Ген Демона

Отмечать праздники принято даже сотрудниками лаборатории. Даже в Корее, чёрт бы её... Ребята выбрали подозрительное заведение, на вывеске которого красовались то ли рокерские, то ли байкерские крылья с черепом. Название вдохновляло на подвиги ― "Мясо и кости". В компании только Ю [1] знала корейский, но спросить у неё, что написано на вывеске, никто не удосужился. Внутри было шумно, людно, накурено и весело. У игровых автоматов очередь, столики заняты, только у стойки имелись в наличии свободные места. Девушка устроилась поодаль от коллег: присела на край высокого табурета и слабо улыбнулась бармену. ― Что закажете? ― Кофе с ромом. Через несколько минут Ю наслаждалась приятным ароматом и ждала, пока горячий напиток слегка остынет. Ожила сцена: туда забрались местные музыканты и изобразили нечто лирическое. ― Быть может, вы хотите потанцевать? ― подрулил к Ю один из сотрудников, работавший с ней в исследовательском отделе лаборатории Босконовича. ― Быть может, вы хотите свалить от меня подальше? ― в тон ему ответила девушка с милой улыбкой. ― Это только танец... ― Свали, говорю. У бедняги лицо вытянулось, а когда Ю пробормотала себе под нос непристойность, он ретировался со скоростью света. ― Девушка... ― Теперь подрулил некто левый из местных. ― Тебе сказать, куда тебе пойти? ― не повернув головы, по-корейски уточнила доктор. ― Так я ещё... ― Вот и топай, пока ты ещё. ― Ну так... ― Отвали! ― Да погоди ты... ― Какую часть слова "отвали" ты не понял, лох ушастый? ― Ю медленно повернула голову и бросила на типа выразительный взгляд поверх очков, затем отчётливо послала по конкретному адресу. В лавке мясника, где она работала в детстве, корейцев хватало. Попав по пальцу ножом или молотком, они могли и похлеще высказаться. Бармен зажмурился, услыхав такое из уст приличной на вид девушки: на уличную шпану она не походила совершенно, но разговаривала именно так, как шпана. Тип сник и скрылся с глаз, решив не связываться. Скорее всего, последним штрихом стал шрам на виске, увиденный им, когда Ю повернула голову. Она вернулась к кофе, скользнув взглядом по посетителям, расположившимся рядом. Машинально отметила, что один пялился на неё: рыжий, нахального вида, смахивавший и на рокера, и на байкера одновременно. Он опирался локтем на стойку, восседая на табурете, и лениво болтал в воздухе ногой, обтянутой кожаным чехлом поверх джинсов. Ю сделала глоток кофе, закинула ногу на ногу и опустила подбородок на переплетённые пальцы. Через пару минут она незаметно скосила глаза на рыжего ― он внимательно изучал её коленки, потягивая сок из стакана. Мягкая ткань брюк подчёркивала мышцы ног, натренированные продолжительной ходьбой с детства. Потом взгляд рыжего медленно пополз вверх и вскоре наткнулся на мрачный взгляд девушки в ответ. Кореец со спокойным видом слегка улыбнулся ей, продолжая рассматривать её лицо. Непрошибаемая наглость! Ю наклонилась в его сторону, мило улыбнулась и негромко поинтересовалась: ― А в глаз? ― В какой пожелаешь ― даже оба не жаль, ― тоже наклонившись к ней, отозвался парень, скопировав её улыбку. ― Угу... ― Ю сделала пару глотков кофе, а остатки выплеснула в лицо наглецу. Расплатилась по счёту, соскользнула с табурета и, не оглядываясь, пошла к выходу. Праздник удался ― к чёрту! *** Он выделил её сразу же из группы новоприбывших. Остальные держались настороженно, а она ― нет. Старая школа нижних кварталов ― беглый осмотр помещения, оценка уровня угрозы и выбор позиции. На первый взгляд ― ничего особенного: таких, как она, тысячи, ― но с каждым последующим взглядом в ней появлялось нечто новое и яркое. Например, плавная и изящная походка, словно у танцовщицы, грациозные жесты ― она не двигалась, она словно танцевала каждое мгновение под музыку, звучавшую внутри неё. Выразительное лицо с потрясающей мимикой ― черты её лица говорили больше, чем её речь. Когда она заказала кофе, он услышал мягкий, глуховатый и низкий голос, богатый