Защитники

      Хаттори-кун раздражал даже больше, чем Куроба Кайто, её главный соперник.       С Куробой Акако почти смирилась: тот давно отказывался подчиняться её магии, зеркало с самого начала предупреждало об этом, как и Люцифер. Можно было сколько угодно злиться, скрипеть зубами, привлекать внимание того разными способами — Куроба всё равно смотрел куда-то в сторону, например — детектива со схожей внешностью.       Кудо-кун был... опасен — аура детектива из вертолёта ловко удерживала девушку на расстоянии, преимущественно вне поля зрения того. Будто той и вовсе не существовало в мире Кудо-куна, да и всё внимание того отдавалось вредному Куробе, с которым прекрасно ладил.       Хакуба-кун единственный из этой странной компании был под её властью: слегка краснел, иногда отводил взгляд, восхищался, вёл себя чуть более по-джентльменски, чем обычно с другими девушками — как любой другой нормальный парень в классе.       И как должен был бы вести себя Хаттори-кун!       Всё! Всё говорило о том, что тот должен упасть к ногам не хуже этих пресмыкающихся идиотов! Никакой видимой толковой защиты от ведьм на том не было, примеси ведьминской крови — тоже! Ничего такого, что удерживало бы мерзавца на ногах!       Но тот лишь скользил по ней абсолютно безразличным взглядом, как если бы Акако была абсолютно обыкновенной девчонкой и лишь иногда недовольно морщился, когда Хакуба-кун с точки зрения того уделял ей слишком много внимания.       Возмутительное, просто оскорбительное игнорирование её красоты и достоинств!       Акако просто обязана понять причину такого неправильного отношения к ней!.. И исправить, убедиться в превосходстве своей магии над каким-то там детективом, пусть и из Осаки.       Она тихо вздохнула, сверля того взглядом: уже двух — технически, трёх, но с Кудо-куном связываться совершенно не тянуло, да и сулило это неприятности от Куробы, — парней в классе, что упорно не обращали внимания на красоту девушки, чего её гордость стерпеть никак не могла. Так и всех ухажёров растерять можно!       Увы, взглядам тот тоже не спешил поддаваться и продолжал о чём-то спорить с Хакубой-куном, причём и Куроба, и Кудо-кун фыркали на заявления того с синхронным закатыванием глаз. Да и рожицы корчили на удивление абсолютно одинаковые.       В чём же дело?       Она осторожно подошла ближе, прислушиваясь к разговору. Любопытство, конечно, сгубило немало кошек, но тут дело явно не касалось какого-то секретного расследования.        — Хейджи, амулеты — пережиток прошлого, как и вещие сны, — негромко и терпеливо объяснял Хакуба-кун, пока ещё не заметивший её и потому сохранявший невозмутимость. Ненадолго, только до пересечения взглядов.        — Но Кудо был бы мёртв, если бы я тогда не отдал свой амулет из-за сна! — наверняка продолжал упрямиться Хаттори-кун, пока подслушанная информация доходила до ведьмы.       Амулет! Обычно совершенно слабые безделушки, живущие совсем недолго и почти всегда не имеющие никакого смысла. С чего бы, если многие владельцев и дарящих не видит в них нечто особое, смысл связи с кем-то? То, что действительно давало бы силу такой безделице, как вещица в мешочке! И вот это препятствует её магии?..       Неплохой такой амулет тому достался тогда, совсем неплохой... Почти наверняка завязанный на чьей-то сильной любви.        — Нечасто в наше время детективы носят подобные вещи, — почти промурлыкала она, ловя противно-скептические взгляды от Куробы Кайто и Хаттори-куна. Кудо-кун даже не стал смотреть в её сторону — должно быть, немало узнал из воспоминаний. Вроде её позорной попытки изобразить Кида на метле... кхм.        — Казуха подарила мне его, сделав из звеньев наручников, которыми мы случайно приковались друг к другу, — всё же отозвался почти неохотно мерзавец, заодно многое поясняя. Казуха... Такую Акако не знала, но на всякий случай запомнила — мало ли, встретится на пути, хотя бы глянет на девушку, создавшую амулет такой силы, а то и два — такие обычно парные.        — Звучит романтично, — мягко улыбнулась она, наконец подмечая дурацкую верёвку на шее Хаттори-куна. Акако, конечно, могла бы снять амулет силой, просто сыграв на неожиданности... но зачем?       Пусть тот живёт — как только тот снимет или же безделица выдохнется, сам падёт к её ногам! А-ха-ха-ха!        — Романтично... ты права. Мне пора снять этот амулет, — неожиданно улыбнулся тот, но как-то слишком уж ехидно, отчего Хакуба-кун — слегка алый из-за неё — нахмурился. — Но сначала найду другой!       Вот же мерза-а-авец!       Девушка лишь чудом не подавилась воздухом от возмущения и гордо развернулась, уходя назад и тихо фыркая себе под нос. Пусть делает сколько хочет: не так-то просто создать амулет такой силы, чтобы противодействовать её магии.       Падение Хаттори-куна — лишь вопрос времени, не более!

