I
8 октября 2018 г., 21:50
Меня зовут Дэвид Вонг. И если вы читаете эти строки, то я, скорее всего, уже мертв.
Хотя, на самом-то деле, вряд ли. Ведь на публикацию чертовой книги требуется уйма времени, плюс редакторские правки и десятки литров кофе на их внесение. С другой стороны, вы, возможно, читаете эти строки в далеком будущем, когда на Земле закончились топливные ресурсы, нового источника энергии так и не нашли, и все это на фоне грозящихся захватить планету червяков-мутантов из космоса. В таком случае, да, я уже мертв.
Сразу скажу, вступительные слова — не мой конек. Равно как и все последующие, так что я заранее извиняюсь перед всеми, у кого хватит сил дочитать эту историю до конца. Все, что я вам расскажу — чистая правда, реальный случай из моей жизни и жизни моих друзей (хотя, стоит признать, значительная доля лжи все же будет присутствовать благодаря моему лучшему другу Джону, о нем вы еще узнаете), и я никоим образом не приукрашивал все это на страницах этой книги. А пишу я её исключительно по совету своего психотерапевта. Исключительно ради этого и денег, которые издательство с радостью отваливает за такие истории, надеясь впоследствии продать права на жуткую экранизацию с актерами класса Д.
Эта история началась так же, как и тысячи других до нее…
Я лежал на кровати, ненавидя себя и окружающих. В моих руках шуршал пульт от телевизора, который я не вытащил из его родного пакетика, чтобы кнопки на нем не стирались. Эми постоянно закатывала глаза и справедливо отмечала, что кнопки все равно стираются.
— Вот например сейчас, — говорила она, удерживая в руках тот самый пульт, — Я вижу, что кнопка девять скоро окончательно сотрется. Дэйв, что такого интересного ты смотришь на девятом канале?
Это был первый раз, когда я ее ударил. Слава богу, произошло это случайно. Я пытался отобрать пульт, чтобы она не обнаружила, что «девятый канал» на самом деле — MTV. Я любил иногда поглядывать дурацкие шоу для подростков, убиваясь из-за упущенных ранее возможностей, и Эми было не обязательно об этом знать.
В любом случае, пульт выскользнул из ее рук, и мой кулак успешно состыковался с её правым глазом. Я поставил ей такой сильный фингал, что ей несколько дней пришлось ходить с черной пиратской повязкой из детского набора «Стань грозой морей» за $4.99. Именно поэтому я уже третий день не выхожу из своей квартиры, погрузившись в пучину отчаянья, Mountain Dew и неконтролируемых газов.
С экрана на меня лился поток смеха, изображений счастливых людей и обожаемый подростками Teen Choice Awards на богомерзком MTV. Я бы пустил себе пулю в висок, но все свои пистолеты я отдал на хранение Эми, потому что она посчитала меня недостаточно ответственным для того, чтобы защищать свой дом от недоброжелателей.
Я перевел взгляд на аквариум, где жил своей счастливой жизнью Филипп, толстая рыбка-клоун, которую Эми подарила мне на прошлое рождество. Сейчас он плавал в своем родном водоеме кверху пузом.
Что ж, возможно Эми была права.
В моем кармане завибрировал телефон. Я лихорадочно задергался, пытаясь выудить из запутавшегося халата единственное средство связи с окружающим миром, в надежде, что на другой конце провода окажется Эми. Наконец, у меня получилось. Это была не Эми. Вместо желаемых трех букв на экране смартфона было одно простое послание:
НЕ ОТВЕЧАЙ!!!