обертонами, ― неровная громкость, ласкающая слух. Бармен, обычно неприветливый и злобный, тут же подпал под власть этого голоса ― хоть так его ешь, хоть на хлеб намазывай. Выглядела она крепкой, словно боец, но руки слишком нежные, с тонкими запястьями. Потом, когда музыканты принялись отыгрывать праздничную программу, к ней сунулся один из её компании, но быстро отчалил ни с чем. Вслед за ним был жестоко послан местный ловелас. Он слегка закусил губу, чтобы не рассмеяться, и принялся вновь внимательно её разглядывать. Время от времени она хмурилась и на миг прикрывала глаза, словно у неё голова болела, но на высоких скулах вполне себе здоровый лёгкий румянец. Мягкий профиль напоминал чем-то изображения на камеях девятнадцатого века, изящные линии шеи, ровная спина, розовая ткань блузки обтягивала роскошную и явно не азиатскую грудь, гибкая высокая талия, а ноги... Тут к интересу эстетическому примешался интерес профессиональный. Анатомическая правильность, крепкие мышцы, при этом отлично развитые. Такие ноги могли бы быть у бойца. Если эта ножка правильно ударит ― уже не встать. А если ударит правильно и грамотно ― перелом шеи с одного удара гарантирован. Тем более, она легко носила тяжёлую обувь, совершенно не замечая внушительного веса. Разглядывать её было приятно, поэтому он охотно пустился в обратное путешествие: снизу вверх. И наткнулся в итоге на возмущённый взгляд. Он не смог удержаться от улыбки, наслаждаясь её выразительной мимикой: за долю секунды она "рассказала" всё, что думала о нём. Слегка наклонившись, негромко спросила: ― А в глаз? Невольно он тоже подался к ней и что-то брякнул. Вероятно, не самое умное, потому что она отвернулась, поднесла к губам чашку с кофе, а затем выплеснула остатки напитка ему в лицо. С широкой улыбкой он потянулся за салфеткой, чтобы вытереться, а когда посмотрел вновь на девушку, то увидел лишь пустой табурет. Оглянулся ― за ней закрылась входная дверь. Он подмигнул бармену и последовал за странной незнакомкой. Она шла по тротуару, сунув руки в карманы. Лёгкая танцующая походка, не смотря на тяжёлую обувь. Длинные тёмные волосы, собранные в высокий хвост, стелились ручьём по спине и блестели в свете фонарей. Только вот зря она пошла именно в сторону моста ― сегодня проводили бои. Это означало, что там собралась паршивая компания. Впрочем, он бы тоже там был, но в этом квартале его уже знали: никто не желал принимать его вызов, а если такой идиот находился, все тут же ставили на Рыжего. В таких условиях денег не заработать, а проигрывать ради денег он бы не стал. Чёрт, зря она туда пошла... Вскоре послышались и азартные крики болельщиков, столпившихся вокруг круга. Они вдруг расступились, пропустив летящее тело. Тело шмякнулось на землю практически у самых ног девушки, а она спокойно перешагнула через него и пошла дальше. ― Эй, милашка! Началось... ― Да куда же ты! Ей преградил дорогу парень с косичкой, и рыжий тихо выругался, мгновенно опознав в нём Попрыгунчика. С каких это пор его подручного потянуло на развлечения подобного рода? Додумать ответ он не успел, потому что из круга выскочил крепкий тип и впечатал кулак в челюсть приставалы, последний ровно и тихо улёгся на землю. Дело принимало скверный оборот, ибо к разборке подтянулись товарищи пострадавшего. ― Эй, свалили! И этого прихватите с собой, ― он кивнул на подручного. Тип из круга медленно повернулся и смерил корейца оценивающим взглядом. Нарушители порядка не свалили, сгрудившись вокруг девушки и её защитника. Она тоже оглянулась на рыжего и слегка нахмурилась. Он прошёл мимо крепкого парня, отметив явное японское происхождение и мажорный видок ― залётная птичка, остановился напротив девушки. ― Будет лучше, если я провожу тебя. ― Будет лучше, если отвянешь, ― спокойно отозвалась она. ― Я... ― Отстань от неё, ― вмешался японец по-английски. Видимо, уловил по выразительной мимике незнакомки настроение беседы. ― Заткнись, ― коротко бросил в его сторону