Двойник

От имени Ани Сегодня состоялся спектакль, к которому я долго готовилась. Все прошло отлично, жаль, только родителей не было рядом. Но со мной рядом были мои друзья и брат. Их визит положительно повлиял на нашу школу, директор без конца хвалил меня перед ними. После спектакля все разошлись, Сехун вызвался проводить, и я согласилась. Кай оппа ушел сразу после спектакля. — Поздравляю, ты была прекрасна, — Сехун подарил мне букет роз. — Спасибо, — смущенно улыбнулась я. — Я не мог отдать сразу, извини. — Нет, все в порядке. Мы долго шли пешком, болтали о всяком, Сехун рассказал о своей семье, про дружбу в группе, про то, как ему дорог каждый участник. Я внимательно слушала его, мне нравится слушать Сехуна, видеть, как он улыбается, держаться за теплые руки, чувствовать нежный запах. Возможно, я смогу полюбить его? — Вот и пришли, — мы остановились перед домом. — Спасибо, что провел, и что пришел посмотреть спектакль, — я сняла джинсовую куртку, и вернула хозяину. — Спасибо за то, что ты со мной, — Сехун с нежностью смотрел на меня. — Дурачок, разве благодарят за это? — засмеялась я. — Не знаю, но я хочу благодарить тебя, ведь я счастлив с тобой, — он осторожно обнял меня. Сейчас я понимаю разницу между ним и братом. Сехун нежный, мягкий, осторожный, спокойный, не такой, каким казался в первую встречу. А Кай, он тоже хороший, заботливый, но грубый, жестокий. Может быть, я виновата в том, что он стал таким. — Долго будем так стоять? — я стояла, уткнувшись в его грудь, а он вдыхал свежесть ночного Сеула. — Не хочу отпускать тебя. — Останься у нас, — я понимаю, какую глупость сказала, но мне очень хотелось, чтобы они помирились. — Ты же знаешь, что я не могу. — До каких пор это будет продолжаться? Вы не должны так вести себя. — Да тех пор, пока он не простит меня, — грустно ответил мой парень. — Иди, замерзнешь, — он отпустил меня. — Пока, позвони, как доедешь. — Пока, — СеХун потянул меня и нежно поцеловал в губы. Переодевшись, я спустилась вниз. Брат сидел в гостиной и смотрел телевизор, к счастью, на этот раз он пил компот. Я подошла ближе и села рядом на диван. — Что смотришь? — спросила я. — Мадагаскар, — ответил он, даже не взглянув в мою сторону. — Ты ведь смотрел его, — я вспомнила ту ночь, когда он пришел ко мне через окно. — Еще хочу, — на удивление, брат был спокойным. — Можно с тобой? — Не дождавшись его ответа, я села на диван рядом с братом. На самом деле я думала о нем, хотела спросить как он, не болеет ли, кушает ли во время, не устает? — Ты любишь его? — Вдруг спросил оппа, нарушая тишину. — Оппа… — Просто ответь, — тихо попросил он. — Я не знаю, что тебе ответить на этот вопрос. Но я могу ответить на другое — Оппа, то, что ты чувствуешь неправильно, мы не должны. Ты мой брат, я твоя сестра, у нас один папа. А если они узнают про это, им будет больно, они разочаруются в нас. Я не хочу так поступать с ними. Оппа, пожалуйста, давай постараемся все исправить, хорошо? Давай все забудем, не обижайся на Сехуна, — я взяла его руки и, с надеждой смотрела в его темно-шоколадные, полон грусти, глаза. — Я один это чувствую? — не отводя глаз, спросил он меня. — Я один так мучаюсь? Видя тебя с ним, видя, как он обнимает тебя, целует, — оппа закрыл глаза и откинул голову на спинку дивана. Мне так же больно видеть его таким, больно от того, что я причина его страданий. Мне хочется обнять его и сказать — « Не грусти, оппа, никогда не страдай из-за меня, пусть лучше я буду всю жизнь страдать с нелюбимым, а ты улыбайся. — Оппа, прости меня, пожалуйста, — я приблизилась к нему и обняв за шею, заплакала. — Не плачь, — оппа обнял меня. — Я сделаю, как ты хочешь.

