Доброе утро.

      Утро в Солер Лак пришло незаметно. Примерно в пять над горизонтом появилось солнце, постепенно окрашивавшее небосвод в розово-красный. Типичные для Средиземноморья дома с оранжевыми черепичными крышами выглядели еще атмосфернее, чем обычно.       Город находился относительно недалеко от знаменитых французских курортов Лазурного берега, но никогда не был полон путешественников. Туристы предпочитали Ниццу, Монте-Карло. В Солер Лак не было фешенебельных гостиниц, изысканных ресторанов и роскошных казино. Город скорее напоминал деревушку — жизнь текла неторопливо, все друг друга знали.       Славной местной традицией было высаживать цветы на палисадниках. Как правило это были бугенвиллии, лантаны и другие растения с труднопроизносимыми названиями. Но не редкость было увидеть и обыкновенную сирень или куст пионов. Много было дикорастущих деревьев. Взять только кипарисы, так любимые Ван Гогом!       Солнце почти полностью взошло, но воздух все еще был относительно прохладным. Легкий ветерок разносил благоуханье цветов и аромат теплого свежего хлеба из только что открывшейся булочной по всему городу. Юный омега сквозь сон учуял запах съестного и проснулся.       Молодой человек нехотя раскрыл глаза и тут же сощурился — свет был слишком ярким. Летом балкон в комнате оставался открытым почти круглосуточно. Занавески покачивались то скрывая, то открывая солнцу личико юноши. Чимин хотел было встать с кровати, как рука, лежащая у него него на груди, притянула омегу к альфе. Мужчина лежал на животе, повернув голову в сторону юноши. Сквозь сон альфа что-то бормотал, чем позабавил Чимина. Омега повернулся к возлюбленному и перебирая волосы тихо позвал: — Юнги… — Ммм… — Пусти меня, — Чуть громче сказал омега, понимая, что альфа все еще спит.       Юнги «освободил» юношу из тисков объятий и перевернулся на другой бок. Не прошло и нескольких секунд, как альфа съежился и подушкой накрыл голову. Настырные лучи солнца не щадят никого.       Тем временем Чимин отошел в ванную комнату, вход в которую был прямо из спальной. Совершая утренний туалет, юноша мог побыть наедине с мыслями. В остальное время омежка находился под постоянным присмотром возлюбленного. Пара проходила еще этап эйфории или иначе конфетно-букетный период и были не разлей вода. Чимин и Юнги души друг в друге не чаяли и старались все свободное время проводить вместе. Так, когда учебный год в университете закончился, Юнги предложил поехать во Францию. Омега был безумно рад отправиться в такое миниатюрное путешествие, хотя в Европе он все же бывал. Правда, в Англии, но с любимым ведь — хоть на край света?       С тех пор, как они приехали прошло около недели и Чимин в некоторой степени привык. Где-то внутри себя юноша представлял как будет сюда и в будущем приезжать вместе с Юнги. Но омега с трудом перестраивался на Парижское время, поэтому засыпал ранним вечером, а просыпался дремучей ночью. К тому же юноша до сих пор поднимался «как по будильнику» — сказалась упорная учеба. Еще труднее было привыкнуть к такому маленькому тихому городу. Всю жизнь юноша провел в шумном мегаполисе и окружающая его теперь тишина и неспешность поначалу настораживали.       Вернувшись обратно в комнату, Чимин застал альфу все так же спящим. Теперь Юнги лежал на спине, а левая рука покоилась на лице, защищая от солнца. Омега решил разбудить своего мужчину.       Чимин забрался на кровать и залез под одеяло. Юноша старался как можно меньше издавать звуков, не разбудив альфу раньше времени. Омега оказался на возлюбленном, примостившись чуть ниже бедер, а головой вынырнул из-под одеяла. Казалось бы, мужчина вот-вот проснется, но альфа лишь немного качнулся и сквозь сон чавкнул.       Омега склонился к груди мужчины и принялся целовать вздымающийся торс. Проведя череду поцелуев от правого плеча к левому, Чимин забрался чуть выше и начал ласкать шею. Сквозь сон альфа улыбнулся и что промычал. Действия юноши стали чуть настойчивее — омега уже не просто невесомо целовал возлюбленного, а засасывал кожу, оставляя следы. Кожа была солоновата из-за пота.       