кореец. Тоже по-английски. Иностранец смахнул кровь, струившуюся из ссадины на скуле. ― А если не заткнусь? ― Начищу рыло. Девушка развернулась, вознамерившись уйти. Рыжий поймал её за руку, но тут же был атакован японцем. Он отскочил в сторону и нахмурился. ― Отстань от неё, ― повторил тип. ― Ты кто вообще такой, чудила? ― Казама Джин, недоумок! Девушка застыла на месте, потом бросила быстрый взгляд через плечо и, похоже, передумала уходить. ― Твоё имя ничего мне не говорит, ― безразлично пожал плечами кореец. ― Ну да, а ты тут местный царь и бог? ― Типа того. Эй, Хомяк! Сколько у него побед? ― Все. ― Ни разу не проиграл? ― приятно удивился рыжий. ― Он положил всех твоих ребят, Хоаран, ― развёл руками букмекер. ― Совсем всех? ― хмыкнул парень, сунув большие пальцы за ремень джинсов. ― Совсем. ― Интересно, ― протянул кореец, разглядывая японца. Тот отделался парой ссадин на лице ― всего-то. ― Восемь поединков за раз... ― Заткнись, Хомяк, ― поморщившись от досады, велел Хоаран. Японец озадаченно перевёл взгляд с букмекера на рыжего и, похоже, сообразил, о чём речь. ― Я побью тебя, ― заявил он. Кореец усмехнулся. ― Принимаю. ― Ну так пошли. ― Не сейчас. ― Что? Боишься? ― фыркнул японец. ― Да пошёл ты... Не хочу, чтоб у тебя была отмазка ― устал, типа. Драться будем завтра. Здесь. В это же время. И чтоб пришёл свежий, как роза на рассвете. ― Завтра? Ну ладно. ― Казама безразлично пожал плечами. ― А ты кто такой? Вдруг не придёшь, кого мне спрашивать? ― Приду, не надейся, что легко отделаешься, ― возразил рыжий, отвернулся и растерянно завертел головой, пытаясь отыскать девушку. Она словно сквозь землю провалилась. ― Ушла пару минут назад, ― сказал японец. ― Так как тебя зовут? ― Хоаран, ― бросил через плечо кореец и зашагал в том направлении, в котором раньше двигалась девушка. ― Я буду ждать! ― крикнул ему вслед Джин. Рыжий не обратил внимания на японца ― он высматривал странную незнакомку. *** Ю свернула в ближайший проулок, забралась на мусорный бак и перелезла через стену. Повиснув на руках, спрыгнула вниз и огляделась. Похоже, параллельная улочка. Вот и прекрасно. Она побрела мимо фонарей, размышляя. Джин Казама, наследник КМ, в Корее? Что он тут забыл? Впрочем, это неважно. Услышав о поединке, она придумала способ заполучить в собственность образец его крови. Если он сын Казуи Мишимы, то есть шанс, что... Она запомнила мост и название улицы: найти завтра это место не составит труда. Только нужна маскировка, иначе опять этот рыжий привяжется. Какого чёрта он шёл за ней? Ю не из категории писаных красавиц, сражающих парней наповал с первого взгляда. Быть может, это шуточки коллег из лаборатории? Решили её проучить и наняли уличного бойца? Рыжий точно боец. Ю хватило нескольких турниров, чтобы научиться определять людей такого сорта мгновенно. ― Не заблудилась? ― прозвучал насмешливый голос. ― Твою мать! ― выдохнула девушка и резко обернулась. Эта сволочь стояла у неё за спиной и смотрела сверху вниз чистыми невинными глазами. ― Отвяжись от меня! ― полыхнула Ю. ― Ночью опасно гулять по тёмным улицам в... ― Почитай проповеди самому себе! Исчезни! Она отвернулась и зашагала прямо. Ну как же! Он потащился следом. Девушка внезапно остановилась. ― Исчезни! ― И не подумаю, ― едва заметно улыбнулся рыжий. Ю шагнула к нему и без предупреждения врезала левой. Это оказалось неожиданным. На левшу она не походила, но удар получился чувствительным. Закусив губу, она помахала ушибленной кистью в воздухе. ― У тебя там броня? ― обиженно спросила Ю, покосившись на пресс рыжего. ― Вроде того. Хочешь подраться? ― Нет, прибить. ― Но за что? ― Сколько тебе заплатили? ― Что? ― Сколько тебе заплатили, чтобы подоставать меня? ― Мне никто не платил. Здесь опасный район, я просто хотел проводить тебя ― и только. ― У тебя рожа бандитская, ― с сомнением протянула Ю. ― У меня симпатичная рожа, ― с улыбкой поправил её Хоаран. ― Вот и я о том же ― бандитская. Лови! Машинально кореец поймал