застегнул на конце косы золотое кольцо с пятилепестковым цветком. — Вы готовы. — он просунул руку в один из своих карманов и достал телефон. — Машина уже ждет нас у входа.              Но вместо каких-либо слов, Морико лишь кивнул и инстинктивно обхватил локтем руку поводыря. Так было намного проще идти ровно с ним, и не напрягаться. Остальные говорили, что так индиговый еж совсем походит на девушку, но видящим каждое утро солнечные лучи и голубое небо никогда не понять этого. Когда ты теряешься в пространстве и шатает из стороны в сторону, а ты даже не знаешь этого. Это действительно страшно. А Акайо будто бы действительно понимал. Понимал и принимал, искренне заботясь о подопечном, поэтому каждое утро, несмотря на свои очевидные признаки совы, он приходил ровно к будильнику в восемь утра уже с подносом завтрака и не брезговал кормить его сам (первое время, потом тот учился быть самостоятельнее).              Черно-алый еж повел собрата к машине и помог сесть, а затем сел рядом. Порой, будучи сильно расслабленным или даже перенапряженным, парень терял ориентиры и нередко паниковал по этому поводу. Быть лучшим воином и вдруг потерять возможность просто ориентироваться в пространстве без посторонней помощи. Первое время это было невыносимо принять, невыносимо до истерики. Сколько Окумура остановил таких, которые едва ли не закончились печальным концом? А как он был зол, когда видел безразличие в ледяных глазах. Серьезно. Ему так и хотелось рявкнуть в морду «Твой сын потерять мать! А потом еще и лишился зрения, а ты ведешь себя как будто все в порядке, старый ты хер!», но еж испугался, что тогда он лишиться своей должности, и за подростком будет некому присматривать.              По дороге в пункт назначения, поводырь чувствовал напряжение Морико. Он был сильно взволнован, может просто не хотел вновь встречаться с этим ужасным человеком, но есть хоть единственный плюс в сегодняшнем дне. Господин станет полностью взрослым и независимым от своего отца. Они, наконец, разойдутся как в море корабли, и жестокий тиран навсегда покинет их семью, возложив на плечи сына ответственность за клан. Акайо же не нравилось это все, но кто будет его спрашивать? Он просто очередной самурай, посвященный во все эти дела на словах, и никогда не принимавший в них участие. А его мать вообще была китаянкой, что чуть не поставило крест на всей его свободной жизни в составе клана. Они принимали… Дениз принимал, исключительно чистокровных японцев, считая, что кровь других народов портит человека.              — Акайо… спасибо за заботу… — высокий голос подопечного дрожал, и Окумура прекрасно понимал почему. Церемония совершеннолетия была поистине зверской для будущих предводителей клана Итанару. Старший,на данный момент,ребенок должен был сразиться со своим отцом на мечах, чтобы доказать свои права. Причем мечи были самые настоящие, а не просто деревянные муляжи, хотя и теми, если постараться, можно руку сломать. И сейчас Морико дико волновался, что не выживет. С его недугом он мог лишь мечтать о том, что у него хотя бы получится выжить, не то, что управлять кланом. А его отец ни за что не станет поддаваться, так он уже зарубил своего старшего сына.              — Не время прощаться. — как можно более безэмоционально протянул еж, глядя в телефон. Проявлять заботу для него было нечто таким, что он проявлял исключительно нескольким людям, даже нет. Лишь к двум. К своей состарившейся матери и к своему подопечному, который просто должен был выжить, ведь был слишком молод, чтобы умирать. Восемнадцать лет, уже взрослый, но все еще ребенок. Самый противоречивый возраст. — Когда победите, вас ждет большой сюрприз.              — А что за сюрприз? — индиговый ежик заинтересованно повел ухом, и вздрогнул, когда услышал, как мелодичный голос навигатора возвестил о прибытии. Он ощутил, что постепенно его терпение кончается, а в голове вдруг забурлило. Его нервы были на пределе. Он жутковато повернул голову по звуку к своему поводырю и как в припадке замотал головой, полностью уверенный, что по его губам читалось именно «Спаси меня, прошу…».              Обычно люди, лишившиеся какого-то чувства, отсутствие которого мешало им наслаждаться миром вокруг, например зрения, уже больше не хотели жить. И когда по искусанным от страха губам, Акайо смог прочитать просьбу о помощи, он не удивился. Да, у него была возможность сейчас просто убежать, но их бы все равно нашли, и он об этом знает, просто отчаянье охватило его с головой, забирая в свой омут.              — Хотел бы сказать «увидишь». — усмехнулся еж, и положил свою полосатую когтистую кисть на светлую кисть собрата и аккуратно погладил подушечкой большого пальца по костяшкам. Это смогло хоть немного расслабить господина. — Узнаешь, когда мы вернемся. А сейчас успокойся, если ты будешь нервничать, все пройдет только хуже, сам понимаешь.              Индиговый ежик слабо закивал и глубоко вздохнул. Затем он кивнул решительнее, намекая, что готов встретиться со своим страхом лицом к лицу. Акайо отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, чтобы помочь господину вылезти. Он открыл дверь и протянул собрату руку, которую тут же ухватили, и на маисовых губах возникла мягкая улыбка. Ха, шестое чувство работает, зараза. А в какой-то момент Морико даже сам догадался, что нужно чуть выше приподнять ногу, дабы не споткнуться о порог. Не все зрячие-то замечают такую подлянку.