Грань

Король Леавден зло воткнул перо в чернильницу и яростно потёр переносицу. С момента возвращения одного маленького и щупленького героя прошло не так много времени, а весь дворец и вся знать уже стояли на ушах, а заодно перевернули всё с ног на голову. Все придворные дамы, да и не только, будто взбесились, и королевскую канцелярию теперь наводняют письма по поводу проведения балов на любую тематику, даже абсурдную. Вариантов было столько, что пришлось выставить несколько дополнительных пар рук, чтобы те сортировали почту, разделяя важные документы и бумажный сор с абсолютно бредовыми предложениями. Помимо неожиданной любви к балам, в практику дворца вернулись серенады под окном (ну вот как, скажите на милость, доказать паре особо настойчивых министров, что голоса у них ни к чёрту?!), букеты цветов под дверьми (садовники рвут на себе волосы, глядя на подчистую оборванные клумбы, а продавцы цветов в небывалом прибытке), а стража уже готова проклинать то ли любвеобильных барышень и юношей, то ли слишком проблемного гостя, в покои которого рвутся все, кому не лень… Решение нашёл, как ни странно, сам герой – выведал у короля о башнях дворца, прошёлся по всем ним, выбрав одну – самую живописную и самую дальнюю, после чего наложил какие-то свои чары на вход и ступени, а затем перебрался туда. Его ужасающая драконица с радостью переехала вслед за наездником, и теперь весь дворец мог посмеяться с очередного подпалённого воздыхателя. Постепенно накал страстей поутих, и остались лишь самые упёртые. Как потом доложили мужчине, Кирилл умудрился околдовать и своих товарищей, так что однажды от макушки злобного некроманта Нила Вольтера коптил слабенький дымок, а эльфийка Ингалария красовалась царапинами на руках – на лице, даже если они и были, девица успела залечить. Король и сам единожды поддался соблазну, поднявшись на вершину башни. Весь путь по лестнице его немного шатало, а перед входом в единственную огромную комнату красовалась драконица Шарлотта, наблюдая за насторожившимся королём одним глазом, однако, врочем, не шевелясь. Дверь оказалась приоткрытой, но внутрь король так и не зашёл. Сперва ему показалось, что что-то не так. Потом мужчина осторожно прильнул к щели, и в замешательстве замер – он не один решил посетить портальщика. На кровати, рядом с юношей, сидел некто в чёрном, сливаясь с тенями. Просто сидел, смотря на спящее лицо парня и мягко касался его волос – одна непослушная прядь никак не хотела прятаться за ухо и падала на глаза. Словно почувствовав, фигура дёрнулась, и растворилась в воздухе. Выждав пару минут, Леавден осторожно открыл дверь и приблизился к юноше. На подушке, рядом с его головой, покоился невероятно дорогой и красивый камень – Сердце Глубин – на столько редкий, что хотелось тихо взять его себе. Даже в королевской сокровищнице не было такого крупного! А вот на бал парнишка вынудил дать согласие – так что город находился в предпраздничном настроении, украшая улицы и площади. Заключительные бои турнира решено было проводить прямо перед праздником – чтобы возвысить победителей и подсластить проигрыши. А когда на следующий день пришло письмо от эльфов, и мужчина чуть было не запрыгал прямо на совете – столь удачные встречи могли принести много пользы обеим сторонам, и король решился на сумасшествие. На веселье было решено пускать ВСЕХ. Коротышек гномов, если те вдруг сповадятся – чем они хуже эльфов?! Орков – зеленокожие жители степей тоже любили веселье. Даже не совсем законным личностям на время давалось свободное передвижение, но с предупреждением – одно нарушение закона – и их ждут тёмные и сырые казематы глубоко под землёй… Горожане приняли это нововведение настороженно, но когда счастливые пираты на радостях притащили в город несколько солидных бочек с ромом, то градус веселья стремительно скакнул вверх. Даже нарушений законов было мало, что уж и говорить про несколько внезапных возвращений ворованных вещей к своим владельцам?! Некоторые, конечно, не успокоились, и было организовано несколько покушений на виновника торжества, вот только если напоровшись сперва на его товарищей, а затем и на дракона, нарушители отделались лёгким испугом (подумаешь, четверо неприятного вида скелетов гнались за наёмниками через весь город, да дракон поджарила одного), то последнему не повезло. Во-первых, его схватили. Во-вторых, напуганный, а оттого разозлённый Кирилл изъявил желание поучаствовать в допросе. И если обычные люди короля выведывали всё по-своему, то парень удивил всех. Пробубнив себе под нос «Вот и ядерная физика пригодилась», он начал длинный и нудный рассказ о каких-то неведомых силах. Сперва казалось, что эта какие-то никому не ведомые тёмномагические Древние заклинания. И если участники допроса могли выйти и отдохнуть, то допрашиваемый сидел и слушал. В какой-то момент он начал кричать, чтобы заглушить своего мучителя, но наёмнику споро вогнали кляп, а затем Кирилл вышел из камеры, зачем-то вытирая руки белоснежным платком, и произнёс: «Шпион готов расколоться». После столь дьявольских издевательств пленный со слезами и соплями, поскуливая, пополз к вошедшим, скуля. Он рассказывал всё как на духу. Кирилл к тому моменту уже успел исчезнуть – ну конечно вскочить на дракона – дела