блестящий шарик [2], который девушка ему бросила. Вслед за этим последовали вспышка, грохот и туча дыма. Он закашлялся, вдохнув пары, тут же глаза немилосердно заслезились, ещё и слух изменил. Когда же он относительно пришёл в себя, мелкой паршивки и след простыл. ― Вот это и называется "послать к чёрту"... ― пробормотал Хоаран, разглядывая руки, перепачканные копотью. Обычно даже самые упрямые и несговорчивые девушки сдавались на милость победителя после пары улыбок, но чтоб бросать в него всякую гадость и удирать, как от дьявола, ― такого раньше не случалось. Кроме того, чертовски обидно ведь, потому что ни разу она не посмотрела на него с интересом. ― Ненормальная, ― подытожил он и вздохнул. Нет, переживать по этому поводу он не собирался. В конце концов, назвать её красавицей нельзя. И он даже не планировал за ней приударить, просто... Просто действительно хотел помочь. Было в ней нечто такое, необъяснимое. Словно скрытый изъян, уязвимость... Ну, нечто в этом роде. И ему просто хотелось помочь ей ― и только. Хоаран вновь полюбовался на перепачканные чёрным руки. ― Зараза... ― не сдержался всё-таки. ― Мелкая зараза! *** Джин сидел на ящиках и медленно злился. Рыжий сказал прийти сегодня ― на то же место, в то же время. Он и явился к назначенному часу. Уже минут сорок прошло, а корейца как не было, так и нет. Струсил? Хм... На труса этот чёртов Хоаран не походил. Так какого чёрта? Где эту сволочь носит? Часы у него сломались? Юноша покосился на парочку, мутузившую друг друга в круге. Поединок этот ни у кого не вызвал энтузиазма ― собравшаяся публика жаждала лицезреть бой Джина и Хоарана. Судя по количеству зрителей, рыжий ― персона известная. Но, как бы там ни было, "известная персона" куда-то подевалась с концами. Японец не выдержал, поднялся с ящиков и огляделся. Обнаружив в толпе знакомую со вчерашнего вечера рожу с внушительным синяком под глазом, Джин направился прямо к типу с косичкой. ― Эй... Парень с фингалом шарахнулся в сторону, но Казама успел поймать его за ворот куртки. ― А где этот... рыжий? Хоаран? ― по-английски спросил молодой человек, удерживая невольного собеседника на месте. ― Ай донт андэстэнд, ― сообщил тип с косичкой. ― Вчера "андэстэнд", а сегодня уже нет? ― по-японски пробормотал Джин и слегка встряхнул жертву. ― А теперь? ― Если он сказал, что придёт, то жди тогда, ― сразу же вспомнил английский этот кадр. ― Сколько ждать-то? До рассвета? ― У Хоарана часов нету, ― пожал плечами собеседник так, словно это было обычным делом. ― Или жди, или возвращайся туда, откуда пришёл. Но если он придёт и не увидит тебя, победу засчитают ему. ― Нравятся мне ваши правила, ― вздохнул Джин и отпустил, наконец, бедолагу. Тот ужом юркнул в толпу и исчез с глаз. Юноша побрёл обратно к ящикам, уже сожалея о том, что вообще нарвался на дурацкий поединок. Если бы его вчера на приключения не потянуло... В Сеул он прибыл позавчера вместе с делегацией КМ для заключения партнёрских договоров с парой компаний. На поездке настоял дед: наследнику положено знать, как ведутся дела в корпорации. Особого желания ехать в Корею у Джина не имелось, с другой стороны, причин для отказа тоже не было. Первый день выдался тяжёлым: аэропорт, отель, бумаги, звонки ― скука смертная. А вот второй день пришёлся на местный праздник. Раз уж дел не предвиделось, Джин решил погулять по городу, но пришлось смириться с компанией двух телохранителей. К вечеру охрана настолько допекла юношу, что он не выдержал и принялся откалывать безумные номера. Не в его характере, конечно, но он действительно разозлился из-за постоянных правил и ограничений. В конце концов, разве он не боец? Так какого чёрта с ним обращались как с фарфоровой куклой? Помощник Хэйхачи строго заявил, что он выполнял распоряжения деда и намерен выполнять их впредь, и коль господину Казаме что-то не по вкусу, то господин Казама мог бы обсудить это с Хэйхачи-сама лично. Джин слишком хорошо знал, что обсуждать