Где-то здесь живет дьявол

Я безумно люблю раннюю осень. Тот период, когда солнце еще не остыло и дарит тепло, но прозрачный, прохладный воздух уже не дает земле прогреваться как летом. Особенно люблю проводить это время в съемном домике, расположенном на огромной территории яблоневой плантации. С такой находкой мне повезло случайно. Хотя вопрос о везении тут спорный, ведь принадлежал он кому-то из родных одной моей знакомой, а они погибли недавно. Девушка сказала, что пока не может ездить в этот дом и тем более видеть эти деревья. В чем причина ненависти к такому замечательному саду, я расспрашивать не стала, еще слишком рано для подобных вещей. Если будет нужно, она скажет сама. На том и порешили, что я буду иногда приезжать, чтобы просто отдохнуть. Мне этот сад понравился, хотя и жутковато иногда находиться в деревянном коттедже одной, среди акра деревьев, с которых в ветреную погоду градом падали плоды и этот звук посреди ночи мог доводить до паники. Но я пряталась под одеяло и слушая как иногда скрипят старые половицы, или гуляет ветер в трубе камина, засыпала. Камин был построен в гостевой спальне, где я с удобством расположилась, не желая заходить в комнату покойных. Все равно дом влиял благотворно на мою работу, ведь для творческого человека иногда важно быть одному, чтобы ничто не отвлекало. Написав в прошлом несколько «так-себе» романов, я поняла, что желание-то у меня есть, а вот сил на это нет никаких. Рука просто не желала держать перо и найдя поддержку у понимающих родителей, я осталась жить в коттедже на целое лето, не пренебрегая конечно же безопасностью. Но не смогла я оторвать себя от этого места и по пришествии осени. Хозяйство находилось в дали от оживленной трассы и понять точно, плюс это или минус, было сложно, но я не сдавалась. Мне просто необходимо очистить голову от всего, что мешало начать писать. Начать с нуля. Солнце только поднималось, когда я открыла глаза и уставилась в окно широченного балкона, разглядывая еще зеленые верхушки ближайших деревьев, окрашенных в розоватый цвет восхода. Осенью солнце вставало и садилось более красочно, а ветер не беспокоил листочки яблонь. Поняв, что чем больше я лежу под теплым одеялом, тем больше мне хочется уснуть снова, но нужно было пополнить запас провизии и слить наконец воду из огромного бака для полива деревьев, я поднялась с постели. Отец показал мне что и как нужно делать, с серьезным видом попросив звонить при любой затруднительной ситуации или неполадке. Мне буквально пришлось выпихивать их с мамой за забор и чуть ли не усаживать в машину. Они проявляли слишком много беспокойства. Летом конечно забот было меньше, но и заботы были в радость, ведь все время за написанием не просидишь, а дров для камина я и без того заготовила даже больше чем нужно. Говоря о дровах, я скорее преувеличиваю. Ими служили отсыхающие ветви погибающих деревьев. Сад конечно было жалко и иногда на меня накатывала тоска при виде яблонь, вздымающих ветки словно в молитве о продолжении своей жизни, а скрип их напоминал стенания страждущих душ. «Как поэтично… Нужно будет это записать». Поездка до ближайшего маркета на заправке прошла довольно легко, если не считать тяжести обилия пакетов, которые я кое-как запихала в багажник своего не большого, бюджетного кроссовера, купленного мной в складчину с родителями. Основой конечно послужил доход с моих книжонок, как я их, немного брезгливо называла. Конечно исполнение романов требовало развития и упорной работы над техникой, так же как и сюжета. Моей мечтой было написать что-то действительно стоящее, настоящее. «Чертова тушенка», — ворчала я, собирая подло развалившиеся по пыльной земле банки со свининой, что словно дразня раскатилась вокруг меня, а одна банка так и вовсе закатилась под машину. Бросить бы ее конечно и не мучиться, но я была так растеряна и раздражена тем, что это отвлекло меня от привычного самобичевания, что я быстро огляделась и приняв не самую удобную позу из йоги, нырнула под машину, стараясь дотянуться до злополучной жестянки. Как обычно, соответствуя всем законам подлости, она была так близко, но я могла лишь кончиками пальцев ее скрести, да ругаться себе под нос. Увлеченная своим занятием, я почувствовала запах пыли окутавшей мое лицо, ударяя в нос, смешанным