Подойдя к кадыку, линия поцелуев-засосов направилась вниз и остановилась на уровне сосков. Коричневые бусинки понемногу начали твердеть от ласк Чимина — омега поочередно то лизал, то посасывал каждый сосок. Альфа шумно выдохнул, но так до сих пор и не проснулся.       Спящий беззащитный Юнги вызывал легкое возбуждение у омеги. Один взгляд на вздымающуюся зацелованную грудь и румянец на щеках альфы заставил Чимина потечь. Омега продолжил утренние экзекуции над возлюбленным и спускался все ниже и ниже. Под одеялом стало совсем жарко и юноша откинул его. Налитый кровью член альфы оттопырил ткань трусов. Возбужденный омега не устоял и потерся о него. Юнги проснулся.       Альфа попытался сказать что-то на подобии: «Доброе утро», но Чимин показал жестом, что слов не надо. Омега приспустил белье Юнги и провел рукой по возбужденной плоти. Альфа шумно вздохнул и ногами спустил белье ниже, к стопам, а там и вовсе их сбросил. Чимин провел языком по члену Юнги от самых яичек до головки, но альфа сдержался от каких-либо стонов и только сжал простынь по бокам от себя.       Его маленький омежка, такой невинный и воздушный в повседневной жизни, сейчас делал непотребные вещи, но внешне оставался все тем же ангелочком со светлыми глазами. Чимин еще с несколько секунд поглядел в темные завораживающие глаза Юнги, а затем продолжил ублажать альфу, полностью сосредоточившись на процессе. Юноша вобрал головку члена в рот и опустился вниз, стараясь заглотить как можно больше. Юнги завороженно наблюдал за этим, даже на мгновение забыв о себе — то, как его мальчик двигается есть самая красивая картина в мире. Альфа получал даже эстетическое удовольствие. Но к порочному естеству Юнги вернуло обратное движение Чимина. В комнате раздавались чмокающие звуки и они совершенно не были развратными и похотливыми, как бывает в порно.       Юнги прикрыл от удовольствия глаза, когда его мальчик увеличил темп. Из груди альфы донесся стон. Чимин продолжал наращивать темп и даже начал помогать себе рукой, надрачивая основание члена. Альфа был близок к разрядке. Воздух словно стал тягучим, из-за чего кружилась голова. Юнги нашел в себе силы погладить по светлым волосам омегу и заправить за ушко прядь волос. Его взору открылось лицо усердного любовника — омега сам расскраснелся и так же тяжело дышал. Член юноши налился, из попки продолжала течь смазка, запах которой не мог оставить альфу равнодушным. Мужчина часто-часто задышал и с протяжным стоном излился в мальчика.       Чимин отстранился от любовника. Вдыхая воздух, юноша открыл рот — тягучее семя альфы окутывало рот омежки. Юнги потянул Чимина за руку к себе и мальчик подался вперед. Альфа увлек юношу в глубокий поцелуй-благодарность. В нем не было страсти, а наоборот — покой и нежность. Словно пара прожила в браке лет двадцать, если не больше. Было спокойно и, даже,. привычно. Пара иногда прерывалась, чтобы отдышаться. Длинные поцелуи сменялись короткими, ведущая роль уходила то Чимину, то Юнги.       Если альфа получил некоторую разрядку, то омега продолжал томиться. Юноша коснулся членом торса любовника и зашипел. Теперь пришла пора альфе действовать. Юнги провел рукой вниз по позвоночнику и проник под белье омеги. Он сжал поочередно каждую ягодицу Чимина, вырывая из уст юноши короткие мычания. Затем Юнги двумя руками спустил трусы омежки до колен. Омежья дырочка сочилась и мужчина рукой провел меж ягодиц Чимина. Юноша притих. Тогда альфа повторил движение и сосредоточенный Чимин шумно выдохнул. Юнги только ухмыльнулся этому и взглянул на свою руку, которая был в смазке. — Маленький похотливый омежка… — Произнес альфа, — Течешь только для меня… — Такие пошлые фразочки заводили юношу, да и Юнги раззадоривали.       