что-либо с дедом лично попросту бесполезно, поэтому решил проблему по-своему: выскочил из машины, пошёл пешком по улице, пару раз пытался сбежать от охраны, а потом увидел уличные бои, в которые сразу же полез сгоряча. Телохранители хотели вмешаться, но с толпой разъярённых уличных хулиганов они бы не сладили ― пришлось им смириться и стоять в сторонке. А вообще неплохие бои получились: здесь бойцов практически никакие правила не сковывали, многообразие стилей, техник, тактик ― интересно же. Джину даже понравилось ― и нравилось до того самого момента, пока не появились девушка и рыжий. На девчонку он особого внимания не обратил, просто помогал человеку, угодившему в беду, ― мама бы одобрила. А вот рыжий запомнился сразу же ― наглый, невыносимый и надменный. Казама даже фыркнул невольно: вот уж кто бы идеально подошёл на роль наследника КМ ― характерные повадки. И теперь местный "царь и бог" демонстрировал королевскую непунктуальность, что тоже шло в счёт. Дескать, королевские особы не опаздывают ― это остальные приходят рано. Специально он это делал или нет, Джин не знал. Ему слабо верилось в то, что у человека могли вообще отсутствовать часы. В круге завершился бой, и вот тут раздался рёв мощного мотоцикла. Рыжий лихо затормозил, поставил ногу на асфальт и осмотрелся, увидев японца, надменно кивнул и убрался вместе с байком куда-то в проулок. Через пару минут вышел из-за угла и направился прямиком к Казаме. Джин поднялся с ящиков и нахмурился. ― Ты знаешь, сколько времени? ― мрачно поинтересовался он. ― Понятия не имею, ― по губам рыжего скользнула призрачная улыбка, ― Соскучился? ― Ты опоздал на... один час и двадцать семь минут. Хоаран слегка пожал плечами. ― Всего-то? Ну вообще! ― Мне пришлось ждать. ― Ну и что? Ты ж просто сидел и ничего не делал ― фигнёй страдал. Какие проблемы? Да уж, объяснять рыжему хоть что-то было бесполезно. Он либо действительно не понимал, либо не хотел понимать. Второе больше походило на правду, учитывая наглый видок пройдохи. Кореец осмотрелся по сторонам, и его весёлость слегка поникла: он словно надеялся кого-то увидеть, но этот кто-то не пришёл. ― Ну так что? ― сердито спросил Джин. ― Что "что"? Драться не передумал? Если не передумал, то вперёд и с песней, ― фыркнул Хоаран с азартным блеском в глазах. Он неторопливо натянул чёрные шингарты и подмигнул противнику. ― Ну и? ― Не передумал, ― хмыкнул Казама. ― Хомяк, принимай ставки, ― крикнул в толпу рыжий и лучезарно улыбнулся. Покосился на телохранителей японца и довольно кивнул: ― Если что, домой тебя доставят. ― Ты бы лучше за себя переживал, ― огрызнулся Джин. Вот уж воистину! Уличный боец ему не соперник. Рыжий ничего не ответил, лишь на лице на миг появилась его странная улыбка, чтобы тут же исчезнуть, как сон. *** Джин покосился на песочные часы, присобаченные каким-то умельцем к столбу. Ещё немного, совсем немного... Он перевёл взгляд на противника, тот стоял напротив, у границы круга, приняв небрежную расслабленную позу, и лениво переговаривался с парнем, который щеголял косичкой и свежим фингалом. Кореец тоже посмотрел на часы и стянул с головы защитные очки, вручив их своей "шестёрке". Длинноватые пряди тут же подхватил речной ветерок, и, прикрыв на миг глаза, рыжеволосый юноша слабо улыбнулся. Кажется, ветер в лицо ему по нраву. Джин вновь покосился на часы ― пора. Сейчас он размажет этого наглеца в два счёта по асфальту и пойдёт спать. На лице рыжего отразились примерно такие же мысли, только вместо "спать" следовало подставить "загулять". Вот ведь самоуверенная скотина! Казама шагнул в круг первым в гробовой тишине. Хоаран слегка наклонил голову, отчётливо хмыкнул и пересёк границу лёгкой походкой, приблизился к японцу и остановился в двух шагах, сунул большие пальцы за ремень и выразительно приподнял бровь. В светло-карих глазах плясали чёртики. "Тебе же хуже", ― мрачно подумал Джин, рванулся вперёд и врезал коленом. Ладно, попытался, потому что рыжий проворно