Двойник

От имени Ани Я стояла, округлив глаза и пыталась переварить то, что услышала. — Аня, ты мне нравишься, уже с первой нашей встречи, — я даже не знаю что сказать, он не шутит, его взгляд полон серьезности. — Сехун… — Нет, не отвечай сейчас, я понимаю, что для тебя это неожиданно, пожалуйста, не отвергай сразу, подумай над моим предложением. — Я даже не знаю, я не знала о твоих чувствах. — Просто обещай, что подумаешь. — Хорошо, я подумаю, ты только не грусти, тебе так не идет, — я улыбнулась ему. — Обещаю, — еще не ответила на его чувства, а он уже радостно улыбается. Я долго гуляла по знакомым улицам, но вернулась, так как сильно проголодалась, а денег с собой не было. Дома меня встретила мама Кая, она выглядела неважно, и Кай тоже, кажется, между ними что-то случилось. — Аня, почему ты ушла? Ты в порядке? Я так волновалась, — женщина крепко обняла меня, в этот момент я вспомнила маму, точно так она обнимала меня в детстве. — Я в порядке, — я постаралась улыбнуться. — Я же говорил, не пропадет, это стоило так ругать? — Чонин до сих пор не успокоился, в его глазах я вижу только призрение, когда мы успели дойти до этого? — Стоило! В место того, чтобы заботиться о ней, ты ударил ее, я не узнаю тебя, это сцена и слава тебя так поменяли? — впервые я увидела, как госпожа злится. С одной стороны понимаю, как брату обидно, но с другой, я по настоящему чувствую ее родной, и от этого так тепло на душе. — Госпожа, не нужно его ругать, это я виновата во всем, оппа хотел защитить меня, — Кай с удивлением смотрел на меня, конечно, он ожидал, что я буду подливать масло в огонь. — Не защищай его, я видела, как он ударил тебя, этому нет оправдания. Кай не стал слушать мать, и просто ушел в свою комнату. Позавтракав, я тоже пошла в комнату. Проснулась к вечеру, вернее меня разбудили. Госпожа сказала, что у нас важный разговор в гостиной. Быстро переодевшись, я спустилась вниз, где сидели все кроме меня. — Добрый вечер, — я поздоровалась с отцом. — Добрыйвечер, Аня, — мужчина ярко улыбнулся мне и поцеловал в щеку. — Дочка, у меня хорошая новость, садись, — я присела на диван, где сидел оппа, кажется, он пришел в себя, выглядит спокойным. — Пап давай быстрее, меня парни ждут. — Аня, отпросись на неделю со школы, мы едем в отпуск. С твоим директором я уже поговорил – обратился он к сыну. — Куда мы едем? — я не была удивлена, он уже говорил на счет отпуска. — Так как у вас маленький отпуск, мы поедем в Чеджу, побудем там неделю, и вы вернетесь. — Вы? — спросил оппа. — Вы с Аней, а мы с мамой дальше поедем на Мальдивы, — я свистнула от восхищения, госпожа заметно покраснела. — Просто мы лет сто не отдыхали вместе, и хотим вспомнить медовый месяц, — смеясь, ответил папа. — И надолго вы туда? — с долей зависти спросил Кай. — На месяц. — Сколько? — В унисон удивились мы. — Знаю, долго, но вы же позволите нам отдохнуть? — Папа выглядел как ребенок, который спрашивал разрешения у родителей. — Без проблем! — Ответил оппа. — Нет, все-таки есть одна маленькая проблема, — все посмотрели на меня. — Я поеду домой, пока вы не вернетесь? — папа удивился, но вот взгляд госпожи резко погрустнел. — Домой? Ты до сих пор не считаешь нас своей семьей? — женщина грустно смотрела на меня. — Ты хочешь вернуться в прежний дом? — Я хотела сказать… — Я понимаю, не нужно, извините, — она покинула гостиную, я так паршиво почувствовала себя. — Я пойду к ней, — я встала и исчезла также быстро, как мама брата. Я слышала ее всхлипы через дверь, неужели она плачет из-за меня? Я такая плохая, она все это время относилась ко мне как к родной, а я отталкивала ее, думая, что она разыгрывает спектакль. Наверное, я привыкла не доверять мачехе, и думала, что она тоже такая. — Можно? — я открыла дверь, она быстро вытерла слезы. Я подошла к ней, и села на кровать. — Я в порядке, — она сделала что-то типа улыбки. — Простите меня, я не хотела вас обижать. — Не надо, ты не виновата, это я слишком размечталась, — она сжимала в руках одеяло, и смотрела на мои ноги. — Нет, я виновата. Все это время я не старалась сблизиться с вами, я была уверена, что нахожусь здесь временно, но сейчас я хочу остаться с вами навсегда. За такой короткий период вы полюбили меня как родную дочь, не смотря на то, что я не законная. — Не говори, ты не незаконная, не бывает незаконных детей, все мы рождаемся по воле Бога. А ты самая желанная, — она взяла мои руки и смотрела с заботой, с любовью. — Простите, я больше не буду так вести себя, я боялась, что вы тоже как мачеха будете лгать отцу и ненавидеть меня. — Что? Как я могу ненавидеть такого прелестного ребенка, я сильно полюбила тебя, девочка моя. Даже мечтаю, чтобы ты называла меня мамой, — я подняла удивленный взгляд на нее. — Понимаю, это бред, наверное, я сошла с ума, раз о таком мечтаю, — она улыбнулась. — Нет, мама, я тоже хочу называть вас так, — неуверенно сказала я, но этого было достаточно, чтобы она заплакала от радости и крепко обняла меня. В этот момент я тоже не могла сдерживать слез, и заплакала.

