Комичные ситуации из жизни Собора

Дорога вела вперед, даль была все такой же широкой, хотя солнце уже решило спрятаться за горизонт. Мсье Лавуа сие обстоятельство не радовало совсем. Ну, вот скажите мне – вам бы понравилось оставаться на ночь в саванне без еды, крова и огнива? Лично я бы в такой ситуации достала бы из рюкзака руководство по выживанию в саванне и попыталась бы ему проследовать. Только Даниэлю было вовсе не до инструкций. Уставший и измотанный, он надеялся, что хотя бы ночь принесет ему покой. Но не тут-то было! Естественно, погас светила свет достаточно быстро, посему Даниэлем и его компанией было единодушно принято решение о розжиге костра. К сожалению, активистом был только Даниэль, ибо Брюно все так же спал, а Люк все так же был в сладостной нирване. Все сто процентов голосующих (тобишь, один только Дан) проголосовали за ночлег и Доктор Нежность, прямо переходя в разряд Доктора Лесника, отправился собирать хворост. В саванне это не составило труда, ибо это не пустыня, где ничего совсем нет, а все-таки саванна (как-никак!). Насобирав веточек, палочек и прочей ерунды, Даниэль принес это все к своим соотечественникам. Естественно, никто не оценил его стараний. Посмотрев на друзей, Даниэль пожал плечами и огляделся. Спичек-то нет! - Был бы Гаруу… - Даниэль снова огляделся теперь уже в поисках кремня. Всякие камешки попадались под его тонкие чувствительные пальцы, пока, наконец, несколько белесых камешков не оказались в руке Маэстро. Пара заправских движений истинного обитателя малонаселенной местности и – вуаля – костер загорелся! Мсье Лавуа улыбнулся – вечно смотреть можно только на три вещи – на горящий огонь, на текущую воду и на человека, который работает... Он усмехнулся вновь. Протянул руки к костру, пытаясь согреться. Ладони занялись теплым желтым светом, склоняя владельца этих самых ладоней ко сну. Дан сладко зевнул. Брюно поддакнул ему тихим свистом, а Люк поддержал безмолвие саванны. Близилась ночь. Даниэль устало растянулся на земле, где-то в глубине спины закралась привычная боль, ноги гудели. Пожалуй, единственная мысль, которая могла посетить его была лишь мыслью о том, что когда тебе малость за шестьдесят лучше не ввязываться во всякие истории. Но, тем не менее, другая часть воображения мсье подсказывала ему, что он соберет всю компанию и ему придется смиренно тащить ее на себе. «Интересно, в каком виде или насколько пьяным мне явится Гару? Кстати, сколько он весит?.. Ладно, можно будет собрать их в кучу и просто тащить за собой… Или может использовать Люка как воздушный шар – он их всех понесет, а я, наконец, расслаблюсь? Неетт, вероятно, так не пойдет – эта жизнь придумала для меня неплохую шутку. Наверно, следует посмеяться?» - саранча тихо подсвистывала его мыслям но, испуганная тихим басовитым смешком, ненадолго замолкла. Затем запела снова, исполняя легкую колыбельную для истомленного тела Даниэля. Он долго ворочался с боку на бок, пытаясь не заснуть – кто знает чего стоит ждать от саванны, да еще и ночью, но, тем не менее, все-таки отошел в дивный край Морфея. Ему снилась магистраль. Тысячи скоростных автомобильных огней, мигающих то тут то там, а он на обочине. Как чужак. А вокруг никого. И видно только магистраль – ничего больше нет, пустое темное пространство вокруг. И, кажется, он – это не он, будто посторонний наблюдатель. Вот на обочине стоит мужчина – Даниэль Лавуа – он сам это понимает, хоть и видит это со стороны. Мрачный и задумчивый, он следит за мигающими огнями. Может, он скоро вовсе заснет от надвигающей лавины монотонности происходящего, но этому не случиться. Человек, Даниэль, во сне делает шаг на дорогу, еще один. И еще один. Прямо на него летит точка – автомобиль. Слышится крик сирены и безумный вопль человека. Даниэль кричал. Он очнулся, проснулся нельзя сказать, от собственного крика. Поднимаясь на локтях, мсье щурился, пытаясь разглядеть хоть что-то в жуткой, непроглядной тьме, но человеческое зрение было не способно к такому острому ощущению. Его коробило. Жуткий сон не вылезал из головы, а нарастающая тревога и ощущение чьего-то присутствия сводили его с ума. В который раз Даниэль развернулся и, наконец, осознал, что происходит. Из темноты на него смотрела пара желтых светящихся глаз. Слово застыло в горле, когда пара глаз стала приближаться. Огонек давно потух – лишь догорающие угольки слегка освещали пространство вокруг. Даниэль обернулся – Брюно спал, Люк