отпрыгнул назад, не потрудившись достать пальцы из-за ремня. Ладно, а так? Нижний удар ногой и сразу же высокий ― кореец опять же шустро уклонился и от первого, и от второго, а чёртики в глазах заплясали совсем уж дико. Чёрт возьми, противник всё ещё считал его слабаком! Джин обмозговал расклад: Хоаран быстрый, очень быстрый, по крайней мере, быстрый для него ― удары ногами слишком медленные, и их кореец "читал" с лёгкостью. Варианты? Казама сделал обманное движение и стремительно ударил рукой. Так-то лучше! Рыжему пришлось защищаться ― уклониться он бы не успел. "Спокойнее, ещё рано радоваться! Я не видел, на что он способен", ― одёрнул сам себя Джин и сделал шаг назад. Пусть Хоаран нападает, ну-ка? И Джин понял, что лопухнулся, когда сделал этот чёртов шаг назад. Мелькнувшая перед носом толстая подошва с остро заточенными краями, от которой он чудом увернулся, подтвердила очевидный промах японца. После этого Хоаран гонял его по кругу, и Казама с трудом успевал избегать опасных ударов ногами. Уличный боец, да? Этот парень демонстрировал отличную школу тэквондо, и Джин сам же позволил ему вести бой на оптимальной дистанции. Чёрт, такой промах! Классическая ошибка! Он недооценил противника. Увернувшись в очередной раз, он попытался поймать ногу Хоарана. Поймал, зато получил второй ногой ― едва успел чуть наклониться в сторону, и удар пришёлся в плечо. Оба шлёпнулись на асфальт и раскатились в стороны, с минуту пытались прикончить друг друга разъярёнными взглядами, потом кинулись в атаку. Оба уже не думали о защите, взбешённые тем, что планы их остались лишь планами. Джин получил несколько ударов в корпус ногой, потом коленом, зато смог сцапать вёрткого противника и слегка придушить. Заработал "обратный" хук в челюсть и отшатнулся, едва успел блокировать летящую в голову ногу и ответил апперкотом. Попал... Корейца подняло в воздух и уложило на землю. Ну всё, финиш, не встанет. Казама глазам не поверил: рыжий нахал кувыркнулся через спину и вскочил на ноги, небрежно стёр предплечьем кровь с подбородка и с яростью посмотрел на него. Шаг вперёд ― и Хоаран словно воспарил над землёй. Сначала левая пятка, а затем почти сразу правая ударили Джина в грудь. Он неслабо проехался спиной по асфальту, перевернулся и поднялся на колено. Ждал добивания ― его не было. Японец бросил быстрый взгляд на противника ― тот спокойно стоял, скрестив руки на груди, и ждал, пока он соизволит встать. Благородство взыграло? В уличных драках подобные сантименты не в чести. Тем не менее, Хоаран не пытался добить соперника, пока тот отдыхал на земле. Джин перевёл дух и вскочил. Подсечка, финт, а теперь... Проклятие! Правой, левой, ложный выпад ногой ― попался! Казама впечатал кулак в корпус противника на встречном движении. Рыжий резко выдохнул и рухнул на колено. Джин отступил назад ― услуга за услугу, так сказать. Хоаран сверкнул глазами из-под длинноватых прядей, упавших на лицо, стиснул зубы и выпрямился, прижав ладонь к пострадавшему месту. Теперь точно всё... Японец порывисто атаковал правой, за что и поплатился. Рыжий просто поймал его руку и лягнул ногой в спину, отправив соперника полировать лицом асфальт. ― Зараза... ― выдохнул Джин, отдыхая на земле. Перевернулся и сел, неторопливо встал на ноги и изобразил атаку правой, уловил уже знакомое движение, перехватил руку корейца и приложил коленом в грудь. Хоаран тоже отправился полировать асфальт, только спиной, правда, ну да ничего ― ощущения столь же "приятные". Знакомый кувырок назад, яростный блеск глаз ― и внезапная атака ногой в прыжке. Ну скотина же! Ему ещё не надоело порхать в воздухе? Джин сплюнул кровь, перевернулся в очередной раз и поднялся. *** Зрители с кислыми лицами наблюдали, как поединок постепенно перешёл из разряда "интересный" в банальную категорию "ты мне ― я тебе". Два придурка стояли друг перед другом, пошатываясь от усталости, и по очереди награждали друг друга ударами. Сначала японец врезал рыжему, тот