***

Спустя четыре дня мы были уже в Чеджу. Я никогда не приезжала сюда, здесь так красиво, шум моря, целый город счастливых людей. Хорошее настроение улучшилось еще больше. Первым делом, мы остановились в отеле и поехали завтракать в каком-то ресторане. Мама и я еще в Сеуле купили себе красивые летние платья, и довольные своим видом спустились к мужчинам нашей семьи. — И полгода не прошло, — вздохнул папа. — Ну ведь оно того стоит? — мама игриво улыбнулась папе, и все засмеялись. После обеда, мы решили прогуляться по красивым окрестностям. Мама как всегда покупала себе всякие безделушки, я помогала папе выбрать очки и шляпу, а оппа все время прятал лицо, чтобы его не доставали фанаты. Время пролетело быстро, и мы вернулись в отель. Я поспала немного, и когда уже было темно, решила прогуляться по набережной. Мне всегда нравились кадры из фильмов, где главная героиня босиком гуляет по песку, и о чем-то думает. Я надела короткие джинсовые шорты и свободную белую рубашку, волосы распустила. На берегу людей совсем не было, слышался шум волн, вся эта картина мне очень нравилась. Я взяла шлепанцы на руку, и гуляла думая обо всем, но больше всего я думала о брате, если бы мы не поругались, сейчас я была бы счастлива. — Девушка, можно составить вам компанию? — я услышала знакомый голос, обернувшись, увидела Кая. Он был в легких штанах и белой рубашке, пуговицы которой были расстегнуты. — Можно, — я подождала его. Мы шли молча, каждый был наедине со своими мыслями. Я хотела начать разговор, но не знала с чего. — Аня, — Кай остановил меня, повернув к себе. — Ты можешь простить меня? — Он так нежно смотрел на меня, я долго не отвечала, и просто утопала в его темных глазах. — Могу, а ты? Ты можешь меня простить? — Могу, — улыбнулся он. — Прости, что вел себя как идиот, я больше не буду обижать тебя. — Я тоже не буду обижать тебя, оппа. Мы с Каем гуляли, взявшись за руки, когда он рядом, я чувствую себя идеальной — улыбаюсь, всегда добрая, все время тянет на кулинарию, хочу готовить все его любимые блюда, я даже танцую как никогда прекрасно. Каждый день мы выходили гулять с семьей, а как наступала ночь мы с братом ходили на набережную, и так целых семь дней. Но все хорошее, когда-нибудь заканчивается, и наш отпуск не исключение. Мама с папой проводили нас, и мы с грустью на глазах сели на самолет. Весь полет Кай спал, а я читала журнал, слушала музыку, в общем, делала все, кроме сна. В аэропорту нас встретил менеджер оппы, так как парни были на радио. Мы приехали домой, и только теперь я захотела спать. Приняв душ, переодевшись в ночную рубашку, я собиралась в царство Морфея. Но у нашего принца были другие планы, он бесцеремонно вошел в мою комнату, включил какой-то фильм, и лег рядом, притом нас укрывало одно одеяло. — Что это значит? — спросила я брата. — Я хочу посмотреть этот фильм, но не хочу один. — Почему? — Он ужастик, подвинься, — он потолкал меня, и расположился удобнее. — Я не люблю ужастики, и я хочу спать, — как можно убедительнее заявила я. — А я хочу посмотреть фильм. — Так смотри в своей комнате. — Я боюсь. — Ну не смотри тогда. — Ты такая шумная, можешь просто молчать? — Ладно, я просто буду спать, — я повернулась на другой бок. — Эй, ты мне живая нужна, а не спящая, а ну вернись, — оппа силой повернул меня к себе и заставил лежать в его объятиях. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться. Не заметно себе, я уснула в таком положении, а он продолжал смотреть фильм. Когда я уснула, Кай уткнувшись в мои волосы, нежно обнимал меня, я чувствовала это через сон, но не могла проснуться. Оппа нежно ласкал мое тело — плечи, руки, живот, бедра, опускаясь все ниже и ниже. Мое тело отзывалось на его ласки, мне это безумно нравилось. Возможно, я уже проснулась, но не хотела его останавливать. Его ласки становились все настойчивее, и его шумное дыхание над ухом заставляло биться сердце сильнее. Я перевернулась на спину, тем самым якобы случайно убирая его руку. Но оппа был уверен, что я сплю и продолжал мучить меня. Я не знала, какое оправдание дать его действиям и своим чувствам, и это сводило все больше с ума. Его рука была под моей майкой, меня это обжигало, я не могла больше притворяться. Когда я только хотела открыть глаза, я почувствовала на губах его пухлые губы, а на щеку упала капля теплой воды. Его слеза? Я не могла открыть глаза, реальность была слишком страшной, несправедливой. Он целовал меня с невыносимой нежностью, поглаживая живот и поднимаясь выше. Меня бросило в дрожь, но я лежала как привязанная и не могла шевелиться. Его язык проник в мой рот, я узнала этот поцелуй, это он — мой оппа. Это он украл мой первый поцелуй. Я с ужасом открыла глаза, слезы автоматически катились с глаз, комок в горле мешал сказать что-либо. Я чувствовала себя преданной, я доверяла ему как никому, когда он обманывал меня. Я оттолкнула его, и посмотрела в его глаза и увидела слезы. — Оппа… — он смотрел на меня, но потом снова впился в мои губы. Я отталкивала его, но он крепко держал мои руки и продолжал целовать. Этот поцелуй отличался от первого, он сейчас был груб, оппа тяжело дышал, всем телом придавливая меня к кровати. — Оппа, не надо, пожалуйста, прекрати, — сквозь слезы просила его остановиться, он целовал мои щеки, шею, ключицы, он спускался все ниже, вдруг мне стало страшно. — Оппа, умоляю тебя. — Я не могу, Аня, это сильнее меня, я старался, поверь, я так старался не чувствовать это, — он плакал уткнувшись в мою шею. — Прости меня, пожалуйста, прости, я ненавижу себя за это, но не могу не чувствовать, даже не знаю что это, но я это чувствую. — Замолчи, не продолжай, замолчи, — я зажмурилась, будто это поможет не слышать. — Прости меня, — он снова поцеловал меня в губы, его губы были соленые от слез. После этого он вышел из комнаты, оставив меня в ужасном состоянии.

***

Я не спала всю ночь, думала, думала, думала, думала, думала и к утру пришла к выводу. Став с постели, я сразу направилась в компанию брата. Они были на записи, я подождала их в коридоре. Когда они вышли, я встретила их с улыбкой, первым шел Сехун, будто угадал, чего я хочу. — Привет Аня, — он ярко улыбался мне. — Сехун, поцелуй меня, — он в недоумении смотрел на меня. — Ты же сказал, что поцелуешь меня, если я попрошу. — Аня… — Если твое предложение еще в силе, поцелуй меня, — пауза на пару секунд, и Сехун притягивает меня за талию и нежно целует в губы. В этот момент из комнаты выходит оппа…