парил в воздухе. А злостный зверь, который был не менее метра с лишком в холке, приближался. Мсье Лавуа замер. Казалось, что в тот момент он собрался стать статуей, но на самом деле лишь одна мысль не покидала его: «Зачем заснул, зачем?!..» Он пошевелил рукой, пытаясь дотянуться до небольшой палочки, что торчала из остатков его костра, но зверь зашипел и сделал резкий выпад вперед. Наверное, исход всех дел был предрешен. Даниэль не успел сделать и пары движений, оставшись сидеть на остывшем песке, а зверь, мигая своими фарами-глазами, одним ловким прыжком оказался рядом. Взмах огромной головы и животное опрокинуло Дока назад на спину. Нагнувшись прямо над его лицом волк, или собака, или гиена – кто знает, оно уставилось прямо в глаза несчастному Даниэлю, который как раз в этот момент заканчивал чтение молитвы. Последние слова гудели в его ушах, когда он почувствовал прикосновение чего-то холодного и мокрого к своему лицу. Стоя в столь угрожающей позе, зверёныш вылизывал Даниэля, радостно виляя хвостиком. - О Господи, Гару!.. – напряженное тело мсье Лавуа расслабилось, капля пота скатилась по виску. Он устало закрыл глаза. «Наверное, мне придется долго лечить свои нервы…» - Да перестань же ты вылизывать меня, наконец! – Даниэль бессильно потрепал зверя по шее. – Давай, слезай! Зверь тут же слез и уселся рядом. Дан закрыл глаза вновь, вздохнул: - Как же ты меня напугал… Гару, как можно быть таким бессердечным?.. Волк, как теперь стало ясно, тихо заскулил. - Ладно, пройдет… Под мерное мычание Гару (???), Даниэль уснул. *** - Ну что такое? Что тебе надо от меня? – Даниэль, поднимаясь со своего импровизированного спального места, пытался спихнуть с себя своего нового друга. - После сегодняшней ночи я должен проклинать тебя очень долго! – он улыбнулся и потрепал волка по голове. - А это еще что такое? – наконец, до его слуха дошло то, что очень давно учуял зверь – звук мотора. Вглядываясь в утреннюю саванну, мсье заметил столпы пыли, откуда, собственно, и доносился звук. Окинув взглядом своих сотоварищей, он, с выражением лица «Вызов принят», стал гадать – кого же это еще принесло, да еще и на передвижном виде транспорта. - Ну, что, Пьер, как думаешь – кто? Остались только Элен, Патрик и малышка Жюли. На кого ставишь? - в ответ только мерные толчки холодным мокрым носом в мягкую ладонь. *** -…Оля-ля! – немного удивившись, произнес Даниэль. Да, я бы тоже удивилась. Знаете, не каждый день можно узреть Патрика в байкерской одежде, а у него за спиной Жюли. В костюме лебедя из «Лебединого озера». И это все на Харлее. С коляской. - Привет, чувак! Ты кто такой? – сняв шлем, вопросил Патрик. - Ээээ, - челюсть мсье отвалилась безнадежно. - Ты заправку не видал? - Нее…неее..т - Я гляжу у тебя куча народу! Давай подкинем тебя куда-то, а? «Ехать в компании обезумевшего Фьори? Или идти пешком? Наверно, лучше поехать с ним… Или нет? Впрочем, нечего терять!...» - Подожди, я всех загружу!... *** - …Прокачу с ветерком! Жюлианина, врубай нашу! – Патрик орал на всю, пытаясь перекричать ветер в ушах. «Жюлианина? О Господи?! Ночное явление Гару просто отдыхает! Нервно курит в сторонке…» - все такой же пораженный происходящим, думал Даниэль, сидевший в обнимку с Гару и придерживая спящего Брюно, в то время, как Люк трепыхался в воздухе, едва поспевая за байком. «Хоть бы не лопнул - а то отчитывайся перед его маменькой потом…» Вдруг до его ушей стали долетать весьма немелодичные звуки хард-рока. - ГОНИ, ПЕТЯ, ГОНИ БЫСТРЕЙ! – прокричала Жюли[анина]. «Петя? Мамочка, что же дальше будет?... Лучше бы я шел пешком…» *** Очумевший от интенсивных выхлопов, Даниэль, чуть ли не на четырех, выполз из коляски мотоцикла. Его тошнило, перед глазами кружились желтые пятна, он механически глотал воздух, аки рыба, выброшенная на сушу. - Чувак, да ты чего? Мы ж еще медленно ехали! – крикнул Патрик, стоя и покуривая возле своего Харлея. Наконец, Даниэль упал. Ожидаемо, да? Распластался на земле и просто смотрел в небо. Минут через десять такого релакса стало лучше. Голова перестала кружиться, желтые пятна исчезли. - Поехали, мы опаздываем, чувак! Или ты остаешься тут? Мысль о том, что придется продолжить путешествие, заставила Дока содрогнуться. - Еще пять минут, - жалобно проскулил он, но пара крепких рук уже тянула его обратно. - Расслабься и получай кайф!... Байк рванул и понесся дальше. «О Боже, сделай так, чтобы у него закончился бензин, а?!..» To be continued.