брякнулся на землю, поднялся, ответил ударом. Казама растянулся на асфальте, встал, снова влепил корейцу, тот опять упал, выпрямился, снова удар, японец на асфальте... И так всё время, по кругу. ― Ещё три выдержит, ― скучающе протянул один из зевак. ― Рыжий? Неее... Раз пять. ― Японец свалится после четвёртого и уже не встанет. ― Да оба уже достали! Сколько можно? ― Заткнись, козёл! Я на японца поставил! ― А я на рыжего! ― А мне вообще всё надоело! Пусть уж любой победит, только поскорее... Два придурка упрямо вставали после каждого удара, правда, шатать их стало сильнее. Минут через десять они уже дружно покачивались на полусогнутых и даже умудрились по паре раз промахнуться. Джин едва сам по себе не упал на одно колено, а Хоарана слегка повело вправо. Невероятным усилием воли Казама смог устоять, а кореец чудом удержался на месте. Оба мрачно полюбовались на разукрашенные физиономии друг друга и осознали тот факт, что следующий пропущенный удар станет, скорее всего, для каждого из них финальным. Глаза в глаза, напряжение истощённых мышц ― кто раньше? В воздухе мелькнули два кулака ― одновременно. Оба растянулись на земле ― одновременно. ― Двойной... ― Погодите-ка! Хомяк? ― Сейчас... ― Букмекер потрусил к противникам и остановился в паре шагов от них. Японец слабо шевельнулся, приподнялся на локте ― рука дрожала от приложенного усилия. Он попытался встать, но мышцы подвели ― упал обратно, утомлённо прикрыл глаза и с трудом дотянулся пальцами до лица, чтоб смахнуть кровь, хлеставшую из носа. Рыжий согнул ногу, умудрился сесть, потом привстал, опираясь ладонью о колено, начал выпрямляться ― и рухнул лицом вниз, перевернулся на спину и скосил глаза на букмекера. Хомяк фыркнул: оба бойца в сознании, и оба не в состоянии продолжать поединок. ― Ничья! ― объявил он. Недовольные зрители шумно разбредались, отпуская презрительные комментарии в адрес парочки соперников. Джин повернул голову, смерил противника сердитым взглядом. Тот пальцами смахнул кровь, струившуюся из рассечённой брови. Внезапно рыжего загородили чьи-то ноги. ― А я болела за вас, ― прозвучал мягкий низкий голос. Говорили по-английски. Казама разглядел девушку, когда она опустилась на корточки и прижала салфетку к его разбитой губе. ― Вам сильно досталось. Он не сразу узнал её, потом сообразил ― вчерашняя незнакомка, которой он пытался помочь. ― Пустяки... ― Он всё-таки смог сесть, но отмахиваться от девушки не стал. Она стёрла кровь со щеки и смяла в руке салфетку. Внезапно телохранитель Казамы стиснул тонкое запястье. ― Отпусти её! ― рыкнул Джин. Охранник выдернул из пальцев девушки испачканную кровью салфетку и подчинился приказу. Второй же помог японцу встать и подставил плечо. ― Простите, ― пробормотал напоследок Казама и слегка кивнул незнакомке. Она откинула длинную косу за спину и презрительно фыркнула. Когда наследник КМ и его охрана скрылись за углом, девушка разжала пальцы ― на ладони остался обрывок салфетки с алым пятном. Хоть что-то, впрочем, для исследований ей довольно и одной капли. ― Значит, ты поставила на него? ― внезапно прозвучал насмешливый голос. Она повернула голову и встретила сердитый янтарный взгляд. Хоаран сидел, согнув одну ногу и оперевшись о колено локтем. Он прикрыл левый глаз и смахнул кровь, продолжавшую литься из глубокой ссадины на брови. ― Нет, я просто болела за него, ― возразила девушка. Неожиданно кореец протянул руку, накрыл ладонь незнакомки своей, перепачканной кровью, и дёрнул её к себе. Упасть ей он не позволил, поймал и усадил рядом. ― Какого... ― Ты действительно за меня не болела? ― с быстрой улыбкой уточнил рыжий, попытался привстать, поморщился и всё же остался на месте. Она сунула обрывок салфетки в карман и внезапно поймала его лицо ладонями, осмотрела рассечённую бровь. ― Не мешало бы зашить... А тут... ― Пальцы ощупали переносицу, тоже перепачканную кровью. ― Угу, нос уцелел. ― Ты врач, что ли? ― Нет, олень, ― фыркнула она и достала из кармана