Последняя история

—Я тоже рад тебя видеть, Алина. Мы как раз ужинать садимся. Ты с нами? —Я так понимаю, в меню как всегда дошик? —Ага. Говяжий —Конечно с вами. —Привет Мози. Какими судьбами? —Слушай, Алишер, что-то мне подсказывает, что ты, педераст старый, совсем прихуел. Моргенштерн, подавившись дошиком, судорожно хватал ртом воздух и вспоминал все свои пригрешения. Он конечно был не ангелом, но ничего, что он делал в последнее время не подходило под такой живописный эпитет. А между прочим, девушка могла очень так нифигово дать по морде, так что Алишер ее немного побаивался. И Алина продолжала сканировать его подозрительным взглядом, что тоже не прибавляло уверенности. В конце концов, удалось выразить справедливое возмущение: —Не понял. Чего педераст? И мне вообще-то 20 лет! —Ага. А шеснадцатилетнего пацана ты какого хера совращаешь? А я-то думала, чего это ты, как только набухаешься, начинаешь чушь всякую нести и к парням приставать. А тут вот оно что. Ориентацию решил сменить. Алишер чуть не уронил челюсть на пол. Эта сучка только что разгадала его самую страшную тайну. Причем он, дебил такой, сам спалился. Вот говорили же ему завязывать с бухлом. А теперь она знает, что он испытывает не совсем дружеские чувства мало того, что к парню, так ещё и почти ребенку. Сам Моргенштерн категорически не хотел в этом признаваться даже себе. А вот если друзья узнают - тут же окрестят пидором. —Ну а что я могу сделать? Сердцу не прикажешь . —Давно? —Год. Ты не волнуйся, я не собираюсь даже говорить ему что-то. Хотелось бы сохранить хотя бы дружбу. —Поздно. Слушай... И Алина рассказала ему обо всем, что увидела на кладбище. Алишер уже не помнил, сколько раз за этот вечер его челюсть падала на пол. Значит, у него все таки есть шанс? Но как все правильно объяснить? —Едь к нему. Сейчас. Только позвони, а то он испугается, что призрака увидел. —Хорошо. Спасибо. Только не говори Дане. Он не поймёт. —Конечно. Я вызову такси.