***

       — И дался же тебе этот амулет... — вздохнул Сагуру, стоя за его спиной и лениво разглядывая с ним разные безделушки после школы — Хейджи сразу же утянул его в поход по магазинам в поисках основы.        — Сложно объяснить. Ты же сам говорил, что я — интуитивный детектив, верно? — задумчиво отозвался Хейджи, оглядывая не без сожаления прилавки — всё не то! — Тот самый случай. Я не могу понять, что именно не так, но... Носить какую-то безделушку с собой не так уж и сложно, верно?        — Это попросту глупо... — ещё тяжелый вздох в его сторону со соответствующим взглядом. Но тот явно смягчился, это прекрасно чувствовалось по более тёплой и уютной атмосфере в библиотеке. — Что ты туда хочешь положить? Молитву?        — То, что выразит нашу связь. Символ или что-то в этом духе, — более довольно отозвался Хейджи, пряча улыбку. Сагуру всё же сдался! И пусть он не был уверен, что именно не так с их одноклассницей, но почему-то идея с амулетами той пришлась не по вкусу.       Да и увивающиеся за той парни... Странная популярность для совершенно обычной девушки с немного эксцентричными внешностью и поведением — но кто как выделяется.        — "Акако-сан довольная милая..." — а ещё этот совершенно раздражающий румянец на щеках и полумечтательные глаза британца в моменты, когда речь заходит о той! И ведь ничего не хочет от девушки, но вид...        — Думай лучше о нас, а не о ней, — обиженно фыркнул Хейджи, после чего вспыхнул, осознав, что именно он тут неожиданно ляпнул. Ещё и вслух!.. — О нашей связи, в смысле!..       Кажется, он этим сделал только хуже... Чёрт.        — А что, ревнуешь? — полюбопытствовал Сагуру не без явного интереса и лёгкого ехидства в голосе. Тот явно шутил, желая разрядить напряжение и рассчитывая на ответ в духе: "ага, конечно" или "разве может быть иначе?".       Вместо этого Хейджи покраснел до самых кончиков ушей — по крайней мере, так казалось из-за пронизывающего кожу огня смущения, — и отвернулся от того, пытаясь это как-то скрыть. От детектива-то, зацикленного на мелочах.       Полный провал.        — Никто никого не ревнует! — буркнул он, упорно отводя взгляд и спеша прочь, к следующему прилавку, где нарочито пристально разглядывал предлагаемые безделушки.        — "Хейджи?.." — мягкий вкрадчивый голос почти в самое ухо бросил в краску лишь сильнее. Нечестно! В библиотеке разума он не может спрятаться от своего Стража! — "Прости, неудачная шутка".        — "Ничего такого не было", — заупрямился только больше Хейджи, однако не рискуя отрицать напрямую: любую фальшь в разуме можно легко заметить, даже самую незначительную. Как сейчас — Сагуру явно не поверил ему.        — "Как скажешь", — мягко отозвался тот, неожиданно обнимая его сзади и вынуждая вздрогнуть в реальности. Весь алый, он глянул в сторону Сагуру, что теперь точно также гипнотизировал прилавки и краснел под его взглядом. — "Что?.. Не только же тебе делать первые шаги..."       На бледных щеках румянец выделялся намного сильнее, чем на его собственных, и Хейджи поспешил отвернуться — не хватало ещё засмотреться настолько, чтобы в него врезались другие люди...       В их разуме Сагуру обнимал его только крепче, не давая двинуться и смущённо утыкаясь носом, отчего-то всё равно очень довольный. Иногда тот тёрся щекой, отчего едва сходивший с щёк румянец возвращался назад, пока смущение не давало сказать ни слова.       