нечто, смахивающее на бумажник, только вот внутри там оказались штучки поинтереснее денег. ― Это... ― Игла. Которой зашивают. Не дёргайся. Хоаран зашипел, когда девчонка брызнула на рану какой-то дрянью. ― Знаешь, если честно, то зашиваю я фигово. Может шрам остаться. ― Ты могла сказать раньше? До того, как начала зашивать? ― хмыкнул рыжий. ― Готово. ― Так быстро? Она протянула ему салфетку. ― У тебя вся рожа в крови. ― А зеркало есть? ― Зачем? ― Я же не вижу, где у меня кровь. ― Куда бы ты ни попал ― не промахнёшься. Она выпрямилась и явно собралась уйти. ― У тебя имя есть? Девушка молча смотрела на мост в свете фонарей, и он уже решил, что ответа не услышит, когда внезапно очень тихо прозвучало: ― Сонаги [3]. Хоаран ошарашенно смотрел ей вслед. ― Ливень? Ты издеваешься? Незнакомка так и не обернулась, исчезнув вскоре в глубоких тенях за мостом. Он провёл салфеткой по щеке, поморщился, увидев кровь на белом, и вздохнул: ― Сонаги? Наверное, она просто пошутила... Кроме того, она не походила на кореянку. Ну, только если совсем капельку. *** Он осторожно прокрался мимо комнаты наставника, но в последний момент обо что-то споткнулся. Раздавшийся грохот мог поднять из могилы мертвеца, что уж говорить о мастере, который всегда чутко спал. ― Явился? Ярко вспыхнул свет. ― Да, наставник, ― не поворачиваясь, подтвердил Хоаран. ― Ты под ноги смотришь когда-нибудь? ― Стараюсь. ― Так... Ну-ка, повернись! ― А зачем? Подзатыльник снял последний вопрос с повестки дня, точнее, ночи. Рыжий понуро развернулся. ― Ого! ― восхитился Бэк. Впервые ученик вернулся в таком виде. Хоаран тоскливо вздохнул. ― Ну и? Ты победил? Рыжий опустил голову и промолчал. ― Не испытывай моё терпение. ― Нет, наставник, ― хрипло ответил-таки юноша. ― Стало быть, понял, что зря в драку полез? Ученик немедленно вскинул голову, в глазах полыхнуло знакомое янтарное пламя. ― Я не сожалею. Вы же сами говорили, что нужно учиться на своих ошибках, и... ― Ясно. Бэк наградил негодника ещё одним подзатыльником. ― В душ и спать. Через... три часа ― на тренировку. ― Но... ― Я тебя не слышу, ― отрезал мастер, закрыв дверь в комнату перед носом Хоарана. Рыжий вздохнул ещё тоскливее и отправился выполнять распоряжение наставника ― на сей раз выкрутиться не вышло. В душе он шагнул к зеркалу и осмотрел шов на брови. Она соврала ― отличная работа. Шрам, конечно, останется, но едва заметный. Легонько прикоснулся кончиком пальца. Как ей удалось провернуть всё так, что он даже ничего не почувствовал? И она оказалась права ― лицо всё в крови, чёрт... Хоаран стянул футболку и полюбовался на здоровый яркий синяк на боку. Да уж. Дотронулся до пятна и поморщился ― больно, однако. Уже стоя под струями воды, откинул назад влажные пряди и прикрыл глаза. Сегодня он допустил ошибку, позволив ярости руководить собой. Больше такого не будет. Наверняка Казама пришёл к этому же выводу ― ну и чёрт с ним! ― Я ни о чём не сожалею, ведь всё по-прежнему в моих руках. В следующий раз я выиграю. Обязательно выиграю. Я смогу всё, стоит лишь захотеть. Он запрокинул голову, подставив лицо под поток тёплой воды, и едва слышно прошептал: ― Сонаги, да? Примечания: КМ – аббревиатура от Mishima Zaibatsu – переводится на русский как "Корпорация Мишима". [1] Доктор Чжоу Ю, персонаж другого фика по вселенной Т, племянница мастера Бэка (на момент действия в "Предела Нет" она не знает об этом, как и сам Бэк, официально она считается погибшей). Возглавляет одну из лабораторий доктора Босконовича, знает о генетической аномалии под кодовым названием "Ген Демона", её цель ― получить для исследований кровь представителей семьи Мишима, Джина ― в том числе. [2] Снаряд, предназначенный для дезориентации противника и для обеспечения дымового прикрытия. Такими пользуются члены клана Манджи, а также доктор Чжоу Ю, которая является другом Ёшимицу. [3] Сонаги (кор.) ― внезапный полуденный ливень. Фактически Ю просто перевела своё имя с китайского на корейский.