пары ударов сердца, а в воздухе эти звери могли развить всякую мыслимую и немыслимую скорость. Мужчина даже отправлял посыльного в башню парня, но тот вернулся ни с чем – юноши там не было. Бить тревогу никто не стал. Только к некроманту внезапно прилетел пернатый посланник, передав ему кусок пергамента и скромное кольцо. Король тогда только и успевал возводить всё новые и новые магические щиты – его сын, неровно дышащий в сторону некроманта, в порыве ревности перестал контролировать свою силу. И только после того, как Вольтер всё объяснил (к слову, принц Лионель после этого утащил тёмного мага в свои покои – наказывать за тайны от личностей правящей династии), король смог спокойно вздохнуть и украдкой вытереть пот со лба – хоть он и силён, но не всесилен! За несколько часов до начала последних состязаний нырок таки-вернулся. Правда, выглядел портальщик несколько вяло, так что поставив всех перед фактом, что он отойдёт на некоторое время, слинял в неизвестном направлении. Эльфийка, пока его не было, чуть не протоптала камень арены от нервов. А когда парень вернулся, набросилась на него с расспросами и упреками. На что тот невозмутимо (выглядеть он лучше не стал, но уже не так непонимающе смотрел) ответил «Пятнадцать кружек кофе, извините!». На самом бою, казалось, Кирилл спал в полглаза. Он очень медленно поворачивался вслед за перемещениями противников, а некоторые из его атак чуть не зацепили его товарищей. В конце концов некроманту надоели эти игры, и все противники провалились в зыбучие могильные земли. Инга, мгновенно сориентировавшись, окружила их каменными пиками, и их победа была обозначена. После объявления судьей победителей, Нил Вольтер убрал своё заклинание, вытолкнув из ловушек поверженных, а каменные пики рассыпались песком. Последний бой оказался довольно скоротечен, но зрители только радостно орали, вынуждая подавлять желание скривиться. Король объявил конец турнира (который, к слову, получился довольно скомканным), и короткой речью дал добро на веселье. Лидер победившего отряда, казалось, только очнулся ото сна. Что-то уточнив у феи, парень поднял руки вверх, и из его кулаков вылетели столбы огня, быстро улетая вверх. Мужчина уж решил, что сейчас эти фаерболы прилетят прямо на зрительские трибуны, но магические заряды повели себя абсолютно по-другому. Они взорвались. С сильным грохотом, разноцветными всполохами и искрами. Послышались радостные крики и за стенами арены – этакие шумные заклинания наверняка видны по всему городу, а не только здесь. Начало праздника было положено так, как никогда. * * * Праздничное настроение захватило весь город. Веселящиеся люди радостно переговаривались, салютуя друг другу пивными кружками, дамы степенно прохаживались среди них, показательно морща носики и комментируя друг другу. Король яростно потёр лицо ладонями. Прибывшие эльфы провели выматывающие переговоры, а затем, вежливо попрощавшись, ушлёпали в неизвестном направлении! Принц решительно утянул одного некроманта, а их герой, оседлав дракона, вновь скрылся на горизонте. - Ну почему со всеми проблемами должен разбираться именно я?! – мужчина зло сложил руки на груди, скинув корону на стол. – А пошло оно всё к чёрту! Напьюсь! Несколько строк, быстро чёркнутых на первом попавшемся куске пергамента отправились к адресату при помощи магического курьера, а сам властитель, не накидывая королевской мантии направляется в сторону своей любимой беседки, скрытой ото всех. Корона остаётся лежать на столе в кабинете. Стащив из запасов несколько бутылей элитного напитка (совсем не по-королевски), король стремительно направился к своему любимому островку покоя в той дворцовой канители. И каково было его удивление, когда он понял, что его любимый уголок, обустроенный несколько веков назад специально приглашенными эльфийскими садовниками, оказался занят! На одной из кушеток удобно устроился эльф, которого не было у него на приеме! Мужественное лицо, прямые бело-серебристые волосы, холодные глаза и уверенная осанка – всё выдавало в нем не простого дипломата. Неожиданный пришелец только поднял бровь, смотря на пришедшего. В руках у эльфа покоился приличный фолиант, который тот читал. Леавден прошел ко второму предмету мебели, плюхаясь и делая очередной глоток – откупорить бутылку он успел по дороге. От дворца послышались паникующие крики, и даже, кажется, пара взрывов. Человек посмотрел в сторону здания, потом нахмурился, закатил глаза и вновь приложился к горлышку. - Неужели скрылись со своего венценосного поста, ваше величество? – нарушил их молчание эльф, закрывая свою книгу. Его голос разнесся по беседке, гармонируя с щебетом птиц. - Как будто тебе не хотелось спрятаться от всех этих дел? – буркнул король, делая очередной глоток. - Ну почему же? – вернул ухмылку эльф, принимая из рук мужчины другую бутыль и тоже раскрывая её. – Скрыться из дворца, в котором прислуживают эльфийские воины, почти невозможно! Так что периодически приходиться вилять в своих телодвижениях. - Так ты эльфийский король?! – Леавден аж сел от озарившей его мысли. - Напьемся от наших тяжких судеб! Когда принц наконец нашел своего отца, тот успел побрататься с эльфийским королем и они, приобнявшись и шатаясь, жаловались друг другу на свои жизни.