Хейджи старался сконцентрироваться больше на цели их похода — что же может стать их талисманом, — пытаясь не сгореть окончательно от смущения. Сложная же задача, когда за спиной было так хорошо слышно тихое дыхание, а чужое тепло так и разливалось тягучим мёдом по телу. Медленно, вкрадчиво и безумно притягательно.       Взгляд сам собой неожиданно упал на брелки в виде маленьких пластмассовых книжек, напоминая о самом начале их связи, когда он многое опасался показывать.       Идеально.        — "Нашёл?" — Сагуру с любопытством уставился на брелки, разглядывая и сам вспоминая те события с неким теплом. — "Соглашусь. Они практически идеально подходят, хотя холодом от них и не веет".        — "А почему от них должно веять холодом?" — искренне изумился Хейджи: он-то совершенно с иным расчётом выбрал их, надеясь больше на то, что они будут согревать их и дарить удачу.        — "Не должно. Просто оригинальные прохладные, вот и всё", — тот указал на чёрный шкаф, что и впрямь был похож на своеобразный холодильник, настолько от того несло почти первобытным злом и опасностью. — "Но без них мы бы так не поладили, так что это и впрямь хороший выбор".       Хейджи предпочёл сделать вид, что ни капли не заметил межстрочного комментария "насколько вообще имеет смысл так думать над совершенно бесполезной вещью" — тот прекрасным образом читался по глазам Сагуру,— и оплатил покупку, убирая в карман. Дома — надо же, а он уже привык называть этот особняк домом, — он займётся более тщательной работой с амулетами. Уложит в правильные мешочки, аккуратно завяжет и вручит один из них закатывающему мысленно глаза Сагуру, что упорно не видел в этом смысла.       Зато ему спокойнее немного будет.       И та одноклассница точно будет недовольна. Особенно, если Сагуру всё же перестанет краснеть рядом с ней и будет вести себя также ровно, как с другими девушками.        — "А говорил, что не ревнуешь", — тихо фыркнул тот, уводя его из магазинов и внешне безмолвно шёл рядом, пока сам Хейджи негодующе — уж точно не смущённо! — опять краснел.        — Я не ревную, — тихо буркнул он, продолжая упрямо отрицать очевидное с упорством барана перед новыми воротами.       Нет никаких причин ревновать. Сагуру не смотрит на ту очень долго. Не хочет дарить цветы или что-то другое. Не говоря уже о том, что очень редкие Гиды и Стражи находят себе кого-то вне связи — и то, чаще всего там либо оба свободных нравов, либо делят третьего нейтрала на двоих. Суррогатная мать, например.       Ему просто не очень нравится Коизуми Акако. Разве это преступление — относиться к кому-то с самой толикой неприязни? Особенно, если у девушки явно завышенная самооценка от всеобщего внимания и раздражение от его игнорирования. Ничего такого же.       Дело абсолютно точно не в том, что Сагуру её выделяет среди других девушек. Ни капли.       Тот тяжело вздохнул, предпочитая не ввязываться в перепалку на эту тему, и просто прижался ещё самую малость больше. В реальном мире того хватило на простое удерживание его руки в своей... И этого было достаточно, чтобы всё равно заставить его сердце биться самую малость быстрее.       Дураки они. Но хоть довольные.