с вонью бензина и масла, но увеличила свои старания, не понимая, что на самом деле не так. Только звук шагов рядом, заставил меня остановиться и плюнуть уже на это занятие. В дорожном просвете я увидела пару «казаков» и поняла, что мой возможный обед или ужин сейчас не так важен, как положение, в которое он меня загнал. Поспешно поднимаясь с земли и отряхиваясь, я выглянула из-за стойки багажника и увидела полицейского, придирчиво оглядывающего салон моей машины через боковое окно. — Я могу вам помочь? — Поинтересовалась я, настороженно глядя на мужчину, выглядящего как шаблон крутого шерифа, в этой идиотской шляпе с изогнутыми по бокам полями, в солнечных очках и казаках. На его лице была густая щетина становящаяся темнее там, где его белозубая улыбка обрамлялась глубокими складочками. Не смотря на седину на висках, его фигура была довольно завидной, как и осанка бывшего военного. Даже через темные стекла очков, я ощутила его цепкий взгляд, такой же, каким он осматривал мою машину минуту назад и мысленно представила себя со стороны. Ярко-голубые джинсы с пыльными кругами на коленях, пыльные полы вязаного кардигана и локти в пыли. «Чудесно», подытожила я, начав еще более интенсивно отряхиваться. — Добрый день, — прозвучал его, как и предполагалось, четкий, но довольно приятный голос, — Просто увидел новую машину в этих краях. «Довольно бдительный дядечка», — подумала я, понимая, что сейчас начнутся расспросы и уточнения, которые мне были ни к чему. Не обязательно кому-то знать, где я живу, пусть даже это полицейский. - Да, - с ответной улыбкой выпалила я чуть громче, чем хотела, пытаясь принять непринужденную позу, почесывая затылок, — я просто проезжала мимо и решила купить чего-нибудь перекусить. А мужчина тем временем двинулся в мою сторону, обходя машину и я ощутила как холодок пробежал по спине, ведь я не закрыла багажник. Он быстро окинул взглядом пакеты, но не стал докапываться до правды, просто кивнув. Но я не понятно каким чувством распознала, что мне и говорить нужды не было, он и так все знал. Просто проверял что-то понятное только ему. — В таком случае, не смею вас задерживать, мисс, — он жестом указал на дорогу, позволяя мне уехать, но сделав шаг к своему автомобилю, обернулся и уставился на меня, а я уставилась на него так же, не понимая, что еще он может мне сказать. Казалось он задумался, похлопывая себя по бедру черными перчатками, а затем все-таки заговорил. — Вы правильно делаете, что не доверяете никому, в том числе и мне. Ведь все мы люди. Почти все. — Закончил он свою мысль гораздо тише, чем начал и еще раз кивнув, сел за руль машины, продолжая смотреть на меня, даже пока заводил двигатель. А я наконец закрыла багажник, внутренне сжимаясь под его взглядом. Только запрыгнув на водительское сидение, я выдохнула и уронила голову на руль, слушая как отъезжает полицейская машина, на секунду включив опознавательный звуковой сигнал. Они всегда так делали, видимо это было предусмотрено каким-то правилом. Далась мне эта банка… Сейчас не пришлось бы так нервничать, не будь я такой беспечной. Еще не понимая, что я буду делать с таким настроением, я завела двигатель и вывернула на трассу, ведущую в сторону сада. Ночь царственно вела на поводу своего верного пса «сумерки». Солнце, прощаясь, выбросило в небо последний особенно яркий луч и скрылось за горизонтом из цепочки холмов. Небо все еще смешивало в себе красные и желтые краски, где-то примешивая сиреневый и фиолетовый, словно придумывало новый коктейль для встречи красного октября. Мне нравилось обилие красного и желтого в осени. Я невольно залюбовалась зрелищем, просто стоя посреди деревьев и задрав голову навстречу этому буйству оттенков. Усталость пришла ко мне немного позже, когда я стоя на крыльце, смотрела на появление особенно крупных звезд на небосклоне, попивая горячий кофе. Нарушать такую тишину и красоту звуком генератора было бы просто преступлением, по этому я оторвалась от созерцания красот и прикрывая огонек зажженной мной свечи, прошлась по дому, запирая все двери и проверяя затворы на окнах. Я обещала отцу, что ежедневно буду совершать этот «обряд» перед сном и всегда это обещание выполняла, для собственной безопасности. Но обычно, пока не наступишь разок на грабли, не ощутишь всю их мощь.