Я ответил. — Алло, Дэйв? Дэйв, ты меня слышишь? Я молчал, в который раз жалея о том, что под рукой не было пистолета. — Алло, Дэйв. Это Джон! Ответь! — голос Джона, моего лучшего друга и худшего врага, звучал встревоженно. Это могло означать что угодно: начиная от того, что за ним гонится целая армия якудза, как в том дурацком фильме с Умой Турман и заканчивая тем, что он, наконец, вспомнил, как называется тот дурацкий фильм с Умой Турман.– Дэйв, если не можешь говорить, промычи два раза, слышишь меня? Промычи дважды, если тебя держат в заложниках и трижды, если ты сейчас занимаешься сексом с Эми и не хочешь её разбудить. — Пошел нахер, Джон! — Так и знал, что ты просто вредничаешь, Дэйв, — победоносно завопил он в трубку. — Но у нас нет времени на шутки. Он все еще у тебя? — О чем ты говоришь, Джон? — Инвентарь для сценария Z. Он все еще у тебя, Дэйв? Я раздраженно закатил глаза, посчитал до десяти. Не помогло. — Я бросаю трубку, Джон. — Нет, нет, подожди! Ты что, новости не смотришь? Я перевел взгляд на телевизор, где одни подростки передавали позолоченную статуэтку другим подросткам, фальшиво изображая дружелюбную улыбку. — Нет, Джон. Если у тебя больше нет вопросов, я вернусь к своим делам. — Включи телевизор, чувак. Там зомби! Как я и говорил. — Зомби не существует, Джон, мы это проходили. — Тогда кто лежит с пробитой башкой у меня на кухне? — ЧТО?! — Приезжай, Дэйв. И захвати инвентарь! Он бросил трубку. Но я не собирался поддаваться на его провокации. Слишком часто я оказывался заложником идиотских историй, в центре которых так или иначе находился Джон. Иногда мне казалось, что его кто-то проклял, иногда, что он попросту тупой придурок с шилом в заднице. Возможно, оба эти варианта были недалеки от правды. В любом случае, из дома я выходить не планировал, даже если за окном начнется ядерная война. Уже через двадцать минут я был в квартале от дома Джона. Город сегодня выглядел как-то по-особенному пустынно, будто власти объявили о внеочередном выходном и я узнал об этом последним. Я остановился на красный сигнал светофора, окинул взглядом чертов инвентарь для сценария Z. В него входили бинты, аптечка, бита с пробитыми сквозь нее гвоздями и три презерватива. Джон еще два года назад оставил все это у меня со словами о том, что когда начнется зомби-апокалипсис я буду ему благодарен. Хотя я был абсолютно уверен, что он попросту решил складировать у меня всякий хлам, что не помещался у него дома. Спустя еще минуту я подъехал к его дому и сразу заметил, что окно рядом с его входной дверью разбито. Я вышел из машины, оставив весь арсенал лежать, где он и лежал, после чего быстро дошел до двери. Прежде чем я успел постучать, дверь открылась и моему взору предстал высокий парень лет двадцати семи, с длинными волосами, чуть касающимися его плеч и в потной майке баскетболиста поверх не менее потной футболки. Это был Джон. Выглядел он так, будто только что голыми руками поворачивал Землю вокруг своей оси. — Дэйв! — резко воскликнул он, будто не ожидал такого скорого визита. — Ты один? Арсенал привез? ТЕБЯ НЕ КУСАЛИ? — Да, да, нет. Что ты вообще несешь, Джон? Что происходит? — Проходи. Джон пропустил меня вперед, выглянул за дверь, чтобы удостовериться, что за мной никто не следил, и резко захлопнул её. Я прошел внутрь, с опаской поглядывая на разбитое окно. — Что здесь произошло? — спросил я, проходя в гостиную. — И что у тебя так воняет? — Вот, посмотри. Джон кивнул в сторону кухни. Стоит отметить, что у него был небольшой одноэтажный домишко без перегородок. Так что разделение на привычные комнаты было условным. То место, где стоял телевизор, два сломанных кресла и один прожженный диван, мы для удобства называли гостиной, а часть квартиры, где помещались раковина, холодильник, небольшой круглый столик и тело какого-то мужика… Стоп, что? На так называемой кухне Джона лежало тело. В радиусе двух метров от него можно было заметить красные пятна и лежащую на полу швабру, будто кто-то пытался отмыть кровавые пятна, но устал, даже не начав. — Джон, это то, о чем я думаю? — Если ты думаешь об обезвреженном зомби, пытавшемся съесть мое лицо, да. Это то, о чем ты думаешь. — Джон, — пытаясь бороться с подступающим нервным срывом, заговорил я. — Не существует никаких зомби. На твоем полу лежит мертвый мужик, в его голове торчит… Какого хрена у него из головы торчит дилдо, Джон?! — Я защищался первым предметом, который попался мне в руки. — То есть, дилдо? — Да. Сейчас я все расскажу… — Нет, пожалуйста, Дж… — Так вот…