Мужчина ввел в анус юноши один палец и провернул его, ощупывая омежку изнутри. Чимин коротко простонал и прогнулся в спине, оттопыривая попку на встречу руке альфы. Юнги добавил второй палец и юноша протяжно завыл. Даже вскинул голову, невольно предоставляя обзор на свое личико любовнику. Губы Чимина были сложены в немом стоне и Юнги инстинктивно повторил это движение. Он смотрел на омегу, стараясь встретиться взглядами. И наконец это произошло — Юнги, лежа внизу контролировал любовника, а тот был не в состоянии оторвать взгляд от своего альфы. Мужчина добавил третий палец и сказал: — Чимин, мальчик мой… — монолог альфы нарушается стонами юноши, — Что ты хочешь сказать? — Пожалуйста… — Руки, на которые упирается омега, трясутся. — Я не расслышал. — с некоторой издевкой говорит Юнги. Чимин хмурится, осознавая, что альфа с ним играет. Омега не собирается поддаваться на провокацию со стороны мужчины. Но любовники понимают к чему идет дело и желание, застилающее глаза пеленой все-таки берет свое. — Возьми м-м-меня… — выдыхает Чимин в плечо мужчины и подается назад, насаживаясь на пальцы. — Хороший мальчик, молодец — Альфа гладит юношу по волосам и тянется к тумбочке за контрацептивом. Исступленный омега снимает с себя окончательно трусы, которые сбившись у коленок оставили красные полосы на коже.       К тому времени альфа уже надел презерватив и меняется местами с Чимином. Его мальчик много поработал за это утро. Омега ложится на спину и чуть пододвигается к альфе, расставляя ножки. Теперь юноша мог больше наблюдать за Юнги. Вьющиеся темные волосы мужчины ниспадали на лицо и только Чимин потянулся убрать их за уши, как альфа это сделал сам. Взгляду омеги предстало сосредоточенное лицо любовника — широкие брови были чуть сдвинуты к крупному носу, а припухшие губы сжаты.       Юнги кладет под поясницу Чимина подушку и приставляет к дырочке омеги член. Орган, снова налитый кровью, входит в податливое тело без особого сопротивления. Юноша принимает его, признает своим, единственным. Юнги с упором подается вперед и почти полностью проникает в тело Чимина. Омега приглушенно стонет, а затем хватается руками за изголовье кровати. Альфа продолжает двигаться все так же неторопливо, рассматривая тело любовника. Сейчас оно было полностью в его поле зрения и Юнги мог позволить себе провести руками по каждому миллиметру туловища Чимина. Пара наслаждалась глубокими протяжными движениями, которые подогревали будущий экстаз.       Руки Юнги легли на ребра Чимина и альфа начал двигаться чаще. К стонам и громким вздохам добавились хлюпающие звуки их соития. При каждом движении альфы слышались шлепки его яиц о попку омеги. Юнги задвигался еще быстрее и переместил руки на бока Чимина. В свою очередь юноша крепче схватился за изголовье кровати и временами старался подаваться на встречу альфе. Комната наполнилась животным запахом, над парой возобладали древние инстинкты.       Будучи уже на пике, Юнги подхватил Чимина и впечатал его в стену. Тела были совсем близко, член альфы почти не выходил из омежки и вдалбливался в податливое тело со всей силой. Бьющийся в экстазе Чимин сильнее обвил руки на спине мужчины и ногтями впился в кожу возлюбленного.       Первым в пучину удовольствия и сладкой неги отправился омега, сопровождая это грудным стоном. После нескольких замедляющихся движений примеру Чимина последовал альфа. Еще несколько секунд после оргазма Юнги держал в тисках юношу, вдыхая древесный аромат, исходящий при оргазме от его мальчика. Альфа имел запах моря и вместе их аромат рождал в воображении райский пляж.       Узел скрепил пару на ближайшее время и любовники переместились на кровать, принимая лежачее положение. Омега гладил чёрные волосы Юнги, в то время как альфа прикрыв глаза переводил дух. Время от времени на пару находили волны удовольствия. Когда узел спал омега наконец-то сказал: — Доброе утро.

***

Если в мире остались люди, считающие, что только Париж является городом любви, то они глубоко ошибаются — любое местечко Франции пропитано любовью.