***

Я проснулась от телефонного звонка, от не моего телефонного звонка. Открыв глаза, на пару сантиметров от своего лица, я увидела Кая, он мирно спал. На полу лежал его телефон и кто-то настойчиво звонил ему. Я попробовала достать его, но в тот момент, когда я пыталась перелезть через брата, он открыл глаза. — Доброе утро, тебе звонят, — со стыдом произнесла. — Слушаю? — Он поднял телефон, и скинул меня с себя как одеяло, и я упала на пол. Я не стала слушать чужой разговор, и потопала в ванную. Я решила приготовить завтрак. Мы с братом помирились, это отличный повод для праздника. Пока брат принимал душ, я приготовила для нас завтрак. — Оппа, спускайся на завтрак! — крикнула на весь дом. — Певицей стать не хочешь? Довольно высокие ноты берешь, — на кухню зашел брат, я улыбнулась его бодрому виду. Теперь все будет хорошо. После завтрака, я решила почитать книгу. Когда я лежала в своей комнате до меня доносились чьи-то голоса, несколько громких мужских голосов. Чувство любопытства взяло вверх, и я спустилась вниз. Зайдя в гостиную, я увидела чудесную картину: на диване в обнимку лежали Чанель и Крис, а на них только что упал Лухан, которого случайно толкнул Сехун, так как шутя боролся с Каем. Это еще не все, из кухни вышли Сухо и Лэй, жуя что-то во рту. Они даже не увидели меня. — Привет всем! — крикнула я, все повернулись ко мне. — Привет, Аня, — ко мне только бежал Сухо оппа, но Сехун дал ему подножку, и тот упал на Лухана. — Как ты? — Сехун поцеловав меня в щеку, нежно обнял. — Выглядишь счастливым, — тихо сказала я, чтобы никто не услышал. — Мы помирились с Чонином, — он счастливо улыбался, будто только что миллион вон нашел. — Я рада, — улыбнулась ему в ответ. Со всеми поздоровавшись, я села рядом с Сухо, он увлеченно рассказывал, что делал за последнюю неделю. — Обед готов! — кто-то крикнул из кухни, я от испуга чуть не подпрыгнула на колени Суху. — Дома еще кто-то? — с удивлением спросила я ребят. — Да, Кенсу и Тао, они на кухне, — спокойно ответил Крис. — Вы же мне не сказали. — Ты же не спросила, — невозмутимо ответил лидер и направился вместе со всеми на кухню. Я тоже пошла за ними, но по дороге увидела Кая, он разговаривал по телефону. Увидев меня, он попрощался с собеседником и подошел ко мне. — Я разговаривал с мамой, они приедут через три дня. — Отлично, я соскучилась. Оппа? — М? — Брат повернулся ко мне. — Спасибо, — тихо сказала я. Кай обнял меня за плечи, и мы пошли к остальным.

***

Вечером, когда все ушли, дома остались только я и брат. Мы лежали на диване и смотрели очередной мультик и ели десерт. Вдруг я почувствовала жуткую боль внизу живота, и вспомнила, что скоро должны были начаться месячные. Быстро встав с места, я побежала в ванную. Как и ожидалось, пожаловали. Зная себя, я сразу пошла в комнату и открыла тумбочку, куда обычно ложу обезболивающе, но они закончились, как же вовремя. Время шло очень медленно, я хотела уснуть, чтобы не чувствовать боль, но как назло не могла. Боль становилась все резче, меня бросало в жар, болела голова, тошнило. И все из-за каких-то месячных. Я начала плакать от ужасной и ругала себя за то, что не сходила в аптеку. — Аня, можно? — в дверь постучался Кай. — Заходи, — я еле выговорила это слово. — Что с тобой? Ты так быстро ушла, я ничего не понял. О Боже, у тебя жар, — он потрогал мой лоб. — Надо вызвать скорую. — Не надо, я в порядке, это временно, — тихим голосом прошептала я. — Что у тебя болит? Как это временно? — не понимал он. Ну, как теперь ему объяснить? — Это просто критические дни, так бывает. — Что? Какие дни? — Кай непонимающе сдвинул брови. — У меня кончились таблетки, ничего серьезного. — Ты в своем уме? У тебя жар, да ты вся дрожишь. Тебе холодно? — Он начал укутывать меня в одеяло. — Все, я звоню! — Нет, оппа, пожалуйста, выслушай меня. У меня начались месячные, из-за этого меня бросает в жар, — Кай встал как столб, ничего не сказав, он вышел, и вернулся через две минуты. — Скоро принесут таблетки, потерпи, — он сел рядом, и взял мою руку. Спустя некоторое время у брата зазвонил телефон, он пулей выбежал из комнаты. Вернулся он со стаканом воды. — Выпей это, — он протянул мне стакан воды и таблетку. Я поднялась с его помощью и выпила обезболивающее. — Спасибо, — я обратно упала на кровать. — Кто принес? — Я попросил Кенсу хен. Поспи. — Не уходи, — я задержала его руку. — Не будешь спать? — Побудь со мной, пока не усну, — я подвинулась, чтобы лег рядом. Он молча прилег. — Когда у меня болит живот, я вспоминаю маму. — Почему? — Кай повернул ко мне голову. — Она всегда гладила мой живот, когда он болел. Она говорила, что мне не хватает любви, и она передает мне свою любовь через руку. Когда она так делала, боль проходила, а любовь становилась еще больше. — Я хочу передать тебе свою любовь, прими ее, — оппа положил свою руку под мою футболку и начал гладить мне живот. Мы лежали и смотрели друг другу в глаза, я забыла обо всем, хотела остановить время. Хотела вернуться назад и встретить его в других обстоятельствах. Если бы я могла открыть тебе душу, оппа. Если бы я могла разрушить эту стену, что между нами. Если бы я могла кричать о своих чувствах на весь мир.