Я снова начал слушать Земфиру

«Я просто взял и поцеловал. Без каких-то лишних слов. Я помнил правило: спросить разрешение — получить отказ.» — Тош, так нельзя. — я сразу же оттолкнула его, хотя понимала, что совсем не хочу этого. — Мы ведь никому об этом не скажем. — Ты с ума сошел? Никто не должен об этом узнать! Особенно Влад. — Я шучу. Только, зачем все это? Зачем какие-то лишние проблемы? — Ты же прекрасно понимаешь что мы не будем вместе! Я с Владом, ты с Викой. Все так, как надо. — Нет, впрочем, как всегда. Слушай, я спросить хотел… Что с тобой происходит? Что с тобой стало? Где вечно улыбающаяся и радующаяся Саша? Почему ты ходишь как будто на похоронах? — Отчасти, так и есть. Той Саши нет, ты ее убил. Теперь есть я. И если ты надеешься, что все будет так, как раньше… Можешь об этом даже не думать. — нельзя оставаться наедине. Нельзя разговаривать. «Не говори ничего больше, Саш. Ты и так достаточно открылась ему. Это слишком.» — Все, хватит! Давай больше не будем поднимать эту тему. — Но… — Тош, пожалуйста. Хватит. Хватит всего этого. — Хорошо. Но… Ты ведь только хуже себе делаешь. — Пожалуйста! — ушел к себе. Ну да, в твоем стиле. Ни капли не изменился. Все такой же ребенок. «Ты ведь только хуже себе делаешь.» — фраза, которая плотно засела в моей голове. Фраза, которая заставила меня думать над ней весь день. Не хочу этого признавать, но… Он прав. Ненавижу! Ненавижу его, ненавижу себя… Всех ненавижу! «Значит, я не звонил тебе больше, вырывая наше прошлое по минутам.» Идеальная песня, идеальные строчки, идеальное настроение. Но, только для того, чтобы сдохнуть. Как хорошо когда есть брат, который звонит тебе кажые полчаса и не дает уйти полностью в свои мысли. — Саш, как думаешь? Чтобы Таня с нами в тур поехала, купить и торт, и цветы? Или просто торта хватит? — В какой еще тур? «Пидор, ты че, про тур ей не сказал?» — послышалось с того конца. — Женя, какой еще тур? — Давай дома поговорим, хорошо? Замечательно, они уезжают в тур. Ничего против не имею, но можно было и меня предупредить.

***

Это последнее, что осталось в моей памяти. А остальное как в тумане. Я знаю, что таблетки со спиртным мешать нельзя. Но, что делать, если другого выхода нет? Что делать, когда только так ты чувствуешь себя лучше? И вообще, чувствуешь себя собой. Да, я знаю что это ужасно. Но, по-другому просто никак. Никак иначе… — Эй, просыпайся маленький алкоголик! — этот голос, будто молоток, бил меня по голове. — Сколько ты вообще выпила? Я наконец-то соизволила открыть глаза, что было достаточно сложно. Ок, я в нашей с Владом комнате, это уже хорошо. Я повернула голову влево и увидела именно то, что хотела увидеть. Точнее, кого. — Доброе утро! — я попыталась улыбнуться, но и это было достаточно больно делать. — Ну, у тебя видимо не очень… Принести что-нибудь? — все-таки, Влад, остается Владом. Таким же внимательным и милым. — Нет, спасибо. Слушай, я ведь вообще ничего не помню. Расскажешь хоть что-нибудь? — Ну, я не знаю что было до того как мы пришли. Это тебе лучше у Тошика спросить. Но, когда мы пришли, ты уже была… веселая. Ну, мы посидели, обсудили планы на тур. — Тур! Точно! — перебивать, вот что я люблю. — Почему мне про него никто ничего не сказал? — Я хотел, а потом замотался и забыл. В общем, в тур входит около двадцати городов, ездить будем по СНГ. Займет около трех месяцев. Вот, как-то так! — Таня с вами? — на тот момент, именно этот вопрос мне казался самым важным. Даже не то, что я буду три месяца, одна, в чужом городе. — Почему с «вами»? Ты разве не едешь? Мы расчитывали, что ты будешь фотографом. — Я ведь совсем не готова. И, тем более, с вами же Таня, зачем еще второй фотограф? — Она не успеет все. Ладно, пока ты в таком состоянии, тебя лучше не нагружать информацией. Кстати, если мы всегда так будем мириться, то я готов хоть каждый день с тобой ссориться. — А что было? — ответа не последовало. Влад лишь бросил смешок, и ухмылкой на лице ушел. Блять, сколько раз я обещала себе что завяжу с этим? Столько же, сколько срывалась. Страшно не то, что это вредит здоровью, а то, что я в таком состоянии могу натворить все что угодно. А еще страшнее то, что об этом знает Антон. Не думала я, что об этом вообще кто-то узнает. Ладно, сама виновата. Сама дура. Сама и расхлебывай.

«Good girl Goodbуе»